Любить - значит рисковать (СИ)

— Не бойся. Это я, — он ласково коснулся ее сознания. Лента вздрогнула. Греч. Его лапы вытащили ее из кресла, обрывая провода. Лента боялась открыть глаза. — Большой риск, но я тебя здесь не оставлю. Не оставлю. Хорошая. Прости. Не хотел, чтоб все так получилось.

— Все в порядке, — слабо ответила Лента.

А дальше все напоминало непрекращающийся кошмар. Он то и дело теряла сознание. Ее выворачивало. Ломало. Боль была такой сильной, что Лента только могла стонать.

— Оставь ее, — чей-то резкий окрик пробился в ее сознание.

— Нет, — рычание.

— Она все равно помрет.

— Нет.

— Упертый. Из-за тебя сейчас все погибнем.

Темнота. Это было страшное ощущение. Лента все понимала, но ничего не видела. Она слышала тихие разговоры. Они доносились, словно издалека. Она потеряла зрение и слух? Возможно. Страшно. Нужно проверить чип. Работает с перебоями. Но работает. Сломался переключатель из сети в реальность. Поэтому она и не видит. И почти не слышит. Можно немного переделать. Снизить нагрузку. Лента начала осторожно программировать чип. Свернула не туда и сразу почувствовала боль. Так не пойдет. Нужно осторожней. Она добилась того, что слух стал лучше, а зрение появилось, хотя и мутное.

— Вы меня слышите? — довольно громко спросил мужчина. Врач? Возможно.

— Слышу. — Лента попыталась ответить, но не смогла произнести и звука. Пришлось отвечать мысленно.

— У вас почти полностью перегорел чип. Заменить мы его не можем. Он соединен напрямую. Вы понимаете, что это значит?

— Понимаю. Мне осталось жить ровно до тех пор, пока чип не сломается.

— Все верно. К тому же вы переболели Белой смертью, что нам принесли Драги. Вам повезло выжить. Из всех побочных эффектов у вас лишь атрофировалась левая рука.

— Совсем все хорошо, — хмыкнула Лента. — Выжила, чтоб умереть.

— Я могу назначить вам беседу с психологом…

— Не надо мне ничего. Я хочу просто отдохнуть.

— Как скажете.

Лента устало закрыла глаза. Надо разобраться в файлах. Удалить все лишнее. Диагностика показала, что в живых двадцать пять процентов. Это очень мало. Катастрофически мало. Она теперь не сможет пользоваться чипом в полную силу. Нужно чистить. Удалять. Школьные воспоминания, знания. Пусть она станет глупее, но будет живой. Забавные моменты из жизни. Это тоже не нужно. Коды взломов. Теперь ей это точно не понадобиться. Этот файл был ей не знакомый. Чья-то запись событий.

В лаборатории выключился свет. Замки открылись. Твари сразу выбрались из клеток. Греч последовал их примеру. Его сознание то и дело проваливалось. Он кого-то убил по дороге. Другого разорвал. Хорошо, что жрать не стал, как некоторые. Нет. Он не опустится до их уровня. Хоть сдерживаться сложно. Лента. Она где-то здесь. Найти. Он облазил всю лабораторию, прежде чем ее увидел. Скелет обтянутый кожей. В ней трудно было узнать ту девушку с веселой, дерзкой улыбкой, которую он запомнил на берегу моря. Забрать с собой. Ей здесь не место.

Он долго шел по каким-то переходам, пока не наткнулся на своих. Включая и Кирта. Тот его быстро идентифицировал. Не пришлось объясняться. Они выбрались из лаборатории, а потом ее подорвали. Правильно. Это нужно было сделать. А выбираться из страны придется туго. Война в самом разгаре. Десять Драгов с отрядами, против целой армии. Они разнесли полстраны, пока добрались до лаборатории. Теперь надо прорываться обратно.

Греч был не стабилен. Звериная сущность то и дело прорывалась, затмевая сознание. Однажды, он чуть не загрыз девочку. Она заразилась. Он все равно нес в себе этот проклятый вирус.

Потом Лента увидела, что Греч с кем-то ругался. Он не хотел ее оставлять. Но и брать с собой ему ее не разрешили. По ее чипу отслеживали их перемещение. Она могла их выдать в любой момент. Вынуть чип не получилось.

— Я за тобой вернусь. Только выживи, — сказал он ей напоследок. — Дождись.

Лента несколько раз просмотрела запись и удалила ее. Она не может сейчас хранить такие файлы. Но может запомнить. Дождись. Она постарается это сделать. Но не факт, что получится.

Драги уехали так же быстро, как и появились. Радания праздновала победу со слезами на глазах. Погибло треть населения страны. А эпидемия Белой смерти выкосила еще половину. Ходили легенды, что Драгов было не меньше тысячи. Мало кто говорил правду, что их был десяток и каждый с отрядом по пятнадцать — двадцать человек в каждом. Правительство подсчитало убытки. Мирное население хоронило родных.

Лента вышла из больницы спустя месяц. У нее не было документов. Так как чип был поврежден. Записали с ее слов имя и присвоили новый опознавательный код. До дома она добиралась пешком или на попутках. Ушло у нее на это еще две недели. Была весна. Кто-то из сердобольных подкармливал ее. Таких побитых войной и эпидемией было много. Лента с удивлением узнала, что в лаборатории пробыла около семи месяцев. Время перестало существовать. Дни тянулись за днями. Лента не успевала их фиксировать, да и не считала нужным.

Дома ее встретил голод и разруха. Окна выбиты. По квартире гуляет лишь ветер. В городе было несколько взрывов. Никто и не знал, что у военных оставались бомбы, с помощью которых они попытались остановить Драгов. Сестры и брат при виде ее испугались. Они выжили в отличие от родителей. Стояли в очередях за хлебом, который выдавали бесплатно. В приют их не забрали, потому что не было мест. Живите, как хотите. Они и жили. Лента лишь вздохнула. Вот и повод пожить. Надо поднять мелких. Только как она будет это делать, Лента не знала. Она плохо видела, с трудом ходила. Чип периодически давал сбой. Она могла потеряться в пространстве на какое-то время. Но она продолжала жить и думать. Ее иногда выносило из реальности в иллюзию. Там было проще жить. Там она могла быть такой, как раньше. Она не смогла удалить воспоминания о береге и музыки. О ночном небе и светлячках. Счастье. О нем остались лишь воспоминания, но они так грели душу, что хотелось жить дальше, несмотря на трудности. И ждать. Греч обещал вернуться. Если ему удастся выжить. Он ведь тоже стал жертвой экспериментов. Но Лента решила, что будет надеяться и ждать. Все равно другого ей не оставалось.

Глава 13

Прошло 6 лет.

Что такое жить одним днем? Лента никогда не знала в какой момент может закоротить чип. Она несколько раз обращалась с просьбой его заменить. Но это была незнакомая разработка. Нестандартная. Замене он не подлежал. Оставалось лишь надеяться, что чип протянет еще какое-то время.

Лента лишь радовалась одному, поднять сестер и брата ей удалось. Дина недавно вышла замуж. А Жанна все еще жила с ней. Младший брат недавно поступил в сельскохозяйственную академию и переехал в общежитие. Лента могла вздохнуть свободнее. Все это время они выживали на помощь государства, плюс Лента вместе с сестрами подрядились в прачки. Каждый день возили на речку стирать белье. Лента приноровилась работать одной рукой, так же как и готовить. Левая рука сильно деформировалась. Белая Смерть славилась таким побочным эффектом, как хрупкость костей. Видимо, когда она заразилась, то сломала руку в нескольких местах. Та неправильно срослась. После лаборатории организм был истощён. Чтоб выправить руку нужна была операция. Но врачи побоялись, что она ее не переживет. К тому же никто не думал, что Ленте удастся прожить шесть лет. А она жила. В сумерках, с трудом выполняя домашние дела и работу, но жила. Иногда улыбалась, а порой и смеялась, радуясь любому поводу.

Прошлая жизнь казалась сном. Лента ее почти не помнила и старалась не вспоминать, чтоб не загружать память. Она знала, что когда-то была успешной. Знала, что были какие-то амбиции, но сейчас это все было таким смешным и ненужным. Было лишь здесь и сейчас.

Лента ни о чем не жалела. Не переживала. Лишь жила. Это была странная жизнь. Похожая на паузу. Но тут ничего нельзя было сделать.

Они с Жанной шли в магазин. Нужно было купить продуктов. Много народу. Лента никак не могла понять причину такого столпотворения на площади. Голоса. Они смешались в один сплошной гул. Слишком сильные эмоции. Они снесли слабую блокировку способности. Лента оказалась в коктейле мыслей и эмоций. Страх, ненависть, радость, надежда.

“Их надо гнать”…

“Начало новой жизни”…

“Все будет, как раньше”…

“Ненавижу”…

“Надо к ним податься”…

“Драги”…

Лента лишь крепче сжала свою палку, с которой не расставалась. Длинная полутораметровая жердь помогала ей, придавала уверенности, когда она теряла способность видеть или резко проваливалась в иллюзию. Когда, как сейчас, слетала блокировка. Драги. Сердце предательски забилось сильнее. Но Лента не могла даже проверить здесь ли Греч. Надо успокоиться. Ее кто-то взял под руку. Наверное Жанна. Кто же еще? Да, надо выйти из толпы.

Волнения. Страх. Кто-то решил отомстить за смерть близких. Ненависть. Слишком яркие эмоции. Лента плохо понимала, что происходит. Куда-то пропала перепуганная Жанна. Толпа их разъединила. Каша из эмоций. И Ленте не получалось поставить блок. Хотелось остановиться и закричать, чтоб они замолчали. Кто-то ее толкнул. Удар пришелся в спину. Лента упала. Надо встать, но толпа не давала…

Греч знал, что возвращения в Раданию не будет простым. Слишком неприятный осадок оставила эта страна. Но вернуться придется. Радания представляла опасность. Он не был уверен, что у них была лишь одна лаборатория. Тогда пришлось быстро уехать и не завершить свою миссию. Да, он подставился. Но никому и в мыслях не приходило, что на Драгов могут напасть и использовать как лабораторных крыс. От одного этого воспоминания, когти начали увеличиваться. Нельзя забывать про контроль. Он стал слишком вспыльчивым в последнее время. Может из-за того, что придётся возвращаться в тот ад?

Будь его воля, он бы всю страну разрушил. Камня на камне не оставил. Но приказ совета был прост: всех зараженных мужчин отправить в Наукоград. Женщин по желанию. Остальные же пусть живут. В этот раз они приехали большим составом. В пятьдесят Драгов. Зачистка целой страны. Вирус не должен распространиться. Хорошо хоть страна закрытая. Кочевников они предупредили о карантине. Поэтому те прекратили все отношения с Раданией. Если из Радании выезжали караваны, то подвергались нападению. Кочевники стали хорошей охраной, чтоб Радания не прорвалась из своей изоляции. За это время Драги собирали людей, чтоб зачистить страну. Это будет своеобразным уроком и другим странам. Они не могли оставить все случившиеся безнаказанным. Раз они решили следить за порядком, чтоб больше не допустить повтора войны, придётся продолжать этим заниматься, даже когда такая работа становится откровенно грязной.

Конечно, людям не понравилось, то что они хотели сделать. А и пусть. Как будто кто-то их будет спрашивать. Дир просто сказал, что если они не подчинятся, то Драги подорвут эту никчёмную страну, стерев ее с лица земли. У Драгов действительно были бомбы. Правда три штуки, но их как раз хватило бы, чтоб из Радании сделать пустошь. Начались волнения. Надо быть полными дураками, чтоб врукопашную идти на вооруженные отряды. Может устроить бойню? Чтоб не повадно было бы другим на них разевать пасть, но Дир так не сделает. Сейчас успокоит народ. А Греч бы так и поступил. Поэтому ему и не дали руководить отрядом. Больно кровожадный стал. Это он кровожадный?! Греч невольно усмехнулся. Знали бы какие у него мысли порой возникают, точно не выпустили бы дальше границы Наукограда. Только своими мыслями он ни с кем делиться не собирался. Прошли те времена, когда он был наивным дураком. Никому нельзя доверять. В любой момент могут предать. Если раньше он прослыл меланхоликом, то теперь про него говорили, что он скорее параноик. Пусть смеются, он лишний раз оглянется, зато останется в живых.

Девочку только жаль. Пострадала не за что. Он несколько раз пытался ее найти, но все было глухо. Видимо умерла. Хотя и к лучшему. Она не для него. Тем более сейчас, когда он сам себе не доверяет и боится. Греч научился контролировать вторую сущность, но все равно инстинкты порой брали вверх.

Он лениво смотрел на толпу, сидя на кузове грузовика. Хороший наблюдательный пункт. Какие они мелкие и слабые. А ведь раньше сам был таким. Но теперь он намного сильнее. Пусть и самомнение выросло, но ведь это правда. Мелкие муравьи и глупые. Драги пощадили их один раз, так они думают, что не смогут раздавить в этот? Если сильно разозлить, то передавят. Раздражают со своим нытьем и угрозами. А Дир их все пытается убедить. Как будто они его слушают. Вон, уже воевать пошли. В толпе женщины, дети. Дураки. Какую-то девчонку уронили. Она калека что ли. Пытается подняться, да не получается. Идиоты. Так и не поняли ценность человеческой жизни. А девчачьей тем более. Сами ведь пострадали от вируса. Дураки.

Греч спрыгнул с машины и, не торопясь, пошел в толпу. Люди замерли и испуганно стали расступаться. Правильно. Так и надо. Он сам бы себя испугался.

— Куда тебя понесло? — услышал он голос Дира.

— Ты вещай дальше, — хмыкнул Греч. — Девчонку подниму. А то затопчут. Жалко.

— Только без глупостей.

— Не бойся. Не съем я их. — Греч чуть не рассмеялся. Но и одного его оскала было достаточно, чтоб люди шарахнулись в сторону. А девчонка все стояла на коленях, держась за свою палку. Он протянул ей руку. Но она никак не отреагировала.

— Ты не видишь? — спросил он. Она вздрогнула. Греч взял ее за плечи и помог встать на ноги. Белые пряди в волосах. Значит переболела.

— Пока нет. Чип барахлит, — она улыбнулась. Приятная улыбка. — Спасибо, что помог. Думала затопчут. А вот лезть ко мне не надо. Чип еле держится. Взлома я вряд ли выдержу.

— Отпусти ее! — невысокая девушка, но с решительным выражением лица пробиралась сквозь толпу.

— Все в порядке, — спокойно ответила слепая. И тут же обратилась к Гречу. — А ты на мою сестру не злись. Она за меня переживает.

Греч удивился двум вещам. Первое, он и вправду разозлился. Не понял почему. Может что девчонка ему что-то велела сделать. Он терпеть не мог, когда ему приказывали. Второе, он тут же успокоился, после слов слепой.

— Это Драг!

— Жанна. Прекрати! — одернула ее слепая. — Я никогда не считала их врагами.

— На тебя сейчас смотрят, как на врага народа, — насмешливо сказал Греч.

— И что? Думаешь меня это волнует? — спросила слепая.

— А что тебя волнует?

— Сможешь ли ты починить этот дурацкий чип. У вас лучше технологии, чем у нас.

— Смотреть надо. Только зачем мне это делать?

— Незачем, — ответила она все так же улыбаясь. Она прижала свою палку к груди с помощью руки, похожей на птичью лапу. Здоровой ладонью она дотронулась до его груди. — Но ты ведь мне поможешь.

— Так в этом уверена? — она его забавляла. Дерзкая и смелая. Может не боится пока не видит?

— Уверена. Выведи меня из этой толпы. Не могу больше все эти эмоции терпеть. Заодно мой и чип посмотришь.

— Ты мне еще прикажи, — рыкнул он.

— Ты меня не пугай. Я все равно не боюсь, — ответила она.

— Сейчас настрою твой чип и полюбуюсь твоим выражением лица, — хмыкнул недовольно Греч.

— Только рада буду это сделать. Шесть лет почти в темноте. Думаешь это так здорово? — спросила она.

— Тебя хоть как зовут? — он подвел ее к машинам. — Чего молчишь?

— Это из-за чипа. Ее периодически выкидывает в сеть. При этом общаться она ни с кем в сети не может. Сломан переходной элемент между сетью и реальностью, — ответила девушка, которую, как запомнил Греч, звали Жанной.

— И давно?

— Шесть лет.

— Постой здесь, я ее в автобусе осмотрю.

— Не оставлю я вас с сестрой.

— Думаешь я ее съем? — рассмеялся Греч.

— Мало ли что сделаете, — вспыхнула девушка. Он лишь вопросительно на нее посмотрел, но она не продолжила свою мысль. Греч протянул палку девушке, а сам поднял слепую на руки и отнес в автобус. Достал свой чемодан с инструментами. Пальцы стали крупными, поэтому приходилось теперь работать с помощью пинцетов. Может пальцы и утратили былую гибкость, но знания никуда не делись.

— Варвары, кто такое сделал. Они бы ей еще булыжник в голову запихнули. Ко всему что можно прицепили. И снять нельзя.

— Значит не поможете? — спросила Жанна.

— Может и помогу. Если найдет, что сможет мне предложить, — хмыкнул Греч.

— У нас нет ничего. Живем небогато. Не думаю, что вас заинтересует наша квартира.

— Это ты права. Квартира меня ваша не интересует. Долго она так будет в грезах гулять?

— Самое большее пару часов, — ответила Жанна.

— Так долго я ждать не буду. Пойду в гости загляну.

— Нельзя. Иначе…

— Ничего с твоей сестрой не будет. Сиди и не дергайся.

Греч пошел обходным путем, едва касаясь чипа. Хорошая программа, чтоб взламывать и оставаться незамеченным была им написана давно. Как раз для таких допотопных чипов. Он и не знал, что она ему понадобиться. Подумывал удалить, но решил, что места все равно почти не занимает, так что пусть будет. Может и сгодиться для платформы написания другой программы. Нет, пригодилась для дела.

Скала. Внизу плещется море. Она сидела в легком платье прямо на камнях, обняв колени руками, и смотрела на ночное небо. Знакомая картина. Он тоже сохранил эту иллюзию.

— Ты не можешь починить чип, — сказала она, даже не посмотрев в его сторону.

— Нет. Не могу.

— Жаль. — Лента не расстроилась. Бросила взгляд на него. Дерзкий взгляд, такая же улыбка. Насмешка.

— А ведь я тебя дождалась. Много времени прошло.

— Для меня мало. Я и не думал, что ты выжила.

— Ясно. Но я тебе все равно свалилась на голову.

— Лента, я могу тебе чип заменить, но контролировать его буду я. Мой чип будет главным. Ты сможешь нормально видеть, слышать, выходить в сеть.

— Но под твоим контролем. Та чушь, которой занимались в лаборатории?

— Мне понравилась идея. Я ее доработал.