Под сенью Иггдрасиля (СИ)

Покачав головой, Гарм ушёл, оставив девушку одну. Постояв в раздумьях ещё пару минут, Марина поспешила на занятия.

Глава 7. Брисингамен

Выйдя из деканата, Люба вспомнила, что профессор Давалин просил зайти к нему. В свете недавно полученной информации, девушка оценила новым взглядом и всех недавно встреченных личностей. Кем на самом деле являются большинство из них, она уже знала доподлинно. Что касается профессора — невысокого роста, бородат… Гном, конечно! То есть, цверг, так гномов называли в скандинавских мифах. Двалин, один из четырёх цвергов, сделавших Брисингамен.

При мысли об ожерелье внутри Любы что-то всколыхнулось, видимо, это подавала сигнал Фрейя, ведь Брисингамен всегда был одним из её символов. Хотя ради того, чтобы им завладеть, богине пришлось переспать со всеми четырьмя его создателями.

Бородатые карлики Любу совсем не привлекали. С другой стороны, ожерелье…

Постучав в дверь профессорского кабинета, Люба вошла.

— А, Ванадина, — кивнул карлик, огладив бороду.

— Ванадис, — с улыбкой поправила девушка. — А лучше — Фрейя.

— Отлично, отлично, — осклабился цверг. — Значит, ты в курсе. И про Брисингамен? — девушка кивнула. — Что ж, он у нас. Если хочешь, мы с братьями отдадим его тебе. Как обычно.

Двалин протянул Любе свою визитку с адресом.

— А может быть мы могли бы сейчас…

— Нет-нет, — перебил профессор. — Не люблю суеты. Да и мои братья… В общем, мы тебя будем ждать у себя.

— Тогда поехали сейчас! — потребовала Люба.

Она схватила цверга за руку и заметила, как тут же натянулись спереди его брюки.

— А как же занятия… — замялся профессор, но глядя, как Любочка дразняще облизывает губы, сдался и вызвал такси.

Хоть Люба и сама не отличалась высоким ростом, цверги были на полголовы ниже её. Все четверо впрямь похожие как братья, хотя в этом воплощении они и не являлись родственниками.

— Пройдём в спальню или прямо здесь? — осведомилась девушка.

— Тут! — воскликнул представившийся Альфриггом и тут же проворно скинул всё с низкого журнального столика.

Люба включила музыкальный центр и под музыку начала медленно снимать с себя одежду. Цверги похотливо пожирали ее тело глазами. А богиня все больше отдавалась музыке. Казалось, что каждый нерв ее тела оголился, что кожа светится. Нестерпимое желание прикоснуться к нему охватило четырех мужчин.

— Раздевайтесь, — бросила Любочка создателям Брисингамена.

Грациозно пройдя мимо обнажившихся и замерших в предвкушении цвергов, она легла на стол и широко раздвинула ноги. Между ними тут же пристроился Двалин, с трудом сдерживавший возбуждение всю дорогу. Берглинг и Грер принялись тискать её груди. Любочка запрокинула голову, принимая в ротик член Альфригга. Несмотря на малый рост, размер мужского достоинства цвергов оказался довольно внушительным. Конечно, не сравнить с Хэлкаром…

При воспоминании о драконе Люба застонала. Сейчас это изнасилование воспринималось ей иначе, пробудившаяся в девушке Фрейя была бы не прочь повторить, вновь ощутив в своём лоне могучее драконье копьё.

Впрочем, цверги брали если не размером, то старанием. Как только Двалин разрядился, тут же поменялся местами с братом. Фрейя могла бы заставить карликов не кончать часами, но не видела в этом смысла. На сей раз она не планировала проводить с ними четверо суток. Хватит и четырёх часов, чтобы гномы согласились отдать ожерелье.

Грер закинул ноги девушки себе на плечи, стараясь проникнуть максимально глубоко.

Альфригг на несколько минут выбежал из комнаты, а вернулся, таща массивную старую кассетную видеокамеру, которую тут же установил на штатив.

— Не бойся, в интернет это не попадёт, — успокоил он девушку.

Она только промычала что-то неразборчиво, не выпуская изо рта член Берглинга.

Решив попозировать на камеру, Любочка оседлала улёгшегося на пол Двалина, сев спиной к нему. Альфригг взял крупный план того, как член его брата входит в лоно богини. От такого зрелища он и сам так возбудился, что место оператора пришлось занять Греру, тогда как Альфригг вновь пристроился к Любочкиному ротику.

Но оральных ласк цвергу было недостаточно. Девушку поставили на четвереньки, и Альфригг пристроился к ней сзади. Вскоре его сменил Берглинг. Он первым пожелал воспользоваться Любочкиной попкой. Она ничуть не возражала. Смазав узкое отверстие, Берглинг проник туда, где до него не бывал ни один цверг. Люба со стоном распласталась на полу, оттопыривая зад и руками разводя ягодицы, чтобы облегчить проникновение. Надолго цверга не хватило.

— Следующий, быстро! — простонала девушка, не меняя позы.

Грер второпях опрокинул камеру, но к счастью она оказалась достаточно крепкой и уцелела. Случайный ракурс очень удачно заснял полное похоти выражение лица девушки.

Но Люба решила, что и этого ей мало, ей хотелось ощутить заполненность со всех сторон. Благодаря дару Фрейи ей хватило одного прикосновения, чтобы вновь привести троих из цвергов в боевую готовность. Четвёртый бегал вокруг с камерой, стараясь заснять со всех сторон одновременное проникновение в лоно, попку и ротик девушки.

Плёнка на кассете закончилась раньше, чем иссяк пыл Фрейи. Пробудившаяся богиня не успокоилась, пока не вымотала четверых братьев до полного изнеможения.

— Может быть, как-нибудь повторим, — улыбнулась она, застёгивая на шее золотое ожерелье.

Как только за Любой захлопнулась дверь, обессиленные цверги повалились на пол и сразу заснули. На их бородатых физиономиях играли блаженные улыбки.

Глава 8. Боги и йотуны

Едва Люба вошла в клуб, к ней тут же подбежала Сиф.

— С пробуждением! — поздравила девушку златовласая богиня, сунув в руку бокал с каким-то коктейлем.

Люба огляделась вокруг. Всё было так же, как в её прошлый визит. Только теперь она понимала и видела гораздо больше. Сегодня за стойкой дежурила другая барменша. Люба заметила, что она наливает посетителям пиво из одной и той же бутылки — кружку за кружкой. Благодаря полученным недавно познаниям в мифологии, она поняла, что барменша никто иная как Сага, сотрапезница и собутыльница Одина, в её руках кувшин хмельного напитка никогда не пустел.

— А это что там за мальчишка? — спросила Люба, заметив сидящего у стойки паренька лет двенадцати на вид.

— Фафнир, третий из великих драконов, — пояснила Сиф. — Он необычно рано пробудился. Всё из-за проклятого кольца Андвари. Когда подрастёт — второй Хэлкар получится. А вот, кстати, и он сам.

На сцене вновь выступала группа «Ярнвид», йотуны Железного Леса и присоединившийся к ним дракон Нидхёгг. Люба с трудом верила, что вокалистка группы одновременно является новым деканом в её институте, столь мало Хельга сейчас походила на строгую Ольгу Валерьевну. Зато образу Хель, богини смерти, женщина сейчас вполне соответствовала. И Нидхёгг, яростно терзающий гитарные струны, выдавая мощные риффы, определённо был для неё идеальной парой. Немного безумен и крайне дик, но хоть в качестве древнего дракона, хоть в роли бессмертного назгула он определённо был наилучшим спутником для повелительницы подземного царства.

Люба горестно вздохнула. У Фрейи в мифах супруга не было. Она считалась любовницей Одина и иногда путалась с его супругой Фригг. Но замужем была только за каким-то смертным по имени Од, которого некоторые считали всего лишь одним из воплощений самого Одина. Почему-то Люба не сомневалась, что в этой жизни Фригг наверняка тоже присутствует и места рядом с верховным богом не уступит.

— Пошли, — потянула её за руку Сиф. — У нас там девичник небольшой, познакомишься с некоторыми.

Богиня провела девушку в зал, закрытый для посторонних посетителей. Сегодня его облюбовали для себя богини. Из тех, кого Люба запомнила по мифам, присутствовали Идун и Скади. Имена остальных, младших богинь и валькирий, девушка не стала заучивать.

— Ты супруга Браги, да? — обратилась к Идун Люба.

— Не в этой жизни, — рассмеялась женщина. — По крайней мере, пока. Пускай парнишка малость повзрослеет, а там поглядим.

— Всё равно ж сойдётесь, как обычно, — хладнокровно возразила Скади.

— А ты вообще в Бальдра влюблена до сих пор, — не осталась в долгу Идун.

— А Бальдр тоже здесь? — заинтересовалась Люба. — Он правда прекраснейший из богов?

— Сама увидишь, — подмигнула Сиф. — Вот и он.

Она указала на сцену, куда как раз вышел из-за занавесей мужчина. Широкоплечий мускулистый блондин и впрямь был красив. И не замедлил продемонстрировать восторженно взиравшим на него дамам своё атлетическое телосложение, начав раздеваться под музыку.

— Бальдр стириптизёр? — хихикнула Люба.

— Он выступает только для своих, — пояснила Идун, украдкой указывая на Скади, которая с задумчивым видом любовалась белокурым красавчиком.

— А он только танцует или… — задумчиво протянула девушка.

— Уж тебе точно не откажет, — усмехнулась Сиф. — Пользуйся. Скади возражать не будет. А то Олег её прибьёт.

— Олег? Это крупье в казино? Улль? — уточнила Люба.

— Ага, он самый, — кивнула златовласая богиня.

— Ну, тогда я пошла, — решила Любочка.

Танцор как раз закончил представление, оставшись в одних стрингах и, раскланявшись, удалился со сцены. Девушка последовала за ним. За её спиной Сиф и Идун переглянулись и захихикали, а Скади только вздохнула и поморщилась.

Скрытая за занавесом дверь выводила в небольшой коридорчик с несколькими дверями. Люба успела заметить, за какой скрылся Бальдр и постучала. Мужчина тут же открыл, будто ждал визита. Он успел накинуть на себя халат.

— Привет, я Фрейя, — не придумав ничего лучше, представилась девушка.

— Валерий, — назвался своим человеческим именем мужчина. — Рад знакомству. Поздравляю с присоединением к нашим рядам.

Дружелюбно улыбаясь, он проводил девушку в комнату и пододвинул ей стул.

До сих пор большинство встреченных Любой богов норовили тут же забраться ей в трусики, не особо интересуясь её мнением на этот счёт. Она уже начала считать, что это для них нормально, необузданные нравы древних скандинавов дают себя знать. Но Бальдр был другим. Вежливый и обходительный, он не пытался домогаться до девушки, которая, впрочем, как раз за тем и пришла. Самой же ей было как-то неловко проявлять инициативу, не тащить же его за руку на диванчик, срывая халат. Хоть он и только что раздевался перед толпой богинь, это ещё ничего не значило.

— А как в тебе пробуждали божественную сущность? — полюбопытствовала Люба, желая перевести разговор в более интимное русло. — То есть, мужчин также инициируют? Или это только меня так, потому что я богиня любви и всё такое?

— Всех по-разному, — пожал плечами Валерий. — В зависимости сути, тут ты права. Хёда вот заперли в морозилку на сутки, он же бог холода. Не пробудись его сущность, парень бы умер.

— Это ведь Хёд тебя убил? — вспомнила девушка. — То есть, не тебя, а Бальдра, в мифах.

— Так пишут, — улыбнулся Валерий. — К счастью, я этого не помню.

— Повезло мне, — вздохнула Люба. — Меня хоть в морозилку не запирали, а просто трахнули.

— Надеюсь, мои родичи не были слишком грубы?

— Ну, я бы не возражала, чтобы ты тоже принял участие в моей инициации, — лукаво улыбнулась девушка. — И я, кажется, ещё не стала Фрейей полностью…

Этот намёк трудно было не понять. Бальдр поднялся и, склонившись к девушке, нежно поцеловал. Люба сноровисто развязала пояс его халата и потянула мужчину в сторону диванчика. Он не спешил, но Фрейя уже горела от нетерпения, трусики промокли насквозь. Она сама сбросила платье и бельё и опустилась на колени, стягивая с мужчины стринги.

Глаза девушки округлились от разочарования, но она постаралась не выдать своей реакции. Люба уже привыкла, что боги отличаются крупным размером статей и то, что она видела на сцене, убедило её во мнении, что Бальдр не будет исключением. На деле же в стрингах имелась накладка, зрительно увеличивающая содержимое.

— Что-то не так? — осведомился Валерий, видя замешательство девушки.

— М-м, всё отлично, — проворковала она, заглатывая все предложенные двенадцать сантиметров.

Обижать обходительного красавца девушке не хотелось. В конце концов, вполне нормальный у него размер. Ну, не выдающийся, не достаточный на её вкус, но разве ж он в этом виноват. Она старательно изображала наслаждение, пока мужчина нежно проникал в её лоно, будто боясь причинить боль. Издав притворный стон, Люба вспомнила Нидхёгга и его дубину, так рьяно раздиравшую её. Эх, и повезло же Хель…

За дверью девушку поджидали хихикающие Сиф и Идун.

— Могли и предупредить, — укорила их Люба.

— Мы все через это прошли, — улыбнулась Сиф. — Не переживай, вечер только начинается. Мужиков тут много.

— А как насчёт Тора? — поинтересовалась Люба, вспомнив не так давно вышедший на экраны фильм, в котором бог грома являлся главным героем.

— Ну, пойдём, познакомишься с Тором, — пуще прежнего захихикала Идун.

Путь по служебным коридорам привёл девушек в казино «Нагльфар». Это место всколыхнуло в Любочке новую волну воспоминаний о прошлом вечере. Надо же, это было всего лишь вчера, а как много изменилось за столько короткий срок, будто началась новая жизнь. Впрочем, в некотором роде так оно и было. Она теперь не просто какая-то студентка, а богиня.

Локи в принадлежащем ему заведении не оказалось. Наверняка опять тискает в подсобке какую-нибудь наивную дурочку, пообещав ей штуку баксов, которую она тут же проиграет Уллю.

Богини повели Любу к парадной двери, которую загораживал звероватого вида вышибала с огромными кулачищами, напоминающими молоты.

— Знакомься, это Тор, — со смехом сообщила Идун.

— Боже мой, — выдохнула Любочка, задрав голову, чтобы взглянуть в необременённое интеллектом лицо вышибалы.

— Да, я бог! — проревел тот. — Бог грома и молнии!

— Супруг богини Сиф, — добавила Идун.

— Иди ты, — надулась та.

Тор оглядел девушек скрывающимися под нависающими надбровными дугами близко посаженными глазами. У него было идеальное для кулачного бойца лицо — приплюснутый нос, который трудно сломать, в надёжно укрытые глаза сложно ткнуть пальцами, за маленькие прижатые к голове уши не ухватить. Но привлекательности для женщин эти черты ему не добавляли.

— Зато молот у него здоровенный, — хихикнула Идун.

— Это да, — согласилась Сиф.

— С дороги, дубина! — раздался рык Хэлкара.

Не успевший отойти Тор рухнул от удара кулака Ангмарца. Назгул не уступал вышибале ростом, хотя и был поуже в плечах, но мощь хтонического змея определённо превышала силы бога грома. Хэлкар прошёл прямо по упавшему Тору, не обратив внимания на трёх богинь. На плече он тащил Хель, которая колотила его кулачками по спине, но было видно, что отбивается женщина не всерьёз.

— Ванадина, не вздумай завтра прогулять учёбу! — на минуту перестав ругать обнаглевшего назгула велела женщина. — Ты нам понадобишься, будем инициировать одну йотуншу. Это…

Договорить она не успела, Хэлкар унёс её из «Нагльфара», явно направляясь в одну из приватных комнат отдыха.

Тор поднялся, потирая ушибленную челюсть, но в целом не пострадав. На его белой рубашке отпечатался след назгульского ботинка.