Сенсационные ограбления и кражи
Введение
«Романтики с большой дороги»
Что толкает человека на преступление? Этим вопросом задаются не только психологи, но и обычные люди. По мнению авторитетных лиц, понятие о ненормальности преступника является весьма относительным и соотносится с теми нормами, которые устанавливает общество. Это вовсе не означает, что каждый человек способен совершить преступление, но между преступником и так называемым нормальным человеком не существует четкой границы. Человеческие ценности преходящи, преступник же подменяет абсолютные ценности теми, которые для него более удобны и в какой-то мере оправдывают его действия и поступки. Причины такой подмены часто кроются в неких критических моментах или ситуациях, пережитых хотя бы раз в жизни. Серьезный кризис случается в жизни практически каждого человека, и он, безусловно, отражается на его дальнейшей судьбе. Когда кризис минует, наступает период затишья, когда человек впадает в своего рода спячку, погружается в тоску и неосознанно начинает стремиться к ситуациям, напоминающим прежнюю, чтобы вновь пережить нечто подобное, будоражащее кровь.
Домохозяйка идет в магазин, чтобы купить себе новую шляпку, делает новую прическу или перестановку в квартире. Спортсмен стремится к рекордам, яхтсмен пускается в круиз под парусом, журналист летит в горячую точку, а преступник идет на дело. Импульс, который заставляет людей это делать, по своей сути один и тот же, различие заключается лишь в его силе.
Два американских психолога, Сэмюэль Йохельсон и Стэнтон Сеймнау, в результате проведенной в 1961 году программы по изучению психологии преступников пришли к заключению, которое несколько ошеломило и их самих, и общество. Хотя американцы были настоящими либералами и считали, что все преступники — несчастные жертвы общества, обремененные глубокими психологическими проблемами, но, как оказалось, все они наделены общими чертами характера и далеко не лучшими. Преобладающими были слабость, незрелость, лживость по отношению к окружающим и по отношению к самим себе. При этом всех их отличало безмерное тщеславие, отсутствие самодисциплины и трусость. Поразительно, но выяснилось, что люди, которые готовы пойти наперекор установленным нормам морали, которые способны бросить вызов всему обществу, боятся лечить зубы и предпочитают терять их один за другим, лишь бы избежать встречи с дантистом. Правда, это лишь единичный пример проявления трусости. Как правило, они бывают самыми разнообразными. Но главное, что объединяет преступников — это страх, что кто-то заметит эту их слабость. Поэтому они всеми средствами пытаются доказать, что они сильные, смелые до отчаяния, бесстрашные и т. п.
Исследователи пришли к выводу, что причиной, толкающей человека на преступление, является странная смесь слабости и жалости к себе. Причем это выражается в виде дурной привычки, пристрастия или, другими словами, в форме пораженческого настроения. Когда человек переживает ряд проблем, то обычно он может им противостоять, проявляя тем самым свою жизнестойкость, но стоит только поддаться депрессивным настроениям, испытав шок или сильное разочарование, то моментально чувство уверенности в себе улетучивается. Это означает, что человек опускается на несколько ступенек ниже. Если не бороться со своими пессимистическими настроениями, не преодолевать сомнения, то неизбежным будет дальнейшее падение вниз, которое в итоге может привести к нервному срыву. Самое ужасное, когда пораженческое настроение берет над человеком верх, тогда безмерная жалость к себе захлестывает его целиком и полностью, возникает пассивность. Именно такое состояние, по мнению Йохельсона и Сеймнау, делает из обычного человека закоренелого преступника.
Все мы находимся в плену обыденности, а преступник — вдвойне. Чтобы не опуститься до этого уровня, необходимо постоянно сохранять способность воспринимать суть происходящего вокруг нас в истинном свете, не поддаваясь пораженческим настроениям и не увлекаясь чрезмерной жалостью к себе.
Преступления бывают разными: от мелкого грабежа и воровства, например в автобусе, до убийства, насилия, терроризма. Что же касается ограблений, то этот вид преступлений порой сопровождается и насилием, и убийством невинных, и терроризмом, когда для собственной безопасности преступники берут заложников. Цель же всех этих разновидностей ограбления одна — жажда наживы, сопряженная с ощущениями опасности и риска. Конечно, сегодняшний уровень жизни значительно выше того, который был, допустим, в прошлом столетии, и современного человека некоторые достижения научно-технического прогресса, предоставленные в его распоряжение, должны бы удовлетворять, но… Каждый из нас мечтает о достатке и благополучии, хочет ощущать свою значимость для окружающих, свою незаменимость.
«Богатые и знаменитые люди, — пишет Колин Уилсон в своей книге «Мир криминалистики», — которые чего-то добились, существуют где-то в заоблачной выси Олимпа, а ты здесь, в самом низу, вместе с сотнями миллионов тебе подобных, и никто никогда не увидит твое имя или лицо на газетной полосе или телевизионном экране. Ты чувствуешь себя неизмеримо малой частицей безымянной массы… Но поскольку значительная часть этой безликой толпы обладает не меньшим интеллектом, чем телезвезды и политики, то такое несправедливое положение вещей начинает вызывать возмущение людей».
Каждый человек стремится проявить свою незаурядность, неординарность тем или иным способом, только способы у всех бывают разными. Кто-то убегает от обыденности, вступая во всевозможные общественные организации или религиозные секты, кто-то прячется от действительности за рюмкой?другой горячительного напитка, кто-то живет в воображаемом мире, сочиняя роман за романом, а кто-то становится на путь преступления, рисуя его для себя в романтическом свете, придумывая собственные нормы и оправдания, облагораживая даже самое гнусное злодеяние. Ведь деньги не пахнут.
Так называемые любители искусства, чтобы повысить свой престиж в глазах окружающих и казаться самим себе более респектабельными, готовы отдать бешеные деньги за похищенные из музеев или частных коллекций шедевры. Безусловно, что преступник не силах преодолеть соблазн. Таким образом он может получить двойное удовольствие: испытать ни с чем не сравнимое стрессовое состояние, а если все пройдет успешно, кругленькая сумма обеспечит ему безбедное существование, по крайней мере в течение нескольких лет. Преступника совсем не волнует судьба украденной вещи, главное — доказать всем, что ты чего-то стоишь, и недешево. А в квартирах новых миллионеров потом появляются библиотеки, сделанные из исповедальни эпохи барокко, кровати с изголовьем из алтаря и прочие изыски. Причем правоохранительным органам бывает не так-то просто обнаружить все эти предметы, поскольку по одному только подозрению они вряд ли смогут проникнуть в квартиру миллионера и тем более изъять похищенные вещи. Музеи и галереи пытаются по-своему бороться с грабителями: специально созданный международный совет вместе с организацией «Юнисеф» стал публиковать списки украденных предметов в надежде, что так будет труднее скрыть грабеж.
Ограбления банков — не менее популярный способ разбогатеть и буквально за час превратиться из свинопаса в принца.
Причины, толкающие человека на ограбление банка, могут быть самыми разнообразными. Однако анализ последних случившихся ограблений показал, что одной из главных причин подобных преступлений являются наркотики. Соответственно, большая часть преступников, идущих на ограбление банков, наркозависимы. Известно, что эти несчастные постоянно нуждаются в деньгах, и когда приступ очередной ломки становится совершенно нестерпимым, они выбирают наиболее кратчайший путь к добыче наличных. А в банках, как известно, их предостаточно. Ограбления такого рода, совершенные спонтанно, без скрупулезного продумывания каждого шага и составления плана, обычно приводят к провалу, а сам грабитель оказывается за решеткой.
Есть и другая категория грабителей банков — игроки. Тяга к азартным играм (например, рулетка, карты и даже обычные игровые автоматы) нередко становится причиной преступления, ведь игроки способны ради выигрыша поставить на кон даже собственную жизнь…
Бесспорно, что руководство банков всячески стремится обезопасить и собственный персонал, и клиентов от посягательств грабителей. Нередко те, кто хоть раз оказывался свидетелем преступления, нуждаются в помощи медиков и психологов. В Америке существуют специальные группы реабилитации банковских служащих, переживших стресс во время ограбления. Но руководство банков не ограничивается только этими мерами. Существует целый ряд защитных устройств, которыми оснащают помещения банков, по крайней мере в странах Запада. В залах устанавливаются еще более совершенные системы видеонаблюдения в дополнение к уже имеющимся, в ряде банковских филиалов кассира от клиентов отделяют специальные прозрачные пуленепробиваемые экраны. Системы безопасности и прочее охранное оборудование совершенствуются год от года, при этом специалисты, занимающиеся разработкой подобного рода техники, уделяют внимание и географическим, и демографическим корням данного преступления. Но, несмотря на все усилия, ограбления банков по-прежнему происходят, причем гораздо чаще, чем, скажем, полвека назад.
Статистика рисует далеко не самые приятные перспективы. По данным американской газеты «Seattle Post-Intelligencer Reporter», в городе Сиэтле (там проходили Игры доброй воли) за один только 1999 год произошло 334 ограбления банков. В целом по США это третий показатель. Первые два лидера, опередившие Сиэтл (согласно данным Федерального бюро расследований), — это Лос-Анджелес и Сан-Франциско. Показатели 1998 года еще более удручающие, по крайней мере для Сиэтла. В том году число ограблений банков в городе достигало 357. Причем сотрудники ФБР заявляют, что даже эта сумасшедшая цифра — еще не предел для свободолюбивых и отчаянных американцев, желающих поживиться за чужой счет. Когда это желание становится навязчивым, человек, уже совершивший однажды удачное ограбление, стремится повторить его вновь и вновь. Так рождаются знаменитые грабители, работники ножа и топора, на счету которых порой по 15, а то и по 100 хорошо спланированных ограблений банков.
Другие представители криминального мира приобретают славу тем, что, совершив только одно ограбление, срывают крупный куш, достойный уважения и почитания со стороны коллег по ремеслу. Так, двое грабителей совместными усилиями опустошили один из американских банков на 4,4 миллиона долларов. Это было самое громкое ограбление за всю историю американской банковской системы, существующей с 1781 года. Именно в тот год 26 мая открылся первый банк в Филадельфии — «Bank of North America».
Однако преступления могут быть и не столь громкими, а грабители — не столь знаменитыми. Достаточно вспомнить об уличных ограблениях, когда преступник рискует свободой, а порой и жизнью ради скромной наличности жертвы. Хотя в данном случае и речи быть не может о каком бы то ни было самоутверждении для преступника, он вовсе не пытается доказать всем, что он — личность. Скорее всего, им движут более примитивные цели финансового характера. Но такие примитивные мотивы зачастую толкают грабителя и на более тяжкое преступление — убийство, которое позволит ему остаться неузнанным. Таким образом, ценой чужой невинной жизни он может заполучить и материальные средства, и свободу. Такой преступник похож на зверя, движимого инстинктом. Преступники-интеллектуалы в этом плане менее опасны: четко спланированное ограбление позволяет обойтись без жертв, но и в данном случае нередки исключения.
Итак, одно преступление неизбежно влечет за собой другое, более тяжкое. А опуститься на ступеньку ниже проще, чем подняться. Жажда легкой наживы, желание самоутвердиться любой ценой, жалость к себе, зависть — вот далеко не полный перечень порочных импульсов, заставляющих человека творить зло. По мнению Фрейда, в основе всех импульсов лежит агрессивность, ведь человечеству пришлось преодолеть не одно тысячелетие в борьбе за выживание, дабы достичь определенного уровня комфорта и безопасности. Человек, живущий в современном обществе, лишен возможности выразить свою агрессию естественным образом, поскольку он уже завоевал право считаться властелином земли. Но если общество, как считает Фрейд, превратится в слишком миролюбивое, то оно взорвется, подобно бомбе. Правда, психологи оставляют слабую надежду на возможность благополучного интеллектуального развития, которое позволит человечеству преодолеть собственную агрессивность и найти приемлемые способы для утоления жажды приключений, реализации творческого потенциала и т. д.
Глава 1
Ограбления в особо крупных размерах
Все известные в истории человечества захватнические войны разжигались с единственной целью — захватить чужую территорию, покорить народ и, соответственно, завладеть теми богатствами, которыми располагает этот народ или цивилизация. Тем самым страна-агрессор расширяла свои границы, за счет присвоенных средств богатела, порабощенный народ становился дешевой рабочей силой, а новые земли служили источником природного сырья.
Практически все древние государства, империи и царства возвышались за счет ведения захватнических войн. Все великие империи имели большие армии: страсть к завоеваниям была почти маниакальной. И повелители таких государств порой добивались впечатляющих успехов, подчиняя себе обширные земли, на которых возникали гигантские империи. Так, например, появилось могучее древнее государство Египет, подобным же образом возникла Римская империя, власть которой распространялась практически на все европейские страны, в столице же этой великой империи были сосредоточены несметные богатства, вывезенные с захваченных территорий.
Многие современные страны создали свой золотовалютный и промышленный капитал посредством таких же войн, другими словами, путем ограбления соседних стран и народов. Немалую пользу в деле обогащения отдельных государств приносили и колониальные войны. Вспомним хотя бы испанских конкистадоров, принесших испанской короне десятки и даже сотни килограммов золота и драгоценных камней индейцев Америки. Такого рода действия можно охарактеризовать как узаконенные ограбления, т. е. ограбления, совершаемые по приказу верховных правителей и глав государств.
Великие революции, потрясшие мир своей кровавой жестокостью, также являлись прекрасной возможностью проводить массовые ограбления на законном основании. Революция оправдывала все: и ограбления состоятельных граждан, и насилие, и убийства. Низшие слои общества получали замечательный шанс в один момент разбогатеть и подняться из грязи да в князи за счет присвоения чужого богатства, собираемого бывшими владельцами порой в течение нескольких поколений. Лидеры революционных движений нередко откровенно призывали своих соратников грабить уже награбленное. Так, во время Великой французской революции были украдены королевские регалии, разграблены дворцы и замки знатных вельмож.
Подобным же образом развивались события в России: после Октябрьской революции сокровища царей, имущество частных лиц, церковные ценности перешли в руки представителей нового правящего класса — пролетариев. Лидеры Советского государства на долгие семьдесят лет установили монополию на драгоценные камни и металлы. На первых этапах правления у граждан изымались даже золотые обручальные кольца и золото, предназначенное для изготовления зубных коронок. Большевики поступали наподобие испанских конкистадоров, переплавляя высокохудожественные золотые и серебряные изделия в слитки.
Драгоценности дома Романовых были проданы зарубежным миллионерам. Большевиков не смущал тот факт, что они уничтожают таким образом культуру своей страны. В настоящий момент из десятков корон, принадлежавших различным членам царской семьи, в российских музеях можно увидеть всего лишь три, чудом уцелевшие и сохранившиеся. Остальные рассеялись по всему миру. Например, брачная корона русских императриц ныне украшает коллекцию жены американского посла Марджори Пост. Между тем эта корона когда-то была изготовлена из алмазного пояса императрицы Екатерины, насчитывавшего 1535 бриллиантов. Еще одна русская корона оказалась в английской королевской коллекции. Словом, большевики ограбили собственную страну, развеяв по ветру веками собираемое богатство царского дома, сокровища церквей и монастырей, реликвии и культовые ценности.
Подобно русским большевикам, без смущения выставившим на мировой аукцион фамильные ценности знатных российских домов, торгуют культурными ценностями и предметами старины египетские грабители.
Египет — уникальная страна, где грабителям всех времен и народов была предоставлена просто великолепная возможность заработать легкие деньги или повысить свой престиж приобретением египетской «вещицы». Ведь здесь находятся древнейшие памятники культуры — пирамиды, с давних времен называемые одним из чудес света. Однако не только пирамиды привлекали алчные взоры любителей старины, хотя, как известно, облицовочные плиты пирамид безжалостно срывались и использовались последующими поколениями строителей или завоевателями для возведения новых храмов и культовых сооружений. Подобное варварство можно также назвать ограблением. Кстати, и в наше время случаются беспрецедентные случаи, когда, например, достаточно обеспеченные туристы, игнорируя запреты и законы, вывозят из страны буквально целые блоки от пирамидных комплексов. Египетский бум продолжается и поныне, а его начало можно отнести к XVII–XVIII векам.
Как пишет известный популяризатор египетской культуры Петер Элебрахт, «все началось с мумий». Дело в том, что только в Египте можно было встретить ценное фармацевтическое средство — минеральную смолу. Древние египетские жрецы использовали ее для создания лекарственных препаратов. На основе этой смолы была создана паста, спасающая практически от всех телесных недугов. Как только об этой смоле узнали в Европе, то, безусловно, появилось нестерпимое желание у всех более или менее прогрессивно настроенных людей приобрести это средство. На первых порах в Европу поступали партии настоящей смолы, собранной с берегов реки. Но постепенно запасы природной смолы таяли.
Тогда ее начали добывать всеми возможными способами. Так, простые крестьяне Египта, чтобы заработать на хлеб насущный, изымали из могил, саркофагов и мастаб мумифицированные тела предков и счищали с них черную смесь, весьма напоминающую и по цвету, и по составу минеральную смолу. Как ни странно, этот товар, известный и ныне под названием «мумие», пользовался большим спросом на европейском рынке. Вскоре из Египта стали вывозиться целые партии мумий, среди которых встречались и некогда коронованные особы, но грабителей совсем не смущало былое величие мумий и вряд ли они задумывались над тем, что оскверняют память своих предков. Главное, они могли достаточно быстро и просто заработать, а мумий в стране было предостаточно, так что торговля этим товаром позволяла грабителям безбедно существовать, по крайней мере хоть какое-то время.
Доктор Олферт Даппер, посетивший Египет в 1668 году, словно бы оправдывая действия крестьян — феллахов, писал: «Большая часть обитателей деревни Саккара, которая лежит близ означенных пещерных усыпальниц, промышляет тем, что раскапывает оные пещеры и изымает набальзамированные мертвые тела, понеже бесплодные земли сего края едва могут доставить людям пропитание».
Но не только мумие было так популярно в цивилизованных странах. В древних захоронениях египтян, особенно царского рода, хранились настоящие сокровища: художественные изделия из золота и драгоценных камней, изящные алебастровые вазы, статуэтки, саркофаги, изготовленные из золота, в которых покоились мумии фараонов. Все эти бесценные предметы служили настоящей приманкой для богатых коллекционеров и, естественно, для грабителей, готовых пойти на любой риск ради их добычи. Следует отметить, сами египтяне верили и верят по сей день, что все относящееся к пирамидам исцеляет и приносит удачу, поэтому даже отдельные детали от рельефа в гробнице, например, были просто нарасхват как у самих египтян, так и у иностранцев. Впрочем, последние стремились завладеть старинной вещицей скорее не из суеверных соображений, а в силу иных обстоятельств — старинные предметы культуры повышали авторитет лица, ими обладающего. Начиная с XVIII века между коронованными особами европейских государств, а в дальнейшем и между музеями завязался настоящий спор за право считаться обладателем самой большой коллекции египетских предметов.
Экспозиции европейских музеев увеличивались год от года, пополняясь новыми саркофагами, статуэтками, бюстами и вазами, вывезенными из уже практически разоренной страны. Только к середине XX века в Египте стали предприниматься серьезные попытки предотвратить откровенный грабеж культурных ценностей. На законодательном уровне был наложен запрет на вывоз за пределы государства предметов, имеющих прямое отношение к его культуре. Однако у грабителей всегда находились свои лазейки и способы обойти закон или перехитрить представителей правоохранительных органов. Ведь заказчики готовы были заплатить немалые деньги за старинные эксклюзивные предметы.
Ограбление захоронений началось еще задолго до начала нашей эры. Как-то археологи раскопали одну из древних гробниц, расположенную в 20 километрах к юго-западу от Каира. Этому погребению, по оценкам специалистов, было не менее 4200 лет. Похоронен же здесь был человек по имени Инти — знатный вельможа, главный судья города Никены. Во время работы археологи установили, что находившаяся на большой глубине под землей (около 20 метров ниже уровня поверхностного слоя песка) гробница была уже разграблена. Директор чешского Института египтологии и руководитель этой археологической экспедиции Братислав Вачала возмущенно заметил по этому поводу: «Воры украли все драгоценности и раскидали кости по полу». Грабители успели побывать в усыпальнице еще 4000 лет назад! Как раз в то время Древний Египет перестал существовать как единое царство, что привело к массовым беспорядкам и разгулу грабежей. Захоронения знатных вельмож, дворцы знати и храмы были разорены чернью. Историки характеризуют этот отрезок времени Древнего Египта как период смутного времени.
Современные способы ограбления египетских усыпальниц и музеев гораздо изощреннее, чем в былые времена. Ворам уже никто не позволит откровенно продалбливать мощные плиты в пирамидах, тем более что все они уже практически разграблены, или свободно проникать в гробницы и выносить все, что заблагорассудится. Современные грабители действуют по европейским стандартам, готовя преступление за несколько месяцев и тщательно продумывая каждый момент. Так, например, ограбление Асуанского музея началось с его реконструкции. Когда в музее устанавливались кондиционеры, один из них был несколько больших размеров и в день ограбления как раз оставался незадействованным. Именно через него грабители свободно проникли в музей, а затем также легко удалились, унося с собой добычу. Но это выяснилось позже, когда руководство музея уже было поставлено перед фактом ограбления.
Целая цепочка, начиная от тех, кто составлял план реконструкции музея, затем тех, кто монтировал кондиционеры, кто в день ограбления отключил тот самый кондиционер, и, наконец, тех, кто осуществлял ограбление, ведет к заказчику. Такое тщательно организованное мероприятие под силу лишь мафиозным структурам, каковые, по мнению Петера Элебрахта (не только популяризатора египетской культуры, но и человека, весьма осведомленного во многих других вопросах), в Египте имеются по крайней мере два столетия. Семейные кланы потомственных воров руководят серьезными операциями, привлекая к своему бизнесу воров-исполнителей и прочий мелкий персонал. А как известно, бороться с мафией непросто, поэтому в настоящее время по-прежнему в частных коллекциях миллионеров появляются новые экспонаты — культурные ценности из Египта.
Одним из таких преступников с большой буквы, который фактически руководил бандой профессиональных расхитителей гробниц, был известный на весь мир археолог Картер. А финансировал всю операцию лорд-меценат Карнавон. Слухи о том, что гробница Тутанхамона, официально обнаруженная в 1922 году, на самом деле была раскопана значительно раньше (на семь-восемь лет), появились с самого начала деятельности экспедиции Говарда Картера в Долине Царей. Но в книге британского египтолога Джеральда Оверолла «Обманувшие Тутанхамона» впервые появились многочисленные факты, свидетельствующие о том, что к 1922 году, когда было сделано официальное сообщение в прессе, гробница Тутанхамона уже была разграблена: большая часть дорогих вещей и предметов была изъята и присвоена лордом-меценатом и руководителем экспедиции. Оверолл лично видел древнеегипетский перстень с иероглифической надписью «Тутанхамон» в одной из западных частных коллекций. Этот перстень оказался в коллекции за семь лет до обнародования результатов раскопок в Луксоре.
Автор также отмечает тот факт, что за два месяца до публикации отчета лорд Карнавон, давая интервью американскому журналу «Time», довольно подробно перечислил содержимое гробницы, преподнося эту информацию в виде научной догадки. Оверолл подсчитал, что Картер и Карнавон успели тайно похитить из знаменитой гробницы 329 бесценных исторических реликвий. До сих пор около 300 этих великолепных вещиц хранится в фамильной резиденции Карнавонов в Лондоне, остальное разошлось по частным коллекциям в Соединенных Штатах.
Несомненно, что любая преступная деятельность в обход закона или более значимых криминальных лидеров не остается незамеченной и безнаказанной. Так и в случае с лордом Карнавоном произошло нечто, по мнению прессы, мистическое, но в действительности вполне объяснимое. Как известно, спустя всего лишь полгода после обнародования отчета о результатах раскопок Карнавон скончался, вслед за ним сошли в могилу от непонятных заболеваний или в результате несчастных случаев его родственники и участники экспедиции. Именно тогда появилась красивая легенда о проклятии Тутанхамона. Но Оверолл не склонен был искать мистику там, где можно найти реальные объяснения происходящему.
Он вполне резонно указывает на связь Карнавона с кланом Ротшильдов. Не секрет, что значительная часть состояния этого влиятельного семейства была приобретена за счет разграбления древних могил. Карнавон был женат на единственной приемной дочери Альфреда Ротшильда (бракосочетание состоялось уже после смерти последнего, в 1917 году) и, соответственно, мог располагать средствами своей жены. Могущественный клан мультимиллионеров Ротшильдов посчитал достаточно выгодным мероприятие по раскопкам гробницы Тутанхамона и профинансировал экспедицию. Взамен Ротшильды должны были получить львиную долю египетских сокровищ, по этому поводу был даже составлен контракт. Но, на свою беду Карнавон решил, что ему удастся перехитрить влиятельных спонсоров. Однако он просчитался: обмануть Ротшильдов оказалось неизмеримо труднее, чем общественность. По мнению Оверолла, коварного лорда устранили, как только узнали об обмане. Он был отравлен наемным убийцей. А попутно, также тайно, устранялись и другие участники ограбления века. Таким образом, истинным руководителям раскопок удалось не только избавиться от лишних свидетелей, но и придать всей истории мистический характер, чтобы отвести лишние подозрения и вместе с тем повысить значимость и ценность находок.
Соперничество между европейскими государствами за приоритет на международном рынке заставляло глав государств искать новые пути для приобретения богатств и распространения сферы своего влияния. На рубеже XV–XVI веков Индия считалась страной сказочных богатств, откуда в Европу доставлялись и великолепные драгоценности, и экзотические пряности. Но Турция успела перехватить инициативу и закрыла доступ в эту волшебную страну европейским кораблям через проливы Босфор и Дарданеллы. Другие государства были вынуждены искать новые пути сообщения с Индией. Португальские моряки довольно быстро освоили морской путь вокруг Африки и вскоре стали доставлять на Европейский континент черное дерево, слоновую кость и негров-рабов. Испания, соперничающая с Португалией, непременно должна была превзойти своего конкурента и найти свой путь к индийским сокровищам.
И в этот момент возникло необычное решение: известный в то время испанский мореплаватель Христофор Колумб предложил плыть не на восток, а на запад, чтобы добраться до заветных берегов с другой стороны. В результате каравеллы Колумба после мучительного и продолжительного плавания пристали к берегам новой земли — Америки. Хотя сам Колумб до конца своих дней верил, что открыл вовсе не Новый Свет, а морской путь в Индию. Поэтому-то острова у берегов Южной Америки долгое время назывались Вест-Индией (Западной Индией). Однако испанских мореплавателей-завоевателей прежде всего интересовали не географические открытия, а те богатства, которые можно было вывезти из новой страны.
Надо отметить, что ожидания испанцев оправдались в полной мере. Сокровища Американского континента и близлежащих островов оказались поистине сказочными, единственным препятствием на пути к их приобретению, проще говоря, захвату являлись индейцы — законные владельцы новых земель и всех тех благ и драгоценностей, которыми природа так щедро наделила этот континент. Однако конкистадоры совсем не церемонились с местным населением, безжалостно вырезая порой целые селения, беспардонно грабя город за городом и один народ за другим. В результате их кровавой деятельности за несколько десятков лет прекратили свое существование самобытные цивилизации Америки, культовые сооружения были разрушены, народы частично уничтожены, а гигантская часть сокровищ переправлена в Испанию. Позже к мародерской деятельности Испании в Новом Свете присоединились и другие европейские государства — Англия, Франция и пр.
Когда небольшой отряд испанцев во главе с Эрнаном Кортесом в 1519 году ступил на землю ацтеков, те, не подозревая о дальнейшей своей трагической судьбе, встретили гостей торжественно, со всеми полагающимися по такому случаю церемониями. Но испанских завоевателей интересовало только золото, и на пути к нему они не останавливались ни перед чем. В то время из уст в уста переходила легенда о сказочном золотом городе, правителем которого был позолоченный человек по имени Эль-Дорадо. Испанцы были просто одержимы идеей отыскать этот город.
Конная армия Кортеса, вооруженная огнестрельным оружием, разгромила вооруженных каменными топорами и луками со стрелами индейцев, заставив их уступить. В Новом Свете лошадей не было, поэтому конные всадники вызывали у индейцев смертельный ужас, тем более шокирующим казалось им действие огнестрельного оружия. Кроме того, ацтеки считали, что в далекие времена из их земель был изгнал белокожий правитель, который, покидая страну, пригрозил вернуться и отомстить. Суеверные индейцы решили, что испанские конкистадоры как раз и являются посланниками древнего правителя, решившего наконец отомстить за былое унижение. Некоторые исследователи именно этим объясняют странную гибель ацтеков, которые по численности в сотни раз превосходили скромные отряды испанцев.
Поселившись в столице империи ацтеков, в одном из лучших дворцов, Кортес совершенно случайно обнаружил тайник правителя ацтеков Монтесумы, где хранились его сокровища. Испанцы тщательно взвесили все золото и серебро, оценив клад в сто шестьдесят тысяч золотых песо. Такой казной не мог похвастаться ни один европейский король. Кортес, безусловно, решил овладеть найденным кладом и, ложью заманив Монтесуму во дворец, где расположились испанцы, силой заставил его присягнуть на верность испанскому королю, а в качестве подарка преподнести ему свои сокровища. Брат Монтесумы во главе с многотысячной армией индейцев вознамерился спасти правителя ацтеков, они ринулись на штурм дворца Кортеса. Тогда коварный испанец повелел Монтесуме подняться на стену дворца и призвать свой народ к повиновению. Однако из толпы кто-то метнул камень, который угодил в голову индейскому вождю. Через несколько дней он скончался, испанцам грозила жестокая расправа, поскольку они лишились своего заложника.
Им оставалось только бежать, но перед побегом Кортес приказал своим воинам брать столько золота и драгоценностей из кладовой Монтесумы, сколько они смогут унести. Лишь пятую часть сокровищ удалось испанцам погрузить на лошадей и под покровом ночи тайно перевезти на корабли. Словно грабители, испанские конкистадоры набивали свои карманы, сапоги и мешки золотыми украшениями, обматывали золотыми цепями тела и привязывали к поясам кольца и браслеты. Только позже этот дорогой груз сослужил недобрую службу. Бегство испанцев было раскрыто, индейцы перехватили своих врагов недалеко от столицы — на берегу озера, в центре которого и находился остров со столицей империи. Солдаты, спасаясь от преследования индейцев, кидались в воду и, обремененные тяжелым грузом, тут же шли ко дну. Кортесу удалось вырваться из Мехико, но во время этого позорного бегства он потерял почти половину своей армии, большая часть лошадей погибла, оружие также было утрачено вместе с частью сокровищ.
Оказавшись в бедственном положении, Кортес понял, что следующая битва с индейцами приведет к полному поражению, ведь в его армии осталось всего несколько сотен солдат. Тогда глава конкистадоров принял решение вернуться на территорию союзного племени — к тлашкаланцам. Пока скудные отряды Кортеса продвигались к заветной цели, многотысячная армия ацтеков обогнала их, и испанцам не оставалось ничего другого, как принять бой. Роковая случайность, во время которой Кортес сумел поразить нового вождя ацтеков Сихуаку, решила исход битвы. Морально сраженная армия индейцев обратилась в бегство, а Кортес вернулся в Мехико в надежде забрать заветный клад Монтесумы. Однако индейцы успели его перепрятать. Тогда испанцы собрали золото и драгоценности со всего города, грабя жителей, дома и храмы. Таким образом, им все?таки удалось собрать подарок для испанского короля, и, между прочим, весьма солидный — на сумму около ста тридцати тысяч золотых песо. Правда, это великолепное послание так и не было доставлено в Испанию, французы перехватили корабль с несметными сокровищами Нового Света.
Новая легенда о сокровищах Монтесумы, привезенная испанцами на родину, вдохновила целые полчища искателей кладов. Десятки и сотни европейцев из числа тех, кто вечно ищет приключения и легкую наживу, устремились к берегам Америки в надежде ограбить если не золотой город, то хотя бы небольшое индейское селение.
Печальная судьба постигла другую индейскую цивилизацию — инков. Двести испанцев во главе с Франсиско Писарро устремились в глубь Американского континента, гонимые мечтой все о том же золоте. Среди индейцев ходили слухи о невероятном богатстве верховного инки. Говорили, что в его сокровищнице находится золотая цепь такой длины, что только сто человек одновременно смогут ее удержать. Именно к нему направил свой отряд Писарро. Верховный инка Атауальпа вышел навстречу с приветствиями, предложениями мира и щедрыми подарками. Целые караваны с золотыми украшениями предлагал он испанцам, но разве могли конкистадоры отказаться от своей мечты найти золотой город, разве мог скромный караван, груженный побрякушками, насытить разгоревшийся аппетит завоевателей. Верховный инка был убит, а страна разграблена, народ истреблен, однако несметные сокровища правителя инков конкистадорам так и не удалось отыскать. Правда, были обнаружены серебряные и золотые рудники, которые хоть в какой-то мере удовлетворили амбициозные запросы испанцев.
Один из известнейших конкистадоров, Хименес де Кесада, с небольшим отрядом солдат отправился на поиски еще одной золотой легенды индейцев — озера Гуатавита. По старинным преданиям, на этом озере жрецы на протяжении вот уже нескольких столетий совершали удивительный ритуал: верховный жрец, осыпанный золотым песком, опускался в воду и, произнося священные заклинания, приносил озеру в жертву золотые дары. Небольшой отряд Хименеса, к сожалению, изрядно поредел во время пути, но испанцы упорно продвигались вперед, грабя на своем пути индейские захоронения, в которых находилось немало золотых предметов. Проходя через селения и города, конкистадоры не забывали и про храмы, вынося из них все, что возможно. Золотые статуи весом в несколько килограммов, вазы и маски, изысканные украшения из драгоценных металлов — все это без сожаления потом переплавлялось в золотые слитки. Драгоценные камни нещадно вырывались из оправ, диадем и браслетов. Гора из таких камней вскоре превысила человеческий рост. Такова была добыча армии Хименеса, состоявшей к концу варварского путешествия всего из ста пятидесяти человек. И вот этим фактически беспомощным белокожим индейцы не смогли дать достойный отпор.
Победоносная армия Наполеона, завоевывая города и страны, оставляла за собой разграбленные музеи, галереи, дворцы и замки. Скульптуры и полотна маститых живописцев, художественные изделия из металла и драгоценных камней, иконы и картины — все это бесконечным потоком стекалось в пределы Французской империи. По иронии судьбы предметы культуры, вывезенные Наполеоном из Германии, спустя столетие будут переправлены обратно, причем уже в сопровождении бесценных шедевров французского искусства.
Среди прочих заветных желаний Наполеона была мечта покорить Египет — страну, чья культура и памятники древности так интересовали разносторонне развитого полководца. Наполеон привлек к своему походу художников и ученых, которые должны были запечатлеть все относящееся к культуре Древнего Египта. Ученые и художники действительно немало потрудились, поскольку на основании собранного ими материала в 1809–1813 годах в свет вышло «Описание Египта» в 24 томах с прекрасными иллюстрациями Доминика Денона. Что же касается бесценных реликвий, то, увы, Наполеону так и не удалось привезти во Францию ни одной египетской диковинки. Хотя Луксорский обелиск, украшающий площадь Согласия во Франции, принято приписывать заслугам великого французского полководца, в действительности обелиск был выкуплен французским королем через посредничество собственного атташе в Египте. Сохранившиеся документы свидетельствуют о том, что хедив и вице-король Мухамед-Али милостиво уступил Людовику XVIII сей обелиск за соответствующую плату. Наполеон здесь совершенно ни при чем.
Вероятно, легенда о его причастности родилась в связи с анекдотом, ходившим среди приближенных императора в годы египетской компании. Якобы супруга Наполеона, Жозефина Богарне, перед походом мужа в Египет обратилась к нему с просьбой: «Месье, привезите мне из Египта обелиск. Только маленький!» Но Наполеон так и не привез во Францию ни обелиска, ни каких-либо других исторических памятников. Дело в том, что после поражения французской армии победители, англичане, перехватили у нее собранные древности, среди которых были саркофаг, плита из отполированного черного камня (базальта) с надписью на трех языках и обломки скульптур — весь бесценный груз французов. В настоящее время все эти реликвии хранятся в Британском музее.
Поражение египетской кампании стало только началом падения Наполеона. Когда в 1812 году увенчанный славой император вознамерился покорить Россию, его ожидал поистине ошеломляющий финал — полный разгром французской армии и утрата всех тех ценностей, которые французы успели награбить в российских городах и не смогли вывезти.
Россия нужна была Наполеону потому, что, минуя эту державу, он собирался нанести сокрушительный удар по Индии, оккупированной англичанами. Однако на этот раз дальновидный полководец просчитался, он не учел сурового российского климата, бездорожья и, пожалуй, самого главного — упрямого характера русских людей, которые даже Москву отдали победителям только после того, как запалили ее со всех сторон.
На пути следования к столице Российского государства армия Наполеона прошла через Смоленск, Вязьму, Гжатск, Можайск, уверенно пробираясь к Москве и грабя между делом дворцы и храмы. Уже на подступах к столице армия Наполеона сильно поредела, император был вынужден повернуть обратно, волоча за собой тяжкий груз награбленного добра.
Французы увозили из России слитки золота, серебра, старинное оружие, крест с колокольни Ивана Великого и многое другое. Солдаты успели разграбить монетный двор, поэтому их ранцы были заполнены брусками серебра, каждый из которых весил не менее десяти фунтов. Но великая армия французов бежала и потому на ходу оставляла пушки, груженые повозки, оружие. Дорога была буквально устлана тысячами трупов людей и лошадей. Падеж лошадей привел к нехватке конной тяги, поэтому Наполеон был вынужден уничтожить часть военных припасов и снарядов. Оставляемое орудие специально приводилось в негодность, чтобы враги не смогли им воспользоваться. Постепенно оскудевающая армия французов вскоре была вынуждена отказаться и от награбленных сокровищ, часть из которых оставлялась на пути отступления.
Во Франции в 1824 году была издана книга адъютанта Наполеона, графа де Сегюра. В этом произведении под названием «Поход в Россию» автор писал: «От Гжатска до Михайловской деревни между Дорогобужем и Смоленском в императорской колонне не случилось ничего замечательного, если не считать того, что пришлось бросить в Семлевское озеро вывезенную из Москвы добычу: здесь были потоплены пушки, старинное оружие, украшения Кремля и крест с Ивана Великого. Трофеи, слава — все те блага, ради которых мы жертвовали всем, стали нас тяготить». В длинном обозе, построенном в четыре ряда, на несколько десятков верст тянулись телеги, груженные предметами церковной утвари, золотыми украшениями с драгоценными камнями и жемчугом. Адъютант Наполеона Филипп Сегюр вспоминал позже: «Можно было подумать, что видишь перед собой какой-то караван… или древнюю армию, возвращающуюся после большого набега с пленными и добычей».
Разбитая армия Наполеона была подобна судну, потерпевшему крушение: за борт выбрасывалось все лишнее и все, что затрудняло и задерживало движение. Мимолетное упоминание Семлевского озера, куда, по словам императорского адъютанта, была сброшена часть сокровищ, вызвало немалый интерес среди публики. И вскоре к этому озеру стали снаряжаться одна за другой экспедиции. Вслед за адъютантом Наполеона ее повторил Вальтер Скотт, упомянув сей исторический случай в своем многотомном сочинении под названием «О жизни Наполеона Бонапарта, императора французов». Когда сочинение было издано в Петербурге в 1832 году, вся читающая российская общественность абсолютно уверилась в правдивости слов автора авантюрных романов.
Поиск наполеоновских сокровищ начиная с XIX века продолжался вплоть до XX века. В наше время тоже можно увидеть, как отчаянные искатели клада даже зимой пробивают во льду проруби и спускают под воду водолаза. Однако дно Семлевского озера покрыто толстым слоем жидкого ила, поэтому что-либо увидеть сквозь эту муть практически невозможно. Но современным исследователям все-таки удалось обнаружить настил из хвороста и бревен, который, вероятно, служил когда-то для того, чтобы подкатить к озеру что-то тяжелое. Дно озера прослушивали при помощи специальной аппаратуры, но обнаружить удалось только бур, наверное, кем-то случайно оброненный здесь в недалеком прошлом. Некоторые упрямые искатели клада хотели даже спустить воду из озера. К счастью, до этого дело не дошло.
Первым попытался раскрыть тайну Семлевского озера смоленский гражданский губернатор Н. И. Хмельницкий. Он сам был участником войны 1812 года, поэтому очень трепетно отнесся к информации о наполеоновском кладе. В январе 1836 года Хмельницкий организовал поисковую экспедицию к озеру, были проведены дорогостоящие изыскательские и инженерные работы, но, увы, никаких ценностей на дне обнаружить так и не удалось.
Уже в начале XX века, в 1911 году, археолог, член Смоленской ученой архивной комиссии Е. Н. Клетнова обратила внимание на то, что в семлевской окрестности находится два озера: одно — заболоченное стоячее в двух верстах от Семлево, другое, в самом селе, — это запруда речки Семлевки. Ни в одном источнике не указывалось, в какое из этих двух озер были на самом деле сброшены трофеи. Клетнова предположила, что все-таки в запруду, поэтому запруженное озеро спустили, но дальнейшее обследование положительных результатов не принесло. Стоячее Семлевское озеро, которое и поныне тщательно прощупывают на предмет обнаружения клада, Клетнова сразу исключила из своих исследований. Она считала, что Наполеон не стал бы сбрасывать ценные трофеи в болото, ведь достать их обратно было бы практически невозможно. Кроме того, добраться по болоту до воды достаточно сложно, и без сооружения специальных мостков тяжелый обоз с дорогим грузом никак не смог бы проехать по хлипкой грязи.
Были и другие попытки обнаружить бесценные сокровища Наполеона. Вскоре после поисков Хмельницкого в Париж отправился могилевский помещик Гурко. Он сумел добиться встречи с министром Тюно, который в 1812 году служил поручиком в армии Наполеона. Тюно рассказал, что сокровища были якобы сброшены в другое озеро, расположенное между Смоленском и Оршей или же между Оршей и Борисовым. Получив столь ценные сведения, Гурко немедленно отправился в указанную местность. Вместе со своим богатым родственником Вонлярским, согласившимся финансировать дерзкое мероприятие, он обследовал все до единого озера, которые были разбросаны вдоль дороги от Смоленска до Орши и дальше до Борисова. Но, несмотря на безумные расходы и усилия, поиски оказались напрасными.
Некоторые исследователи называют еще одно место, куда отступающая французская армия могла сбросить сокровища. Это Бобровское озеро, расположенное поблизости от поселка Крупная в Белоруссии. В воде этого озера было обнаружено содержание золота, как утверждают геохимики, превышающее норму почти в пятьдесят раз. Вдохновившись этим фактом, искатели клада вновь испробовали все возможные способы, тщательно исследовав дно. И снова неудача, в Бобровском озере удалось найти только пуговицы от французского мундира, истлевшие оглобли да передок от конной фуры. Тайна награбленного Наполеоном сокровища опять осталась нераскрытой.
В Семлевском же озере специалистам посчастливилось обнаружить высокое содержание серебра в воде. Новая попытка прощупать водоем привела лишь к очередному разочарованию. Последняя экспедиция сделала окончательное заключение — в Семлевском озере сокровищ нет.
Но интерес к наполеоновскому кладу отнюдь не исчез. Недавно в Смоленском книжном издательстве вышла книга Анатолия Кузьмичева и Ивана Аверченкова под названием «Клад Наполеона». Авторы вновь подняли вопрос о судьбе сокровищ Московского Кремля, при этом они ссылались на один серьезный источник — «Историю Отечественной войны» М. Богдановича. В этой книге говорится, что Наполеон действительно останавливался в селе Семлево. Но никто точно не знал, был ли выполнен его приказ по поводу сокровищ, ведь императорские распоряжения в тот роковой год армия уже не воспринимала всерьез.
Еще один адъютант Наполеона, по имени Рапп, предполагал, что крест с колокольни собора Ивана Великого мог утонуть вместе с повозкой во время переправы через реку. Вот только через какую реку, адъютант так и не сказал. Это может быть Днепр, поскольку именно эта река протекает у Соловьевской переправы. К ней ведет Старая Смоленская дорога. В годы Великой Отечественной войны Соловьевская переправа подверглась массированному налету фашистских бомбардировщиков. Здесь погибла масса солдат, стало быть, на дно пошло большое количество боевого снаряжения. В 1970-е годы дно реки в этом месте было тщательно проверено. Использовали громоздкое японское оборудование, очищали дно, но каких-либо вещей, относящихся к 1812 году, найти не удалось. Возможно, повозка с ценным грузом затонула в реке Вопь или в Березине.
В Смоленском областном государственном архиве были обнаружены сохранившиеся донесения о найденных в этих местах неприятельских знаменах, о собранном оружии, и среди прочего есть и упоминание о розыске сундука, якобы сброшенного в Днепр французской армией. Быть может, это еще одно заветное сокровище Наполеона. Местные жители семлевских окрестностей и других районов называют иные места захоронения драгоценных вещей, которые оставляла отступающая армия французов. Указывается, в частности, болото, расположенное неподалеку от Семлево. Здесь перед Первой мировой войной солдаты проводили раскопки, но не смогли довести работы до конца, поскольку вскоре были отозваны на фронт. Упоминается и заросшее озеро в Духовщинском районе.
Есть и другое озеро, о котором также ходят подобного рода слухи. Это озеро Глубокое, которое находится под Звенигородом. Озеро само по себе достаточно примечательное. Его название возникло неспроста, поскольку его глубина, по словам представителей местной биологической станции, в некоторых местах составляет более тридцати метров. Эта цифра для средней полосы России достаточно значительная, если не брать в расчет пещерные погружения. По старинному преданию, именно здесь, на самой большой глубине, подо льдом хранятся несметные богатства Наполеона, потерянные им во время отступления из разграбленной Москвы.
В общем, золото, собранное Бонапартом во время наступления по разным российским городам, не дает покоя кладоискателям вот уже почти две сотни лет. Уже перелопачены горы земли на всем пути отступления французской армии, но все безрезультатно. Недавно появилась даже версия, что наполеоновского клада как такового вовсе не существовало. Когда Наполеон покидал Москву, он раздал золото своим солдатам, но с тем условием, что после возвращения во Францию они вернут его обратно. В пользу этой версии говорит и находка, сделанная студентами БГУ на колхозном поле возле деревни Зембин Борисовского района. Когда студенты собирали картошку, они наткнулись на вырытые плугом останки французского солдата. В его полуистлевшем кошельке оказалось шесть русских старинных монет, которые были отчеканены в конце XVIII — начале XIX века.
Однако упорные слухи о спрятанных сокровищах Наполеона по-прежнему существуют. Есть даже слухи о том, что имеется некая карта с указанием точного места расположения этих ценностей. Может быть, клад Наполеона действительно существовал, но был давным-давно найден? Владелица имения Лукианово Н. Н. Мезенцева рассказывала Клетновой (проводившей исследования озера в Семлево), что еще в 30-е годы XIX века к ним явились какие-то иностранные фокусники с учеными собачками и обезьянами. Полторы недели эти иностранцы жили в Лукианове, давали представления, а в свободное время прогуливались по окрестностям поместья. Но потом эти фокусники неожиданно исчезли, причем и собачки, и обезьянки были брошены на произвол судьбы. Местные жители пытались отыскать пропавших иностранцев, но найти удалось лишь огромную яму, вырытую в ближайшей сосновой роще, увы, пустую. Возможно, здесь хранился клад Наполеона?
Недавно появилась еще одна сенсационная версия: якобы французы целенаправленно подбросили русским информацию о Семлевском сокровище. Таким образом они надеялись отвлечь внимание от действительного месторасположения награбленных сокровищ.
Исследователь из Красноярска Орест Петрович Никитин, живший в годы Великой Отечественной войны в Смоленской области, считает: «Все поиски не имели успеха только по той причине, что никто не удосужился собрать нужную информацию от местных жителей чуть в стороне от деревни Семлево». Приблизительно в сорока километрах от Семлево, поблизости от села Вознесенье, на берегу реки Угры находятся захоронения, которые местные жители называют Курганниками. На этом кладбище хоронили французских гвардейцев, оставшихся после войны 1812 года в Вознесенье на постоянное жительство по тем или иным причинам.
Один такой француз остался в селе потому, что влюбился в красивую местную крестьянку, на которой вскоре женился. Незадолго до того, как Хмельницкий вступил в должность губернатора, француз умер и был похоронен на Курганниках. Жена поставила на могиле памятник в виде большого камня с надписью. Она пережила своего мужа на несколько лет и умерла уже после революции. Столетняя бабушка похоронила почти всех своих родственников и перед кончиной поведала интересную, прямо-таки интригующую историю. Наполеон на самом деле приказал спрятать награбленные ценности в Семлевском озере. Но только этот приказ был нужен в качестве дезинформации, чтобы отвлечь всеобщее внимание от настоящего места захоронения награбленных сокровищ.
В тайне же Наполеон поручил своим доверенным гвардейцам подыскать подходящее место, желательно подальше от Смоленской дороги. Такое место было найдено в окрестностях села Вознесенье, клад был надежно спрятан. Сами же гвардейцы должны были оставаться рядом с тайником, чтобы охранять его от непрошеных гостей и ждать дальнейших указаний от своего императора. Вдова поведала также о том, что ее муж был как раз одним из этих доверенных гвардейцев. Оставшись в Вознесенье, он все время ждал специальных вестей из Франции, часто ходил на берег реки Угры, на Курганники, подолгу оставался там, возможно, проверяя сохранность тайника. Как-то раз он привел свою жену на кладбище и попросил похоронить его в строго указанном месте, наказав вместо памятника положить на могилу камень с надписью.
Перед началом Второй мировой войны в эти места прибыл подозрительный немец по фамилии Мозер. Он выдавал себя за представителя знаменитой фирмы «Зингер», но, как позже выяснилось, в действительности был шпионом и сотрудником абвера. Этот Мозер собирал всякого рода информацию и среди прочего узнал о спрятанных французами где-то в окрестностях села Вознесенье сокровищах, награбленных наполеоновской армией в российских городах. В 1942 году Мозер оказался во главе отряда гестаповцев по окружению 33-й армии генерала М. Г. Ефремова под Вязьмой в Шумихинском лесу, в районе станции Угра. Вскоре Мозер вместе с командой саперов появился в Вознесенье и занялся поисками клада. Как считает прямой свидетель событий тех лет, О. П. Никитин, немцу в конце концов удалось отыскать ценности Наполеона.
Никитин рассказывал: «Мозер посетил наш дом в городе Гжатске, ныне Гагарине, где мы в то время жили, и похвастался: ценности Наполеона найдены в нескольких метрах от камня — памятника наполеоновскому гвардейцу. Найденные немцами ценности Наполеона я видел лично и подтверждаю это. Ценности состояли из золотых монет различного достоинства в четырех кожаных мешках, нескольких (не более 20) различных золотых блюд, чаш, кубков, множества золотой и серебряной церковной утвари, среди которой выделялся большой золотой крест. Может быть, немцы показали только часть ценностей, а все другие скрыли от взора ненужных свидетелей. Так что тайны Семлевского озера с 1942 года больше не существует».
Рассказу Никитина можно верить, а можно и не верить, но в одном он, пожалуй, ошибается — тайна Семлевского озера и сокровищ Наполеона еще долгое время будет будоражить воображение кладоискателей. Великий полководец и авантюрист, сумевший ограбить десятки российских городов, к своему сожалению, так и не смог воспользоваться этими несметными богатствами, растраченными во время позорного бегства из России.
Вторая мировая война превзошла все прочие, известные истории человеческого общества, и по масштабам боевых действий, и по количеству жертв и разрушений. Но не только этим была печально знаменита Вторая мировая. Процесс перемещения культурных ценностей в эти годы приобрел небывалый размах. Помимо частных грабежей, конфискаций имущества, распродаж произведений искусства и исторических раритетов, принадлежавших жертвам холокоста, нацисты, пользуясь правом завоевателей на оккупированных территориях, подвергали систематическому ограблению музеи, национальные и частные культурные сокровищницы многих стран, в том числе и СССР.
Со времени падения Третьего рейха минуло уже более полувека, но и сегодня в Германии все еще остается около 2200 произведений искусства, некогда похищенных у их законных владельцев. Многие произведения искусства некогда составляли частные собрания нацистских главарей, но после войны были конфискованы и оказались в ведении имущественных служб Федеральной республики. До сих пор некоторые из них украшают помещения госучреждений, а другие хранятся в запасниках немецких музеев. Удивительно, что об этом было впервые сообщено совсем недавно — на открытом коллоквиуме по вопросам о роли учреждений культуры в нацистские времена, проводившемся в Кёльне.
Меткое название коллоквиума, «Музеи в двойственном свете», вполне себя оправдало, поскольку выступивший на этом собрании представитель Высшей финансовой дирекции Берлина Гаральд Кениг вполне конкретно обозначил проблему сомнительного происхождения некоторых предметов культуры, которые ныне отданы во владение более чем 100 немецким музеям. Всего оказалось 580 ценных картин и 1200 графических произведений, судьба которых заставляет сомневаться в законности их приобретения фашистской Германией.
Хотя документы, оформленные на большую часть этих культурных ценностей, свидетельствуют о том, что они были приобретены на немецком и международном рынке искусства, однако многие эти сделки могли быть совершены под принуждением. Именно так изымалось имущество, например, у еврейских собственников, а позже под принуждением составлялись вполне законные документы. Чтобы выявить все подобные нюансы, относящиеся к самому темному периоду в истории немецкого музейного дела, к коллоквиуму было привлечено более двухсот экспертов.
На коллоквиуме приводились свидетельства известных специалистов-искусствоведов, работавших во времена фашистской диктатуры. Они не только помогали, но и порой сами активно участвовали в ограблении музеев и художественных коллекций оккупированных стран вместе с представителями соответствующих органов нацистов. Некоторым из этих специалистов удалось сохранить репутацию, по крайней мере как людей, прекрасно осведомленных в своей области, и после поражения Германии. Выяснилось, что часть награбленного перепродавалась. Таким образом нацисты пополняли свою военную кассу.
Поделиться книгой: