Принцесса начала быстро писать, глубоко выцарапывая буквы на меловой поверхности.

– Вот, отнесите это королеве. Вы найдете ее в штаб-квартире во дворе дворца. Расскажите ей все. В послании я прошу только два полка; остальное вы должны объяснить сами. Не думаю, что у вас возникнут сложности с тем, чтобы пройти через наши линии обороны, но если возникнут, то пароль: «слава», а отзыв – «или смерть». И торопитесь, торопитесь, если вам дорога жизнь!

Никогда еще Мавис и Фрэнсис не согревало такое волнение и осознание собственной важности, как тогда, когда они поднимались по длинному туннелю, чтобы передать послание королеве.

– Но где же дворец? – спросила Мавис, и дети остановились, переглядываясь.

– Сюда, прошу вас, – тихо сказал кто-то позади них.

Они быстро обернулись и увидели, что за ними по пятам плывет маленькая, изящная и очень вежливая макрель.

– Я из числа проводников, – сказала макрель. – Мне показалось – я вам пригожусь. Сюда, сэр, пожалуйста!

И она повела детей через сад, через рощицы, между живыми изгородями из водорослей, пока они не добрались до дворца, окруженного рядами солдат: все с нетерпением ожидали приказа, который должен был послать их навстречу врагам страны.

– Слава, – сказала вежливая макрель, минуя заставы.

– Или смерть, – ответил часовой, морской лещ.

Королева была во дворе, где детям устраивали овацию – совсем недавно, но как будто давным-давно. Тогда двор был местом спокойного и очаровательного веселья мирного народа; теперь в нем теснились пылкие, уставшие от бездеятельного ожидания воины. Королева в сверкающих коралловых доспехах встретила детей, когда пароль проложил им путь сквозь тесные ряды солдат, взяла камень, прочитала письмо и с истинно королевской добротой даже в такое время улучила мгновение, чтобы поблагодарить посланцев.

– Посмотрите, как выступят Нарвалы, – добавила она, – а потом поскорей возвращайтесь на свои посты. Скажите своей командующей, что до сих пор Книжный Народец не подавал признаков жизни, но Золотые Ворота надежно охраняет Треска – личный отряд короля, и…

– А я и не знал, что тут есть король, – сказал Фрэнсис.

Королева помрачнела, а проводница-макрель предостерегающе дернула Френсиса за подол волшебного мундира и прошептала:

– Тише!

– Короля у нас больше нет, – тихо сказала королева, – он потерялся в море.

Когда великолепная ровная колонна Нарвалов двинулась к назначенному месту, дети поклонились королеве и отправились обратно на свои посты.

– Мне очень жаль, что я такое ляпнул, – сказал Фрэнсис макрели, – но я же не знал. Кроме того, как может король морского народа потеряться в море?

– Разве ваши короли не теряются на суше? – спросила макрель. – А если не короли, то другие хорошие люди? Например, исследователи?

– Понятно, – сказала Мавис. – И неужто никто не знает, что с ним сталось?

– Никто, – ответила макрель, – он пропал очень давно. Мы боимся худшего. Будь он жив, он бы обязательно вернулся. Мы считаем, король у Глубинного Народа. Они околдовывают пленников, чтобы те забыли, кто они такие. Конечно, такому колдовству можно противостоять – в каждом мундире, прямо над сердцем, есть маленький кармашек с противоядием.

Макрель сунула плавник под чешую и достала маленький золотой флакон, очень похожий на яйцо ската.

– У вас такие флаконы, конечно, тоже есть, – добавила она. – Если вас возьмут в плен, немедленно проглотите их содержимое.

– Но если человек забудет, кто он такой, разве он не забудет о противоядии? – спросил Фрэнсис.

– Нет настолько сильных чар, – заверила макрель, – чтобы заставить кого-нибудь забыть о контр-чарах.

И вот они снова у ворот, охраняемых Омарами.

Принцесса устремилась навстречу посланникам.

– А вы не торопились, – заметила она. – Все хорошо? Нарвалы заняли свои позиции?

Удостоверившись, что с этим все в порядке, она повела детей вверх по длинному и крутому откосу к окну в стене, откуда можно было смотреть вниз на ущелье, чтобы увидеть приближение врага.

Нарвалы остановились примерно на середине ущелья, в том месте, где оно расширялось и становилось похожим на амфитеатр. Там, среди скал, они устроили засаду и ожидали наступления врага.

– Если бы не ты, Рубен, – сказала принцесса, когда они облокотились на широкий каменный выступ окна, – они легко смогли бы взять штурмом Северную башню, застав нас врасплох… Все наши самые сильные оборонительные полки были сосредоточены на южной стороне стены. Именно там враг напал в прошлый раз, как пишут в исторических книгах.

И вот тяжелый, грохочущий звук, слабый, но ужасный, возвестил о приближении противника, и далеко за морской равниной что-то зашевелилось. По ущелью, казалось, поплыл клубок водорослей.

– Морской Еж отправился поднять тревогу, – пояснила принцесса. – Какие они замечательные, эти бойскауты. В прошлую войну у нас их не было. Мой дорогой отец создал их отряд как раз перед тем, как…

Она замолчала, вздохнула и сказала:

– Смотрите.

Тяжелая кавалерия противника плотной массой двигалась к Морелэнду – огромные двадцатифутовые морские коньки и их огромные всадники восьми или десяти футов ростом приближались все быстрей и быстрей, направляясь к ущелью. Дети никогда не видели существ ужасней этих всадников. С головы до ног в плотно прилегающей чешуе, с большими головами, ушами и ртами, с тупыми носами и большими слепыми глазами, они сидели, выпрямившись, на бронированных скакунах, и длинные гарпуны слегка покачивались в их огромных руках.

Морские коньки помчались еще стремительней – и вдруг раздался звук, похожий на хриплый рев трубы.

– Они дают сигнал к атаке, – сказала принцесса.

Не успела она договорить, как Глубинный Народ решительно, яростно ринулся в ущелье.

– О, такое никто не выдержит… Они не выдержат, – воскликнула в отчаянии Кэти.

Из окна был виден весь амфитеатр, где затаились Нарвалы.

Морская кавалерия надвигалась, до поры до времени не встречая сопротивления, но, когда она приблизились к месту засады, пучки водорослей поплыли в лица всадникам. Те забарахтались, стараясь отпихнуть липучие штуки… А пока они этим занимались, Нарвалы бросились в атаку. Они всей тяжестью наваливались на всадников и сбрасывали их с коней, а Крабы с невероятной скоростью устремились вперед из-за прикрытия скал и стали хватать морских коньков за хвосты неумолимыми клешнями. Наездники были повержены. Коньки, вставая на дыбы, гарцевали от страха и боли, а облачка водорослей, внутри каждого из которых сидел колючий Морской Еж, бросались им в морды. Всадники встали и пешими сражались до последнего, но их гарпуны не смогли сравниться с рогами Нарвалов.

– Пойдемте отсюда, – сказала принцесса.

Морские коньки, подгоняемые огромными крабами, уже отступали в диком беспорядке; их преследовали Нарвалы и Морские Ежи.

Принцесса и дети вернулись к часовым-Омарам.

– Отбиты, – сказала принцесса, – и понесли тяжелые потери.

Омары разразились радостными криками.

– Ну как, принцесса? – спросил клубок водорослей, разворачиваясь у ворот и превращаясь в знакомого Рубена.

– «Как»? – переспросила она. – Это победа. И мы обязаны ею тебе. Но ты ранен?

– Всего лишь царапина, – сказал Рубен. – Чуть-чуть задело гарпуном.

– О, Рубен, ты настоящий герой! – воскликнула Кэти.

– А ну тебя, глупышка, – «любезно» ответил он.

Глава девятая. Книжный Народец

Даже в разгар войны бывают передышки. Наши земные солдаты, какими бы сильными они ни были, должны есть. То же самое относится и к подводным полкам. Бригада Ракообразных воспользовалась затишьем в боевых действиях после поражения морских коньков, чтобы вернуться во дворец и пообедать. Пища была очень скромной, ничуть не похожей на ту, что подавалась на «банкете оваций», как позже заметила Кэти. Не было ни красиво расставленных столов, украшенных пучками морских водорослей, ни тарелок, ни ножей, ни вилок. Еду передавали вкруговую, и на каждых шестерых солдат приходился один рог для питья (рог морской коровы). Все сидели на земле, как во время пикника. Королева, направляясь к Золотым Воротам, чтобы укрепить их оборону, на ходу сказала воинам несколько торопливых слов. Да, пища была простой, но, главное, ее хватило на всех. Корзины с едой отправили и в караульное помещение, Омарам.

– Очень важно, – сказала принцесса Фрейя, – чтобы наши солдаты даже во время обеда оставались на своих местах – на случай тревоги. Позже я спущусь вниз и поддержу бодрость их духа.

– Конечно, дорогая, – согласилась принцесса Майя, – только будь осмотрительней. Никаких вылазок. Твои Омары ужасно храбрые. Но ты же знаешь, мама запретила тебе вылазки. Ах, война – это просто кошмар! В какое состояние придут реки, когда вода будет течь как попало, а ветры сорвутся с цепи и начнут вытворять все, что заблагорассудится? Просто страшно подумать. Понадобится целая вечность, чтобы это исправить.

(Ее опасения оказались обоснованными. В прошлом году так все и случилось – вы же помните, какое дождливое тогда выдалось лето).

– Да, дорогая, – ответила Фрейя, – но теперь я знаю, кто разбил небо, что очень, очень печально, поэтому давай не будем все время об этом вспоминать?

– Я не хотела, – сказала Майя, дружески улыбнулась детям и пошла подбадривать свой отряд Омаров.

– А теперь – что нам делать дальше? – спросил Фрэнсис, когда обед закончился.

– Мы ничего не можем сделать, только ждать новостей, – ответила принцесса. – Наши разведчики вскоре пришлют весточку. Надеюсь только, что Книжный Народец не нападет одновременно с Глубинным Народом. Всегда существует такая опасность.

– Но как эти люди смогут сюда проникнуть? – спросила Мавис.

– Через Золотые Ворота, – ответила принцесса. – Конечно, они ничего не смогли бы поделать, если бы мы не читали книги, в которых они описаны. Это самое худшее в образовании. Мы все такие начитанные, а чтение отпирает книги, и персонажи могут из них выйти, если кто-нибудь их позовет. Даже наши рыбы невыносимо начитаны… Здесь начитаны все, кроме морских свиней, милых созданий, которые никогда не умели читать. Вот почему именно морские свиньи охраняют Золотые Ворота.

– Если не читать книги – полезно, то мы почти ничего не читали, – сказала Мавис. – Мы ведь можем помочь охранять ворота?

– Это то, что нужно! – радостно воскликнула принцесса. – Вы обладаете единственным оружием, которое можно пустить в ход против персонажей или придумавших их авторов. Если вы честно скажете: «Я никогда о вас не слышал», – ваши слова превратятся в смертоносный меч, и он поразит противника в самое чувствительное место.

– В какое место? – поинтересовался Бернард.

– Их тщеславие, – объяснила принцесса Фрейя.

Итак, маленькая компания направилась к Золотым Воротам, путь к которым преграждал плотный ряд морских свиней. Из-за ворот беспрестанно неслись вопли, и на каждый вопль свиньи отвечали в один голос:

– Мы никогда о вас не слышали. Вы не можете войти. Вы не можете войти. Мы никогда о вас не слышали.

– Какой от нас здесь толк? – перекричал Бернард низкие голоса морских свиней. – Они кого угодно могут задержать!

– Да, – сказала принцесса, – но если Книжный Народец заглянет в ворота и увидит, что тут всего лишь морские свиньи, его уязвленное самолюбие исцелится, и он устремится вперед еще решительней. А если персонажи обнаружат людей, которые никогда о них не слышали, обида станет смертельной. Пока вы способны правдиво заявить, что вы их не знаете, они не смогут войти.

– Рубен как раз сгодился бы для такого, – заявил Фрэнсис. – По-моему, он вообще ничего не читал!

– Ну мы и сами не так уж много читали, – спокойно сказала Кэти, – по крайней мере, о скверных людях.

– Хотелось бы мне быть такой же, – вздохнула принцесса сквозь шум голосов за воротами. – Я знаю их всех. Слышите тот холодный писк? Это голос миссис Фэрчайлд. А короткий, резкий, лающий звук – это тетя Фортуна[24]. Все время слышится рычание мистера Мэрдстона[25], а тот ледяной голос – мамы Розамунды, так лютовавшей из-за пурпурного кувшина[26].

– Боюсь, некоторые из них нам известны, – сказала Мавис.

– Тогда будьте осторожны, не говорите, что не знаете их… Есть масса тех, кто вам неизвестен: Джон Нокс, Макиавелли, дон Диего, сахиб Типу, Салли Брасс[27] и… Мне нужно возвращаться. Если что-нибудь случится, обнимите ближайшую морскую свинью и положитесь на удачу. Книжный Народец не может убивать – он может только одурманивать.

– Но откуда ты всех их знаешь? – спросила Мавис. – Они часто на вас нападают?

– Нет, только когда рушится небо. Но они всегда воют за воротами в полнолуние.

С этими словами принцесса отвернулась и исчезла в толпе верных морских свиней.

А шум становился все громче, слова все четче.

– Я миссис Рэндольф. Впустите меня!

– Я добрая миссис Браун. Впустите меня!

– Я – Эрик, или Тихоня. Я сейчас войду!

– Я Элси, или Элси, или Маленький огонек. Впустите меня… Впустите меня!

– Я миссис Маркхэм.

– Я миссис Сквирс.

– Меня зовут Урия Гип.

– Меня зовут Мондидье.

– Я – король Джон.

– Я – Калибан.

– Я – тот самый великан Бландербор.

– Я – Уэнтлейский дракон.

И все они вопили снова и снова:

– Впустите нас! Впустите меня! Впустите меня!

Напряженное вслушивание в имена и выкрикивание: «Я тебя не знаю!» – когда дети не узнавали вопившего, и молчание, когда узнавали, – все это становилось почти невыносимым. Вроде той ужасной игры с углами носового платка: «Держи крепко» и «Отпусти» – и ты должен помнить, что нужно сделать как раз наоборот. Рано или поздно обязательно кто-нибудь ошибется, и дети чувствовали растущее убеждение, что это произойдет рано.

– А что будет, если они все-таки войдут? – спросила Кэти у ближайшей морской свиньи.

– Не могу сказать, мисс, – ответила та.

– Но что ты тогда будешь делать?

– Задерживать их, исполняя свой долг, – сказала морская свинья. – Видите ли, мисс, они не могут убивать; они могут только отуплять, а нас отупить нельзя, потому что – какой смысл? Мы уже настолько тупы, что дальше некуда. Вот почему нам доверяют защиту Золотых Ворот, – гордо добавила свинья.

Галдеж снаружи становился все громче и упорней, и все трудней становилось понять, когда надо сказать: «Я вас не знаю», ранив тем самым тщеславие захватчиков. Наконец, разразилась катастрофа, которую дети некоторое время предчувствовали все яснее.