Искусство убивать. Расследует миссис Кристи

– Да. Простите, я на минуту.

Доктор вышел в приемную и заговорил о чем-то вполголоса с секретаршей. Уна услышала звон ключей, которые та, по-видимому, достала из ящика письменного стола.

– Полагаю, вам стоит принять вот это, – произнес Кёрс, вернувшись с маленьким пузырьком, в котором была прозрачная жидкость, и стаканом воды.

– Хорошо, – кивнула Уна. – А что это такое?

– Не тревожьтесь, обычное средство. Ваш рассказ наводит на мысль, что в последнее время слишком многое отягощало ваш ум, отсюда и учащенное сердцебиение. Вам надо отдохнуть.

Кёрс достал из ящика стола пипетку и, набрав немного бесцветной жидкости, накапал ее в стакан с водой. Содержимое стакана окрасилось в молочно-белый цвет.

– Вы хотите дать мне это прямо сейчас? – спросила Уна. Она была не на шутку испугана и жалела, что заговорила о своих душевных проблемах.

– Да, из вашего рассказа следует, что нервы у вас могут прийти в полное расстройство, если не принять мер.

– А нельзя мне выпить лекарство потом, когда я буду дома?

– Лучше сделать это под наблюдением врача, – ответил Кёрс, улыбаясь.

Уне не понравилась его улыбка. Да и сам доктор, по правде говоря, не вызывал симпатии.

– Возможно, вкус покажется вам не очень приятным, – сказал Кёрс, протягивая ей стакан, – зато уже через несколько минут вы будете чувствовать себя значительно лучше.

– Вас послушать, так это средство творит чудеса, – отозвалась Уна, поставив стакан на стол. – Даже не верится.

– Некоторые из моих пациентов говорят, что это лекарство помогло им сверх всяких ожиданий. Оно не только успокаивает нервы, но и приводит все тело в расслабленное состояние, а также устраняет тревогу, которая постепенно подтачивает здоровье.

– Кажется, мисс Нил говорила мне нечто подобное. По ее словам, после приема лекарства ее нервная система начала восстанавливаться. Может быть, это было то же самое средство?

– Вполне вероятно, мисс Кроу, – сказал Кёрс, вторично подавая ей стакан. – Сделайте несколько глотков, и вы убедитесь в его эффективности.

Уна взяла стакан. Доктор был ей неприятен, но не верилось, что он может причинить ей какой-то вред. В конце концов, он врач, терапевт, который лечит людей. А ее истинные цели ему неведомы. И как знать, может, это лекарство в самом деле окажется небесполезным. К тому же, согласившись его принять, она завоюет доверие доктора.

– Мисс Нил утверждала, что, приняв ваше лекарство, она почувствовала, будто парит в воздухе. Это звучит прекрасно. Я хотела бы испытать подобное освобождение от всех переживаний, связанных со смертью отца и с неприятностями в жизни мисс Нил. – Уна поднесла стакан к губам и слегка смочила их. Она ощутила, как жидкость начинает оказывать свое наркотическое действие. – Мисс Нил жалеет о том, что сблизилась с этим полковником. – Уна немного опустила стакан. – С ее слов, это привело к ужасному скандалу. А вы что думаете об этом, доктор?

– Что я думаю?

– Да, что вы думаете об этом загадочном деле, об исчезновении миссис Кристи? – спросила Уна, поставив стакан на стол.

– Да ничего особенного не думаю.

– Вы ничего не можете об этом сказать с профессиональной точки зрения?

– С профессиональной точки зрения? – переспросил Кёрс, взял стакан и вновь передал Уне.

– Да. Интересно было бы выслушать объяснение специалиста, медика.

– Боюсь, что не смогу дать его. Но все-таки настаиваю на том, чтобы вы выпили это лекарство, – вам оно необходимо. Вы сами сказали, что переживаете сильный стресс. А эти размышления об исчезновении миссис Кристи не принесут вам пользы. Лучше забыть об этом.

– Да, вы правы.

Дрожащей рукой Уна опять подняла стакан.

– Вы почувствуете вялость и сонливость, но, отдохнув часок, вернетесь в нормальное состояние. Вы должны жить, не страдая от ощущения нависшего над вами рока и окружающего мрака. Нужно разогнать этот мрак – хотя бы на время. Вы же за этим и пришли ко мне?

– Да, конечно, – согласилась она. – Вы очень добры.

От цепкого взгляда доктора, устремленного на ее руку со стаканом, некуда было деться.

– Сделайте глоток-другой, – настаивал он. – Прошу вас.

Горло Уны напряглось и сжалось.

– Я просто чувствую…

Доктор осторожно подвел руку Уны со стаканом к ее рту, и она попробовала языком горькую жидкость.

– Так, а теперь проглотите, – сказал Кёрс. – Правильно. Сделайте еще глоток. И еще один. – Он взял стакан из ее руки и поставил его на стол. – Ощущаете действие лекарства?

Уна почувствовала, как исчезает всякое напряжение и ее тело расслабляется. А затем на нее накатила усталость, захотелось спать. Ей казалось, что она наблюдает за собой с другого конца комнаты. Эх, какого дурака она сваляла! Борода доктора придвинулась к ней почти вплотную. Уна чувствовала его металлическое дыхание, но не могла шевельнуться. Глаза ее стали закрываться, и ее окутало черное бархатное покрывало.

Двадцать минут спустя она очнулась.

– Где я? Что… – проговорила она, потирая лоб.

– Не волнуйтесь, мисс Кроу. Вы помните, что пришли ко мне? Я врач, с которым вы хотели проконсультироваться.

– О боже! – произнесла Уна, неожиданно почувствовав, что ее сейчас вырвет. – Не могли бы вы…

– Вот, пожалуйста, – сказал Кёрс, подавая ей кювету и салфетку. – После этого лекарства людей часто тошнит.

– Спасибо. Но я ничего не…

– Ничего не помните. Это абсолютно нормально – тоже один из временных побочных эффектов. Но я уверен, что скоро вы почувствуете и благотворное воздействие этого средства.

– Правда? – сказала Уна, осматривая кабинет. – Пока что я чувствую себя очень плохо. И я не помню, как разговаривала с вами. – Она хотела подняться, но была вынуждена снова сесть. – У меня в голове словно молот стучит.

Что с ней произошло? Она помнила, как пришла в этот дом и разговаривала с секретаршей. Помнила застекленный шкафчик в приемной.

– Когда тошнота и головная боль пройдут, ваше самочувствие сразу улучшится. Многие пациенты говорят, что у них словно пелена спадает с глаз и они видят солнечный свет будто впервые. Вы, разумеется, будете по-прежнему горевать о смерти отца, но это больше не будет так угнетать вас.

– О смерти отца?

– Да. Вы просили меня помочь вам справиться с утратой. Помните?

– Что-то такое… Нет, не помню.

Глаза Уны наполнились слезами. Она открыла сумочку, чтобы достать носовой платок, но не могла найти его.

– Вот, пожалуйста, – сказал доктор и вытащил чистый носовой платок из ящика стола.

– Благодарю вас, – отозвалась Уна, прижав платок к носу.

Куда мог деться ее собственный платок? А-а! Она смутно вспомнила, что отдала его какой-то женщине. Где-то в груди гнездился страх, мучило предчувствие опасности. Ухватившись за сиденье стула, Уна заставила себя успокоиться и восстановить в памяти, хотя бы отрывочно, события последних дней: обнаружение письма с упоминанием мисс Нил в рабочем столе миссис Кристи, разговор с портнихой в ателье, позорную сцену в доме мисс Нил… Но девушка не могла понять, зачем она явилась к доктору. Да, она до сих пор не полностью оправилась после смерти отца, но отчасти все-таки преодолела хандру, и чувство утраты не мешало ей заниматься делами.

– Когда вы увидитесь с мисс Нил, пожалуйста, передайте ей привет от меня, – сказал Кёрс. – Я очень рад, что она рекомендовала вам обратиться ко мне.

– Мисс Нил рекомендовала?

– Ну да. Она ведь ваша подруга?

– Да-да, конечно, – ответила Уна, неожиданно вспомнив, зачем она решила нанести доктору визит. Но что произошло между ними?

– И держите меня, пожалуйста, в курсе своих дел. Очень интересно, когда современная девушка выбирает такую профессию. Желаю вам успеха.

Уна посмотрела на него непонимающе. Неужели она рассказала доктору о предпринятом ею расследовании? Очевидно, так и есть… Она чувствовала себя в глупом положении.

– Вы знаете, эта история с исчезновением писательницы захватила меня, – продолжил Кёрс. – Вряд ли я могу быть полезен как профессионал, но с удовольствием как-нибудь изложил бы вам свою точку зрения на это дело.

– Правда? А я с удовольствием выслушала бы ее, – сказала Уна.

– Может быть, вам нужна помощь? Вызвать для вас такси? Или вы предпочитаете подождать здесь, пока не пройдут неприятные последствия приема лекарства?

– Нет-нет, спасибо. Я просто посижу немного в своей машине.

Уна собралась уходить, но тут доктор прокашлялся и спросил:

– Вы беседовали по этому вопросу со многими людьми?

– О да, со многими, – ответила Уна.

Это не вполне соответствовало действительности – ее собеседниками были всего несколько человек, не обладавших сколько-нибудь ценной информацией, за исключением разве что Нэнси Нил, которая тоже не особенно откровенничала. Однако не стоило падать духом. Уна была уверена, что опережает газетчиков.

– И Нэнси, конечно, подробно рассказала вам все?

– Ну да, – ответила Уна настороженно.

– Как вы думаете, где сейчас может быть миссис Кристи? Или вы считаете, что она мертва?

– Где она – не знаю. Но не верю, что она умерла. Возможно, она скрылась на время, чтобы наказать мужа и заставить его тоже помучиться.

– Да, это интересная версия, – отозвался Кёрс, помолчав. – Мисс Нил тоже говорила что-то подобное.

– Правда?

– Да, насколько я помню. Она очень привлекательная женщина, вы согласны?

– Да, очень.

– Вы давно ее знаете?

– Да уж несколько лет.

– А как вы познакомились?

– Через моего отца.

– Кстати, что вы сейчас чувствуете, вспоминая отца? Вначале, когда вы пришли, упоминание его имени вызывало у вас слезы. Надеюсь, после лекарства вам стало легче.

– Да, я уверена, что со временем почувствую облегчение.

– Но может так случиться, что вам понадобится принять лекарство еще раз.

– Понятно.

– Может быть, сразу договоримся о следующем приеме? – Кёрс просмотрел записи в блокноте, лежащем на столе. – Я сверюсь еще раз с миссис Джонстон, но, пожалуй, мы можем встретиться с вами в пятницу на этой неделе. Скажем, в одиннадцать часов. Вас устроит?

– Так скоро?

– Согласно моим наблюдениям, этот тоник действует лучше всего, если принимать его дважды в неделю.

Уна колебалась.

– А после этого мы могли бы поговорить о миссис Кристи. Только, прошу прощения, я не могу допустить, чтобы вы ссылались на меня. Все, что я сообщу, вы должны будете использовать исключительно в целях вашего собственного расследования. Согласны на такое условие?

– Да, конечно. Благодарю вас.

– Можно было бы обсудить это и сейчас, если бы у меня не была назначена встреча с другой пациенткой. Бедняжка совсем плоха, а ведь совсем еще маленькая девочка… Сколько же ей? Всего восемь лет. Иногда жизнь бывает невыносимо жестокой, вы не находите, мисс Кроу?

– Да, вы правы. До свидания, доктор.

– Увидите миссис Джонстон, скажите ей, пожалуйста, о назначении на пятницу.

– Хорошо. Спасибо.

Покидая дом, Уна старалась идти спокойно и уверенно, но ей казалось, что ноги вот-вот откажут. Она не стала задерживаться у стола миссис Джонстон, лишь мимоходом кивнула ей и выскочила на зеленую улицу. Уна глотала свежий воздух широко открытым ртом, как человек, вынырнувший из глубины на поверхность воды.

Глава 22

Кенвард решил, что пора задать полковнику Кристи несколько неприятных вопросов. До сих пор суперинтендент был с ним исключительно вежлив, как с истинным джентльменом, каким полковник себя считал. И хотя происхождение и поступки Кристи вызывали у Кенварда сомнения, он держал их при себе. Тем не менее суперинтендент дал задание двум полисцейским следить за полковником, но до сих пор ничего необычного в его поведении замечено не было. Каждое утро он покидал свой дом в Саннингдейле и отправлялся на работу в лондонскую компанию «Рио Тинто», а вечером возвращался в Стайлз. Скандал, разразившийся в связи с исчезновением миссис Кристи, несколько охладил страсти, и, как докладывали полицейские, полковник ни разу не встречался с мисс Нил после того, как пропала жена.

Однако обходительность ничего Кенварду не принесла, и надо было опробовать другой подход. Суперинтендент отдал своим людям распоряжение поехать в Стайлз и доставить полковника на допрос. Кристи привезли уже полчаса назад, но Кенвард считал, что целесообразно заставить его немного подождать. Он давно убедился, что, продержав человека некоторое время в волнении, можно добиться неплохих результатов. Наконец Кенвард встал и велел полицейскому, дежурившему у дверей, привести полковника. Минуту спустя в кабинет ворвался Кристи.

– Что все это значит? – вопросил он, негодующе потрясая шляпой перед суперинтендентом.

– Садитесь, пожалуйста, полковник.