Отчаянная

- Девочка, ты где, по-твоему, находишься? - все еще смеясь, осведомился Гарт Рубан. - На светском приеме? Не спорю, может, у вас на Земле проституция и запрещена законом. Но здесь, на Ллуре, есть только один закон - приказ командора. А он приказал отправить всех, кто останется, в барак. Так что не сопротивляйся и иди сюда. Если будешь послушной, я, так и быть, дам тебе отдохнуть до завтра, как и твоим подругам. В противном случае, тебе придется принять первых клиентов уже... - Он глянул на мультитронный ксанар на запястье. - Да уже через час. Как раз дневная смена вернется...

- Мне все равно. Я читала договор. Там ничего не сказано о проституции!

- Зато там сказано, что ты собственность компании «Адар». И твоя жизнь сейчас напрямую зависит от твоего хорошего поведения. Забирайте ее! - последний приказ относился к конвойным.

Двое из них попытались схватить Киру за плечи, но она ждала чего-то подобного. Словно змея, вывернулась из жадных, тянущихся к ней рук. Прошипела:

- Не смейте ко мне прикасаться!

И тут же один из конвойных, оказавшись за ее спиной, локтем зажал девушке горло.

Она почувствовала, как в шею уперся конец энергошокера - маленькой, размером с карманный фонарик, но очень болезненной штуки, которая била по нервам на уровне ультразвука. Как свободной рукой мужчина провел по ее талии, а потом ущипнул за ягодицу, и его дыхание изменилось, стало прерывистым. А в поясницу Кире уперлась его твердая плоть, которую не могли скрыть даже слои одежды.

Еще секунда - и довольно чувствительный импульс заставил ее скрутиться от боли.

Задыхаясь от гнева и унижения, она упала на пол. Сквозь зубы, сведенные судорогой, вырвался слабый стон.

- Ну? - над ней нагнулся Гарт Рубан, и его глаза рассерженно сверкнули. - Теперь успокоилась?

Кира хотела плюнуть ему в лицо, но вместо этого смогла издать только полузадушенный хрип. Импульс энергошокера был настолько сильным, что теперь она почти не чувствовала собственные конечности. Тело в один момент перестало ей подчиняться. Только в глазах продолжало светиться бессмысленное упрямство.

- Вижу, не успокоилась, - Рубан покачал головой. - Что ж, не хотелось портить твою шкурку, но ты не оставляешь мне выбора. Придется тебя наказать. Заодно и другим будет наука. Вставай! - он вздернул ее на ноги.

Но едва чужие руки отпустили ее, она снова упала.

Тогда мужчина, недолго думая, просто схватил ее за лодыжку и поволок, обдирая бока девушки о шершавые плитки пола.

Кира кричала, дергалась, как червяк на крючке, пытаясь остановить эту пытку. Она отчаянно упиралась, цепляясь руками за пол и чувствуя, как ломаются ногти.

Она не могла поверить, что этот кошмар происходит на самом деле. Что ее несчастья не кончились. Что договор, который она подписала, надеясь спастись от тюрьмы, отправил ее в настоящий ад. Что в этом аду у нее нет никаких прав, а ее тело - собственность компании, и компания может использовать его, как пожелает.

- Хватит!

Холодный, негромкий голос произвел эффект разорвавшейся бомбы. В зале моментально установилась звенящая тишина. И из полумрака, скрывавшего отдаленный угол, выступила высокая тень.

Хорган.

Кира бросила на него ненавидящий взгляд сквозь пряди волос, упавшие на лицо. После душа она тщательно завязала их в плотный узел на затылке. Но во время борьбы волосы растрепались, и теперь рассыпались по плечам золотистым руном.

Рубан тоже остановился, продолжая сжимать лодыжку девушки мертвой хваткой.

- Отпусти ее, - приказал командор, подходя ближе.

Его ледяной взгляд переместился с Гарта на Киру.

- Сэр, эта заключенная нарушает...

Хорган жестом приказал ему замолчать. Потом неторопливо приблизился и, поддернув форменные брюки, присел на корточки возле Киры.

Его движения были спокойными, голос - негромким, но когда он навис над девушкой, та почти перестала дышать. Ее побледневшее лицо отразилось в его глазах, похожих сейчас на зимнее небо - таких же серых и непроницаемых. Она не увидела в них ни единой эмоции, ни единого чувства. Казалось, это был не живой человек, а робот, которому чужды любые волнения.

Под этим бесстрастным взглядом девушка сжалась, опуская ресницы. И почувствовала, как внутри зарождается мелкая дрожь.

Этот мужчина подавлял одним своим видом.

Стоило ему только приблизиться к ней, как она почти физически ощутила давление его ауры - властной, холодной, как сталь, и такой же опасной. Ее охватило желание сжаться в комок, стать еще меньше и незаметнее, забиться в самый дальний угол...

Сверкающие магнитные застежки командорского кителя притянули растерянный взгляд, и Кира поняла, что не сможет заставить себя посмотреть выше. Не сможет еще раз взглянуть в лицо этому человеку.

Пару минут Хорган просто рассматривал ее, будто редкостный экземпляр. Потом осторожно, двумя пальцами, поднял светлую прядь и, сжав в кулаке, поднес ее к носу. Его хищные ноздри раздулись, втягивая в себя аромат. И Кира услышала, как где-то в груди командора прозвучал сдавленный рык.горло сжал болезненный спазм. Воздуха вдруг стало мало. Так мало, что она начала задыхаться и невольно схватилась за свой ошейник. Ей показалось, что это он душит ее, послушно сжимаясь под пристальным взглядом дерранга. Сердце Киры застыло, пропуская один удар, а потом помчалось вскачь, впрыскивая в кровь дозу адреналина.

Но Хорган, будто не замечая состояния девушки, сжал ее подбородок и повернул к свету. Его колючий взгляд прошелся по ее лицу, отмечая каждую черточку.

Внезапно глаза командора сузились, превращаясь в две щели. Он пальцем коснулся ссадины на ее губе, и от его прикосновения девушку словно пронзил разряд тока.

Вздрогнув, она попыталась отпрянуть, но хватка командора оказалась железной.

- Что это?

Не зная, что сказать, Кира судорожно вздохнула.

- Сэр? - Гарт тоже нагнулся над пленницей. - Ссадина старая, наверно, с «подругами» что-то не поделила.

Хорган, будто не слыша его, разглядывал девушку, продолжая машинально поглаживать ее по губе большим пальцем.

- Как твое имя?

Она непонимающе моргнула.

Имя? Зачем ему знать ее имя? Разве она не должна представляться теперь идентификационным номером? И с чего такой интерес к ее скромной персоне? Что-то не помнится, чтобы сэр командор встрял, когда тот ублюдок ударил ее... Зато теперь, судя по сузившимся глазам, ему явно не понравилась старая ссадина...

- Ты меня слышишь? - Хорган склонился над ней еще ниже, заглядывая в глаза, и Кира едва не зажмурилась от волны терпкого мужского аромата, ударившей в ноздри.

- Д-да...

- Как твое имя? Не заставляй меня повторять.

Его голос не изменился ни на йоту, но пальцы сжались сильнее, почти причиняя боль. Каким-то шестым чувством Кира уловила возникшее в нем напряжение. Командор будто ждал удара из-за спины.

- К-кира... Кира Догилева... - почти промычала она, пытаясь избавиться от его хватки.

- Ты с Земли? Город-122?

Она машинально кивнула, не успев удивиться.

И в тот же момент он ее отпустил.

Поднявшись и уже не глядя на девушку, Хорган коротко бросил:

- Эту - ко мне.

- Сэр! - смешался Рубан, переводя взгляд с командора на пленницу. - Да она же бешеная! Чуть не загрызла Нейтли...

- Значит, займусь ее воспитанием.

Ни разу не оглянувшись, Хорган покинул зал.

И только когда за ним захлопнулась дверь, Кира почувствовала, что снова может дышать полной грудью.

Несколько мгновений она продолжала лежать, хватая ртом воздух и не зная, радоваться такому повороту событий или готовиться к новой борьбе. Кажется, в последнее время вся ее жизнь превратилась в череду сражений с самой собой и с окружающим миром. Потом села и растерянно огляделась.

- Откуда он знает? - прошептала она непослушными губами, не ожидая услышать ответ.

- Знает - что? - переспросил Рубан, что-то помечая в планшете.

- Из какого я Города... Этой информации нет в моем досье, я это точно знаю.

- Видимо, у командора есть свои источники информации. Все, хватит болтать, - он закончил делать пометки и раздраженно дернул ее за шиворот. - Шевелись!

Послав ему яростный взгляд, Кира поднялась.

Что ж, один мужчина, хоть и такой пугающий, это лучше, чем пара сотен оголодавших без женщин старателей. С одним она как-нибудь справится. В конце концов, справлялась же до сих пор!

Послав Рубану кривую гримасу, Кира встала и отряхнула одежду.

***

Выйдя из зала, Хорган несколько минут стоял в коридоре, пытаясь справиться с охватившим его волнением. Потом быстрым шагом направился в кабинет. Его пульс тревожным набатом стучал в висках, перекрывая все другие шумы, кроме стука собственного сердца. И все, чего сейчас он хотел - это укрыться от чужих глаз и побыть одному.

Там, в зале, когда он заглянул в глаза той девчонке, ему показалось, что он заглянул в глаза своей бездне. Он увидел в них то, чего ему не стоило видеть. То, что давно и прочно похоронил в глубине своей памяти.

Или думал, что похоронил.

Девушка. Интуиция не подвела. Он действительно был с ней знаком, точнее, с той, кто была на нее очень похожа...

Майя...

Он не заметил, как произнес это имя вслух. Сначала шепотом, пробуя его звучание на вкус. Потом чуть громче, перекатывая на языке и чувствуя, как по телу до самых кончиков пальцев пробегает нервная дрожь.

Майя...

Всего два коротких, непритязательных слога.

Но они отозвались внутри глухой болью. Будто кто-то сковырнул старую рану, уже успевшую зарубцеваться. И снова, как и много лет назад, ему захотелось разорвать свою грудь, чтобы выпустить эту боль на свободу...

Сколько лет он не позволял себе даже думать о ней?

Его русоволосая, смешливая майская девочка с сумасшедшинкой в зеленых глазах. Такой он ее запомнил.

У той, в зале, глаза тоже зеленые, но другие. Опасные. Взгляд настороженный, дерзкий. Это взгляд дикой пантеры, готовой защищать свою жизнь до конца. В ней словно горит огонь - неукротимое, жгучее пламя, которое уничтожит любого, кто решит его приручить.

А у его Майи в глазах плескалось бескрайнее море, такое, каким он его всегда представлял. Спокойное и безмятежное. В ней не было дерзости, не было непокорства. Она была мягкой, послушной и ласковой девочкой. Его половинкой...

Если только у дерранга вообще может быть половинка.

Закрывшись в кабинете, он первым делом открыл бар и, не задумываясь, плеснул себе в бокал щедрую порцию коньяка.

Напиток стоял здесь уже так давно, что плечики бутылки покрылись слоем пыли. Это был настоящий коньяк, доставленный с Земли. И он стоил целое состояние. Но сейчас был именно тот момент, когда Хоргану было все равно, что пить, лишь бы что-то покрепче.

Одним махом он опустошил бокал и снова наполнил его почти до краев. Огненная жидкость заструилась по горлу, обжигая, и в то же время проясняя сознание.

Сделав новый глоток, командор сжал бокал в кулаке, подошел к окну и прислонился к стеклу, надеясь охладить пылающий лоб.

И тут же понял, что сделал это напрасно.

Метель в поселке уже улеглась. Снегопад прекратился, и небольшая площадь перед ратушей была сейчас видна, как на ладони, в свете трех лун и неоновых фонарей.

По этой площади в полном молчании двигалась вереница людей. Десять женщин, закутанных в тяжелые шубы, волочившиеся по снегу, и пять мужчин, во главе которых шагал Гарт Рубан, используя импульсное ружье в качестве посоха.

Но не он привлек внимание командора.

Женщина, которая шла последней, с трудом переставляя ноги, увязавшие в глубоком снегу, вдруг обернулась. Словно что-то почувствовала.

Хорган удивленно отстранился от стекла. Даже не видя ее лица под низко натянутым капюшоном, он понял, что это она.

Кира.

Девчонка, из-за которой он здесь пьет в одиночестве и пытается обуздать своих демонов.

Между тем взгляд девушки заметался по темным окнам ратуши, будто что-то ища. Или кого-то.

Где-то глубоко-глубоко в душе, там, куда он сам опасался заглядывать, Хорган представил, что она ищет его. И почувствовал, как грудь сдавили тиски.

Его сердце заныло.

Не в силах отвести глаз от одинокой женской фигурки, застывшей на белом фоне, он залпом отправил в себя вторую порцию коньяка и обессиленно привалился пылающим лбом к стеклу.

Внутренний зверь поднял голову и тоскливо завыл.

Призраки, которых Хорган когда-то надежно похоронил, снова вернулись.

ГЛАВА 6

Стоило маленькому отряду пересечь площадь и выйти на единственную в поселке дорогу, которая вела от ратуши к космопорту, как Рубан остановился и подождал, пока Кира поравняется с ним. Она уже хотела прошмыгнуть мимо него и свернуть на узенькую тропинку, протоптанную в снегу. Ту самую, по которой они сегодня шли в ратушу. Но мужчина цепко ухватил ее за рукав.