Дом на крови

— Очень рад за этих ребят, — вклинившись в первую же паузу, произнес Гуров. — Но хотелось бы все-таки понять, о чем же идет речь. Вас это, может быть, удивит, но я даже о том, кто такой Сурков, не имею ни малейшего представления. А уж тем более о каком-то там Якупове, у которого этот Сурков — правая рука.

Прерванный на самом интересном месте, Орлов с минуту смотрел на него, как будто вспоминая что-то, потом сказал:

— Ах да! Это дело ведь не у тебя было. Ну правильно. Мы ведь тогда не знали… Хорошо, попробую объяснить с самого начала. С неделю назад был звонок в дежурную часть. Звонили с Калужской трассы проезжающие. Там на одном перегоне озерко небольшое. И мостик. И вот, проезжая по этому мостику, увидели они, что перила его сломаны, а возле бережка лежит, покачиваясь на волнах, труп мужчины. Выехала, как и полагается, группа, посмотрели, поискали. Нашли и машину. Выловили со дна. По номерам установили владельца, оказалось, что это некто Якупов Николай Робертович. И когда начали мы Николая Робертовича пробивать, выяснилось, что основным видом его трудовой деятельности является незаконная торговля дешевой рабочей силой. Точнее говоря, просто бесплатной силой.

— Аферы с мигрантами?

— Даже еще интереснее. Николай Робертович ничем не брезговал. И, судя по всему, главным его критерием была выгода от сделки. Чтобы заполучить в свое распоряжение мигрантов, нужно связи иметь, да и проплачивать их регулярно. А чтобы заманить в сеть какого-нибудь лоха из села Кукуево, приехавшего в Москву счастья искать, нужна лишь ловкость рук да пара таблеток усыпляющего препарата.

— Похищения и торговля людьми?

— Именно. Вот в этом-то «благородном» бизнесе и рулил господин Якупов. А Сурков, соответственно, активно ему помогал. Тебе, как профессионалу, должно быть известно, что с подобными людьми ни с того ни с сего автокатастрофы никогда не случаются. А если уж случилось что-то подобное, значит, есть тому веская причина. Но с Якуповым все обделано очень чисто. Что и понятно. Ведь в этом случае им не столько важно было, чтобы мы до сути не докопались, сколько, чтобы свои ничего не поняли.

— И они не поняли?

— Хороший вопрос. Ответа на него я, к сожалению, пока не знаю, но, судя по развитию событий, даже если кто-то что-то и понял, нужных выводов пока не сделал. Вторая смерть — из того же, как говорится, «лагеря». Сурков, как я уже тебе говорил, это первый помощник Якупова. И таким образом, сейчас у нас налицо две вполне очевидные тенденции. Первая — это чье-то очень сильное желание вывести из игры «фирму» Якупова и, по-видимому, поставить на это место «своих». А вторая — подозрительно слабое и неактивное сопротивление самого Якупова и его присных, позволивших так просто и незатейливо разделаться с собой.

— Нападение — оттуда, откуда меньше всего ждал? — предположил Гуров.

— Все может быть. Собственно, именно это тебе и предстоит выяснить. Наша выгода во всех этих дележках только одна — улучить удобный момент да и закрыть всех скопом, и «победителей», и «побежденных».

— Вашими бы устами, — усмехнулся Лев.

— А я и не говорю, что это будет просто, — серьезно взглянул на него генерал. — Но момент упускать просто грех. Повод открыть дело у нас есть — случай с Сурковым. Это уже явное и незавуалированное убийство, показывающее, что начинаются открытые боевые действия. Наша задача — начать расследование и, маневрируя между противоборствующими лагерями, разгадать планы и тех, и других и использовать эти планы для достижения своих собственных целей. А именно — задержания членов обеих преступных группировок.

— Да, на словах оно, конечно, выходит у вас складно, — задумчиво заговорил Гуров, уже догадываясь, кому именно достанутся основные хлопоты по упомянутому Орловым «маневрированию». — Но на практике редко все складывается так красиво, как вы здесь нарисовали. Вот, например, вы упомянули «тех» и «других». Из «тех» у нас, как я понимаю, только двое — Сурков и Якупов, да и они уже навряд ли дадут признательные показания. А что там по поводу «других»? О «нападающих» есть какие-нибудь сведения? Кто, откуда? Фамилии, адреса?

— С «нападающими» пока вопрос открытый. Похоже, эта сторона на данный момент никаких уронов не понесла, поэтому и сказать о ней что-то конкретное сложно. Вот если «якуповские» соберутся наконец с силами и ответят, тогда да. Тогда, думаю, у нас появится конкретный факт, позволяющий делать конкретные заключения. Выяснять, кто и откуда. И возможно, даже узнавать фамилии и адреса.

— Это вы имеете в виду установление личности очередного трупа? — с иронией спросил Гуров. — Я вообще-то говорил о живых. Живой человек, который в курсе дела и с которым можно будет об этом деле поговорить, вот кто действительно нужен.

— Так ищи! — вдохновенно произнес генерал. — Ищи, Лева. Найди этого человека. Тебе и карты в руки. Ты ведешь расследование, у тебя все полномочия. Действуй!

— Спасибо за доверие, — без особого энтузиазма ответил полковник. — А кто по этому случаю с Якуповым работал? Можно будет мне это дело посмотреть?

— Разумеется. Без вопросов, — с готовностью заверил Орлов. — Работал по нему Еремин Костя. Можешь сам к нему сходить, а хочешь, я дам указание, дело прямо ко мне в кабинет доставят.

— Да нет, не нужно. Дело — само собой, но и поговорить с человеком тоже бывает полезно. Не все умещается в протоколы.

— Согласен, — кивнул генерал.

Из кабинета Гуров вышел хмурым и озабоченным. Новое дело, порученное ему, похоже, и впрямь стоило всех тех, которые сейчас были у него в разработке. Шутка сказать — попытаться за один раз накрыть целую мафию.

«Торговля людьми — выгодный бизнес, — размышлял он, направляясь к кабинету Еремина. — И, как правило, там очень хорошая «крыша». Если началась война «за куски пирога», как выразился Орлов, интересы там могут затрагиваться весьма серьезные. Соответственно, и участвовать будут очень серьезные люди. А подобраться к таким людям близко — задачка та еще».

— Здорово, Костя, — произнес Гуров, открывая дверь в кабинет. — Я по твою душу.

— Проходи, садись, — гостеприимно пригласил Еремин. — Ты у меня гость нечастый.

— Да некогда по гостям-то ходить. Начальство так загрузило, что и домой-то попадаю на ночлег только.

— Ко мне, конечно, тоже по делу?

— Само собой. Очень интересует меня дело некоего товарища Якупова. Орлов сказал, оно у тебя было?

— А, этот, — озабоченно сдвинул брови Еремин. — Да, был такой. Человек-загадка.

— Загадка? В каком смысле?

— Да во всех. Так и не удалось точно установить, что же там произошло, на этом мосту, а главное, по какой причине.

— Если я ничего не путаю, смерть наступила в результате автокатастрофы? — уточнил Лев.

— Да. Но когда я попытался выяснить, в результате чего произошла сама автокатастрофа, сразу понял, что попытки эти тщетны просто по определению.

— Так фатально?

— А что ты хочешь? Там настоящая мафия. Все закрыто и семью печатями запечатано, получить ответ на конкретный вопрос просто нереально.

— Никто ничего не знает? — понимающе усмехнулся Гуров.

— Нет! У жены спрашиваю — где работал? В частном бизнесе, говорит. А конкретно? А конкретно он ей никогда ничего не говорил, утром уходил, вечером приходил, и это — единственное, что ей известно о его работе. С остальными «родными и близкими» такая же история.

— Но ведь о том, что это «настоящая мафия», тебе все же удалось узнать. Как, если не секрет?

— Да «свои» же и помогли. К кому еще обращаться в таких случаях? Якупов этот в Митино квартировал. Пошел я в местное отделение, поговорил с участковым. Он меня и просветил. Этот, говорит, Якупов гастарбайтеров по заказу поставляет. У него по всем вокзалам люди разосланы, еще на входе лохов этих принимают. Только эти данные, говорит, очень неофициальные и никто никогда их тебе не подтвердит. Я, мол, и сам так же вот, со слов знаю. Да и то потому только сказали, чтобы предупредить, чтоб не совал нос куда не надо. Дескать, не создавай людям проблем, и сам их иметь не будешь.

— И он не создавал?

— Наверное, нет. Если до сих пор работает по этому району, значит, видимо, не создавал. Я ему когда сказал, по какому поводу интересуюсь, он удивился до глубины души. Точно, говорит, здесь что-то нечисто. Не может быть, чтобы такой человек, как Якупов, ни с того ни с сего на тот свет отправился. Наверняка что-то там дополнительное есть.

— Кто-то метил на его место?

— Да, я тоже это предположил. Начал было парня этого, участкового-то, про связи расспрашивать, но узнал немного. Он, похоже, и правда куда не надо предпочитал не соваться. Сказал только, что частенько возле подъезда Якупова черный «мерин» стоял и несколько раз он вместе с мужиком каким-то выходил и в эту машину садился.

— Номера этот дипломатичный участковый, конечно же, не заметил?

— Да нет, заметил. Только не запомнил, — усмехнулся Еремин. — Мне по секрету шепотом сказал на ушко и потом снова сразу забыл. Да и то еще, кажется, пожалел. Раз сто потом повторил, чтобы я «никому не говорил», откуда информация.

— И что, дал номер? — с интересом спросил Гуров.

— Номер дал некоего Суркова Григория Евгеньевича. Личность тоже весьма загадочная. Ни в каких «списках» не значится, ни на каком предприятии не числится, на бирже труда в качестве безработного не состоит. В общем, откуда берет средства для существования, неизвестно. Но, судя по марке его автомобиля, источник этих средств очень неслабый. В общем, Григорий Евгеньевич заинтересовал меня чрезвычайно. Но тут, разумеется, лобовые методы не подходили.

— Опрашивать родственников уже не стал?

— Нет, не стал. Решил для начала понаблюдать за ним. Если это был ближайший компаньон Якупова, на роль заказчика он в целом подходил, так что перспективу для разработки имел. Но сам понимаешь, мне не разорваться. «Наружку» за ним выставлять официального повода нет, а самому каждый раз в засаде дежурить — где столько времени взять? Пару раз проводил его, как говорится, от дома до дачи, посмотрел, куда ездит, где «мерс» свой ставит. В общем-то ничего особенного. Разве что гараж у него интересный, а больше ничего примечательного не оказалось. По крайней мере, за то время, что я за ним наблюдал.

— А чем он так интересен, этот гараж? — спросил Лев.

— Да может быть, и ничем. Может, это я уже сам по инерции домысливаю. Только больно уж местность там примечательная. Территория какой-то загадочной промзоны, на которой уже лет сто ничего не производится. Кругом ангары, непонятно, то ли бывшие цеха, то ли нынешние склады. И тут же гаражи эти. Место на первый взгляд абсолютно выморочное и запустелое. Но разрушений нет, ангары закрыты, гаражи на замках.

— Подпольное производство?

— Все может быть. Может быть и производство, может быть перевалочная база. И скорее всего, что-то легальное там тоже имеется. Те же склады, например.

— Проверка ничего плохого не выявит?

— Вот именно. Без толку и соваться. Но что мне понравилось больше всего, это то, что от дома до этого гаража Суркову нужно чуть ли не полдня добираться. Он совсем в другом районе живет.

— Наверное, на что-то более приличное не накопил еще.

— Наверное.

— А что, он реально ставит там машину? Как ты на эти гаражи вышел?

— Да нет, чтобы ставил, я не видел, по крайней мере, в те дни, когда за ним следил. Машина всегда была возле дома. Там есть небольшая парковка во дворе, туда и ставит. А про гаражи нечаянно выяснилось. Поехал я за ним в очередной раз и через какое-то время смотрю — местность какая-то унылая пошла. Жилая застройка кончилась, вокруг — пустыри да перелески. А потом ангары эти увидел. Они высокие, издалека заметно. Смотрю, этот Сурков на своем «мерсе» прямехонько к ним сворачивает. Меня, конечно, это сразу заинтересовало. Только как быть? Тупо за ним свернуть — заметит сразу. Там ведь, кроме его машины, транспортных средств больше не было. Поотстал я слегка да и повернул в перелесочек. Спрятал машину да и припустил во все лопатки к этим гаражам. Своим ходом, так сказать.

— Скаут ты наш, никем не оцененный, — усмехнулся Гуров.

— Не то слово. Сам от себя не ожидал. Но, с другой стороны, зря, что ли, в такую даль ехал? Обидно было бы попусту время потратить.

— Ну и как? Дало результат? Не зря бегал?

— Да можно сказать, почти не дало. Пока я там в этих катакомбах лавировал, он, похоже, все главное, за чем приезжал, уже сделал. Я лишь под занавес подоспел. Высунулся из-за угла, смотрю — ряд гаражей, и один открыт. Рядом с ним «мерс», а рядом с «мерсом» Сурков и еще дедок какой-то. Я потом понял, что, видимо, сторож. Сурков, похоже, прощался уже. «Ладно, — говорит, — Трофимыч, бди. Следи, чтобы тут все в порядке было, чтоб ко мне в «закрома» никто не лазил». А тот ему — слушаюсь, мол, и повинуюсь. Потом Сурков гараж закрыл и уехал.

— Интересного больше ничего не сказал?

— Нет. Интересное в этот раз за кадром осталось. Вот, собственно, и все мои небогатые результаты на сегодняшний день. Сейчас опять навалилась текучка, и когда я эту свою партизанскую работу продолжить смогу, неизвестно.

— Теперь уже навряд вообще когда-нибудь сможешь, — многозначительно произнес Гуров. — По крайней мере, в отношении Суркова.

— Это почему? — удивленно взглянул на него Еремин.

— А потому, что почил он безвременно. Отправился следом за компаньоном своим.

— Да брось?! Вот это номер! Погоди… так это что же получается? Это получается, что не Сурков Якупова заказал, а и Якупова, и самого Суркова устранил кто-то третий?

— Да, и, похоже, теперь уже можно не сомневаться, что устранил совершенно сознательно и преднамеренно.

— Само собой. Две такие смерти подряд. Тут уж о случайностях говорить не приходится. Видимо, кто-то что-то с кем-то жестко не поделил.

— Или хочет переделить, — заметил Лев.

— Думаешь?

— Предполагаю. Откуда она могла взяться, эта третья сила? Уж точно не сам Якупов «воспитал бабу-ягу» в своем коллективе. Это либо кто-то из конкурентов, работающих в той же «отрасли» и желающих занять дополнительное пространство, либо кто-то из смежников, захотевших, так сказать, расшириться.

— А банальный «недорасчет»? Это, по-твоему, не может быть причиной?

— Вряд ли. Для этого в таком бизнесе даже предпосылок нет. Они ведь не «безналом» рассчитываются через двадцать корреспондентских счетов. Тут — товар, тут же и деньги. А нет оплаты, не будет и поставки. Все четко.

— Что ж, может быть и так. Значит, Суркова, говоришь, тоже на тот свет отправили? Занятно. И по-видимому, дельце досталось тебе, счастливчик? — усмехнулся Еремин.

— Угадал.

— Сочувствую. А мне, похоже, дело можно закрывать. За отшествием в мир иной главного подозреваемого.

— Не торопись. Если смерть Якупова не была случайностью, закрывать дело рано. Как знать, может таки, удастся выйти на убийцу Суркова. Тогда и по Якупову многое прояснится.

— А то, что Сурков убит, это уже установленный факт? — с неподдельным интересом спросил Еремин. — Там не автокатастрофа?

— Нет. Выстрел в грудь. И оружие на месте происшествия не найдено. Точно не самоубийство.

— Да, в этот раз, видимо, не считали нужным особо скрывать намерения, не стали маскировать под нечаянное падение в реку.

— Замаскировали под нечаянный угон. Труп обнаружили на трассе, а машины нигде нет. Но, думаю, это мало кого ввело в заблуждение. Особенно из заинтересованных лиц. Ты точно сказал, две такие смерти подряд случайными быть не могут. Остается пустяк — установить, чем обусловлена эта «закономерность».

— Вот зачем тебе нужна была информация по Якупову. Понятно. Жаль, что не смог помочь так, как хотелось бы. Но, как говорится, чем богаты.

— Кстати, об информации. Ты не возражаешь, если я зафиксирую для себя некоторые, так сказать, контрольные точки? Адрес этого Суркова, места, где он бывал. Ты там что-то говорил про дачу. Ну и гаражи эти, конечно. Думаю, если за ними подольше понаблюдать, наверняка можно увидеть что-нибудь интересное.

— Да, если у тебя будет для этих наблюдений время и если в это время за тобой самим не захочет кто-нибудь «понаблюдать». Контрольные точки фиксируй, мне не жалко. Но здесь нужно поосторожнее, сам видишь, какие у этих ребят методы. Если уж они со своими так строги, что же о ментах говорить.

— Сразу — к стенке, — усмехнулся Лев.

— Можешь смеяться сколько угодно, но я лично совсем не шучу. Сфера эта опасная. Не лезь на рожон.

Подбодренный этим заботливым напутствием коллеги, Гуров попрощался и отправился к себе в кабинет.

Следующим пунктом «повестки дня» должен был стать опрос семьи потерпевшего, но после разговора с Ереминым Лев был почти уверен, что опрос этот станет простой формальностью. Наверняка Сурков тоже не делился с близкими подробностями своей «профессиональной деятельности». Скорее всего, и ему, так же как Еремину, придется услышать ничего не значащие фразы, типа: «Утром уходил, вечером приходил».

Гораздо больше полковника сейчас интересовало, что стало с черным «Мерседесом». Теперь ему было совершенно ясно, что никто не собирался угонять или перепродавать машину Суркова. Однако держать такую «улику» при себе тоже было опасно.

«Куда же они его дели? — размышлял он. — Сожгли? Утопили? Сбросили с обрыва в пропасть? Или, решив совместить приятное с полезным, все-таки перепродали?»

Однако данных, позволяющих говорить на эту тему предметно, у него пока не было, и от догадок и предположений он решил перейти к реальным действиям.

Сверившись с блокнотом, уточнил адрес проживания Суркова и вскоре уже снова сидел за рулем.

Квартира мафиозного деятеля находилась в ничем не примечательном спальном квартале в Бутово.

Припарковавшись во дворе, Гуров поднялся на седьмой этаж и позвонил в столь же мало примечательную обычную железную дверь.

— Гриша, ты? — донесся из квартиры женский голос.

— Угу, — неопределенно буркнул Лев, надеясь с помощью этого нехитрого приема беспрепятственно попасть внутрь.