Мечи Марса. [Сборник]

Крики ужаса смешались с хрипом агонии задавленных людей, но чудовище, казалось, искало только Валериуса и девушку.

Тяжелая туша обрушилась рядом с ними, как вдруг раздался стук копыт, и отряд шемитов на взмыленных конях ворвался на площадь.

За ними гналась орда всадников, и во главе их возвышалась гигантская фигура в черной кольчуге.

— Конан! — дико закричал Валериус. — Конан!!!

Гигант подал короткую команду.

Облако стрел пропело над площадью и с тошнотворным треском воткнулось в чудовище, отбросив его на ступени лестницы.

Туша, издавая предсмертное хриплое кваканье, рухнула на колдунью и они, разбрызгивая кровь, покатились по Мраморным ступеням, под погребальное пение стрел.

Конан не спеша подъехал к лестнице и, спрыгнув с коня, приблизился к Валериусу, который в полном изнеможении сидел на ступенях.

— Клянусь Кромом, да это же Тамарис! Но кто же тогда там? — он указал на темную зловонную кучу.

— Демон, принявший ее облик, — выдохнул Валериус, а Конан с чувством выругался и, сорвав плащ со стоящего рядом солдата, бережно завернул в него нагую королеву.

Тамарис открыла глаза и изумленно посмотрела на покрытое шрамами лицо киммерийца.

— Конан! Я сплю?.. Ведь Саломея расправилась с тобой.

— Вот это вряд ли. Да и ты не спишь. Ты снова королева Хаурана, а я только что разбил Константинуса около реки и многие из его псов уже никогда больше не вернутся на родину… Стража закрыла передо мной ворота, но, раскачивая с седла тараны, мы быстро сорвали их и вот я здесь, а все мои воины, кроме этих пятидесяти, остались снаружи. Я не очень-то доверяю им, а этих хауранских парней хватит, чтобы защитить тебя.

— Это был какой-то кошмар! — прошептала Тамарис. — О, мои бедные подданные. Ты должен помочь мне вознаградить их. Отныне ты мой советник!

Конан рассмеялся и поманил хауранских воинов, толпившихся в отдалении. Они подбежали и низко склонились перед своей, вновь обретенной, королевой.

— Нет, королева, с этим покончено. Я теперь вождь Зуагиров и должен вести их грабить туранцев, как и обещал. Валериус, будет тебе хорошим советником, а я покидаю вас.

* * *

Светало.

Древняя караванная дорога была заполнена всадниками в белых накидках, протянувшимися от стен Хаурана почти до края равнины. Конан сидел на коне возле срубленного потемневшего креста и мрачно разглядывал человека, руки и ноги которого были пробиты железными штырями, крепко вколоченными в крест, который только что установили воины киммерийца.

— Семь месяцев назад, Константинус, — наконец глухо сказал он, — я был прибит к кресту, а ты наблюдал за мной.

Константинус не отвечал. Он судорожно облизывал посеревшие губы и его глаза остекленели от боли и страха.

— У тебя лучше получается пытать кого-нибудь, чем терпеть, — спокойно продолжил Конан. — Ты всегда любил наблюдать за мучениями своих жертв, и я оставляю тебя в достойной компании.

Константинус дико и отчаянно закричал, а Конан, натянув поводья, не спеша направился к реке, сверкающей в первых лучах солнца.

Ли Брэкетт

ВЕНЕРИАНСКАЯ КОЛДУНЬЯ

Глава I

Корабль медленно плыл сквозь пелену тумана. Его корпус из тонкого серебристого металла бесшумно разрезал поверхность Красного моря, оставляя за собой огненный след. Уже стемнело, а человек, известный как Старк, по-прежнему в одиночестве стоял на корме. Он был возбужден, чувствуя опасность, которая, казалось, исходила даже из горячего ветра.

Рулевой сонно склонился над веслом. Это был рослый человек с молочно-белыми волосами и светлой кожей. Он угрюмо молчал, но Старк чувствовал, как рулевой время от времени алчно поглядывает на него.

Капитан и два других члена команды маленького прибрежного суденышка ужинали на носу корабля. Оттуда доносились взрывы приглушенного хохота, и казалось, что все они участвуют в каком-то розыгрыше, смысл которого для Старка был непонятен. Жара изнуряла, да и в самом Красном море было что-то зловещее, хотя бы из-за легенд, которые ходили о нем. «Красное море лежит за Облачными Горами — гигантским барьером скрывающим половину планеты и очень немногие перевалили через них, чтобы проникнуть в тайну Внутренней Венеры…». Вернулось еще меньше.

Старк был один из них. Он уже три раза пересекал горы, один раз оставался там почти на год, но так и не смог привыкнуть к Красному Морю, которое состояло не из воды, но газа, достаточно плотного, чтобы по нему могли плыть металлические корабли, и вечно горело мерцающим огнем, окрашивая окутывающий его туман в кровавый цвет.

Старк смотрел, как в глубине, разбрасывая вспышки искр, струились ленивые течения, и ему казалось, что он разглядывает вселенную.

Послышались шаги босых ног, и появился капитан Мельфор — призрачный силуэт в сиянии моря.

— Подходим в Шараану.

— Хорошо, — кивнул Старк.

Это путешествие уже действовало на нервы.

— Тебе понравится Шараан, — радостно заявил капитан. — Наше вино, пища, женщины — все отменное. Говорят, мы держимся нелюдимо, но ты увидишь…

Он засмеялся и хлопнул Старка по плечу.

— Ты будешь просто счастлив в Шараане!

— Прекрасно, — сказал Старк и холодно посмотрел на капитана.

— Вероятно, — продолжил Мельфор, — тебе понравится жить у меня. Я и возьму с тебя по-доброму.

Он уже взял со Старка «по-доброму» за проезд с побережья. Непомерно «по-доброму».

— Нет, — мрачно отрезал Старк.

— Тебе нечего бояться, — доверительно сказал венерианин. — У чужаков, приезжающих в Шараан, всегда одна и та же проблема — хорошее укрытие, а у меня до тебя никто не доберется. В сущности, это настолько хорошее укрытие, что большинство иноземцев решило остаться именно в моем доме. Я дам тебе…

— Нет, — равнодушно повторил Старк.

Капитан пожал плечами.

— Ладно. Но ты все-таки подумай.

Он показал на видневшиеся сквозь туман тени утесов:

— Видишь, мы входим в пролив.

Мердольф сам взялся за рулевое весло. Судно стало набирать скорость, и Старк увидел, что течение несет его прямо к утесам. Перед ними появилась темная стена, в которой виднелась узкая малиновая полоса. Через пару минут она превратилась в реку бурлящего пламени, струившегося между неприступных утесов.

Клубился красный туман. Корабль дрожал, но летел вперед, как вырвавшийся из ада безумец.

Руки Старка невольно вцепились в край борта.

Они влетели в пролив, и Старк увидел, что он охраняется.

На утесах виднелись приземистые укрепления, баллисты и большие лебедки, чтобы тянуть сети через узкую горловину. Вероятнее всего, жители Шараана приняли закон, запрещающий входить в их залив всем иностранным судам, и у них были для этого причины. Официальная торговля Шараана состояла из вина и замечательной красоты кружев, сплетенных шелковыми пауками, но в действительности город жил пиратством и контрабандой.

Теперь же, разглядывая скалы и укрепления, Старк наконец-то понял, почему Шараан уже много столетий безболезненно нападает на торговый флот в Красном Море и дает убежище ворам, убийцам и прочей опасной публике.

С ошеломляющей быстротой они проскочили узкий пролив и плыли теперь по спокойной поверхности того, что было, по существу закрытым заливом Красного Моря.

Туман скрывал землю, но запах ее стал сильнее — гнилостный запах полуджунглевой, полуболотной растительности.

Нетерпение и чувство опасности усилилось.

Старк стал ходить по палубе стремительным, мягким шагом бродячего кота, но внезапно замер, прислушиваясь.

Ветер принес слабый заунывный звук, который шел отовсюду и ниоткуда, и землянину на секунду показалось, что это сама жаркая ночь Венеры кричит сквозь туман языком бесконечного горя.

Звук стих и умер, оставив после себя чувство обреченности, словно вся печаль и желания мира обрели голос в этом безнадежном плаче.

Старк резко повернулся к Мельфору.

— Что это?

Капитан удивленно взглянул на него.

— Плачущий звук! — нетерпеливо повторил Старк.

— Ах, это! — венерианин пожал плечами, — фокусы ветра. Он попадает в полые камни вокруг пролива.

Мельфор зевнул и, приказав помощнику встать у руля, подошел к Старку.

Землянин не обратил на него никакого внимания. С детства воспитанный полулюдьми, Старк сохранил в себе что-то дикарское и слух у него был превосходный. Мельфор врал. Никакой камень не может издать крик боли.

— Я знал нескольких землян, — сказал капитан не слишком-то ловко меняя тему. — Они не похожи на тебя.

— Я не с Земли, — буркнул Старк. — Я с Меркурия.

Мельфор вытаращил глаза.

Венера — облачный мир, где люди никогда не видели солнца и мало что знают о планетах. Капитан, конечно, знал о существовании Земли и Марса, но о Меркурии явно не слышал и Старк терпеливо объяснил:

— Ближайшая к солнцу планета. Там очень жарко. Солнце пылает, как гигантский костер, а облаков, чтобы скрыть его, нет.

— Так вот почему у тебя такая темная кожа!

Капитан покачал головой.

— Я никогда не видел такой кожи… и такого мускулистого тела, — добавил он с восхищением, и уже совершенно дружелюбно продолжил:

— Я хочу, чтобы ты остановился у меня, лучшего жилища не найти во всем Шараане. Кстати, люди в городе рады поживиться за счет иноземцев — грабят их, даже убивают, а меня все знают как честного человека…

Он помолчал и с улыбкой добавил:

— К тому же у меня есть дочь. Отличная кухарка… и очень красивая.

Снова послышалось горестное пение. Далекое, приглушенное ветром, оно как бы предупреждало о какой-то немыслимой угрозе.

— Нет, — сказал Старк.

Не нужно было обладать богатой интуицией, чтобы держаться подальше от капитана: этого не слишком хитрого мошенника.

В глазах Мельфора на миг мелькнула злоба.

— Ты упрямый, а Шараан не место для упрямых людей, — с угрозой сказал он и ушел.

Корабль, продираясь сквозь жару и туман, не спеша плыл по спокойному заливу Красного Моря, и призрачная песня преследовала Старка, как плач погибших душ.

Наконец, Мельфор вновь появился на палубе и отдал несколько команд.

Старк увидел впереди землю — темное пятно в ночи, затем различил черты приземистого и безобразного города, который скорчился на скалистом берегу, как ведьма, макающая в кровь рваные юбки.

За его спиной послышались осторожные шаги босых ног. Землянин повернулся с ошеломляющей быстротой животного, чувствующего угрозу, и положил руку на пистолет.

Нагель, брошенный помощником, со страшной силой ударил Старка по голове и он, пошатнувшись, увидел сквозь кровавую пелену приближающихся людей.

Резко прозвучал голос Мельфора. В воздухе просвистел второй нагель, который попал Старку в плечо.

Тяжелые крепкие тела навалились на него. Мельфор захохотал.

Угрожающе зарычав, Старк оскалил зубы и впился в чью-то щеку.

Венериане, похоже, испугались, решив, что Старк, как только до него дотронулись, колдовским образом превратился в зверя.

Человек с разодранной щекой выл.