Помоги проекту - поделись книгой:
Комплексная программа строительства на реке многочисленных ирригационно-оросительных систем, разработанная странами СЭВ, осуществляется полным ходом. Во время нашего путешествия можно было видеть десятки построенных и строящихся каналов, плотин, шлюзов, водохранилищ, насосных станций. Они исправляют «ошибки» природы, превращая не только Дунай, но и его притоки в единую судоходную, гидроэнергетическую, оросительную и ирригационную водную систему. Сотни тысяч гектаров при-дунайских земель уже стали богатыми сельскохозяйственными районами с гарантированными урожаями. В их числе знаменитый Большой Житный остров в Словакии и степь Хортобадь в Венгрии, которая еще недавно была совершенно бесплодной. Теперь она дает стране хлеб, овощи, рис, кукурузу, виноград.
Дунай занимает немалое место и в планах советских ирригаторов. Так, на одном межреспубликанском научно-производственном совещании в Кишиневе были детально рассмотрены вопросы орошения придунайских земель на территории СССР, определены методы строительства канала Дунай — Днепр и крупных ирригационных систем.
Специалисты киевского Укргипроводхоза создали схему комплексного использования водных ресурсов Дуная. Дело в том, что с каждым годом все больше и больше днепровской воды идет на орошение. Встал вопрос о соседних с Днепром речных бассейнах. Потому и решено соединить эту реку 270-километровым каналом с Дунаем.
Дунайские воды вольются в Днепр в районе Очакова. Это позволит развить ирригацию на Украине и в Молдавии. Только в южных районах Украинской ССР гидроресурсы Дуная помогут напоить около четырех миллионов гектаров пашни, садов, виноградников. Получат дополнительно влагу и поля в низовьях Днестра. А земли здесь, как известно, богатейшие.
Но вернемся на живописные берега Дуная, к началу нашего маршрута.
Справа по борту медленно проплыл румынский порт Галац с его знаменитой верфью. Успев привыкнуть в дни рейса к облику речных судов, еще издали обращаешь внимание на силуэты морских гигантов, которым предстояло начать отсюда свой путь по Мировому океану. Над «Рихардасом Бакаускасом» реял советский флаг — судно готовилось отплыть на Балтику. Сошла со стапелей «Аннапурна», на ее корме можно было прочесть название порта приписки — Бомбей. А горьковские судостроители спускают на боду «Ракеты» для речников Дуная. Эти суда на подводных крыльях мчатся по реке под болгарскими, венгерскими и чехословацкими флагами.
…Дождь, зарядивший с утра, наконец прекратился. Посветлело. И тут мы увидели впереди мост, перечеркнувший небо между дунайскими берегами. Мост Дружбы — так называют это гигантское сооружение — соединил болгарский город Русе и румынский Джурджу. Однако он важен не только для этих стран. По двум его «этажам» движется непрерывный поток грузов: лес и техника из Советского Союза в Болгарию, плоды солнечной балканской земли — в Чехословакию, Польшу, СССР.
Линии электропередачи, нефтепроводы, газовые магистрали, пересекающие великую европейскую реку, — это тоже мосты дружбы между братскими странами.
В болгарском порту Никопол мы несколько отклонились от нашего речного маршрута, отправившись в Софию по трассе нового газопровода. У шоссе высились груды земли, зияли траншеи, лежали штабеля труб… Рабочие спешили.
— Готовимся сварить последние метры. Ждем газ из Советского Союза, — пояснили они.
О том, что газопровод вступил в строй, через несколько дней сообщила братиславская «Правда», когда теплоход пришвартовался в порту столицы Словакии. Но прежде чем начать рассказ об этом городе, право же, нельзя не упомянуть и еще об увиденном в Болгарии, прежде всего о Плевене.
Плевен по праву считается городом русско-болгарской дружбы. Здесь тщательно сберегают остатки редутов, на которых когда-то за свободу братского народа сражались русские воины… В большом музее, окруженном решеткой из старинных штыков и стволов пушек, образцы оружия времен русско-турецкой войны, мундиры русских и болгарских солдат, документы, карты, живописные полотна, на которых запечатлены батальные сцены.
В годы второй мировой войны советский и болгарский народы сражались против общего врага — фашизма. Посреди города высится величественный монумент в честь освободителей — воинов Советской Армии.
Дружба двух народов, уходящая корнями в прошлое, все более и более крепнет с каждым годом, расширяются политические, экономические, культурные связи Болгарии и Советского Союза.
Какие бы дела ни вели путника через северо-западную Болгарию, он обязательно остановится хотя бы ненадолго в окрестностях Белоградчика, чтобы полюбоваться на одно из чудес природы. Миллионы лет она, подобно настойчивому и терпеливому мастеру, ваяла здесь фигуры из красного песчаника. Одна из причудливых скал покажется грозным грифом, в другой различишь облик восточного воина, а то вдруг ощутишь на себе взгляд сказочного чудовища.
Но вот снова наш теплоход в пути. За кормой остались болгарские города, и уже следующей ночью просыпаешься от стука в дверь каюты:
— Подходим к Катарактам!
Едва-едва брезжил холодный рассвет. Предутренняя тишина царила на берегах, которые становились все круче. На фоне светлеющего неба красиво вырисовывались убегающие вдаль могучие мачты высоковольтных линий. А по мере того как разгорался рассвет и теплоход подходил ближе к Железным Воротам, все величественнее вырастали гигантская плотина, трамплинные скаты водосбросов, бетонные коробки шлюзов у обоих берегов реки — югославского и румынского.
Наш теплоход прошел гидроузел примерно за полтора часа, шагнув по ступенькам шлюзов и выплыв на просторы водохранилища. Впереди простиралась широкая водная дорога, и судно шло полным ходом, не боясь никаких преград.
Плотина подняла уровень реки на протяжении многих десятков километров. Докатился этот подъем и до Нови-Сада, где и произошло то самое навигационное приключение, о котором говорилось выше. Старый мост, восстановленный после боев за освобождение Югославии советскими солдатами, оказался теперь слишком низким для современных судов. Вот и пришлось разбирать рубку, снимать трубу, опускать мачту, чтобы судно могло проскочить под ним. Конечно, со временем мост поднимут, а то и вовсе уберут, ведь берега в районе Нови-Сада сейчас соединяет новый высокий мост, под стать преображенному Дунаю.
Гидроузел в Катарактах, оросительные системы, опутавшие берега реки, лишь отдельные примеры активного сотрудничества придунайских стран, принявших в Белграде в 1948 году новую международную конвенцию о режиме судоходства и вошедших в единую Дунайскую комиссию. И таких примеров во время путешествия по Дунаю, ставшему отныне рекой дружбы, мы видели множество.
Приближаясь по реке к Братиславе — столице Словакии, обращаешь внимание на две достопримечательности. Первая — двухъярусный подвесной мост, который удерживают стальные канаты, протянувшиеся от башни на правом берегу Дуная. С этой башни, кстати, уже видна территория Австрии. Мост — новостройка, а вторая достопримечательность старше его на несколько веков. Это высоко вознесшаяся над Братиславой крепость Град.
Нельзя не обратить внимание, с какой любовью жители словацкой столицы оберегают Град и средневековые музейные кварталы в центре города. Впрочем, какие же музейные? Дома, возраст которых исчисляется двумя, а то и тремя сотнями лет, имеют все современные удобства. Конечно, то, что строят братиславцы сегодня, больше отвечает потребностям человека. Мы видели один из новых микрорайонов города. Его, пожалуй, можно было принять за зону отдыха. Чудесная планировка, обширные зеленые участки между зданиями, спортивные площадки. А главное — искусственное озеро. И возле него — посреди города — раскинулся пляж. Рядом лодочная станция, «лягушатники», забавные душевые для юных братиславцев.
Старые кварталы привлекают величественной архитектурой, живописными улочками, тенистыми садиками.
В былые времена добрую половину жителей Братиславы составляли виноделы. Еще в XIII веке братиславское вино заслужило высокую репутацию и подавалось даже к королевскому столу. Ежегодно о начале его продажи возвещали колокола храма францисканцев.
Разумеется, монахов-францисканцев давно уже нет в готическом здании. О прошлом напоминает лишь винарня «Белки Франтишканы» — ресторан, расположившийся в средневековых, с низкими каменными сводами подземельях. Не знаю, каково было братиславское вино в далекие времена, но то, которое подают сейчас в больших глиняных кувшинах в шумной винарне, и в самом деле переоценить трудно.
У Братиславы, по праву гордящейся своим виноделием, теперь и другая, еще более широкая известность города большой нефтехимии. Столица Словакии связана «ниткой» труб с Советским Союзом: трансъевропейский нефтепровод «Дружба» действует уже многие годы.
Главное промышленное предприятие города — знаменитый комбинат «Словнафт» — раскинулось на берегу Дуная.
— Теперь мы получаем нефть не только из Татарии, — рассказал инженер комбината Властямил Кабеш. — Недавно она пришла к нам и с далекой Оби. Сейчас комбинат потребляет ее ежегодно несколько миллионов тони, а в перспективе поставки нефти из Советского Союза возрастут еще больше…
«Словнафт» выпускает моторный бензин, дизельное топливо, битум, асфальт, смазочные масла, множество нефтехимических продуктов — полиэтилен, полипропилен, ацетон, фенол, диметил-фтолат… Обо всем этом инженер Кабеш рассказал по-русски. В ответ на вопрос, когда и где он так хорошо изучил язык, Властимил только развел руками:
— Что вы хотите, без знания русского нам никак нельзя. Приходится постоянно следить за советской специальной литературой, чтобы не упустить что-либо новое. У нас крепкие связи с коллегами из вашей страны. Недавно я был в Рязани с группой чехословацких специалистов на нефтеперерабатывающем заводе…
В Будапешт теплоход пришел в конце недели. На улицах венгерской столицы царило субботнее оживление. Многие будапештцы спешили в знаменитые купальни, или, как их здесь называют, бани Сечени. Вот уж тут поистине яблоку негде было упасть!
В Будапеште бьет 126 подземных источников, в том числе и горячие, в общей сложности они дают около 70 миллионов литров воды в сутки. Как утверждают мадьяры, это самый крупный водный курорт Европы, где лечатся от ревматизма и множества других заболеваний. Разумеется, пояснили нам, не следует принимать всех посетителей «бань» за людей, страдающих недугами. Большинство приходят сюда с верой в бодрящую силу купаний в целебных водах…
Зарубежные туристы, заглянув в «бани», отправлялись к другим достопримечательным местам: на площадь Героев, украшенную фигурами исторических личностей, или к самой высокой точке города — горе Геллерт, где воздвигнут памятник советским воинам-освободителям.
Большое впечатление оставляет панорама, открывающаяся на Дунай и равнинную часть венгерской столицы — Пешт со стен Рыбацкого бастиона, который расположен на высоком правом берегу реки — в Буде.
Воды Дуная отражают старинное здание парламента, удивительным образом соединившее в себе такие, казалось бы, взаимоисключающие качества, как изящество и величественность. Позеленевшие от времени купола и высокие шпили соборов поднимаются над морем городских кварталов. Со старыми примечательными строениями соперничают новые, которые начинают определять современный облик Будапешта, как, например, отель «Дуна интерконтинентал». Как ни странно, его облик хорошо сочетается с одним из древних соборов на набережной.
Нам предложили заглянуть на Рыбацкий бастион не только днем, но и вечером, чтобы в тишине, не нарушаемой туристской суетой, посмотреть на большой город, сверкающий морем огней.
Огни пляшут в волнах темной реки. Она отражает гирлянды фонарей на мостах. Построенные в разные годы в разных стилях, все они — и первый Цепной, и мост Петефи, и мост Свободы, и другие — неотъемлемая часть архитектурного облика столицы Венгрии. Город словно раскололся на куски, когда мосты оказались разрушенными в ходе жестоких боев минувшей войны. Нарушилось вековое единство Пешта, Буды и Обуды. Нетрудно понять радость будапештцев, когда советские саперы навели первый мост через Дунай и торопливые цепочки людей вновь потекли с берега на берег.
Предки современных мадьяр, некогда пришедшие на берега Дуная, обладали, надо понимать, немалым вкусом, если выбрали столь красивые места для своих поселений. А может, в них говорила память о просторах другой великой реки, берега которой являлись их прародиной, — Волги?
Предания венгерского народа многократно упоминают о местах, где столетия назад кочевали племена, пришедшие потом в Центральную Европу. Об исследованиях историков невольно вспоминаешь на центральной площади Будапешта — площади Героев, глядя на большую скульптурную группу. Бронзовые кони с длинными гривами и хвостами несут на себе закованных в кольчуги всадников. Из-под шлемов смотрят суровые лица вождей, испытующе вглядывающихся вдаль.
Как свидетельствуют рукописи, венгры пришли на берега Дуная в конце IX века из восточных районов европейской территории нашей страны. Однако точный адрес прародины венгров оставался долго неизвестным. Называли Среднюю и Нижнюю Волгу, междуречье Волги и Дона, степи Северного Кавказа. Уточнения внесли последние археологические находки, сделанные на территории Татарской АССР. Здесь в древних захоронениях были обнаружены предметы, похожие на те, что не раз находили в венгерских могильниках IX–X веков на берегах Дуная. Это браслеты, ожерелья, перстни, наглазники.
В захоронениях, найденных в Татарии, были и уздечки, стремена, конские кости. Сабли в ножнах, луки и колчаны, украшенные изображениями сказочных крылатых псов, коней, аналогичны обнаруженным в могильниках дунайских венгров. Поэтому участники совместного советско-венгерского археологического симпозиума, обсуждавшего в Москве вопросы истории народов Восточной Европы, отнеслись с большим интересом к этим находкам.
…Оживленный ритм жизни Будапешта вполне отражает темперамент его жителей. Еще больше ощущаешь его, побывав на так называемой «гуляш-парти». Правда, далеко не каждый гость оказывается готов к такому застолью в Вуде, в одном из бесчисленных ресторанчиков с местной кухней. Здесь предложат блюдо, в котором, кажется, перца и пряностей больше, чем каких-либо других компонентов. Иной гурман, смело решивший отведать обжигающего гуляша, не может сдержать потока слез и спешит добрым глотком знаменитого венгерского вина унять пожар во рту. Но и это не помогает…
Обстановка в таких ресторанчиках самая непринужденная. Будапештцы и гости, откуда бы они ни были, быстро находят общий язык. Приезжие подхватывают припев популярной песенки, которую запевают в зале под аккомпанемент оркестра:
— Оно си, оно си…
В Будапеште у нас было немало встреч, бесед. Много интересного сообщил генеральный директор Венгерского акционерного общества судоходства (MAXAPT) Иштван Ковач:
— Вторая мировая война причинила огромные повреждения Будапештскому порту — одному из самых крупных на Дунае. Береговые устои, склады, краны и другое оборудование были сильно повреждены. В восстановлении порта неоценимую помощь оказал Советский Союз. Сейчас грузооборот порта достигает 1,5–1,8 миллиона тонн в год. Здесь построена первая в Венгрии контейнерная база. В Будапештском порту можно увидеть суда из всех придунайских государств и Советского Союза. Суда под красным флагом привозят насыпной и обогащенный фосфат и суперфосфат, а увозят металлоизделия, бумагу и другую продукцию венгерской промышленности.
Эти грузы можно уже считать традиционными в торговых советско-венгерских связях. Но время расширяет их, «осовременивает». Теперь в списки грузов включается и новейшее техническое оборудование для строек Народной Венгрии.
Венгерские строители на сооружении целого ряда объектов работают в тесном содружестве с советскими специалистами. Техническую документацию для некоторых новостроек разрабатывают проектные организации Советского Союза. Наша страна поставляет, в частности, в Венгерскую Народную Республику энергетическое оборудование. Значительная часть этой продукции идет в Будапешт по Дунаю.
Река вела нас все дальше и дальше, и вот наш теплоход прибыл к месту своего рождения — в Вену. Здесь, на верфи «Корной-бург» был спущен на воду не только «Дунай», на котором мы совершили путешествие, но и другие суда. Вообще нужно сказать, что под советским флагом бороздят голубые дороги немало кораблей, для которых первой волной оказалась дунайская. Это теплоходы типа «река — море», построенные в чехословацком городе Комарно, морские сухогрузы и мощные речные толкачи, спущенные на воду на венгерских верфях.
«Дунайская комиссия немало способствовала европейскому сотрудничеству, развитию экономических и культурных связей, — писала венгерская газета «Мадьяр харлап» в передовой статье, посвященной 25-летию со дня подписания Дунайской конвенции. — Успешная деятельность Дунайской комиссии — это яркий пример мирного сотрудничества государств с различным общественным строем».
Отмечая новые и новые проявления этого сотрудничества, не следует забывать и о цене, заплаченной за мирную жизнь на берегах Дуная. Помнят об этом в каждом городе, где нам довелось побывать. Свидетельство тому — свежие цветы на братских могилах и у памятников советским воинам, освободившим все дунайские и придунайские столицы — Бухарест и Софию, Белград и Будапешт, Прагу и Вену.
В Вене у надгробий с русскими, украинскими, грузинскими, казахскими фамилиями стоял, обнажив голову, скульптор, бывший фронтовик Иван Гаврилович Першучев, по проекту которого создавался мемориальный комплекс в австрийской столице.
— Есть раны, которые не залечишь. И есть вещи, которые нельзя забыть, — сказал скульптор.
…Аккуратные дорожки, красные розы в небольших палисадниках у чистеньких домиков, глядящих окнами на Дунай. Красивый поселок! Но его название заставляет вздрогнуть — Маутхаузен! Фабрика смерти.
Дорога сворачивает в сторону от реки, ведет мимо некогда обагренных кровью гигантских каменоломен и упирается в мрачные ворота с колючей проволокой поверху. Сто тысяч людей вошли сюда и не вернулись. Отсюда не возвращались.
Сейчас на бывший Аппель-платц приходят представители многих стран Европы, чтобы отдать долг памяти жертвам фашизма. Среди них был и несгибаемый советский патриот генерал Карбышев. Идут и идут люди к памятнику, воздвигнутому легендарному герою.
Немало памятников советским воинам и в Белграде. Возвращаясь с горы Авала, где высится монумент борцам против фашизма и создан впечатляющий памятник известным советским военачальникам, мы ехали через новый район столицы Югославии, выросший на отвоеванной у дунайской поймы местности.
Центр Белграда расположился на высоком правом берегу Дуная и Савы, сливающихся здесь. Многие века назад это место было выбрано для постройки крепости. Остатки ее сохранились до наших дней. Со старинных стен глазу открывается широкий простор — заречные дали, светлая лента Дуная, разливающегося там, где впадает в него один из крупнейших притоков. Отсюда, с высокого берега, на котором сейчас разбит парк Калемегдан, за Савой, видны кварталы новых домов. О том, каков этот район, красноречиво свидетельствует такая деталь. Среди многочисленных фонтанов есть один весьма примечательный. Вечерами сюда спешат и белградцы, и гости югославской столицы, чтобы увидеть необыкновенную симфонию «Вода и свет», которая разыгрывается с помощью специального электронного устройства. Именно район за Савой символизирует новую, социалистическую Югославию.
Память о совместной борьбе советского и югославского народов в минувшей войне нетленна. Чувствуешь себя в Белграде просто и свободно, словно попал в знакомый город, потому что постоянно ощущаешь расположенность белградцев к гостям из СССР, с кем бы ни пришлось встретиться.
…Катит и катит свои воды Дунай. Несет суда с грузами, караваны барж, теплоходы с беспечными туристами. Восемь стран лежат на этой «голубой дороге». Далеки ее горизонты и заманчивы перспективы. Предлагается, например, соединить главную водную артерию Европы с Майном и Рейном.
Случилось так, что автору незадолго до путешествия по Дунаю довелось совершить поездку по Рейну от Бингена до Бонна. И главным впечатлением, пожалуй, остались не связанная с легендами скала Лорелей, многочисленные средневековые замки на берегах и тем более не изготовленная на потребу туристам бутафорская фигура рыцаря, поражающего аляповатого дракона, который сползает к воде. Больше всего поразило бесконечное движение на этой реке. По напряженной магистрали шли один за одним вниз и вверх по течению буксиры, самоходные баржи, пассажирские суда под флагами ФРГ, Голландии, Франции. «Двухстороннее движение» было весьма напряженным, как на иной автостраде.
Канал Дунай — Рейн намечено соорудить приблизительно к 1980 году. Откроется прямой водный путь между Черным и Северным морями. А со временем, как предполагается, дунайские суда через систему советских рек и каналов смогут выходить к Балтике.
Вот как раздвигаются горизонты мирного Дуная.
Об авторе
Лебедев Лев Георгиевич. Родился в 1934 году в Москве. Окончил факультет журналистики МГУ в 1959 году. Работает в редакции газеты «Правда», член Союза журналистов СССР. Автор нескольких рассказов, опубликованных в журналах «Юность», «Смена», и многих статей и очерков в центральной периодической печати. В нашем ежегоднике выступает четвертый раз. В настоящее время работает над книгой о советских моряках.
«ДУНАЙ — РЕКА ДРУЖБЫ»
Юрий Иванов
МОРСКОИ ПЕС
Это произошло в северной части Атлантического океана. При переходе из одного района промысла в другой наш рыболовный траулер попал в жестокий шторм. Трудно рассказать, что такое настоящий шторм, длящийся неделю подряд, неделю не дающий людям передохнуть. Такое надо пережить, чтобы запомнить навсегда.
Поделиться книгой: