Игры со смертью

— Привет, — в мою комнату просочился радостный Лиан. Бесцеремонно уселся на стул, закинув ногу за ногу. — Слышал, ты умудрилась заболеть. Могу угостить отличной настойкой на 777 травах, ягодах и кореньях.

— Надеюсь, без грибочков, — хмыкнула я.

— Без, — эльф сарказма не уловил. — Алина, я ведь извинился. От всей души предлагаю. Между прочим, никто, лучше эльфов не умеет обращаться с растениями.

— На иномирных жителях твоя чудо-настойка испытывалась? — деловым тоном поинтересовалась я. — Как действует? Какие побочные эффекты проявляются? А то мало ли… Сделаю глоточек, стану козлёночком, да и отброшу копыта сразу. А я ещё жить хочу, так много не сделано, так много ещё предстоит не сделать… Короче, спасибо, пей сам.

Лиан завис. Моргнул, ошалело посмотрел на меня. И обиделся.

— Ты не доверяешь моему мастерству травника?

— Доверяю, — кивнула я. — Но мало ли, вдруг у меня аллергия, анафилактический шок, и привет котёнку.

— Какому котёнку? — окончательно запутался ушастый визитёр.

— Беленькому. Или чёрненькому, — я пожала плечами. — Лиан, я с удовольствием отведаю твоей настойки, если князь Айлиннер скажет, что она никоим образом не повредит моему хрупкому здоровью. А ты мне расскажи лучше, что такое эльфийская боевая «искра».

— От Кристиэля услышала? — понимающе улыбнулся тёмный эльф. Упоминание Айлина стало достаточным аргументом, чтобы больше о чудо-настойке он не заикался. — Обыкновенный боевой отряд быстрого реагирования. Элитные наёмники.

«Ушастый спецназ», — перевела я и едва сдержала смех. Лиан покосился на меня с подозрением. Пришлось придать лицу серьёзное выражение и изобразить жгучий интерес к заявленной теме. К чести эльфа, интересоваться, что меня развеселило, он не стал. И даже рассказал про «искру» подробнее. Пять полных десятков бойцов, пять десятников и командир, глава боевой «искры». Охрана и сопровождение ценных грузов, подавление бунтов, уничтожение нежити — на счету отряда Лиана были десятки успешно выполненных заданий.

— Знаешь, Алина, я не ожидал проиграть в поединке, — легко признался эльф, рассказав о нескольких самых запомнившихся ему контрактах. — Уже прощался с ушами, — он потёр вышеупомянутые части тела. — Считал себя одним из лучших фехтовальщиков, но с князем Айлиннером мне не сравниться. Дёргать за усы этого барса действительно смертельно опасно.

— Потому что нефиг лезть туда, где стреляют, — пожала я плечами. — Я тебе сразу сказала, что принадлежу Айлину… в смысле, князю Авиалайнеру.

— Интересные у вас отношения, — задумчиво протянул мужчина, рассматривая меня, как редкую бабочку. — Не волнуйся, я никому не говорил и не расскажу.

— О чём? — насторожилась я.

— О том, что понял в первые минуты встречи, — Лиан подошёл ко мне и шепнул на ушко: — У невинных девушек особый аромат. Поверь, я точно знаю.

Это было, словно удар под дых. И слова эльфа мало успокаивали. А вдруг он брякнет об этом Айлину, пребывая в святой уверенности, что тот давно в курсе. Вот князь обрадуется-то! Вспомнив «Икатро» и безымянный гримуар в чёрной обложке, я сглотнула. Внутренний голос посоветовал убить эльфа учебником по этикету, но тут же отказался от этой идеи, решив, что труп здесь прятать некуда.

Лиан тем временем вернулся обратно к столу, сунул нос в так и не решённую мной задачу по экономике и предложил помощь. Вооружившись карандашом, нарисовал затребованную кривую, поясняя, откуда взялись конкретные точки. За этим полезным и познавательным занятием нас застала госпожа Тамила, принёсшая мне чашку с киселеподобной целительной бурдой. Принюхавшийся эльф скривился, всем своим видом показывая, что в кружке — редкая гадость.

— Я себя уже хорошо чувствую, — попыталась я отказаться от предложенного лекарства.

— Распоряжение князя Айлиннера, — женщина скрестила руки на груди. — В случае отказа велено напомнить про договор.

— Хорошо, выпью, — я вздохнула, в несколько глотков опустошила чашку и вернула её госпоже Тамиле. — Спасибо за проявленную заботу. И вам, и князю.

Женщина ушла, бросив неодобрительный взгляд на Лиана. Эльф тоже поднялся, пожелал мне поскорее выздоравливать и выразил искреннюю надежду, что мы ещё не раз встретимся. Я этих чаяний не разделяла, но кивнула с улыбкой Джоконды. Когда за Лианом закрылась дверь, попыталась вернуться к учебнику по этикету. Напрасно. Память подбрасывала особо жуткие подробности прочитанных ритуалов, воображение рисовало зловеще улыбающегося Айлина, демонстрирующего мне ритуальный кинжал с изогнутым лезвием.

— Можно, — вяло отозвалась я на стук в дверь. Подняла глаза на вошедшего и удивилась: — Крис?

— Грустишь? — улыбнулся принц.

— Неа, решаю задачку, — я отложила книгу. — Из деревни Вилларибо в деревню Виллабаджо выдвинулся кортеж архилича с отрядом скелетов. Вопрос: сколько мирных жителей не доберётся до своих домов, если скелеты заплутают, а архилич захочет срочно пополнить войско?

— Задача не имеет решения, — покачал головой Кристиэль. — Слишком мало данных.

— Вот и мне так кажется, — вздохнула я. — А ещё убивает чувство двойственности: очень хочу задать некоторые вопросы, но категорически не желаю услышать ответы.

— Значит, они тебе не нужны, — сделал вывод князь Лисс-ар-Дэй. — Дай-ка угадаю, тебя беспокоит скорый визит во дворец?

— И это тоже, — я поднялась, подошла к окну.

Открывать не стала: заболеть повторно совсем не хотелось. Смотрела на хмурое неприветливое небо, на серые камни стен.

— Айлин сумеет тебя защитить, — успокоил собеседник, становясь рядом со мной.

— Крис, как ты считаешь, почему он берёт меня с собой? — задумчиво поинтересовалась я.

— Почему Айлин поступает так или иначе, знает только он сам, — Кристиэль мягко улыбнулся. — Впрочем, могу догадываться. Брат любит сложные партии. Королевский тайный советник, Тарин Олафф, в курсе, что Айлин завёл себе личную светлую, и отношения вас связывают самые близкие. Наверняка он настойчиво порекомендовал моему любимому брату не демонстрировать свою любовницу и не оскорблять тем самым будущих родственников. И Айлина это взбесило. В таких случаях он делает то, чего никто от него не ждёт, и так, что это бьёт по всем, кроме него. Взяв тебя ко двору, он покажет, что Олафф ему не указ, продемонстрирует невесте, что её неверность нисколько его не трогает, и одним махом оскорбит кучку дворцовых прихвостней, вынудив их терпеть присутствие нетитулованной светлой, возвышенной до официальной фаворитки князя. А они не посмеют даже тявкнуть в твою сторону: вызвать недовольство Айлина — гарантированно обеспечить себе мучительную, долгую и неприятную смерть.

— Ты серьёзно? — я шокировано взглянула на него.

— Это лишь предположения, Алина, — с нажимом повторил маг. — Я не знаю наверняка. Но почему бы не поделиться с тобой догадками?

— Да, действительно, — медленно кивнула я. — О чём ещё ты догадываешься?

Принц склонился к моему уху и шепнул:

— О том, что близится время выполнения наших взаимных обязательств. — Отодвинулся и произнёс обычным тоном: — К чему порождать сплетни? Хорошего вечера.

— И тебе, — машинально ответила я.

Намёк бы ясен: день моего второго в этом мире брака, на сей раз, нерушимого, уже маячил где-то на горизонте. Я нервно хихикнула, подумав, что Айлин и теперь не запрещал мне выходить замуж за неизвестного. Наверняка князю и в голову не пришло, что подобное может повториться.

А на следующий день я проснулась от дикой боли внизу живота. Не иначе, как от нервов, простуды и бог весть чего ещё «любимые» дни всех женщин решили начаться почти на неделю раньше. Таблетки, разумеется, благополучно остались в моём мире, и я, наивная, искренне надеялась, что они мне не понадобятся, успокоенная отсутствием спазмов в предыдущие месяцы. И вот, пожалуйста... Сил хватило лишь на то, чтобы доковылять до рюкзака за фемикапом, в ванную и обратно, на кровать, свернуться грустным эмбрионом и пережёвывать боль, считая вдохи и выдохи, поглаживая несчастный животик. От тупой, ни на миг не прекращающейся боли слёзы сами катились из глаз. Моё самочувствие можно было охарактеризовать одной фразой: «Пристрелите меня, пожалуйста».

«Ещё немножко, — уговаривала я себя. — Через часик пройдёт, успокоится. Вдох-выдох… Аккуратно, не напрягая мышцы…»

Кажется, в дверь стучался Виссер, не встретивший меня на завтраке и обеспокоившийся, ругался, требовал открыть, спрашивал, жива ли я там вообще, а я была не в состоянии даже шевельнуться, тихонько плача в подушку. Вскоре стук в дверь прекратился. Ловчий ушёл. Дыхательная гимнастика всё так же не помогала. Я пошевелилась, пытаясь улечься удобней, и застонала от нового приступа боли. Закрыла глаза, глубоко вдохнула и испуганно дёрнулась от неожиданного прикосновения прохладной руки ко лбу. Живот тут же отреагировал новым спазмом.

— А-а-а-а-а-у-у-у-у-у-у… — тоскливо протянула я, сворачиваясь клубком.

- Что с тобой? — в голосе Айлина не было ни малейшего беспокойства, лишь лёгкий интерес.

— Живот… — всхлипнула я.

Князь, не церемонясь и не обращая внимания на слабые попытки отбиться, развернул меня, уложил на спину, задрал рубашку до груди.

— Тёмный, будь человеком, не приставай, дай спокойно сдохнуть, — простонала я, пытаясь прикрыться.

— Твои прелести меня сейчас не интересуют, — холодно ответил маг, пальцем рисуя на моём животе какие-то знаки.

Боль моментально отступила, как будто её выключили. Я недоверчиво моргала, прислушиваясь к своим ощущениям. Да, действительно, больше не болело.

— Не за что, — произнёс Айлин, опуская мою рубашку обратно.

— А как ты это сделал? — слёзы высохли моментально, снова проснулось желание жить. — Да меня ни одно обезболивающее, даже самое сильное, так быстро не брало! Даже лидокаин пару раз колола, когда совсем невмоготу было, и то ещё минуты три мучилась…

— Рунескрипт, — просто ответил тёмный маг. — У тебя часто такие болезненные регулы?

Я стремительно покраснела. Вот ещё не хватало обсуждать с ним такие деликатные вопросы… Да я, узнав, что новым участковым гинекологом в моей поликлинике будет мужчина, записалась в другую, чтобы только с ним не пересекаться! Но Айлин, словно не замечая моего смущения, ждал ответа.

— Нет, — наконец призналась я. — Раз в три-четыре месяца… И только первый день.

— Понятно, — кивнул мужчина. Провёл раскрытой ладонью над моим животом, близко, почти касаясь кожи, нахмурился.

— Что? — встревожилась я.

— Ничего серьёзного, — покачал он головой. — Зайди через часик ко мне в лабораторию, дам настойку. Три столовые ложки перед сном, и эта проблема перестанет тебя беспокоить. Занятия сегодня в обычном режиме.

И, прежде чем я успела его поблагодарить, исчез. За настойкой я зашла, разумеется. Маг был чем-то занят, вручил мне небольшой флакон с густой, сладковато пахнущей жидкостью, и выставил за двери.

Дальше время покатилось, словно снежный ком с горы. Занятия с преподавателями, примерка трёх платьев, в срочном порядке дошивающихся и подгоняющихся по моей фигуре. Слава богу, на корсете и фижмах никто не настаивал. Точнее, одна из приглашённых швей попыталась о них заикнуться, мол, при дворе это всё ещё в моде, но я заявила, что носить этого не буду и согласна быть не самой модной.

— И вообще, я не настолько толстая, чтобы меня дополнительно ужимать, — завершила я негодующий спич о пагубном влиянии корсетов на отдельно взятую меня. — А князь разрешил мне обходиться без корсета.

— Так грудь красиво поднимется, — попробовала переубедить меня защитница пыточных устройств.

— Поверьте, меня моя грудь вполне устраивает и так, — покачала я головой. — Никаких корсетов!

Лиан пробыл в замке ещё три дня, но я его видела лишь мельком, по уши увязнув в прохождении курса молодого придворного бойца. С танцами, как ни странно, всё получалось. Винсент Верголь был превосходным учителем. Понемногу я даже поверила в то, что совсем не такая неуклюжая коровушка, которой представляла себя все эти годы. Когда эльф уехал, вздохнула с облегчением. Я не слишком доверяла Лиану, несмотря на его обещание сохранить мой маленький секрет.

К концу недели близ деревни, в которую я неудачно сходила на ярмарку, появились шатры бродячих комедиантов. И следующим утром артисты явились просить у князя разрешения выступить ещё и в замке. Айлин позволил. Узнала я об этом случайно услышав разговор Эммы и Марисы, предвкушавших весёлое представление. Крис на несколько дней снова отправился в своё княжество, Айлина я два дня до этого вообще не видела и подозревала, что князь всё-таки сердится за мой скоропалительный брак и не желает со мной общаться. Сама встреч с ним тоже не искала, едва доползая по вечерам до комнаты и падая в кровать, как сноп. Даже одеялом не всегда успевала накрыться прежде, чем уснуть. Порой просыпалась ночью от холода, накрывалась и засыпала снова.

В день, на который было назначено выступление комедиантов, случайно столкнулась с Айлином возле библиотеки.

— Как твои успехи? — поинтересовался князь.

— Чувствую себя так, словно у меня внеплановая сессия, — честно призналась я. — И уже два раза едва не попросила у экономиста и политолога список вопросов к экзамену. Какое счастье, что на сегодня занятия закончены!

— В мои планы не входит угробить тебя учёбой, — улыбнулся маг. — Если хочешь, можешь вечером сходить на представление.

— А ты придёшь? — взглянула на него, отмечая бледность, тёмные круги под глазами. Похоже, не я одна устала, как бобик. — Цирк — это весело.

Айлин взглянул на меня, приподняв бровь.

— Цирка мне и в жизни хватает. Особенно после твоего появления.

— Да-да, личный шут, аниматор и что-то вроде кота, я помню, — я потёрла лоб. — Тогда я тоже не пойду. Завалюсь спать. А то у меня хронический недосып. Утром встаю, а просыпаюсь к обеду…

— Хотела пойти со мной? — в голосе князя проскользнули нотки заинтересованности. — Почему?

— Соскучилась, — я пожала плечами. — И помириться хочу. Прости меня, пожалуйста.

— Алина, я не сержусь на тебя, — мужчина положил руку мне на плечо. — Был занят. Если хочешь, могу взять сейчас с собой на допрос мага, который устроил твой побег. Правда, отношения к устроенной оргии с лимереей он не имеет.

Конечно же, я согласилась. Допросная находилась в подвале. Небольшое прямоугольное помещение, освещённое лишь магическим светом, серое и безликое, давящее, угнетающее. И сидящий на привинченном к полу стуле мужчина. Ледовир. Запястья мага были скованы за спинкой стула. Но следов пыток или избиений на его теле я не заметила.

— Живучая, — только и сказал он, увидев меня. Губы мужчины при этом искривила презрительная улыбка. — Как зачарованная — ничего тебя не берёт! — перевёл взгляд на князя. Несколько секунд смотрел ему в глаза, потом, не выдержав тяжёлого взгляда Айлина, опустил голову. Глухо проговорил: — Могу ли я просить о лёгкой смерти, ваша светлость?

— Просить можешь, — холодно ответил князь. — Рассмотрю ли я эту просьбу, зависит от того, насколько добровольно ты всё расскажешь.

Ледовир рассмеялся хриплым, каркающим смехом.

— Князь Айлиннер, поверьте, я совершенно не горю желанием знакомиться с вашими методами получения информации. Раз уж мне не удалось вовремя исчезнуть, разумеется, расскажу всё.

Я слушала и диву давалась, как только меня угораздило случайно попасть в самый эпицентр событий. Ледовир собирался провести серию магических ритуалов, после которых его личный резерв увеличился бы почти вдвое. Побочным эффектом могло стать неконтролируемое появление множества керсо в окресностях замка, которые уничтожили бы несколько деревень, но маг счёл, что это допустимая цена за Силу. Мужчину, труп которого я обнаружила на лестнице, убил именно он. Ледовир знал, что ритуал относится к запрещённым и заранее продумал, как отвести от себя подозрения. Труп должен был отвлечь внимание. Пока князья были бы заняты проверкой версии о покушении или подготовке заговора, Ледовир мог бы спокойно провести задуманные ритуалы. Но в планы вмешалась я, обнаружив труп раньше времени. Шорох, услышанный мной той ночью, издала не крыса, а пытающийся тихо скрыться маг. И он был уверен, что я видела его. Задуманные ритуалы пришлось отложить, а я стала досадной помехой. И угрозой.

Незабываемую встречу с инкубом мне тоже организовал Ледовир. Опасную сущность он поймал ещё несколько лет назад и до поры запечатал в кольцо-артефакт. А когда решил избавиться от меня, зная, что я люблю гулять у озера, бросил разломанное кольцо возле тропинки. Инкуб дождался меня, попытался напасть, и если бы не вмешательство Айлина, план Ледовира сработал бы.

Когда произошла скандальная история с опоенными возбуждающим зельем магами, в том числе и самим Ледовиром, и Кристиэль, от греха подальше, решил спрятать меня в темнице до возвращения Айлиннера, мой недоброжелатель решил, что пришло время опять попытать счастья. На этот раз он действовал чужими руками. Набросил заклятье подчинения на Виалора, говорил со мной через него, полностью подчинив молодого и слабого мага себе, словно марионетку. А потом, отправив меня на верную смерть (как ему казалось), внушил Виалору программу самоубийства. И следующим вечером тот ушёл из замка. Отрезал себе язык, выколол глаза, выбросил нож в озеро и утопился там же. Пока тело нашли, раки и рыбы успели полакомиться.

А потом я вернулась в компании Айлина. Несчастная, вся в синяках и крови. Ледовир лично не видел нашего эпичного появления, но ему рассказал Теон. Для мага это стало крайне неприятным сюрпризом. А когда одна из любовниц Кристиэля, блондинка Лорин, по секрету поделилась со всеми знакомыми шокирующей новостью, что в ближайшее время князья планируют принять клятву лояльности у всех магов, живущих в замке, Ледовир понял, что дело пахнет жареным. Как ни крути, активные попытки убить личную светлую князя Айлиннера с верноподданническими настроениями не вязались категорически. И маг попытался незаметно покинуть замок, но был остановлен и доставлен пред тёмные очи владыки Драмм-ас-Тор.

— Красиво слили информацию, — заметила я. — И рыбка попалась… Ледовир, а вам в голову не пришло, что я всё давно бы рассказала князьям или Теону, если бы видела вас на лестнице? Или убить меня стало делом чести?

— Все что-то знают, — прикованный маг смотрел на меня ледяным взглядом. — Ты могла не придать значения мелькнувшему силуэту, либо не обратить на него внимания, сконцентрировавшись на обнаруженном трупе, а потом — вспомнить. Я не мог рисковать.

— Зачем тебе понадобилось повышать уровень силы? — голос Айлина был равнодушно-отстранённым. И холодным, словно жидкий азот. — Рассказывай, Ледовир. Ты ведь хочешь лёгкой смерти.

Мужчина опустил голову. А когда снова поднял её, я поразилась плескавшейся в его глазах ненависти.

— Я любил Ровену, — глухо произнёс он. — Действительно любил! А она посмеялась, сказала, что никогда не станет женой мага, чей уровень силы меньше, чем у неё. А через несколько дней я видел, как она, растрёпанная и довольная, выходила из библиотеки в сопровождении князя Кристиэля. Конечно, он куда сильнее меня. Королевская кровь! Я просто хотел, чтобы она поняла: только я смогу дать ей счастье. Даже простил бы, что она была любовницей его светлости Кристиэля…

— Какая печальная история, — заметил князь. — Как часто бывает в жизни, одни владеют тем, что им не нужно, а другим нужно то, чем они не владеют. Я почти проникся вашей трагедией.

— Намного печальнее, когда тем, чем должен владеть другой, владеет совсем не он, — Ледовир снова опустил голову. — Я рискнул всем — и проиграл.

— Проиграл, — согласился Айлин. — Всем — это жизнью? Не такая уж большая ценность. Особенно, когда её обладатель непроходимо туп.

— А что я мог сделать? — маг дёрнулся в оковах. — Я не трус, не лентяй, я просто хотел доказать, что достоин своей возлюбленной! Мы бы уехали, и никто ничего не узнал бы. Всё шло по плану, пока не вмешалась ваша светлая!

— Убивать, калечить и всячески истязать иными способами моих светлых дозволено только мне, — сообщил князь, пожав плечами. — Или по моему разрешению. Не припомню, чтобы ты его получал.

Тёмно-фиолетовые глаза сверкали холодными аметистами. Ледовир, не в силах выдержать жёсткий и холодный взгляд князя, снова опустил голову.

— Я узнал всё, что хотел, — бросил Айлин. — Идём, светлая, здесь нам больше делать нечего.

— Князь Айлиннер, — тихо окликнул его пленник. — Ваша милость… Как я умру?

В его глазах были обречённость и тоска. А ещё — смирение.

— Быстро, — равнодушно бросил Айлин. — Завтра на рассвете. К чему портить людям праздник этим вечером?