Продолжая использовать наш сайт, вы даете согласие на обработку файлов cookie, которые обеспечивают правильную работу сайта. Благодаря им мы улучшаем сайт!
Принять и закрыть

Читать, слущать книги онлайн бесплатно!

Электронная Литература.

Бесплатная онлайн библиотека.

Читать: Дикарь. Повесть - Леонид Михайлович Резник на бесплатной онлайн библиотеке Э-Лит


Помоги проекту - поделись книгой:

Суанмуу махнул рукой и что-то пробормотал. Меня отпустили, веревки разрезали.

- Ты не прав, дикарь, - сказал Суанмуу. Мне показалось, что его голос дрожал, - Я не такой плохой человек, как ты думаешь. Видишь, мне стало жалко тебя. Я передумал. Тебе я тоже дам подумать. Надеюсь, что ты согласишься сотрудничать добровольно. И запомни, бежать тебе некуда.

Меня отвели в бывшую темницу Киитумела и оставили обдумывать предложение Суанмуу. Но я почему-то больше думал не о будущем, а о прошлом. О совсем недавнем прошлом. О неудачной попытке Суанмуу заклясть меня на верность. Не мог я поверить этому мерзавцу, что он вдруг проникся ко мне жалостью. Не мог, и все.

Но что же тогда? Мозг Суанмуу мог управлять окружающим планету энергополем (другого объяснения «колдовства» я не видел). Он мог отклонять летящие пули, мог оглушить человека на расстоянии Приличная мощность. Но почему Суанмуу не заклял меня, как других? Моя ненависть помешала? Как? Сильные эмоции тормозят действие поля? Почему? Зря я гадаю, мне ведь даже механизм заклятья абсолютно непонятен Хотя есть одно объяснение, буквально лежащее на поверхности. А что, если мой мозг тоже способен к этому колдовству?.. Что тогда? В волнении я забегал по камере. Мне сказали, что Суанмуу - очень сильный «колдун». Если я не поддался ему и даже чуть было не убил его (льщу себя надеждой), значит, и я достаточно силен в этом искусстве? Как проверить?

Следующие полчаса я занимался тренировкой своих телекинетических способностей Передо мной открылся целый мир Я двигал предметы взглядом и ощущал от этого буквально физическое наслаждение. Родная Земля, о возвращении на которую я так мечтал совсем недавно, стала казаться действительно отсталой провинцией. Телекинез! И правда, настоящее колдовство!

Суанмуу сделал хорошую мину при плохой игре. Он посчитал меня, дикаря с варварской планеты, неспособным осознать собственное могущество. Но черт возьми, какой же я дикарь! Мой мозг не уступает мозгу Суанмуу - продукту 500 000-летней цивилизации. И на Земле я ненавидел расизм, а тут, на далекой планете, получены веские доказательства несостоятельности расизма космического.

Что же, Суанмуу! Я принимаю правила этой игры и прикидываюсь простаком.

К вечеру мое настроение изменилось. То ли удары по голове не до конца выбили жажду приключений, толи новые возможности вселили в меня огромную веру в собственные силы. Так или иначе, я решился на побег, наметив совершить его после ужина. Была, правда, еще одна возможность выпутаться, самая простая. Остаться и попытаться наложить на Суанмуу заклятье. А что, если он все же не слабее меня? И техника этого дела мне почти неизвестна…

7

До люка в потолке было не меньше пяти метров. Я стал под ним и сильно подпрыгнул вверх. Находясь в прыжке, добавил к своему импульсу телекинетическое усилие. Расчеты не обманули, я сумел повиснуть на решетке. Следующий этап - высокое дерево, которое я запомнил по предыдущему побегу. Взглядом притянул к себе самую близкую ветку и отпустил, внимание сконцентрировалось на посыпавшихся сверху осколках стекла. Порезов я избежал, отклонив осколки взглядом, но звон стекла об пол… Как там часовые? На звон никто не среагировал, но я столкнулся с непредвиденными трудностями. Ветка изо всех сил тянула меня наружу сквозь решетку. Недавно использованный цементный раствор уже довольно крепко держал ее прутья. Извиваясь в воздухе, я пытался одной рукой раскачать и вытолкнуть прут, другой цеплялся за ветку. С большим трудом мне удалось выбраться. Ветви буквально выдернули меня, ободрав о прутья и об осколки стекла. Еще несколько секунд, и руки не выдержали бы напряжения.

Болтаясь, как экзотический фрукт на верхушке дерева, я приходил в себя. Следовало признать, что пока я не мог длительное время совмещать физическое и телекинетическое усилие. Надо будет на досуге потренироваться. А сейчас - без приключений слезть на землю и добраться до стоянки летательных аппаратов.

После урока, полученного у Суанмуу, снять охраняющих стоянку часовых было несложно. Я не совсем понимаю, что именно оглушило их: удар сжатым воздухом, что-то еще. Я представлял доску, резко опускающуюся на голову, и это срабатывало. Забравшись в один из аппаратов, я обрадовался. Мои предположения оправдались. При таких малых размерах машина не могла иметь ни запасов топлива, ни сложных двигателей. Ее механизмы должны были взаимодействовать с энергополем планеты, поднимая за счет этого аппарат. И управление при таком устройстве не могло быть сложным. Я разобрался в нем минуты за три. Удивительно, мышление чужой цивилизации почти не отличалось от мышления землян. Педаль скорости, ручка высоты, штурвал. Медленно поднимаясь, я опробовал машину. Она была абсолютно устойчива, чутко слушалась ручек управления и шумела не громче обыкновенной земной пчелы.

Уже стемнело. Никем не замеченный, я направил машину к горам. Два автомата охранников лежали рядом со мной. Чувствовалось, что влип я основательно и выпутаться будет совсем не просто. Родная Земля затерялась где-то далеко в просторах космоса, а чужой мир… Смешно, никто здесь даже не поинтересовался узнать мое имя. Но анонимность взаимна: я тоже не знаю, где нахожусь. Человек без имени летел в небе безымянной планеты. И мысли о будущем не вызывали у него особого оптимизма.

8

На высоте было холодно, а скорость превращала холодный воздух в ледяной ветер. Рассветное солнце абсолютно не грело. Ночью, опустившись на какое-то поле, я пытался поспать, хотя и без особого успеха. Плюс ко всему меня мучил голод. Все вместе это заставляло оценить «удачный побег» несколько по-другому. Опьяняющие воспоминания о мощи моих телекинетических сил развеялись, освободив место для мыслей более грустных. Я не знал местного языка, не знал законов и обычаев. Не имел ни малейшего понятия, как вернуться на Землю. Имя «Киитумел» - моя единственная зацепка. Этого мало, очень мало. Еда, укрытие от непогоды… Ничего этого тоже нет. Море проблем! Был еще какой-то беспокоящий меня факт, но он держался на самом краю сознания, и другие, более насущные вопросы, не позволяли на нем сконцентрироваться.

Голод и холод заставили меня опуститься ниже и уменьшить скорость. Внизу проплывали тщательно возделанные поля, аккуратненькие деревни. Пару раз я видел замки и старался держаться от них подальше. По довольно крупной реке, которую я пересек, плыл караван барж. Людей еще не было видно. Мой план не отличался сложностью: найти фруктовый сад или огород и позавтракать. На сытый желудок можно подумать и о более серьезных вещах.

Подходящий сад я скоро обнаружил. Он находился рядом с крайним в деревне домом. Живая изгородь отделяла его от огромной плантации неизвестных мне деревьев, простирающейся, по-моему, на десятки километров. Деревья на ней располагались очень аккуратными рядами, но сравнительно редко, метрах в 20 друг от друга.

Не желая привлекать внимания, я посадил свой аппарат за живой изгородью и принялся срывать плоды с применением так называемого «колдовства». Первый плод я попробовал. Это было скорее яблоко, чем груша, хотя, постаравшись, нетрудно было обнаружить в нем и признаки персика. Не исключено, что это было земное растение, я же не специалист по фруктам.

Заодно я решил прихватить и плод с дерева, растущего на плантации. Он напоминал крупную дыню, был коричневого цвета и весил не меньше десяти килограммов. Еле удалось сорвать его с толстого стебля. Предположительно это было нечто вроде хлебного дерева.

Опустившись в укромном месте вдали от деревни, я приступил к завтраку. Острым сучком, не без труда, проткнул дырку в кожуре «хлебного дерева». Под ней оказался белый жирный слой, а дальше… мясо! Сырое мясо!? От растерянности я даже выронил плод. Еще одна из местных достопримечательностей! Мясное дерево?

Ну и что, успокоил я себя. Эка невидаль… Земные фантасты о подобном давно писали. А здесь - древняя культура, полмиллиона лет. У нас на Земле такое уже через полсотни будет А за полмиллиона… За такой срок у нас бы мясо научились выращивать уже нарезанное ломтиками, жареное, или на худой конец, вареное и с гарниром. У нас на Земле… И тут меня осенило. Занозой торчащий в подсознании факт всплыл в памяти. Я кинулся к машине посмотреть, что за надпись выбита на рукоятке штурвала. Это и правда оказался земной латинский шрифт. Надпись гласила: «Сделано в Бразилии»

9

Доедая неизвестные фрукты, я на огромной скорости гнал свою машину по прямой. Куда угодно, лишь бы по прямой.

И почему я сразу же поверил в чужую планету? Легче всего допустить самое невероятное! Ведь Земля так велика и на ней сколько угодно мест, кажущихся такому «знатоку», как я, не менее загадочными, чем чужая планета. Например, Южная Америка. Континент большой, мало ли куда меня занесло? Как ни трудна контрабандная переправка бессознательного мужика крупного размера через несколько государственных границ, это все же полегче, чем нуль-передача материи через световые столетия. А разрез глаз, форма ушей, мясные деревья, саблезубые ягнята? Метисы, неизвестная науке раса, успехи генетики. А летающие машины, россказни о колдовстве, мои парапсихологические таланты? Антигравитация, бред неграмотной девки, мало ли еще что! Главное - я на Земле. Действительно, зачем передовой расе заказывать на другой планете (отсталой планете!) оружие и прочую технику? Технику, в которой земляне и разбираться-то не должны. Я на Земле! Как говорил старик Оккам, ни к чему выдумывать слишком неправдоподобные объяснения. А по прямой я лечу, чтобы поскорей наткнуться на большой город, где смогу воспользоваться своими познаниями в иностранных языках. Так я думал, оставляя за собой поля, деревни и километры.

А голубая Луна? Что же это, обман зрения? Особенности атмосферы? Словно проверяя глаза, я глянул вниз. И резко сбавил скорость. Прямо по курсу стоял замок. Но он отличался от виденных мной. Это был бывший замок. И над ним еще поднимался дымок пожарища.

Я спустился ниже и облетел дымящиеся развалины. Людей не было видно. Вернее… Люди были, но только мертвые. Пожар возник не сам по себе. Я приземлился и осмотрел убитых. Все мужчины. Пули, осколки, напалм. Банальное земное оружие. В ногах появилась слабость. За всю свою жизнь я видел не так уж много мертвецов, и все они умерли своей смертью, от болезней, от преклонного возраста. Но это…

Я полетел дальше. Куда? Зачем? По прямой, а там увидим.

В полях начали появляться люди. Они работали по одному, по двое. Спускаться и брать у них интервью не хотелось. Земля это или не Земля, но здесь убивают. Я мирный человек, привыкший к мирной жизни. Хотя рядом со мной и лежат два автомата, поднимется ли у меня рука использовать их?

Снизу донеслись звуки человеческой деятельности. Это меня удивило, так как высота была достаточно велика. Но опустив взгляд, я все понял. Одно из самых увлекательных занятий на свете - охота. А охота, которая велась сейчас внизу, была увлекательна вдвойне. Потому, что это была охота на человека.

10

Зависнув под прикрытием дерева-великана, я наблюдал за жертвой. Молодой парень в изодранной и окровавленной форменной одежде. В руках автомат. Чувствовалось, что силы его оставляют. Их все же хватило, чтобы пристрелить пару ищеек, выскочивших из зарослей кустарника.

Я обдумывал свое дальнейшее поведение, конечно, много на одного - нечестно. А вдруг это опасный преступник, один из тех, кто разрушил замок и перебил его обитателей? Где же тогда остальные? Одному такого не натворить. А что, если наоборот: это - единственный уцелевший обитатель замка? Уже правдоподобней. Я вспомнил две свои предыдущие попытки помочь местным жителям и решил, что третья будет последней, если парень окажется столь же благодарным. А потом принялся вырубать охотников по одному.

Бедолага чуть было не пристрелил и меня, своего спасителя. Хорошо, что я взглядом успел оттолкнуть автомат в сторону, пули просвистели у самого лица. Потом ситуация прояснилась.

Вдвоем в местном виде транспорта тесновато. Но лететь значительно безопаснее, чем оставаться внизу. Вот мы и летели, точнее, улепетывали, на максимальной скорости. И искали общий язык.

На удивление, он нашелся быстро. Это оказался английский. И парень, несмотря на форму глаз, напоминал американца. Не знаю уж, что в нем было от янки: принимать желаемое за действительное все мастера, особенно когда обстоятельства прижмут. Но Страуклоо, так звали очередного спасенного мной аборигена, тут же принялся за разрушение моих иллюзий.

- Я вижу, ты с Земли, - сказал он, - как тебя зовут? Откуда ты?

С грустью подумав о южноамериканском варианте, я представился. «Костя» звучало здесь непристойно коротко, «Константин» - более-менее. Если Страуклоо знал Землю, он знал и Советский Союз. Следующий вопрос уже таил в себе опасность.

- Как ты сумел сюда попасть?

- Страуклоо, - ответил я тоном, напоминающим дипломатический, - я тебе все расскажу чуть позднее. Хотя в этом и нет ничего интересного. Но сейчас мне крайне необходимо услышать от тебя как можно больше про вашу планету. Как устроено ваше общество, какие связи с Землей, что происходит на планете сейчас? А потом, с твоей помощью, я попытаюсь выяснить, как меня занесло сюда. Мне и самому-то далеко не все ясно.

Страуклоо согласился, но предложил опуститься и совместить разговор с отдыхом. Надежда хоть чуть-чуть распутать этот головоломный узел событий заставила меня приняться за поиски подходящего места для посадки. Кажется, погоня нам не угрожала.

11

Планета Версенн была переоборудована и заселена около 600 земных лет тому назад. После этого ее обитатели были предоставлены сами себе. Около 90% населения составляют крестьяне, фермеры. Они выращивают не только разнообразные продукты питания но и множество растений извлекают из почвы и воды различные полезные ископаемые (в основном металлы). Труд фермеров не особенно тяжел, его облегчает совершенная сельскохозяйственная техника. И вообще судьбу крестьян нельзя назвать незавидной. Хотя бы потому, что основной закон этой планеты гласил: «Жизнь и имущество фермеров неприкосновенны». Теперь, когда планета считалась полностью заселенной, каждый фермер имел одного наследника (из своих детей по выбору). А остальные дети, если они были, не обладали привилегиями родителей. Они должны были превратиться в слуг люсу или, если парням повезет, в них самих. Война - не основное предназначение люсу. Скорее это их второстепенная функция. Главное же занятие - продажа всей той продукции, которую сдают крестьяне Взамен зерна и металлов (главные предметы экспорта) люсу покупают все необходимые для жизни и смерти вещи. Начиная от гвоздей и кончая напалмовыми бомбами. Все закупки делаются на диких планетах, в основном на Земле как самой развитой из них. Дело в том, что следующий из местных основных законов гласил: «Нельзя заниматься изготовлением чего-либо (кроме жилища), и нельзя заниматься научными исследованиями».

Совершенно непонятно, кто придумал этот дурацкий закон (первый хоть отличался удивительным гуманизмом), но Страуклоо считал его верхом мудрости.

Итак, люсу распределяли среди своих фермеров приобретенные товары (Страуклоо убеждал, что это делалось очень честно и крестьяне жилю в полном достатке). Все оставшееся местные лорды, князья, бароны или как-их-там-еще оставляли себе. Надо думать, что не без определенной выгоды. Бог с ней, с выгодой, если бы все были довольны. Но так не бывает. Практически непрерывно местная знать (власть передавалась по наследству) интриговала. И время от времени эти интриги превращались в войны. Местное общество представляло из себя гибрид древней как мир клановой структуры с высокоэффективным сельским хозяйством. Оригинальный социологический эксперимент? Или игра обстоятельств? Во всяком случае, эволюция, тормозившаяся высоким уровнем жизни, напоминала земную. В результате конфликтов побеждали сильнейшие. Власть и сила концентрировались. Планету ждала абсолютная монархия.

12

Совершив совместный набег на фруктовый сад, мы отлично поужинали. Меню включало даже жареное мясо. После еды принялись за обсуждение наших не очень удачно складывающихся дел.

Восемь лордов планеты обладали подпространственными передатчиками. Среди них, за счет разгрома множества мелких правителей и присвоения продукции от их крестьян, выделились Киитумел и Суанмуу. Они сумел и вооружить крупные, по местным понятиям, армии. Была еще пара сравнительно крупных феодалов, но они в счет не шли. Местные войны представляли из себя рейды диверсантов. Закон о неприкосновенности крестьянской жизни и собственности лишал лордов возможности подрывать экономику конкурентов. А закон здесь соблюдался строго: я еле уломал Страуклоо сорвать несколько плодов.

Отец Страуклоо был одним из мелких союзников Суанмуу. Отряд из сторонников Киитумела разгромил замок. Результат я видел своими глазами. Страуклоо оказался единственным спасшимся мужчиной.

- А женщины и дети? - поинтересовался я.

- Их забрали с собой. Слуги ведь тоже нужны. И наложницы. Суанмуу даже мужчин не убивает. Он ведь может наложить на них заклятье я а верность.

Я вспомнил его не совсем удачную попытку проделать этот номер со мной и поежился. Не так уж много я скрыл от своего спутника, когда рассказывал о своих приключениях, но способность к «колдовству» решил придержать до поры до времени.

Наши планы… Хотя о каких планах могла идти речь? Развеялись мои надежды, что Киитумел окажется хорошим человеком, главой тех, кто борется против тирана Суанмуу. Один стоил другого. Вопрос, на чьей стороне справедливость, был просто смешон. Инопланетянин, прилетевший в Англию во времена Алой и Белой Роз наверняка понял бы мои чувства. Но только частично. На Земле, даже сейчас, масса свободного места. А эта планета, несмотря на низкую плотность населения, вся вспахана, засеяна и разделена. Разделена. И места для меня не предусмотрено.

- Послушай, Страуклоо, - сказал я, - нам придется расстаться. Ты вполне можешь добраться до Суанмуу, скрыв от него, что я тебя помогал. Ему нужны воины, ты из его союзников, из знатного рода. Тебе нечего бояться.

- Не все так просто. Суанмуу никому не доверяет. На всех, кто у него служит, он накладывает заклятье на верность в действиях. Он бы и на верность в словах заклинал, но сил не хватает. А мне не хочется быть заклятым, хоть это и не так уж страшно. Заклятый человек - такой же человек. Тем более у меня сейчас и родителей нет. Знаешь, какая лучшая проверка для заклятья? Заклятого, если он не выходец из крестьян, могут заставить убить собственного отца или мать.

Я вздрогнул. И они еще называли меня дикарем! Проклятая планета.

- Почему же ты не хочешь, если это не будет доставлять тебе особых неприятностей? - поинтересовался я.

- Почему? А ты бы захотел? Я рожден не для того, чтобы стать безвольным рабом. Даже простолюдины не очень-то согласны на подобные вещи. Сила Суанмуу - одновременно его слабость. Его боятся, и многие по доброй воле вступают с ним в союз. Остальные предпочитают прятаться за Киитумела. Соотношение сил сейчас 3 к 1 против Суанмуу. Но он хитер, и он колдун. А это значит, что его присутствие чуть ли не удваивает силы армии. Колдовство - страшная вещь. У нас переняли ваши шахматы и переделали. Ввели новую фигуру, колдуна. Ферзь рядом с ним как пешка по сравнению с конем.

- Не совсем представляю, - сказал я, - как же…

- Никак, - зевнул Страуклоо, - ваши шахматы лучше. В наших игра кончается слишком быстро и ничьих не бывает.

Используя удобный момент, я небрежно спросил:

- И часто у вас встречаются эти самые колдуны?

- Очень редко. Как правило, они рождаются в семьях лордов, а если нет - все равно захватывают власть. Сейчас на планете их около 15. Суанмуу - самый сильный. Еще то ли 6, то ли 8 послабее он заклял на верность себе. Остальные - в лагере Киитумела.

- Почему же никто из них не захватывает власть там?

- Слабоваты они для этого. Говорят, что лишь двое из них способны накладывать заклятье и никто не может убить человека взглядом. А их заклятья Суанмуу может запросто пересилить своим. В истории встречались колдуны и посильнее его. Они даже на верность в словах могли заклинать. Хотя… Хотя быть такого не должно. Когда нашу планету заселяли, то генетики постарались, чтобы колдунов не было.

- Почему? - заинтересовался я, позабавившись сочетанию в одной фразе слов «генетики» и «колдуны».

- Наша планета не совсем обычна. Она была определена как место ссылки.

- Что? - Я усомнился, правильно ли до меня доходят английские слова.

- Да. Сейчас эту планету заселяют потомки сосланных преступников.

13

Храп Страуклоо звучал вполне по-земному. А я никак не мог уснуть. С одной стороны, почти все прояснилось. 600 лет тому назад планету заселили преступниками, определив им два основных закона и организовав разделение труда. 14 так называемых диких планет были предоставлены версеннцам как рынки сбыта. Где находится планета-метрополия - неизвестно. Передатчиками материи здесь пользуются, как земной обыватель телевизором: переключая с программы на программу (то бишь с планеты на планету). Часть торговцев, дорвавшаяся благодаря разделению труда до оружия, принялась эксплуатировать остальных. Результат налицо.

Но… Появились такие вопросы, что и задумываться страшно. Что это за цивилизация, которая запросто переделывает целые планеты в места для ссылки каторжников? Условия заключения просто роскошные, но этично ли наказывать детей за провинности их родителей? Второй закон, запрещающий науку и технику, это что - страх перед преступной наследственностью? Как на Земле делают технику, приспособленную для местного энергополя? Хотя на этот вопрос, кажется, просто ответить: заказы можно разместить, не объясняя, для чего это надо. Но где же делали технику во время Золотой Орды, инквизиции и открытия Америки?

Все эти проблемы были слишком глобальны. Меня интересовал сущий пустяк: как добраться до одного из восьми передатчиков?

Утром я задал этот вопрос Страуклоо.

- Силой, - ответил мой спутник, - а так как сил у нас мало, то хорошо бы спросить совета у Зеркала. Хотя добраться до Зеркала немногим легче.

- Что это за Зеркало? - поинтересовался я. А в памяти всплыло пушкинское: «Свет мой, зеркальце, скажи…»

- Зеркало - это Зеркало, - очень понятно объяснил Страуклоо, - его же почти никто не видел. Только покупали у хозяина сведения. А я, наверное, говорю глупости: легче добраться до передатчика, чем до Зеркала. Оно одно, а передатчиков восемь.

Ясненько. И здесь и там никаких шансов. Передатчики явно охранялись лучше местных темниц. А Зеркало, если оно одно на всю планету… Черт бы их всех побрал, каторжников проклятых.

- Послушай, - я решил выяснить еще одну мелочь, - а какую пользу я могу принести Суанмуу? Зачем я ему нужен?

- О, - оживился Страуклоо, - это очень важно. Эту возможность здесь уже давно обсуждают.

- Что обсуждают? Я здесь недавно.

- Арсенал, - веско сказал мой товарищ по несчастью, - ты - чужак, инопланетянин, значит, тебе нетрудно будет войти в Арсенал. Суанмуу хотел это использовать. Его дела стали достаточно плохи, и он созрел для нарушения запрета на вход в Арсенал.

- Пожалуйста, - взмолился я, - ты меня достаточно заинтриговал. Что это за Арсенал, что за запрет и при чем же здесь я?

- На планетах для преступников иногда случаются разные неприятности: крупные войны с нарушением двух основных законов. Тогда прибывают посланцы из метрополии, чтобы навести порядок. Оружие для этого хранится в Арсенале. Это очень сильное оружие, не простая хлопушка, - он кивнул на автомат, - настолько сильное, что его боятся хранить на планете-метрополии. Никакого запрета на вход в Арсенал нет. Туда просто невозможно зайти. Невозможно для местных жителей. Но считают, что дикарю вроде тебя это совсем несложно.

На этот раз я не задумывался над причудами планеты-метрополии и над техническими проблемами запрета. Даже не обиделся на «дикаря». Я получил шанс на спасение, даже если ради него мне придется перевернуть всю планету.

- Страуклоо, дружище, я хочу открыть тебе один секрет…

14

Чтобы взгляд успевал отреагировать на пули автоматной очереди, мышление должно обладать околосветовой скоростью. А если стрелков несколько и они перемещаются? Но у сложных задач часто оказываются банальные решения. Так, размышляя о «колдовской» защите от пуль, я додумался создать вокруг себя воображаемую пуленепробиваемую оболочку. Сработало. Она была абсолютно невидима, но пули буквально вязли в ней и, потеряв скорость, скатывались на землю. Сначала, конечно, я потренировался защищать ствол дерева. Потом, не без боязни, поставил эксперимент на себе.

С заклятьями было трудней Я не знал местного языка, а ведь далеко не все здесь владели земными. Пришлось попотеть, заучивая труднопроизносимую абракадабру, означающую нечто вроде: «Ты будешь подчиняться моим приказам Все, что я скажу, - для тебя закон. Ты не будешь совершать никаких действий мне во вред». И т.д. и т.п. Формулировка включала и заклятье на верность в словах. Страуклоо считал, что мне это вполне по силам, если уж я не поддался Суанмуу.

Подготовив свое необычное оружие, мы приступили к первой операции. Замок был несолидный, но на большее рассчитывать не приходилось. Перехватив какого-то парня из местных люсу, мы привязали его к дереву. Страуклоо держал кинжал у горла пленника, таким образом заставляя его смотреть мне в глаза. Я произнес свою формулу, стараясь словно выцарапать взглядом суть заклятья где-то там, в глубине сознания жертвы. Морально-этические возражения? Были, при том довольно сильные. Я знал, что поступаю, мягко говоря, негуманно. По в глубине души ухитрился придумать себе оправдание: когда все кончится - всех расколдую.

Дальше пошло проще. Заклятье подействовало, и наш подопечный привел в ловушку еще двоих. Дальше - больше. Скоро и часовые стали наши. Потом появилось оружие…

К хозяину замка мы вошли в окружении доблестной гвардии, состоящей из его собственных воинов. Во избежание неприятностей я заклял и этого невезучего феодала Язык оказался самым сильным оружием И поработал я им на славу. Армия, состоящая к началу операции из двух бродяг, увеличилась до полусотни человек, обладающих базой, запасами оружия и продовольствия Кинематографическая легкость происходящего ошеломила меня. Я уже планировал операцию по захвату передатчика, но Страуклоо охладил мой пыл.

- Далеко не самый лучший способ самоубийства, - ответил он на мои предложения, - оставь стратегию и большую часть тактики мне. Я знаю эту планету, я знаю, как на ней воевать.

С этим трудно было поспорить Собрав всю команду в зале, я объявил что все приказы Страуклоо - это мои приказы. Фразу на местном языке опять пришлось зазубривать.

Потом, прихватив с собой радиста, мы со Страуклоо отправились на радиостанцию. Мой генерал связался с Суанмуу и сообщил, что с тремя десятками людей сбежал после разгрома своего замка, а сейчас внезапным ударом захватил усадьбу… (не понял имени) вместе со всем добром.

- Молодец, - похвалил Суанмуу, - пленные есть? Ты же знаешь, мне нужны пленные.

- Нет. В моем положении пленные - роскошь. Покойников много. Нужны?

Суанмуу посмеялся. Затем они обменялись заверениями в верности и дружбе и прервали связь. Разговор шел на английском.

- Послушай, Страуклоо, - обратился я, - мне непонятно, почему вы говорите между собой на языке другой планеты?

И много ли версеннцев говорит на земных языках?

- Земля очень важна для нас. Она - единственный поставщик оружия, один из немногих поставщиков техники. Земля слишком сильна и опасна для нас, поэтому она - единственная из диких планет, где мы действуем тайно. Для этого требуется знание ваших языков, а они невероятно сложны, требуют постоянных упражнений. Кроме того, знание земного языка - свидетельство принадлежности к аристократии. Пятая или шестая часть люсу…



Поделиться книгой:

На главную
Назад