Помоги проекту - поделись книгой:
— По-мочь? — Лека моргнула. — Да... помоги.
Тэрн взял у неё корзинку, и они пошли к деревне. Девушка молчала, шагала вперёд, как живая кукла, и отрешённо глядела перед собой.
— А зачем тебе хворост?
— Топить печь.
— Но сейчас же тепло...
Они посмотрели друг на друга одинаково непонимающими взглядами.
— Сейчас осень, — наконец отозвалась Лека. — Осенью топят печь.
Тэрн обвёл взглядом зелёный лес, посмотрел на свою рубашку с коротким рукавом. Осень была лишь на календаре.
— Дай угадаю: если летом будет холодно, печь ты топить не будешь?
— Конечно. Это же лето.
Больше Тэрн разговор не завязывал. Лека так же монотонно шла вперёд, и он сдерживал желание хлопнуть ладонями перед её лицом — как бы она себя повела?.. Что-то подсказывало: лишь моргнула бы.
— Вот и всё.
Тэрн поставил корзину у двери дома, на который указала девушка; был он весь покосившийся и стоял, казалось, на одном упрямстве.
— Слушай, а ты не знаешь, где я могу подзаработать? Продать вещи? Нарубить дров?.. Дом кому-нибудь починить... вам, например...
— По-чи-нить? — Лека моргнула, потом посмотрела на дом. Перевела взгляд на Тэрна. — Зачем?..
Они непонимающе смотрели друг на друга около минуты, а потом Лека снова моргнула.
— Молодой Терс покупает вещи. Но зачем тебе деньги?
Тэрн почесал в затылке.
— Странный вопрос… Поесть хоть купить! За ночлег заплатить, опять же...
Лека задумалась.
— Ты можешь поесть у нас, — видимо, вспомнила она подходящий ответ. — Ты же мне по-мог. Мне ещё никто не помогал, — она помолчала. — Сейчас не обед. Если ты сходишь к Молодому Терсу, то вернёшься как раз вовремя.
Лека указала на столь же потрёпанный дом у подножия холма. Тэрн вежливо поблагодарил её и пошёл туда, стараясь не оглядываться. У крыльца не выдержал. Как он и думал, Лека стояла на прежнем месте и смотрела вслед своим пустым взглядом.
»Странная девушка, — решил Тэрн. — А она, наверное, думает, что я странный. Да, я же среди нормальных людей сколько лет не был. Теперь ещё долго ненормальным буду казаться... а всё орден этот проклятый!»
Тэрн переступил порог указанного дома. Он ожидал, что внутри будет пыльно и грязно, но дом был чистым, хоть и древним. Вокруг были расставлены разнообразные товары, посередине комнаты возвышался прилавок. Тэрн подошёл ближе. На столе с большой аккуратностью было разложено... самое несуразное барахло, что ему доводилось видеть. Здесь были ржавый меч и выцветшая от времени рубашка, бутыль святой воды и медальон с разорванной цепочкой, битая чашка и дырявое ведро...
— Молодой Терс? — неуверенно позвал Тэрн. — Я хотел бы продать кое-что.
Изнутри дома донёсся скрип, потом вздох, потом стон и ещё один скрип. Тэрн попятился: живой человек такие звуки издавать не мог!.. Но он собрался с духом и лишь положил ладонь на рукоять меча.
»Погодите-ка! Я ведь больше не герой. Я не обязан никого спасать. Я могу сбежать, как любой нормальный человек! — эта мысль согрела душу. — Ладно... деньги всё равно нужны... вот запахнет жареным — тогда и сбегу».
Полминуты ничего не происходило. Наконец, дверь распахнулась и за прилавком появился седой старик.
— Да... Молодой Терс давно ничего не покупал... очень давно... и так давно не видел новых людей... что ты... что ты хочешь продать мне, юноша?..
Тэрн почесал в затылке.
— Смешно. Смешно. То есть, ты Молодой Терс? — старик кивнул. — И почему тебя так называют?
— В моём роду всех мужчин называют Терс... Мой дед был Старый Терс, мой отец — Взрослый Терс, мой сын — Малыш Терс... А я, стало быть, Молодой Терс...
— А твой внук?
На лице старика впервые появилось чувство.
— У меня нет внука. Мой сын погиб раньше, чем стал Молодым Терсом.
Повисло молчание.
— Мне жаль...
Как и у Леки, эмоции Терса мгновенно растворились, и выражение его лица стало столь же спокойным и сонным. Только сейчас Тэрн заметил, что, хотя волосы старика были полностью седыми, на лбу его не было и морщинки.
Тэрн встряхнулся и поискал, как бы сменить тему.
— Сколько стоит этот щит?
— Восемьдесят монет.
— Сколько?! Сдурел, что ли, дед? Да он на куски разваливается... а это что за дыра? Ты на него хоть смотрел?!
Старик пожевал губами.
— Я купил его за шестьдесят монет... значит, я должен продать его за восемьдесят.
Тэрн посмотрел на старика. Старик — точно так же, как Лека, уставился на него в ответ.
Прошла минута. Снова стало неуютно.
— Ладно, — Тэрн покачал головой. — Вот что я хотел бы продать.
У него было не так много своих вещей, но большинство из тех, что было, он с радостью бы сжёг. Но и продать было хорошим вариантом. Первые два тома толкований Пророчества, «Свитки Дэйниэловы», «Наставление молодым героям», «Хронология Извечной войны» и другие материалы для растопки печи кипой расположились на прилавке. Торговаться Молодой старик Терс не стал, но, к счастью, и цену дал неплохую.
Поигрывая наконец-то не пустым кошелём, Тэрн возвращался в дом Леки. Его не покидало чувство, что с этим местом что-то не так: словно заколдовали всю деревню, прямо как в сказке про Спящих Красавиц... Тэрн постоянно напоминал себе, что за годы, которые его держали в ордене, мир должен был измениться, странный теперь он сам, а не деревня. По крайней мере, в это хотелось верить.
Кроме Леки в её семье были отец, мать, прадедушка и две бабушки. Пища была безвкусной, зато бесплатной, а это Тэрн считал главной специей.
— Ближайшие города Кивиш и Айнер? Расскажете, как туда добраться?
Все разом обернулись на прадедушку. Тот задумчиво кивнул:
— Да... Айнер... когда я был молод, мы с моей Элтири часто ездили туда молиться... Да, мы тогда много куда ездили — когда я был молод... Тогда совсем другое время было... совсем другое...
Речь его прервал шелест дождя по крыше — и всё семейство вскочило из-за стола. Тэрн не успел опомниться, как Лека схватила большую миску и поставила её посередине комнаты, мать Леки плюхнула тазик на одну из кроватей, отец достал откуда-то ведро и поставил на стол. Через минуту сквозь дыры в крыше начала капать вода. Попала она ровно в ведро, таз и миску — и ещё с десяток ёмкостей, заранее расставленных по дому.
— Вы уверены, что вам не нужно починить крышу? — предложил Тэрн.
Семейство удивлённо воззрилось на него.
1.1. Айнер: Состязания веры
Князь пресветлый сам посещает храм:
Крестится да свечи втыкает;
Бьёт поклоны князь,
Господу молясь, —
А Господь снаружи стоит...
Тэрн торопился всё сильнее, стараясь убраться от проклятого места. Как ни пытался он убедить себя, что с деревней всё в порядке, поверить не удавалось. Повезло хоть, что он смог вытрясти из старика дорогу до Айнера.
В образование Тэрна входили не только физическая подготовка и религия — было полно бесполезных предметов, в их числе история, география и культура Алиара. И, как он ни бежал от уроков, что-то в памяти всё же осталось.
Айнер был городом, куда стекались паломники со всего мира. Основали его так называемые божьи посланники — святые Гелдер и Дайфус, редкостные зануды, на взгляд Тэрна. За двести лет до Извечной войны они путешествовали по миру и учили людей, что нужно быть добрыми, отзывчивыми, заниматься саморазвитием, верить в бога, не сдаваться при неудачах... редкостные, редкостные зануды. Но хуже было иное: Гелдер и Дайфус считали бесполезным то, что даётся легко, и всячески усложняли себе жизнь. Разумеется, при такой позиции в последователях у них оказалась лишь горстка идиотов.
Они построили часовенку, где делились знаниями с любым желающим. Желающих было мало, после смерти святых часовню и вовсе забросили. Но позже Творец явил легендарные Четыре Чуда, и все разом уверовали в божественность наставлений Гелдера и Дайфуса — к имени которых вместо «дуралей» стали добавлять «святой» или «божий посланник».
Нынче на месте той часовни раскинулся огромный Серебряный Храм, куда пускали лишь посвящённых. Впрочем, молитве это не мешало: в Айнере было ещё двадцать храмов и каждый год возникали новые... Тэрн помнил описание всех из них. Помнил и биографии обоих святых, их потомков, ближайших последователей, наизусть знал наставления и их толкования, хронологию участия Айнера в Извечной войне — как и любого крупного города...
Тэрн пнул попавшийся под ноги камень. На какую чушь он потратил столько лет! Зачем ему это?! Как бы это помогло в битве с Повелителем Мечей?..
Эти размышления поглотили Тэрна, и он не заметил, как подошёл к Айнеру. Величественно возвышался над стенами Серебряный Храм, и отражённые им лучи солнца заливали всё вокруг благочестивым светом. Статуи у ворот казались живыми, а сами ворота выглядели достойными разве что дома Дэйниэла, создателя мира, — и Тэрн застыл, как делал, наверное, любой гость города...
Тэрн неуверенно подошёл к воротам. Они были выше него в три раза, что уже заставляло чувствовать себя маленьким и жалким. По традиции, на них были изображены божьи посланники — но если в ордене их лица были благостными и спокойными, то здесь — суровыми и неприступными в своей праведности.
— Тук-тук-тук, — прокричал Тэрн.
Ничего не произошло.
— Тук! тук! тук!
Облако на стене рядом с воротами отъехало в сторону, оказавшись небольшим оконом.
— Имя, духовное звание и цель визита.
— Т... Тарк, мирянин. Пришёл поклониться статуи Дэйниэла-Творца.
Облако вернулось на место.
Тэрн оглядел небесно-голубую стену: солнце, облака, вдалеке тучи, дождь и молнии, внизу трава и цветы... нельзя было и догадаться, что где-то здесь окно. Да и одно ли?.. Сколько их тут было спрятано, и сколько использовали как бойницы во время войны?.. В книгах о них не писали...
Пели птицы, ветер шелестел листвой. Ворота не открывались. Тэрн прокашлялся. Всё так же шелестели листья, всё так же пели птицы, ворота по-прежнему были закрыты.
— Мирянин, ты так и будешь стоять?
Тэрн оглянулся на голос и увидел, что один из кустов на двери тоже отъехал в сторону — оказавшись тяжёлой дверью в человеческий рост. Тэрн покосился на ворота, снова посмотрел на дверь.
— А кто ты такой, чтобы ради тебя ворота тягать? — объяснил привратник.
Тэрн опешил, но сразу же расплылся в улыбке.
— Никто. Обычный серый путник, из тех, что сотнями приходят в Айнер... А во время осады эту дверь не найдут слуги Повелителя Мечей?
Монах округлил глаза.
— За кого ты нас держишь, паломник? Мы спрашивали Дэйниэла-Творца, безопасно ли устроить здесь выход, и он явил нам Знак!
Вера в его голосе была столь сильна, что Тэрну показалось, будто земля сейчас развёрзнется, и отправится он прямиком в Мировую Пропасть за то, что посмел усомниться в могуществе Творца и его любви к Священному Городу. Тэрн покосился на землю. Нет, не развёрзлась. Он пожал плечами: Творец сегодня милостив.
Тэрн прошёл вслед за монахом ещё через несколько дверей и сразу забыл о Повелителе Мечей, Пропасти и возможной осаде: изнутри Айнер был ещё прекраснее.
— Добро пожаловать в Город, где обитает Дэйниэл-Творец, — произнёс монах ритуальную фразу. — Ты как раз вовремя, Тарк. Состязания в этом году необычайно интересны. Слышал? В них участвует сам Алран-Праведник!.. Ах, да, ты же пришёл поклониться статуе, — насмешливо закончил монах и скрылся в проходе стены.
Тэрн глубоко вдохнул. Состязания?! Наконец-то, настоящий бой! И Айнер — столь богатый город, что приз должен быть внушительным! Да, если он победит, получит столько денег, что хватит на жизнь в настоящем городе — в самом Завандре!.. — хватит снять девку на ночь или прокутить целую неделю...
Тэрн представлял, как потратит выигрыш, и роскошные храмы Айнера окончательно потеряли для него интерес. Где тут эти их состязания?
Он поправил перевязь меча, потянулся за курткой (какая-никакая, а защита), но передумал: запарится, а местные воины вряд ли стоят того. Его-то тренировали для боя с самим Повелителем Мечей! Что могут противопоставить ему обычные крестьяне? Тэрн гордо расправил плечи и пошёл к площади, куда уже стекался народ.
Было настолько людно, что он никак не мог разглядеть арену. Тэрн вытянул шею, попрыгал на месте, но это дало мало толку. Стоило растолкать людей и пробраться вперёд, но совесть остановила его.
— Как это «выбыл»? — удивлённо произнесли совсем рядом.
— Мучается животом! Никак не может участвовать!
— Надо же. А казался таким праведным...
— Да! Что ж он за человек, раз Творец не допустил его до участия в Состязаниях?! Но участников стало нечётное количество, следовательно... Состязания невозможны! Мы все обречены!
Тэрн завертел головой, пытаясь понять, кто это говорит. Он озирался настолько рьяно, что зацепил плечом здоровяка-завандрца.
Поделиться книгой: