Черная Весна

- Нет – помотал головой Карл – Я не о том. Почему ты думаешь, что Эраст отправится с тобой, а не останется с Монброном?

- Потому что это де Фюрьи – ответил вместо нее своим обычным голосом Гарольд – Она всегда добивается своего. Ты права, Рози, как и всегда.

Он вытер ладонью глаза и глубоко вздохнул.

- Джок, ты должен рассказать мне все – требовательно произнес Гарольд – То, что было на самом деле, а не то, что ты должен говорить всем.

Лицо толстяка жалобно скривилось.

- Я ничего не знаю, молодой хозяин – пробормотал он – Правда не знаю. Я всего лишь привратник. Ворота туда-сюда открываю и закрываю.

- Значит так – Карл сгреб в горсть воротник рубахи Джока – Слушай меня сюда внимательно. Вот, видишь мешок?

- Вижу – испуганно проблеял привратник – Вижу, мой господин.

- Хорошо – Карл угрожающе засопел и выдвинул вперед челюсть – А знаешь, кто там сидит?

- Пчелы? – неуверенно предположил Джок.

- Нет – Карл пару раз ткнул кулаком в мешок, а после распахнул его и поднес его к самому носу привратника – Это злобный и беспощадный зверь «Мозгоед». Он своими ветвями протыкает головы людям, а после питается их мыслями и чувствами. Ну, и всем остальным тоже.

Озверевший от тесноты Фил и так был зол, а последние два удара Карла, похоже, привели его в бешенство. К тому же я последние три дня не кормил его, к своему великому стыду, что вряд ли добавило ему доброты. То одно, то другое, вот и забыл. Хреновый я хозяин, надо признать.

Из горловины мешка раздалось свирепое щелканье, а после вверх взметнулся десяток ветвей, стегнув Джока по щекам.

- Ааааа! – заорал было привратник, да так, что у меня уши заложило.

- Не ори, народ разбудишь – приказал ему Карл, а мигом сообразившая что к чему Эбердин зажала Джоку ладонью рот – Молодец Эб, нам шум ни к чему. Странно, что до сих пор здесь никто не появился. Паршивая, видать, у дядюшки Тобиаса охрана, поспать любит. Не проживет он долго с эдакими телохранителями, я так думаю.

Что-что, а определенная слаженность в действиях у нас имелась, сказывался опыт совместных занятий, путешествий и лишений, потому уже через минуту калитка была закрыта, а Карл волок поскуливающего Джока к аккуратному домику, стоящему неподалеку от ворот. Полагаю, это было обиталище нашего привратника.

- Вот теперь и поговорим – подытожил Карл, ввалившись в небольшую комнату, которую освещала свеча, стоящая на захламленном столе – Эб, присмотри за входом. Рози, солнышко, возьми мешочек и если наш щекастый друг не захочет откровенничать со своим молодым хозяином, то выпускай «Мозгоеда». Только аккуратно выпускай, чтобы он на нас не бросился. Я не хочу, чтобы моя душа вечно скиталась по Серым Равнинам, не находя себе приюта.

Рози выставила ладони перед собой и испуганно сказала:

- Нет уж! Я его боюсь до коликов в животе. Давай я лучше с тобой пересплю, это и то лучше, чем прикоснуться к этой твари из Бездны Демонов!

Лицо Джока из белого стало серым, а глаза остекленели. Он не шевелясь сидел на табурете и, похоже, был близок к тому, чтобы лишиться чувств.

- Не надо мешка – Гарольд взял второй табурет и сел напротив привратника – Сейчас нам все расскажут, без утайки и недомолвок. Верно?

- Расскажу – подтвердил Джок – Что знаю – расскажу. Но, молодой хозяин, сразу оговорюсь – я сам ничего не видел, мне в замок ходу, кроме как на кухню, нет. Я что другие слуги говорили слышал.

- Ты не тяни, начинай – поторопил его я.

Не знаю почему, но мне казалось, что времени у нас не так и много. Начинало светать, а это означало, что скоро первые слуги примутся за свои дела. Кухарки начнут растапливать плиты, горничные заснуют туда-сюда. По крайней мере, в доме Агнесс де Прюльи, у родителей которой во время нашего прошлогоднего летнего путешествия мы прожили несколько дней, было заведено именно так.

А если так, то очень скоро наше присутствие перестанет быть тайной. И когда это случится, хотелось бы понимать, что именно нас может ждать в доме нашего друга. Хотя, если начистоту, уже сейчас было понятно, что хорошего ждать не приходится.

- Слуги говорят, что не сам ваш батюшка помер – выпалил Джок на одном дыхании – В том смысле, что помогли ему за Грань уйти.

- Я понял – придвинулся к привратнику Монброн – Ближе к делу.

- Да куда уж ближе? – захлопал глазами Джок – Выходит, что убили нашего старого хозяина. Сьюзен так и сказала: «Удавил этот кучерявый хрен месьора, подушкой задушил». Это не та Сьюзен сказала, что при кухне служит, а та, что горничная. Ну, о которой шептались лет пять назад, что она от батюшки вашего, стало быть, понесла.

- Данные подробности можешь опустить – остановил его Гарольд – Я хорошо помню эту историю.

И он бросил короткий взгляд в сторону прыснувшей Рози. Да я и сам еле удержался от смешка. Как видно, отец нашего друга, да пребудет душа его в свете, при жизни был еще тем проказником.

- Странно – Рози, по виду которой было понятно, что ей неловко от несвоевременного веселья, решила как-то внимания от данного факта, а потому встряла в разговор – Я была уверена, что в дело пошел яд.

- И про яд говорили – закивал Джок – Только наш хозяин крепкий был, что ему какая-то отрава!

- Тварь – Гарольд впечатал кулак в стол так, что тот жалобно скрипнул – А что Генрих? Что мой брат?

- Брат ваш, не в обиду вашей милости будет сказано, не в отца пошел – отвел глаза в сторону привратник – И не в деда. Что дядюшка ваш говорит, то он и делает. Даже когда старого хозяина в фамильную усыпальницу везли, и то он не первый за гробом шел, а второй, следом за новы… За родичем вашим. Хотя всякий знает, что первым за гробом старший сын идет, за ним остальные, а уж потом вдова и братья с сестрами.

- Генрих, Генрих – скулы Гарольда побелели от злобы – Всегда он слабым был, всегда чего-то боялся.

- Воля ваша, а я его понимаю – пробормотал Джок – Жить-то всякий хочет. Вот Лиам, сокольничий вашего отца, заявил было, что месьор Тобиас убийца, и что?

- И что? – тут же спросила у него Рози.

- А то – Джока, как видно, немного отпустил страх, и он начал говорить поживее – Через день нашли его неподалеку от дома, с перерезанным горлом и вывернутыми карманами. Вроде как грабители его убили. А ведь всяк в доме знал, что он хоть и постарел, но силы своей не растерял, и кинжалом орудует ого-го как.

- Лиам был умелый воин – подтвердил Гарольд – Он отцу с юности служил и во всех битвах прикрывал ему спину. Больше скажу – это он учил меня драться на боевых топорах. И на кинжалах тоже.

- Саймон-лучник сгинул неизвестно куда, Рицци тоже, и еще несколько человек из тех, что были верны вашему отцу и не желали молчать – продолжил Джок – А куда? Ответа нет, хотя все и догадываются, каков он.

Куда, куда… Лежат где-нибудь прикопанные или с камнем на шее в пруду на дне. Или даже в море.

- А дядюшка, стало быть, теперь себя хозяином почувствовал здесь? – подытожил Гарольд.

- Так оно и есть – подтвердил привратник – Поговаривают даже, что скоро король ему бумагу даст на то, чтобы он на матушке вашей женился и полноправным владетелем всего состояния семьи Монбронов стал. Он же мужчина свободный.

- А тетушка Маргарет? – уточнил Гарольд.

- Так она уже года как полтора в усыпальницу переселилась – бойко ответил Джок – Простудилась, говорили, сильно. За неделю сгорела. Так что дядюшка ваш опять мужчина свободный.

- Ну да, все верно – Рози щелкнула пальцами – Траур по усопшему супругу в Силистрии длится год, но король вправе сократить его срок или вовсе отменить. Генрих перед королем отрекается от наследства, твои сестры не в счет, им разве что приданое надо будет выделить, если кто на них жениться надумает, так что главная наследница твоя мать. Точнее – ее будущий муж, ибо состоянием всегда управляет мужчина, если таковой есть. А тебя вообще в расчет не берут, Монброн, потому что ты умер.

- Умер – неистово закивал Джок – Про то и письмо было, сразу после того, как старого хозяина в усыпальницу, стало быть, определили. Мол – погиб месьор Гарольд Монброн на войне, где-то в западных землях, пал при штурме какой-то крепости как герой.

- Это Кройцена что ли? – спросил у нас Карл – Вот дела!

- Какая поразительная осведомленность – заметил я – И про войну, и про штурм. И еще – как быстро вести сюда донеслись. Сколько с осады прошло? Месяца два? А здесь месяц как про это знают. Как по мне – это быстро. Причем письмо-то не морем шло. Понимаете, о чем я говорю?

- Скажи мне, ты еще что-то хочешь спросить у этого бедолаги? – поинтересовалась Рози у Монброна, переваривающего новости, и показала рукой на привратника.

- Да нет – отмахнулся тот – Что он мог, то уже рассказал. Об остальном я либо догадываюсь, либо про это надо узнавать у людей, которые ситуацию знают куда лучше. Например, у того же Генриха.

- Резонно – Рози наклонилась над Джоком – Послушай меня, дружок. Сейчас ты забудешь все, что было. И то, что ты нам что-то рассказывал, и то, почему ты это сделал. Поверь, это в твоих интересах, причем полностью. Сам подумай, что с тобой сделают люди дядюшки Тобиаса, если узнают, что ты развязал перед младшим сыном покойного месьора Монброна язык. Ну, а если они тебя за это не прирежут, что вряд ли, то тебе сильно не повезет. Тогда с тобой за болтливость рассчитаемся мы. Ты ведь знаешь, куда два года назад отправился твой молодой хозяин?

- На колдуна учиться – пролепетал Джок, уже понявший, в какую сторону гнет эта красивая благородная мистресс, и глядя на нее так, как птичка смотрит на подползающую к ней змею.

- Верно – одарила его улыбкой Рози – И он преуспел в этом деле. И мы все тоже учились с ним. Причем хорошо учились. И, если будет надо, устроим тебе такую длинную предсмертную агонию, что ты непосредственно кончины будешь ждать как спасения.

- Я все понял – заверил ее Джок – Да я вас вообще не видел!

- А вот тут погоди – Рози повернулась к Карлу – Фальк, вытащи-ка его наружу и вон, под дерево положи. Только ноги сначала ему свяжи, от греха. И руки. А еще рот заткни.

- Да, это правильно – одобрил я ее действия – Ни к чему ему слышать наши разговоры, тем более что обсудить есть чего.

- За что люблю фон Рута, так это за то, что он мало что делает, но всегда говорит последнее веское слово – хмыкнула Эбердин.

- Это тоже талант – заступилась за меня Рози – Говорить можно много, но прислушиваются всегда к тому, кто подводит итоги.

Карл тем временем спутал Джоку ноги и руки позаимствованной у него же веревкой, поворошил на столе валявшийся там хлам, отыскал какую-то тряпицу, заткнул ему рот и, забросив себе на плечо, покинул домик.

Вернулся он через пару минут, пахнущий утренней росой.

- Скоро рассвет – сообщил он нам – Так что если чего решать – так быстро.

- Разумные слова – одобрительно кивнула Рози, подошла к нему и резко стукнула кулачком в лоб – Это тебе за «Мозгоеда».

- Чего? – возмущенно пробасил Карл – Чем плоха была идея? Вон старика как перекосило!

- Фальк, ты идиот! – потрясла руками в воздухе моя девушка – Невероятный идиот, небывалый! Какое счастье, что мы не можем иметь детей! Тебе нельзя размножаться, это может привести к гибели мира! Я не очень его люблю, мне многое в нем не нравится, но все-таки я не хотела бы, чтобы он сгинул!

- Как много слов говорит твоя женщина – пожаловался мне Карл – И я не все из них понимаю!

Я пожал плечами, давая понять, что остановить Рози все равно не представляется возможным. При этом я прекрасно понимал, что она имеет в виду и был с ней согласен. Дурака Карл свалял невероятного.

- Фальк, все очень просто, до такой степени, что это даже не смешно – с жалостью проговорила Рози - Если Джок сболтнет про увиденное кому-то из прислуги, то уже через час все вон в том здании будет знать о том, что мы держим при себе тварь из Бездны. Демона, проще говоря. А если это так, то мы черные маги или того хуже. Новость непременно дойдет до ушей дядюшки Тобиаса, и тому останется лишь совершить неспешную конную поездку в ближайшую миссию Ордена Истины. В Силистрии терпимо относятся к магам, но к тем, кто не практикует черную магию. А нас со всем усердием и прилежанием, разумеется, после допросов с пристрастием в экзекуторских, сожгут именно как прислужников Тьмы. И никакие доводы на служителей Ордена не подействуют. Им в радость лишний раз показать народу Силистрии, что они о нем пекутся, а королю на нас вообще плевать. С чего ему нас защищать? Отец Монброна мертв, а близ него новый придворный, которому больше доверия, чем любому из нас.

- Вот же – Карл тряхнул мешок, в котором зашебуршился Фил – Я и не подумал.

- Вернулись к тому, с чего начали – Рози посмотрела на дверь – Монброн, тебе очень дорог этот привратник? Я его, конечно, напугала, но все равно опасность того, что он развяжет язык, существует.

- Не то, чтобы… - Гарольд сморщил лицо – Но как-то это…

- Да и потом – куда труп девать? – заметил я – Не тут же закапывать, правда?

- Ладно, оставим это на потом – Рози подошла к столу и побарабанила по столешнице пальцами – Сейчас самое главное решить, что делать дальше.

- Что предлагаешь? – поднял голову Гарольд и взглянул на девушку – Судя по всему, из нас всех именно ты сегодня мыслишь разумнее других.

- Я? – пальцы Рози выдали дробь, похожую на стук копыт – Вам, мальчики, не понравится то, что я хочу предложить. Это не в вашей натуре. Но тем не менее. Лично я бы сейчас на нашем месте прирезала привратника, тихонько покинула дом через ту же калитку, в которую мы вошли, прикупила лошадей за любую цену, и к тому моменту, когда взойдет солнце, постаралась удалиться от Форессы мили на три минимум. А лучше – на пять. И гнала бы этих лошадей без жалости до самой границы с соседним королевством.

- Бежать из своего дома – Гарольд потер щеки ладонями – Звучит как бред.

- Это самое разумное из того, что может быть на текущий момент – жестко произнесла Рози – И не бежать, не бежать, не передергивай. Это политика, Монброн. Нет, это даже не политика. Это борьба за место под солнцем, а она другой не бывает. Ты здесь и сейчас один. Тебе нужна поддержка. И самое лучшее, если это будет поддержка венценосная. Фольдштейн, вот куда тебе следует направится. К Рою Шестому. Он влиятельный монарх и твой родственник по материнской линии. Возьми он тебя под свою защиту – и считай полдела сделано.

Я, Карл и Гарольд тут же обменялись взглядами. Повод для этого был веский.

- Эээээ – протянул Гарольд – Не факт, что он захочет это сделать. Видишь ли, прошлым летом получилось так, что я… Точнее мы. Да. Мы с ним немного повздорили.

- Как? – опешила Рози, не знавшая истории о том, как я послал короля Фольдштейна куда подальше – Каким образом вы умудрились это сделать?

- В Форнасионе – уклончиво ответил Монброн – Как раз в тот вечер, когда Рой Шестой лишил Аманду титула и наследства.

- Как видно, кто-то мне не все рассказал? – уточнила у меня де Фюрьи.

- В целом я с Рози согласен – бодро произнес я – Нет, кое в чем она ошиблась. Ты не один, дружище, с тобой мы. А все остальное – верно. Отдельно замечу, что с королем повздорил не ты, а я, на тебя он особо не гневался. Тем более что ты тогда чудеса боя на ристалище демонстрировал, да и родич ты ему. Надо в Фольдштейн ехать. Что до меня – отсижусь где-нибудь на границе с этим королевством. Найду местечко поглуше, да там вас и подожду.

- Ерунда это все – бухнул вдруг Карл – Сколько мы в этот Фольдштейн добираться будем? Он у демонов на закорках находится, на границе с королевством эльфов. Туда месяц с гаком, обратно столько же, да там невесть сколько. Пес с ним, что нас потом Ворон за такую долгую отлучку с дерьмом съест, не привыкать. Но вот Тобиас за это время на мамке Гарольда сто раз жениться успеет. Тем более, что она, я так понимаю, не сильно сопротивляется этому.

- Фальк, ты все-таки о моей матери говоришь – возмутился Монброн.

- Да верно все он сказал – Рози шмыгнула носом – Даже удивительно такие разумные вещи от него слышать. Тогда – Асторг. Пути туда две недели и, что немаловажно, там никому на границе отсиживаться не придется. И все вопросы будут решены очень, очень быстро.

- Гейнард – понимающе кивнул Гарольд – Ты о нем?

- Именно – подтвердила она– Это – вариант. Хороший вариант.

Карл недовольно поморщился, он не любил, когда разговор сходил на темы, которые ему непонятны.

Хотя, если честно, этого никто не любит. Кому приятно глазами хлопать и гадать, о чем речь идет?

- Гейнард – мой брат – пояснила Рози, верно расценив гримасы Фалька – Он частый гость в Форессе и вхож в королевский дворец. Дело в том, что здесь, в Силистрии, нет добычи серебра. Совсем. И в Алессии нет тоже. И в соседних королевствах с этим делом никак. Зато Асторг славится своими серебряными жилами, и именно он поставляет этот металл сюда, на Юг. Что особенно приятно, непосредственно в Силистрию идет серебро с рудников, принадлежащих семейству де Фюрьи. Само собой, это обеспечивает дружеские отношения нашего дома и монаршей фамилии. В свою очередь, дом де Фюрьи будет рад оказать услугу представителю славного семейства Монбронов Силистрийских и восстановить справедливость, встав на защиту его чести и интересов.

Почему-то я просто-таки уверен в том, что она с самого начала знала о том, что в Фольдштейн никто не отправится.

А еще мне кажется, что если дело выгорит, то семейство Монбронов Силистрийских непременно чем-то за это будет расплачиваться. Не знаю, как именно, но это будет что-то весомое.

- Знаешь, Рози, ты права – неторопливо, я бы сказал задумчиво произнес Гарольд – Наверное, самое верное это обратиться за помощью к твоей семье. Тем более, что в этом случае можно быть уверенным в том, что результат воспоследует, и довольно быстро. А уж в том-то, что нас никто пальцем не тронет, можно вообще не сомневаться. Защита семейства де Фюрьи – это весомая гарантия безопасности.

- Но? – поторопила его Рози и показала на окошко, за которым уже не было ночной тьмы, там колыхалась предутренняя серость – Если можно – побыстрее.

- Но – нет – покачал головой Гарольд – Извини – нет. Дело не в том, что я гордый или смелый. И уж точно не в том, что я знаю цену этой услуги. Наши корабли, верно? Торговые маршруты, связи в портах и на таможнях Рагеллона?

- И табак – без тени смущения подтвердила Рози – Ваш табак славится везде, и моя семья хотела бы получить монопольное право на его закупку.

- Если останусь живым, то она получит эту монополию – заверил ее Гарольд – Так я продолжу. Дело не во всем этом. Я откажусь от твоего плана по более простой причине.

- Ну-ну – топнула ножкой Рози – Мне до смерти интересно, в чем тут дело?

- Просто я идиот – обезоруживающе улыбнулся Гарольд – Ну не могу я так защищать свою честь. Через кого-то, чьими-то руками. Не могу. Не научили меня этому. Отец не научил. Он сам был прямой как шпага, и от меня того же требовал. Если я сейчас отсюда уеду, если отдам право мести чужим людям, то перестану быть собой. Был Монброн – и нет Монброна.