Посох Сераписа

Аннабет расстроилась, но это ее не удивило.

— Он бог. Он бессмертен.

— Ну и как тогда...?

Рука Сераписа, все еще сжимающая посох, показалась из-под обломков и бревен. Три головы монстра пустили струи пара во все направления. Нож Аннабет по-прежнему оставался в раковине чудища по рукоятку, шрам вокруг него испускал раскаленные красные иероглифы, греческие буквы и английские ругательства — тысячелетний словарь неприличных выражений вылился наружу.

«Словно целая эпоха», — подумала Аннабет.

Внезапно у нее появилась идея.

— Прошлое, настоящее и будущее. Он их всех контролирует.

— Что? — спросила Сейди.

— Посох — это ключ, — сказала Аннабет. — Нужно его уничтожить.

— Да, но...

Аннабет устремилась к куче строительного мусора. Ее глаза были прикованы к рукоятке кинжала, но она опоздала.

Серапис освободил вторую руку, а затем и голову; его цветочный горшок разбился, полностью рассыпая зерно. Фанерное фрисби Аннабет сломало ему нос и оставило под его глазами синяки, сделав его лицо похожим на мордашку енота.

— Я убью тебя! — взревел он, и Сейди тут же откликнулась заклинанием на бис.

— Су-фах!

Аннабет поспешно ретировалась, Серапис снова закричал: «НЕТ!», — и на него свалилась другая тридцатиэтажная стена.

Это было последнее заклинание, которое могла себе позволить Сейди. Она рухнула вниз, словно тряпичная кукла. Аннабет успела поймать ее перед тем, как она ударилась головой об землю. Когда остатки стен начали сотрясаться и прогибаться внутрь, Аннабет схватила девушку в охапку и вынесла ее наружу.

Каким-то образом она смогла выбраться до того, как развалилось все остальное. Аннабет услышала ужасающий рев, но не могла точно сказать, было ли это опустошение, оставленное позади нее, или звук ее собственного черепа, раскалывающегося напополам от боли и усталости.

Она все ковыляла вперед, пока не дошла до рельс. Тогда она мягко усадила Сейди на траву. У нее закатились глаза. Она что-то бормотала. Ее кожа была настолько горячей, что Аннабет пришлось бороться с внутренней паникой. Из рукавов мага сочился дым.

Тем временем, едва отойдя от аварии в метро, смертные заметили новую катастрофу. Спасательные службы направились к рухнувшему зданию. Наверху закружил новостной вертолет. Аннабет хотела было позвать на помощь докторов, но внезапно Сейди резко вдохнула. Ее веки затрепетали. Она выплюнула изо рта обломок бетона, слабо села и уставилась на колонну пыли, устремившуюся в небо после их маленького приключения.

— Да уж, — пробормотала Сейди. — Что уничтожим теперь?

Аннабет всхлипнула от облегчения.

— Слава богам, ты в порядке. Ты буквально дымилась.

— Побочные эффекты, — Сейди очистила пыль с лица. — Использую слишком много магии и могу буквально сгореть. И это был примерно тот предел, к которому я хотела подойти сегодня на церемонии самосожжения… дурная моя голова.

Аннабет кивнула. Она завидовала всем тем заклинаниям, которые могла сотворить Сейди, однако была рада, что являлась обычным полубогом.

— Никакой тебе больше магии.

— На какое-то время, — неохотно признала Сейди. — Я так понимаю, Серапис не побежден?

Аннабет посмотрела в сторону потенциального маяка. Хотелось бы ей думать, что бог исчез, но она была слишком умна. Она все еще чувствовала его ауру, разрушающую мир, затягивающую ее душу и высасывающую ее энергию.

— В лучшем случае… у нас несколько минут, — посчитала она. — Он скоро выберется. И отправится по наши души.

Сейди застонала.

— Нам нужно подкрепление. К сожалению, у меня недостаточно энергии на открытие портала. Изида мне тоже не отвечает. Конечно, она-то слишком умна, чтобы явиться сюда и оказаться сожранной этой Хлопушкой, — маг вздохнула. — Полагаю, у тебя поблизости тоже никаких полубогов нет?

— Если бы только... — голос Аннабет дрогнул.

Она осознала, что ее рюкзак все еще был у нее на плече. И как он только не соскочил во время битвы? И почему он был таким легким?

Она сняла его и открыла верхнее отделение. Книги по архитектуре исчезли. Вместо них на дне лежал квадратик амброзии размером с кекс, обернутый в целлофан, а под ним...

Нижняя губа Аннабет задрожала. Она вытащила то, что не носила с собой уже долгое время: свою потрепанную голубую кепку Нью-Йорк Янкиз.

Она посмотрела на темнеющее небо.

— Мама?

Ответа не было, как и другого объяснения у Аннабет. Ее мать послала ей помощь. Осознание этого воодушевило и напугало ее. Если уж Афина лично заинтересовалась этой ситуацией, значит Серапис был действительно серьезной угрозой — не только для Аннабет, но и для богов.

— Это же бейсбольная кепка, — заметила Сейди. — Она чем-то полезна?

— Я... я думаю, да, — сказала Аннабет. — Последний раз, когда я ее одевала, магия не сработала. Но если в этот раз получится... У меня, вероятно, есть план. Твоя очередь отвлекать Сераписа.

Сейди нахмурилась.

— А я так мимоходом не упоминала, что осталась без магии?

— Ничего страшного, — ответила Аннабет. — А как у тебя с блефом, враньем и заговариванием зубов?

Сейди саркастично подняла бровь.

— Мне говорили, что это мои самые привлекательные качества.

— Превосходно, — сказала Аннабет. — Тогда пора мне научить тебя греческому.

***

Времени у них было мало. Аннабет едва успела закончить обучение Сейди, как разрушенное здание сотряслось, строительный мусор взорвался наружу, а из-под обломков, рыча и ругаясь, показался Серапис. Пораженные спасатели отбежали подальше, но, похоже, они не заметили пятнадцатифутового бога, удаляющегося от обломков, с его трехглавым посохом, изрыгающим в небо дым и красные лучи магии.

Серапис направился прямо к Сейди и Аннабет.

— Готова? — спросила дочь Афины.

Сейди выдохнула.

— А у меня есть выбор?

— Держи, — Аннабет протянула ей кубик амброзии. — Еда полубогов. Может, восстановит и твои силы.

— Может?

— Если я смогла воспользоваться твоим целительным зельем, значит ты тоже должна быть способна есть амброзию.

— Тогда, твое здоровье, — Сейди немного откусила от кубика. Ее щеки порозовели, глаза засияли. — На вкус, как печенье моей бабушки.

Аннабет улыбнулась.

— Амброзия всегда имеет вкус любимой, самой приятной тебе пищи.

— Очень жаль, — Сейди откусила еще и проглотила. — Печенье бабушки всегда подгорелое и противное. Ах, а вот и наш дружок.

Серапис пнул пожарную машину прочь с дороги и неуклюже загромыхал в сторону рельс. Казалось, он еще не заметил Сейди с Аннабет, но последняя догадывалась, что он их почует. Бог осмотрел окрестности взглядом, полным убийственного гнева.

— Поехали, — Аннабет нацепила свою кепку Янкиз.

Глаза Сейди непроизвольно расширились.

— Хорошая работа. Ты вполне невидима. Искрами палить не собираешься?

— С чего бы это?

— Ох... мой брат как-то применял заклинание невидимости. Все прошло далеко не так гладко. В общем, удачи.

— Тебе тоже.

Аннабет рванула в сторону, а Сейди замахала руками и закричала:

— Эй, Серапис!

— ТЫ УМРЕШЬ! — завопил бог.

Он потащился вперед, оставляя за собой следы-кратеры. Как они и планировали, Сейди начала отступать в сторону пляжа. Аннабет, согнувшись в три погибели, спряталась за брошенной машиной и подождала, пока Серапис пройдет мимо. Невидима или нет, а рисковать она не собиралась.

— Давай же! — дразнила Сейди бога. — И это твоя максимальная скорость, деревенщина-переросток?

Бог промчался мимо Аннабет.

Она побежала за Сераписом, который догнал Сейди у самого прибоя.

Бог поднял свой светящийся посох, с его чудовищными головами, изрыгающими дым.

— Твои последние слова, маг?

— Разумеется! — Сейди взмахнула руками, занимаясь то ли магией, то ли кунг-фу.

— Meana aedei thea! — она нараспев произнесла строки, которым ее научила Аннабет. — En… ponte pathen algae! — Аннабет поморщилась. С произношением у Сейди было не очень. Первую строку она более-менее выговорила: «Воспой о гневе, о богиня». Но во второй должно было быть: «Познай муки в морской пучине». А вместо этого у Сейди получилось что-то вроде: «Пострадает мох в морской пучине!».

К счастью, древнегреческого языка было достаточно, чтобы шокировать Сераписа. Бог колебался, все еще держа над головой занесенный посох.

— Что ты...

— Изида, услышь меня! — продолжила Сейди. — Афина, приди мне на помощь! — она выболтала еще несколько фраз: то на греческом, то на древнеегипетском.

Тем временем, Аннабет прокралась к богу сзади, все поглядывая на кинжал, застрявший в раковине монстра. Если бы Серапис просто опустил свой посох...

— Альфа, бета, гамма! — кричала Сейди. — Гироскоп, шпинат. Престо! — она засияла в триумфе. — Ну вот. Тебе конец!

Серапис уставился на нее, явно озадаченный. Красные татуировки на его коже мерцали. Некоторые символы превратились в знаки вопроса и грустные смайлики. Аннабет подкралась поближе... осталось двадцать футов.

— Мне конец? — спросил Серапис. — Что ты вообще мелешь, девочка? Я тебя вот-вот уничтожу.

— И если ты это сделаешь, — предупредила Сейди. — То активируешь смертельную цепь, которая отправит тебя в небытие!

— Смертельная цепь? Нет такого заклинания! — Серапис опустил посох.

Головы животных теперь были на уровне глаз Аннабет. Ее сердце заколотилось быстрее. Десять футов. Потом, если она прыгнет, возможно, сможет достать до кинжала. У нее будет только один шанс выдернуть это. Головы посоха, казалось, ее не замечали. Они рычали и огрызались, извергая дым во все направления. Волк, лев и собака — прошлое, настоящее и будущее.

Она знала, какую голову надо поразить для максимального урона.

Но почему будущее обязательно должно быть собакой? Черный лабрадор был наименее пугающей головой монстра. Его большие золотистые глаза и болтающиеся ушки напоминали Аннабет слишком многих питомцев, которых она знала.

«Это ненастоящее животное», — сказала она себе. — «Это часть волшебного посоха».

Но когда она подошла к нему на расстояние удара, ее руки словно потяжелели. Она не могла смотреть на собаку, не чувствуя вины.

«Будущее — хорошая штука», — казалось, говорила собака. — «Оно милое и пушистое!»

Если Аннабет снесет лабрадору голову, не приведет ли это к потере ее будущего — планов на колледж, их планов с Перси...?

Сейди все еще бормотала. Ее тон ужесточился.

— Моя мать, Руби Кейн, — сказала Сейди Серапису. — Отдала свою жизнь, чтобы запечатать Апофиса в Дуате. Апофис, тебе на справку — на тысячи лет старше тебя и намного могущественнее. Так что если ты думаешь, что я позволю второсортному богу захватить мир, лучше подумай еще раз!

Злость в ее голосе была явно не блефом, и Аннабет обрадовалась, что поручила Сейди задание встретиться с Сераписом лицом к лицу. Волшебница могла быть на удивление ужасающей, когда ей того хотелось.

Серапис скованно пошатнулся.

— Я уничтожу тебя!

— Удачи, — сказала Сейди. — Я связала тебя настолько мощными греческими и египетскими заклинаниями, что они рассеют твои атомы среди звезд.

— Лгунья! — заорал Серапис. — На мне нет никакого заклинания. Даже тот, кто призвал меня, не владеет такой магией.