Гражданские войны

По ком звонил колокол в Испании 1936–1939 годов?

Призрак коммунизма, бродивший по Европе и явивший себя Карлу Марксу в середине XIX века, после победы большевиков в Гражданской войне обрeл плоть. Миллионы людей в обоих полушариях увидели, что да — это возможно! Разрушить старый мир до основанья и устремиться к строительству нового мира. Каждый человек, чувствовавший себя обделeнным, готов был рвануться к забрезжившей мечте. Мираж коммунистического рая манил неудержимо, потому что давал надежду на утоление всех трeх главных страстей человека: жажды самоутверждения, жажды сплочения, жажды бессмертия. Революционная борьба обещала безграничные возможности самоутверждения в победах над «эксплуататорами и тиранами». Отмена собственности открывала сказочное счастье сплочения в абсолютном равенстве. Если коммунизм есть научно доказанное светлое будущее всего человечества, то, борясь за него, ты точно приобщаешься к чему-то бессмертному.

Весьма показателен тот факт, что всюду, где марксизм обретал силу, церковь подвергалась гонениям. Рай мог быть только один — либо коммунистический, либо христианский. Даже в таких традиционно католических странах, как Мексика и Испания, в 1930-х годах священнослужители подвергались жестоким преследованиям, арестам, конфискациям имущества почти в такой же мере, как и в СССР.

Борцам с коммунистическим интернационалом казалось, что это какая-то внешняя зараза, умело рассылаемая из Москвы кучкой заговорщиков-большевиков, засевших в Кремле. На самом деле коммунизм многим мерещился единственной гарантией от повторения ужасов Первой мировой войны и спасением от Великой депрессии. Жадность «буржуев» была объявлена главной причиной войн, поэтому прогнать их казалось путeм к миру во всeм мире. Испании суждено было стать первой в длинном ряду стран, последовавших примеру России и рухнувших в гражданскую войну между «буржуями» и марксистами всех мастей.

Вглядываясь в гражданские войны XVII–XIX веков, мы замечаем обязательный приток иностранных добровольцев в ряды сражавшихся по обе стороны фронта. Но никогда раньше это явление не было таким массовым, как это случилось на Пиренейском полуострове. Демократические страны заняли позицию невмешательства, Америка, Франция, Англия наложили запрет на импорт оружия в Испанию. Но они не могли удержать тысячи молодых людей, рвавшихся сражаться с теми врагами свободы, которые уже показали своe лицо: фашистами, нацистами, фалангистами.

Сумевшие добраться до Мадрида американцы дали своему батальону имя Линкольна, итальянцы — Гарибальди, французы — Андре Марти, немцы — Тельмана, балканские славяне — Димитрова.[36] Увы, молодые идеалисты оказались в траншеях бок о бок с коммунистами и анархистами, которые в середине 1930-х ещe умели прятать свою волчью суть под «человеческим лицом».

Лучше всего шок, пережитый бойцами интернациональных бригад, описан в книге Джорджа Оруэлла «Посвящается Каталонии». Также и в романе Хемингуэя «По ком звонит колокол» и в его же пьесе «Пятая колонна» испанская трагедия воссоздана ярко, незабываемо. Италия и Германия снабжали оружием и военной техникой войска Франко, республиканцы же получали помощь только от СССР. Поэтому влияние «военных советников», посылаемых из Москвы, было непропорционально сильным. Очень часто они настаивали на лобовых атаках хорошо укреплeнных позиций франкистов, что оборачивалось тяжeлыми потерями.

Также республиканская армия скопировала большевистскую модель организации командного состава: при каждом командире подразделения назначался политический комиссар. Один американский доброволец писал, что «в войсках не было даже подобия армейской дисциплины. Военный командир мог арестовать своего комиссара, и, наоборот, комиссар мог арестовать командира».[37]

Внутри республиканского правительства и в армейском руководстве продолжалась яростная политическая борьба между социалистами, коммунистами, анархистами и другими партийными группировками. В стране шла стихийная коллективизация и национализация ферм и фабрик. Вся Каталония оказалась под властью анархистов; в мае 1937 года они подняли в Барселоне открытое восстание против мадридских властей. Внутренние раздоры, отсутствие централизованного командования войсками, уменьшение поставок оружия из Советского Союза привело к тому, что правительство Народного фронта потерпело поражение.

В марте 1939 года войска Франко вошли в Мадрид. Число погибших и эмигрировавших историки оценивают в миллион человек. Разрушены были тысячи промышленных предприятий, поместий и ферм, железных дорог и портов. Страна погрузилась в долгий процесс восстановления хозяйства и залечивания ран. По крайней мере ей удалось избежать участия во Второй мировой войне. Более того: неблагодарный диктатор Франко не разрешил войскам своего бывшего союзника Гитлера пройти через испанскую территорию, чтобы атаковать Гибралтар. Захват немцами этой важнейшей крепости, запиравшей вход в Средиземное море, был бы чреват тяжeлыми стратегическими последствиями для Великобритании.

Гражданская война в Испании отдалась многими потрясениями в политической жизни мира. Меня всегда занимал вопрос: случайно ли она хронологически совпала со вспышкой террора 1937–1938 годов в России? Историки, изучавшие уничтожение Сталиным командного состава Красной армии, единодушны в том, что не было никакого заговора военных. Все обвинения против маршалов, генералов, дивизионных командиров были абсолютной ложью, их признания вины были вырваны пытками или угрозами расправиться с родными. Что же могло толкнуть всевластного тирана на такое кардинальное ослабление собственной армии в тот момент, когда угроза иностранного вторжения сделалась уже несомненной и реализовалась, когда начались бои с японцами у озера Хасан и реки Халхин-Гол?

Я посмею высказать гипотезу: Сталина насмерть напугало успешное восстание военных в Испании. Когда войска Франко в конце 1936 года стремительно достигли Мадрида, он должен был прикинуть эту ситуацию на себя и понять, что у него нет никакой защиты от бунта собственных генералов. А кто стоял во главе армии? Все бывшие герои Гражданской войны в России, его соперники и скрытые недруги: Тухачевский, Блюхер, Егоров, Якир, Уборевич и множество других. Тем более что германская разведка подбрасывала в Москву дезинформацию об их сговоре с троцкистами и бухаринцами. Звериный инстинкт самосохранения должен был сработать в Сталине и тут, и он обрушил опричников НКВД на командный состав РККА.

Опыт гражданских войн последних двух тысяч лет даeт нам право сделать важное обобщение.

Все они разгорались только там, где конструкция государственной постройки включала народное представительство в той или иной форме — сенат, вече, парламент, дума.

Кровавый опыт военного раздора после конца боeв каждый раз рождал в народе неудержимый импульс обрести безопасность под стабильной властью самодержавного владыки. Отсюда и возникали на исторической арене Октавиан Август, Кромвель, Наполеон, Сталин, Франко, Мао Цзэдун. Кажется, только Соединeнным Штатам удалось сохранить республиканское правление после гражданской войны. Но если бы Линкольн пережил покушение, не исключено, что Конгресс вручил бы ему диктаторские полномочия, чтобы он смог справиться с хаосом послевоенной разрухи.

«Кто был ничем, тот станет всем!»

После конца Второй мировой войны началась длинная полоса войн гражданских, в которых фронт вражды отчeтливо прошeл по идейно-классовым критериям: «марксисты» всех мастей против «буржуев». Если соотнести этот раскол с главными страстями человека, можно сказать, что в лагерь «марксистов» уносило людей, обуянных жаждой сплочения, а в лагерь «буржуев» — тех, кто больше всего ценил свободу самоутверждения.

Первой в Европе запылала Греция — там в течение 1947–1949 годов кипели упорные бои в горных районах. Англия помогала оружием правительственным войскам, Москва засылала военное снаряжение «красным» через Албанию.

После разгрома Японии в Китае вспыхнула гражданская война между коммунистами, возглавлявшимися Мао Цзэдуном, и националистами, ведомыми генералом Чан Кайши. Сталин помогал «красным», США — «буржуям». Остатки разбитой армии националистов укрылись на острове Тайвань (1949), и понадобилась вся мощь американского флота, чтобы оградить их там от полного уничтожения и дать время для создания собственного государства, не признанного до сих пор большинством стран.[38]

В 1950 запылала Корея. Но там очень быстро в войну между Северной и Южной частями страны вмешались две сверхдержавы: США и Китай. В сознании среднего американца эта тяжeлая трeхлетняя война запечатлелась длинным комедийным телесериалом «МЭШ», изображающим будни полевого американского госпиталя. Этот голливудский блокбастер ни в малейшей степени не отражает мужества и военного искусства, проявленных американцами в боях с противником, численно превосходившим их в несколько раз.

Мне довелось слушать лекцию американского полковника — ветерана Корейской войны, — описывавшего среди прочего, как эффективно использовалась там полевая артиллерия. Батареи устанавливались в одном-двух километрах за линией траншей и огневых точек. Всe пространство перед траншеями разбивалось на карте на квадраты и заранее пристреливалось. Когда китайская пехота кидалась на штурм, радистам в траншеях оставалось только передавать на батареи номера соответствующих квадратов, и шквал снарядов сметал половину наступающих ещe до того, как они попадали в сферу огня пулемeтов.

Китайцы потеряли в этой войне около миллиона солдат, северокорейские коммунисты — полмиллиона. Потери американцев и их союзников — около 100 тысяч.[39] После подписания перемирия в 1953 году произошeл обмен пленными между сторонами. В плен к американцам попало 150 тысяч северных корейцев и 20 тысяч китайцев. 23 тысячи пленных попросили не посылать их обратно и начали новую жизнь в Южной Корее и на Тайване.[40]

Американская сторона продемонстрировала в Корейской войне не только превосходные боевые качества, но и политическую мудрость. С самого начала командовавший войсками генерал Дуглас Маккартур, имевший огромный опыт отношений с народами Азии, обращался с южными корейцами как с союзниками, а не как с марионетками. Он не пытался сместить южнокорейского президента Сингмана Ри, несмотря на то что его методы правления были далеки от американских представлений о демократии. Ри энергично руководил действиями южнокорейской армии, остался на своeм посту и после войны вплоть до 1960 года.[41]

Совсем по-другому разворачивалось вмешательство США в гражданскую войну во Вьетнаме.

После ухода французов из Индокитая (1954) страна распалась на две части. В Северной укрепились коммунисты во главе с Хо Ши Мином, в Южной к власти пришeл решительный националист Нго Динь Дьем. Он приложил усилия к тому, чтобы помочь обосноваться на Юге миллиону вьетнамцев, бежавших с Севера от «красных». Его методы правления были вполне диктаторскими, однако при президенте Эйзенхауэре американская администрация смотрела на это сквозь пальцы и помогала Южному Вьетнаму деньгами и оружием.

Но правительство Джона Кеннеди, исповедовавшее либерально-демократические идеалы, воображало, что с мировым коммунизмом можно бороться, не нарушая принципов демократии. Оно поддержало заговор южновьетнамских генералов, и в первых числах ноября 1963 года Нго Динь Зьем был свергнут и убит. Ханой пришeл в восторг: «Мы не подозревали, что американцы могут быть так глупы, — вспоминал потом один из командиров Вьетконга. — Зьем был самым непримиримым и упорным врагом коммунизма».[42]

Видимо, «красные» учли опыт Корейской войны. Они избегали боeв с американскими подразделениями на открытой местности, нападали из засад и быстро исчезали в джунглях. Вербовка местного населения производилась примитивным, но весьма действенным способом. Небольшая группа вооружeнных вьетконговцев входила в деревню, выстраивала мужчин в ряд, первому в ряду задавали вопрос: «Ты записываешься во Вьетконг?» Если спрошенный пытался отговориться по какой-нибудь причине, тут же получал пулю в голову. Понятно, что после этого второй, третий, четвeртый и все остальные отвечали: «Да». Отряд «новобранцев» выходил из деревни и пополнял ряды «красных».

Чтобы пресечь эту практику и лишить вьетконговцев источников снабжения продовольствием, американцы сгоняли крестьян в большие огороженные поселения, вход в которые возможно было охранять и контролировать. Этот процесс обманчиво назывался «замирением» (pacification). Но выяснилось, что партизанские отряды Вьетконга имели какие-то способы запугивать и тех, кто находился внутри этих резерваций. Поддаваясь угрозам, крестьяне посылали деньги по почте в указанные адреса, то есть платили налог Северному Вьетнаму.[43]

В своe время, после разгрома Японии, генерал Макартур нанeс визит вежливости японскому императору. Это признание престижа национального лидера произвело огромное впечатление на весь народ. К сожалению, американские дипломаты во Вьетнаме не понимали, как важно беречь чувство собственного достоинства тех, кто сражается бок о бок с тобой. Генри Киссинджер обращался с президентом Южного Вьетнама Нгуеном Ван Тхьеу не как с союзником, а как с марионеткой, вeл без его ведома и согласия секретные переговоры с посланниками Хо Ши Мина в Париже, делал им уступки, на которые президент Тью никогда бы не согласился.[44] Для американцев главным было покончить с войной, которая тянулась уже десять лет и вызывала бурю протестов в США. Они ушли из Вьетнама в 1973 году, а два года спустя Ханой нарушил все условия мирного договора, пересeк линию демаркации — 17-ю параллель — и водрузил своe знамя над Сайгоном.

Самой страшной оказалась гражданская война в Камбодже (1968–1975). Победившие под знаменем с серпом и молотом «красные кхмеры» уничтожали в основном горожан, национальные меньшинства, священослужителей, интеллигенцию, объявляя их «эксплуататорами и пособниками империалистов». В стране с населением в девять миллионов человек погибло от двух до трeх миллионов, то есть четверть.[45]

Параллельно с гражданскими войнами в Азии коммунисты разжигали военные конфликты и в Западном полушарии: на Кубе, в Доминиканской Республике, Никарагуа, Сальвадоре, Перу, Гренаде, Колумбии. СССР засылал оружие и советников в африканские Анголу, Южный Судан, Конго, а также использовал контингенты кубинских войск.

После распада СССР и решительного поворота Китая на курс рыночной экономики манящее сияние коммунистического рая заметно ослабло. Сегодня дракон вражды возвращается на привычные племенные и религиозные границы: курды против турок, тамилы против индусов, северные кавказцы против русских, шииты против суннитов. Серп и молот исчезли со знамeн тех, кто сегодня сражается в Южном Судане, Йемене, Сирии, Ираке, Сомали, Кашмире, Ливии, Афганистане.

Но есть одна общая черта, свойственная почти всем гражданским войнам нашего времени: они все происходят в странах, оказавшихся на рубеже между земледельческой эрой цивилизации и индустриальной.

Никакой народ не может преодолеть этот важнейший порог без потерь. Мера готовности к переходу у дальнозорких и близоруких всегда будет различной, и это всегда будет порождать вражду и конфликты. Если индустриальные страны и дальше будут вмешиваться в эту конфронтацию, хорошо бы, чтобы их лидеры сначала вгляделись в суть происходящего, а не лезли с «универсальной» панацеей демократии. Нельзя ускорить рождение ребeнка путeм давления на живот беременной женщины. Так и ход цивилизации невозможно ускорить, засыпая отстающие народы бомбами, снарядами, ракетами.

Примечания

1. Durant Will. Caesar and Christ. A History of Civilization, Part III. New York, 1944. P. 113, 115.

2. Ibid. P. 120.

3. Ibid. P. 119.

4. Ibid. P. 122.

5. Plutarch. The Lives of the Noble Grecians and Romans. New York, 1964. P. 552.

6. Ibid. P. 570.

7. Ibid. P. 790.

8. Словарь античности. М., 1989. С. 38.

9. Plutarch, op. cit. P. 1142.

10. Ефимов Игорь. Свергнуть всякое иго. М., 1977. Далее — СВИ. Среди источников на русском языке могу порекомендовать: Гизо Франсуа. История Английской революции. СПб., 1868; Попов-Ленский И. Л. Лилберн и левеллеры. М.—П., 1928; Савин А. Н. Лекции по истории Английской революции. М., 1924, 1937.

11. Ефимов Игорь. Свергнуть всякое иго. С. 55.

12. Там же. С. 51.

13. Там же. С. 120.

14. Там же. С. 121.

15. Там же. С. 134.

16. Там же. С. 190.

17. Там же. С. 333.

18. Churchill Winston S., arranged by Commager, Henry Steele. History of the English Speaking Peoples. New York, 1994. P. 202.

19. Eaton, Clement. A History of the Southern Confederacy. New York, 1956. P. 14.

20. Ibid. P. 44.

21. Ibid. P. 29.

22. Ibid. P. 35–36.

23. Churchill, op. cit. P. 403.

24. Eaton, op. cit. P. 8.

25. Ibid. P. 88–89.

26. Churchill, op. cit. P. 428.

27. Eaton, op. cit. P. 300.

28. Churchill, op. cit. P. 430.

29. Deutscher Isaac. The Prophet Armed. Trotsky: 1879–1921. London, 1954. P. 354.

30. Volkogonov Dmitry. Lenin. A New Biography. New York, 1994. P. XXI.

31. Deutscher, op. cit. P. 412, 414.

32. Volkogonov, op. cit. P. XXII.

33. Ibid.

34. Deutscher, op. cit. P. 429.

35. Volkogonov, op. cit. P. 199.

36. Brome Vincent. The International Brigades. Spain 1936–1939. New York, 1966. P. 106.

37. Ibid.

38. На сегодняшний день число стран, признавших Тайвань, достигло 22.

39. Roberts Andrew. A History of the English Speaking People Since 1900. New York, 2007. P. 414.

40. Ibid.

41. Britannica, v. 22. P. 527.

42. http://en.wikipedia.org/wiki/Ngo_Dinh_Diem.

43. Isaacson Walter. Kissinger. A Biography. New York, 1992. P. 120.

44. Ibid. P. 443.

45. https://ru.wikipedia.org/wiki/Красные_кхмеры.