Помоги проекту - поделись книгой:
приглашённых.
-Ребята, приготовьте вертушку и ждите, когда я буду готов вылететь.
Пошёл сильный дождь, омывающий гранитные плиты, уложенные дорожкой.
Виктор сидел под гребком и смотрел на губернатора. Он готов был броситься
под хляби небесные, ибо Михалыч дал ему новый смысл жизни, заключавшийся
в жратве и развлечениях. На днях рогатиной завалили медведицу и столь
полного удовлетворения управляющий никогда ранее не ощущал.
Михалыч махнул рукой. Виктор сорвался с места как спринтер, мчался как
борзая, готовая помочь хозяину исполнить его мысли.
-Слушай, Витя. Лазаря на три дня поселись в номер в особняке, пусть
пообщается с Элеоноркой, вправит ей мозги. Но смотри, чтоб не сильно он
проповедью махал, а то она соберёт манатки - и в город. Знаешь же её
проституточный характер.
-Готов выполнять! - вытянулся как глист управляющий.
Губернатор потёр нос, алеющий словно ужаленный пчелой и добавил, глядя
сквозь Виктора:
-Гостей развезёте в порядке очереди. А я улетаю на конференцию, буду
заниматься государственными вопросами, а значит, по пустякам меня не
тревожить и ****ями не волновать!
Виктор икнул.
-А если Элеонора...
-А если Элеонора дождётся меня как порядочная дама, а не как ссыкуха из
заправки, то получит новый бриллиантик на свой прелестный пальчик. Так ей и
передай! Да, за Лазарем надзор особый: пусть не переедает, читает как можно
больше и вообще - наслаждается предвкушением лакомства славы, которая
спуститься к нему с неба как манна небесная.
Подошёл Квача, играющий желваками. Его бугристые мышцы, давившие
хрупкие шеи боснийских детей, жаждали нагрузки. Тренировками у груши и
манекенах он удовлетворялся кое-как, а секс вообще презирал как нечто
противоестественное.
-Вертолёт готов, Евлентий Михайлович! - сказал он, еле выговаривая имя и
отчество своего хозяина. Некогда он хорошо учился, но занятия каратэ отбили
это желание. Его тренер и гуру по совместительству учил его так подходить к
тренировкам, чтобы были отметены все левые, второстепенные желания. Квача, он же Квачев Сергей Глебович выбрал приоритет силы над знаниями.
Много желающий нашлось проводить Михалыча в дорогу. Некоторые стояли на
коленках, подпираемые трясущимися руками. Лазарь красивым взглядом
наблюдал взлёт вертолёта над тайгой, которая уже погружалась в сон, но гул
лопастей нехотя её разбудил. Спи, тайга!
Глава 4
Иногда бывает, что нас никто не ждёт. Но человек - это существо
самоорганизованное, которому вполне хватает быть с самим собой и главным, и
второстепенным лицом. Так было и с Элеонорой, приехавшей на такси в эту
дрёмь, чтобы как дикая кошка сновать по этажам, пить холодный мартини и
листать дамские журналы, полные несусветной чуши.
Встреча со старцем Лазарем состоялась через два дня. После бани старец был
розовощёк как младенец и его тянуло в сон. Спал он обычно четыре часа, остальное время отдавая молитве и чтение разнообразнейших книг. Всё, что он
читал, запоминал как машина, однако, среди всей этой многочисленной
информации мало было самого важного, без чего жить просто невозможно. И
чем более старел Лазарь, тем более меньшим он обходился знанием, черпая из
себя помаленьку да полегоньку.
Элеонора в этот день была весела как сорока, нашедшая клад. Она крутила с
озорством педали спортивного велосипеда, прикрученного болтами к полу и
странные чувства наделать шума и что-то нехорошее совершить всем на зло, пожирало душу девушки.
-Лазарь, подай воды - через час разговора сказала Элеонора, потная и
счастливая.
Подавая небольшую бутылочку, отшельник мельком обхватил всем взглядом
ладную фигуру хозяйки особняка. Грудь прелестна, но вот плечи немного грубы
и шершавы; их будто не за имением времени бросили доводить до ума. Лоб
могущественно выпукл, от чего приобретал сходство с манекеном ацтекской
принцессы, забравшей в потусторонний мир всех служанок и домашних
животных. Нос классический, напоминающий юность Барби...
-Ах, как я устала! - вздохнула девушка, снимая мокрую майку и трусики. Её
обнажённое тело, как мысленно заметил старец, сочеталось весьма гармонично
с обстановкой этой комнаты: размах и прекрасный тонкий вкус.
Одевшись, она вышла на балкон, чтобы развесить для сушки бельё.
-Скажи, Лазарь, в чём состоит твоя жизненная позиция? Чем ты пробиваешь
бетон зависти и сплетен, которые так и вьются вокруг твоей головы?
"Пытается вывернуть меня наизнанку" - подумал старец. - "Буду начинать с
малого".
-Во-первых, меня учила жизнь, а потому на зависть смотрю сквозь пальцы.
Советский человек был соткан целиком из самых низменных страстей, а я
укрывался в это время в шалашке, чтобы сохранить свою душу от этих жалких
щупальцев греха...
Элеонора сморщилась:
Поделиться книгой: