Мастер Загадок [трилогия]

Патриция Маккиллип

Мастер Загадок

Трилогия «Мастер Загадок» в одном томе.

СПб., Азбука-классика, 2004 г.

Серия: Черный Дракон

* * *

Мастер Загадок

1

Моргон с острова Хед познакомился с арфистом Высшего осенним днем, когда торговые корабли стали на якорь в Толе для обычного в это время года обмена товарами. Мальчик-подпасок увидел, как крутобокие корабли пробираются между крошечными рыбацкими лодками, как вздымаются над волнами красные, синие и зеленые полоски парусов, и сразу помчался вверх по берегу от Тола к Акрену, дому Моргона, князя Хеда.

Добравшись до дома Моргона, он без промедления выложил свою новость, присел за длинный, почти пустой уже стол и принялся уплетать то, что еще осталось от завтрака.

Князь Хеда в это время медленно приходил в себя — накануне вечером он нагрузил две телеги бочками с пивом, что предназначалось для продажи. Он окинул столы покрасневшими глазами и громко позвал сестру.

— Слушай, Моргон, — произнес Харл Стоун, один из земледельцев, повернув к Моргону голову, увенчанную огромной седой копной волос. — Слушай, а как насчет белого быка из Ана — ты как-то говорил, что он тебе нужен, а? С вином, к примеру, можно подождать…

— А как насчет зерна? — быстро перебил его Моргон. — Оно ведь все еще в амбаре Уиндона Эймори в восточном Хеде? Кто-то все-таки должен доставить его в Тол для продажи. Так почему до сих пор сюда ничего не привезли?

— Ну мы же пиво грузили, — с притворным простодушием напомнил Моргону его брат Элиард.

— Сам знаю. А где Тристан? Тристан!

— Чего тебе? — Тристан Хедская стояла у него за спиной, сжимая в кулачках кончики недоплетенных темных кос.

— Вино берите сейчас, а быка на следующую весну, — быстро нашелся Кеннон Мастер, который вырос вместе с Моргоном. — У нас осталось мало херунского вина, на зиму не хватит.

Элиард, в упор глядя на Тристан, объявил:

— Хотел бы я вот так все утро сидеть себе да косы заплетать. — Он сощурился, продолжая смотреть на Тристан. — Да еще и морду сливками мыть.

Та не смутилась:

— Я, по крайней мере, умываюсь. А от тебя, дружок, разит пивом. Как, впрочем, от всех вас. И что это еще за грязь по всему полу, а? Кто это тут натоптал? Я убирать не успеваю…

Все находящиеся в комнате с удивлением уставились на Тристан. Потом посмотрели на пол и снова на девушку.

Еще год назад Тристан была тоненькой, словно тростиночка, смуглой, нежной девочкой-подростком. Она любила бродить по полям босиком, насвистывая сквозь зубы. Теперь же она повзрослела и массу времени проводила перед зеркалами, внимательно рассматривала свое лицо и сердито хмурилась. Сейчас она перевела недовольный взгляд с Элиарда на Моргона:

— Что это ты так вопил, когда меня звал? Я хорошо слышу.

— Извини. Я вовсе не собирался вопить. Я просто хочу, чтобы ты вытерла со столов, застелила их скатертями, снова их накрыла, наполнила кувшины молоком и вином, нарезала мясо, сыр, хлеб и какие там овощи у нас есть, разложила все по тарелкам, заплела волосы, надела башмаки и подмела пол. Только и всего. Скоро торговцы придут.

— Ох, Моргон, — простонала Тристан. Моргон повернулся к Элиарду:

— А ты поедешь в восточный Хед и скажешь Уиндону, чтобы он доставил в Тол зерно.

— Моргон! — Элиард поднял брови. — Но это же целый день езды!

— Знаю. Вот и отправляйся.

Они стояли неподвижно, но лица у обоих медленно краснели, глаза наливались кровью, пальцы сжимались в кулаки. Земледельцы Моргона смотрели на эту сцену с беззастенчивым изумлением. Очень уж не походили друг на друга эти трое детей Атола с Хеда и Спринг Окленд. Тристан своими непокорными темными волосами и треугольным личиком напоминала мать; Элиард, бывший на два года моложе Моргона, богатырским размахом плеч, широкими костями и не поддающимися никакому гребню светлыми волосами выглядел почти копией Атола. В глазах же Моргона, в его волосах цвета светлого пива просматривалось сходство с бабушкой, которую старики еще помнили как стройную, гордую жительницу южного Хеда. Дочь Лате Уолда, она умела смотреть на людей так же, как Моргон сейчас смотрел на Элиарда — отчужденно, точно лиса, которая разглядывает цыплят, готовясь их проглотить.

Элиард надул щеки, точно кузнечные мехи, и вздохнул:

— Была бы у меня анская лошадь, я бы смог обернуться туда и обратно еще до ужина.

— Я поеду, — предложил Кеннон Мастер. На его лице проступила легкая краска.

— Поеду я, — возразил Элиард.

— Понимаешь, я просто хотел… Я давно не виделся с Эйрин Эймори. Я поеду. — Кеннон Мастер вопросительно посмотрел на Моргона.

— А мне все равно, — сказал Моргон. — Только не забывай, зачем едешь. Тогда ты, Элиард, поможешь мне с погрузкой в Толе. Грим, ты пойдешь со мной к торговцам, а то в прошлый раз я чуть не обменял трех рабочих лошадей на арфу без струн.

— Если ты получишь эту арфу, — сказал Элиард, — то я хочу анскую лошадь.

— А мне нужны херунские ткани, — вскинулась Тристан. — Моргон, мне они просто необходимы. — Она сделала шаг к брату и посмотрела в потолок, что-то прикидывая. — Оранжевого цвета, — наконец решила Тристан. — Да, еще нужны тонкие иголки и пара исигских башмаков. Еще, — она снова на мгновение задумалась, — еще пара серебряных пуговиц, еще…

— Ты что, — грозно перебил ее Моргон, — разве не знаешь, что растет у нас на полях?

— Знаю я, знаю, — досадливо отмахнулась Тристан, — что растет у нас на полях. И еще я знаю, что вот уже пол-года валяется под твоей кроватью.

Моргон замер.

— Что ты смотришь на меня? — подбоченилась Тристан. Мне кажется, ты должен либо ее носить, либо продать. А то на ней такой слой пыли нарос, что невозможно даже определить цвет камней…

В зале повисло молчание. Тристан стояла, гордо сложив руки на груди и наслаждаясь произведенным впечатлением. Она вызывающе подняла подбородок, однако в лицо Моргону смотрела несколько неуверенно.

Элиард застыл с открытым ртом.

— Что еще за камни? — тихо спросил он, обращаясь одновременно к Моргону и Тристан.

— Это корона, — почувствовав поддержку, сказала Тристан, — Я такую видела на картинке в книге у Моргона. Их, короны, короли носят.

— Да знаю я, что такое корона, — отмахнулся Элиард и гневно посмотрел на брата: — И что же, братец, ты за нее отдал? Половину Хеда?

— Вот уж никогда не думал, что тебе нужна корона, — удивился Кеннон Мастер. — У твоего отца короны сроду не было, У деда твоего тоже. Да и у твоего…

— Кеннон! — перебил его Моргон. Он поднял руки, прикрыл ладонями глаза. Щеки его покраснели. — У Керна была корона.

— У кого?

— У Керна с Хеда. Он, должно быть, приходился нам прапрапрапрапрапрапрапра дедушкой. Нет. Одно «пра» я пропустил. Его корона была сделана из серебра, а в серебре — зеленый драгоценный камень в форме капустного кочана. Однажды он ее продал за двадцать бочонков херунского вина, то есть это равно…

— Отвечай прямо, — рявкнул Элиард. — Где ты ее взял? Ты что, обменял ее на что-то? Или ты…

Он умолк. Моргон опустил руки и взглянул Элиарду прямо в глаза:

— Я — что?

— Ничего. Прекрати так пялиться на меня. Ты опять пытаешься увильнуть от прямого ответа. Ты ее купил, украл, или, может, ты кого-то из-за нее убил?..

— Да ладно вам, — примиряюще сказал Грим Окленд, служивший у Моргона управляющим.

— Или ты просто нашел ее в амбаре для зерна, — продолжал распаляться Элиард, — в амбаре, где она валялась, точно дохлая крыса? Так как же?

— Никого я не убивал! — заорал Моргон. Доносившийся из кухни стук горшков внезапно прекратился. Моргон понизил голос и раздраженно продолжал: — В чем это ты меня обвиняешь?

— Вовсе я не…

— Я добыл эту корону честно, и не менялся я ни на что, что бы мне не принадлежало, не крал я ее…

— Да я и не думал…

— Она моя по праву, — успокаиваясь, сказал Моргон. — А по какому праву — до этого мы еще не дошли. Ты загадал загадку и предложил четыре варианта ответа; но все они оказались неправильными. Если бы я так путался в ответах на загадки, я бы сейчас с тобой не разговаривал. В общем, так. Я намерен пойти в Тол к приехавшим торговцам. Если ты все-таки собираешься сегодня немного поработать, можешь ко мне присоединиться.

Моргон отвернулся и двинулся на улицу. Но дойти он успел только до переднего крыльца: побагровев, Элиард ринулся за ним с быстротой, никак не вязавшейся с его внешностью, обхватил Моргона руками и спихнул с крыльца прямо в грязь.

Гуси и куры, бродившие по двору, негодующе гогоча и кудахтая, бросились во все стороны. Земледельцы, мальчишка из Тола, стряпуха — все наблюдавшие за происходящим захихикали. Девушка, мывшая горшки, фыркнула и захлопнула дверь.

Моргон лежал неподвижно, пытаясь прийти в себя после падения. Элиард, возвышаясь над поверженным братом, произнес сквозь зубы:

— Ты что, на простой вопрос ответить не можешь? Или ты решил со мной вовсе не разговаривать? Моргон, скажи, что ты сделал ради нее? Где ты ее взял? Клянусь, я…

Моргон медленно поднял голову:

— В башне.

Внезапно он вскочил на ноги, круто развернулся и с силой толкнул Элиарда, потерявшего от неожиданности равновесие, в один из розовых кустов Тристан.

Борьба двух братьев была коротким, но захватывающим зрелищем. Земледельцы Моргона, жившие себе тихо-мирно до прошлой весны, пока ими правил благоразумный и рассудительный Атол, были потрясены, однако многие из них ухмылялись, уставившись на облепленного грязью князя Хеда, который пытался дать сдачи родному брату. Элиард с трудом выдрался из розового куста и ответил своему противнику мощным ударом кулака. Когда кулак достиг цели, в общем молчании, повисшем над двором, прозвучал звук, похожий на тот, что издает топор, врезаясь в сухое дерево. Моргон вновь рухнул на землю, словно сброшенный с телеги мешок зерна, Элиард опустился на колени рядом с распростертым в грязи телом брата, ужасаясь тому, что только что сделал, и тихо произнес:

— Прости. Прости меня… Моргон… Тебе очень больно?

Тут Тристан подскочила к братьям и, вне себя от ярости, опрокинула на них ведро молока.

Кеннон Мастер уселся на ступеньку крыльца, закрыл лицо руками и неожиданно для всех разразился рыданиями. Элиард посмотрел на свою перепачканную, разорванную рубаху.

— Ну вот, гляди, что ты наделал, — сказал он для того, чтобы хоть что-нибудь сказать. — Моргон? Гляди…

— Ты мой розовый куст помял, — кипя от ярости, прошипела Тристан. — И полюбуйся, что ты с Моргоном сотворил — да еще при всех.

Она уселась рядом с Моргоном на мокрую землю. Лицо ее выражало заботу. Она вытерла лицо лежащего брата своим фартуком, провела по его щекам тонкими пальцами, Моргон открыл глаза, испуганно мигнул. С его ресниц капало молоко.

Элиард встал, помялся и опустился на корточки.

— Моргон, мне очень, очень жаль. Но не надейся отвертеться от ответа на мой вопрос.

Моргон осторожно пошевелил рукой, потом дотронулся до своих губ.

— Что ты говоришь? — хрипло спросил он. — Какой вопрос?

— Не важно, — успокоила его Тристан. — Едва ли из-за этого стоит скандалить.

— Что это? — спросил Моргон, поднося руку к мокрому лицу.

— Молоко.

— Прости, — еще раз повторил Элиард и положил руку на плечо брата.

Моргон покачал головой:

— Оставьте меня. Дайте просто полежать немного. Зачем ты меня так ударил? Сначала ты обвиняешь меня муть ли не в убийстве, потом бьешь и обливаешь молоком. — Моргон провел языком по губам. — Оно кислое. Кислое молоко. Ты всего меня облил кислым молоком…

— Это я, — быстро сказала Тристан. — Это я облила. Это для свиней молоко было… А ты зашвырнул Элиарда прямо в мой розовый куст. — Она снова тронула губы Моргона кончиком фартука. — Как тебе только не стыдно…

— Да что же я такого сделал? — непонимающе спросил Моргон.

Элиард тяжело вздохнул:

— Ты заставил меня выйти из себя, когда говорил со мной неподобающим образом. Ты увиливал, как мог, но я понял одну вещь. Прошлой весной ты получил корону неизвестно откуда. Ты сказал, что, если бы ты разгадывал загадки так же скверно, как я, тебя бы сейчас здесь не было. Почему? Я хочу знать — почему?

Моргон сел, уткнувшись подбородком в колени, и продолжал молчать. Наконец он посмотрел на сестру:

— Тристан, ну почему из всех других дней ты выбрала именно сегодняшний для того, чтобы поговорить. — Моргон потрогал рукой лоб. — Поговорить, — повторил он, мрачно усмехнувшись, — на эту тему?

— Валяй, ругай меня, — беззлобно ответила Тристан. — Я тут всюду бегаю с заплатками на локтях, а ты держишь под кроватью жемчуга и самоцветы. Очень мило!

— Если бы ты попросила Нарли Стоун сшить тебе новое платье, то и не было бы у тебя заплаток. Ты растешь, Тристан, в этом все дело.

— Речь вовсе не обо мне!

— Прекрати орать, — спокойно ответил Моргон. Он посмотрел через плечо Элиарда на группу замерших зрителей и вздохнул. Провел ладонями по лицу, по волосам. — Я получил эту корону в игре в отгадывание загадок. Я играл в эту игру с призраком. В Ане.

— Ну и ну! — воскликнул Элиард. — С кем ты играл?

— С призраком Певена Аумского. Корона, которая лежит у меня под кроватью, принадлежала королям Аума. Шестьсот лет назад их завоевал Эн из Ана. Певену пятьсот лет. Он живет в своей башне в плену у Эна и королей Ана.

— А как он выглядит? — тихим голосом спросила Тристан.

Моргон пожал плечами и ответил, не поднимая глаз:

— Старик. Старый господин, а в глазах у него — ответы на тысячи загадок. О нем ходила слава, что никто не может выиграть у него в загадки. Вот я и поплыл на корабле с торговцами и вызвал его. Он сказал, что великие властители Аума, Ана и Хела — трех областей Ана — и даже лучшие отгадчики из Кэйтнарда порой вызывались сразиться с ним в эту игру, но никогда на это не отваживался ни один земледелец Хеда. Я ответил, что учился отгадывать загадки. В общем, мы стали играть, и я выиграл. Привез домой эту корону и положил под кровать — до тех пор, пока не решу, что с ней делать. Ну и что? Стоило ли из-за этого столько шума поднимать?