Зов любви

— Не стыдно применять внушение в угоду себе и в наказание моего воина? Тебе не жаль его? Я ведь могу и наказать его из-за тебя! — осуждающе посмотрел он на нее потухших взглядом.

— Мне очень стыдно! И я не хочу, чтобы он пострадал из-за меня! — умоляюще посмотрела она на него и совсем тихо добавила. — Я просто не хочу быть обузой до нашего расставания! — Ш' шадар развернулся и ушел, давая на ходу знак выдвигаться.

Глава 15

Они были уже несколько дней в пути, останавливаясь только на короткие привалы днем и то только ради нее. Нэйли уже сама избегала общения с Крэдом, его назойливое внимание начинало ее раздражать. Он, как будто пытался заглянуть под ее одежду, от всех его мимолетных прикосновений было неприятно. Что в прошлом мире, что в этом она предпочитала держаться в тени, в одиночестве. Исключением в прошлом мире был охотник за ее состоянием Олег, а здесь безразличный Ш' шадар. Поэтому она старалась держаться ближе к тризарам, вовлекая их в беседу, узнавая больше об их укладе жизни. С Ш' шадаром они все так же держали нейтралитет, общаясь лишь только по необходимости. Но спать ложился он всегда рядом с ней в шатре, который устанавливали для его удобства. И просыпались они неизменно вместе, точнее, с его змеем в обнимку. Настолько это стало уже привычным делом, что располагалась она внутри его свернутого тела кольцом с комфортом, при этом умудряясь обнимать его еще за шею.

До границы оставалась совсем немного, местность разительно изменилась, опять безжизненная каменистая почва с выступающими скалами. Вдалеке показались бегущих им на встречу стерксы численностью в двадцать особ. Они быстро приближались, поднимая пыль. Впереди всех бежал крупных ящер, чешуя которого выглядела тусклой и матовой, что говорило о его возрасте. Змеи зашипели и остановились, ожидая бегущих им на встречу. Ящеры, добежав до близкого расстояния, остановились и все, как один, вместе со змеями перекинулись, рассматривая друг друга. Первым заговорил Ш' шадар, выступив вперед и встав напротив крупного мужчины, с суровыми и знакомыми чертами лица.

— Обойдемся без официального приветствия, Крахэн, иначе я не смогу забыть, что твой сын нарушил наш мирный договор и разбойничал на наших землях, принеся не маленький ущерб, — услышала Нэйли властный голос, от которого мурашки побежали по телу.

— И я рад тебя видеть, Ш' шадар! Даю слово, что я понятие не имел, что он задумал. А когда узнал, что он отправился сюда, сразу сам лично кинулся вдогонку на его поиски. Думаю, можно сделать скидку на его возраст, — правитель ящеров пронзил глазами своего непутевого сынка в толпе, из-за которого он вынужден оправдываться, как обычный ящер.

— Возраст? Я в его возрасте уже нес полную ответственность не только за себя! — прошипел главенствующих змей.

— Прошу простить меня, видно я был не слишком строг с ним! — скрепя зубами, проговорил ящер и его многообещающий тон не сулил ничего хорошего сыну.

Ш' шадар мысленно обратился к Крахэну.

— Мне сложно судить о воспитании, я ведь еще не имею своих детёнышей. Но насколько я понял, твой сын поступил так, чтобы доказать тебе, что он достаточно взрослый и опытный воин. Думаю, Крахэн, пора тебе доверить сыну ответственность, он уже достаточно взрослый.

— Как же взрослый! — буркнул отец. — Где его мозги были, когда он поставил под удар наш договор и жизни ящеров? — затем он произнес в слух. — Почему бы нам не отметить нашу встречу и не решить все вопросы мирным путем? — улыбнулся ящер.

— Думаю, эта отличная идея! — с этими словами Ш' шадар сделал знак своим воинам и те отпустили ящеров нарушителей.

Началась суета обустройства лагеря, в первую очередь начали устанавливать шатер повелителя, разжигались костры, начинали готовить еду.

Нэйли стояла в сторонке и наблюдала, как Крэд, виновато опустив голову, пошел к отцу. Первое, что сделал рассерженный родитель, это отвесил весьма ощутимый подзатыльник своему младшенькому за пережитый позор, затем стиснул его в крепких объятьях, при этом не забывая огласить ему приговор-наказание. Отец решил отправить его на какой-то срок служить обычным воином, подальше от его матери, которая балует его безмерно, где ему не будет никаких поблажек, как сыну правителя. Вот пусть там и доказывает свое мужество и мастерство воина. Только после этого сын повинился перед отцом и искренне раскаялся, а затем начал увлеченно ему что-то рассказывать, при этом смотрели они в ее сторону, что очень ей не понравилось.

— Нэйли, идем! — отвлек ее голос Ш' шадара, который, нахмурив брови, кинул взгляд на смотрящих на нее с интересом ящеров. Взяв ее за руку, он повел ее в сторону установленного шатра. У него было только одно желание: скрыть ее от глаз всех этих самцов, у стерксов, как и у тризаров, была нехватка в самках. В этом мире, как у всех рас воинов, всегда рождалось больше самцов.

От этого простого прикосновения стало так хорошо и тепло на сердце. Сама того не подозревая, Нэйли соскучилась по тризару, с которым уже привычно молча рассталась утром. Просыпаясь в обнимку, они оба делали вид, что ничего не произошло, все так же не общаясь, только причины молчания у каждого были разные. Если Нэйли пыталась отвыкнуть и забыть перед расставанием, то тризар, как змей, умел терпеливо ждать и наблюдать. Только ночью змей Ш' шадара давал волю своим чувствам, даря ласки спящей девушке, которая во сне обнимала его, прижимаясь к нему всем телом.

Как только они скрылись за стенами шатра он снова обратился к ней.

— Ты не могла бы скрыть свое лицо на время, пока мы будем сидеть за столом со стерксами? — напряженно спросил он, смотря на нее сверху.

Нэйли лишь кивнула головой, смотря в сторону, после чего до нее донеслись его эмоции довольства. Удовлетворившись ее согласием, он оставил ее одну. А она посмотрела ему вслед со слезами на глазах, конечно, он видно не хочет, чтобы у именитых гостей испортился аппетит от ее внешнего вида. Ее кожа совсем превратилась в лохмотья, и она только могла себе представить, как она ужасно и мерзко выглядит. И она его за это не винила, прекрасно понимая его отношения к себе. Она только не понимала интерес всех этих мужчин к своей уродливой персоне, впрочем, они же не видят ее внешность, она постоянно ее прячет. Утерев слезы, она пошла в угол юрты, где сложили ее багаж, достала из своего рюкзака маску, прихваченную из замка графа, и надела ее, испытав облегчение. Она сама терпеть не могла свою внешность, уж лучше быть серенькой толстушкой, чем не пойми кем.

Тут же зашли стерксы в сопровождении Ш' шадара и его приближенных, отец и сын, повинуюсь жесту приглашения, присели на пол, устеленный шкурами возле низенького столика, который тут же начали накрывать. Один из тризаров, повинуясь повелителю, пригласил Нэйли, усаживая ее возле царствующего змея, который между беседой с гостями удовлетворенно посмотрел на скрывающую лицо маску. Остальные сопровождающие тризары и стерксы стояли в сторонке за спинами своих повелителей, как стража. Два царства хоть и находились в мире, но мало ли, что может произойти, особого доверия никогда не было.

Вот Крахэн сделал жест, от чего незримо напряглась охрана повелителя и один из стерксов преподнес небольшой ларец. Хитрый правитель предвидел подобную ситуацию, там, где нельзя взять силой, можно взять ценными дарами.

— Прошу тебя, Ш' шадар, прими этот ценный дар за нанесенный ущерб моим сыном, — с этими словами стеркс, держащий ларец, открыл крышку, показывая содержимое.

Повелитель змей удовлетворенно блеснул глазами, когда увидел содержимое. Лайфэникс — вещество, дающее мгновенное исцеление от любого магического оружия и ядовитых укусов тварей. Приготовленный из него эликсир еще называют «эликсиром жизни». Лайфэникс был весьма редким, ценным и добывали его только в одном месте на территории стерксов, в опасных и труднодоступных местах.

— Я удовлетворен твоим даром! Он покрыл больше, чем нанесенный ущерб, и даже оправдал мою личную трату времени на поиски нарушителей порядка, — после этих слов ларец передали доверенному повелителя.

Крахэн решил воспользоваться хорошим расположением к нему и обратился с просьбой к удовлетворенному ценным даром повелителю.

— Ш' шадар, тебе известно, как тяжело подобрать достойную пару в жены. Мой сын воспылал чувствами к девушке, — царствующий змей от этих слов еле заметно напрягся, но правитель стерксов, даже не обратил на это внимание и продолжил, — которая тебя сопровождает. Он уверен, что она тоже отвечает ему взаимностью, — все одновременно, включая и охрану, посмотрели на Нэйли, которая была готова провалиться сквозь землю, пылая от гнева. Что себе возомнил этот ящер?! Разве она давала ему повод думать о ней так! — Для нас будет большой честью, если ты отдашь ее в жены моему сыну. Обещаю, ее будут чтить, заботиться и любить.

В таком же состоянии, как и Нэйли, пребывал и сам повелитель, что уже говорить про его змея, который шипел внутри него, желая вырваться на свободу и раздавить всех этих ящеров, посмевших покуситься на его самку, его наложницу!

— Я не могу отдать ее! — прозвучал замораживающий голос змея. — Она моя самая любимая наложница! Из-за моего особого расположения к ней я взял ее собой, чтобы она постоянно была рядом со мной, — почувствовав ее возмущенный вздох, Ш' шадар многозначно посмотрел ей в глаза, и она успокоилась, принимая его игру. Ладно, пусть называет ее, как хочет, она это переживет, лишь бы ее не отдали этим ящерам. Она даже не предала значения тому, что наложницы присутствуют только у Повелителя змей. С этими словами словно в доказательство он придвинул ее к себе вплотную, обнимая и касаясь легким поцелуем ее губ, от чего обоим стало хорошо. В довершение проявил себя и змей, трансформировав свой язык, он лизнул ее, прикрывшие веки сквозь прорези маски напоследок.

— Я понимаю, с таким сокровищем не хочется расставаться даже на день, — нарушил все очарование и возвратил в действительность парочку правитель ящеров со вздохом.

После они под сытный ужин обсуждали новости из соседних королевств. Только Нэйли особо их не слушала, все еще пребывая в прострации от одного невинного поцелуя и ласки змея. Теперь она понимает, почему он так разбалован женским вниманием, если легкий поцелуй с ней такое сотворил, то, что уже говорить о более интимных ласках.

Наконец-то этот утомительный для нее ужин закончился и все, кроме Ш' шадара, разошлись. Оставшись наедине, она испытала неловкость, он всего лишь играл роль, а она растаяла. Поэтому, избегая взгляда в его сторону, она мышкой шмыгнула в свой спальный угол, быстро переоделась и легла спать, не проронив ни слова. Ш' шадар смотрел на лежащую девушку, раздеваясь до пояса, и думал о том, что ему еще предстоит пережить с ней самое большое в его жизни сражение. Ведь он не собирается никуда ее отпускать, он так решил. Уж слишком сильно он к ней он привязался, а это собственническое чувство ревности его просто разрывает на части. Возможно, когда они вернутся в гнездо, где его ждет немаленький гарем, он успокоится и потеряет к ней особый интерес, как и ко всем остальным новым наложницам. С этими мыслями он лег рядом и притянул к себе напрягшую девушку и прошептал ей.

— Ты же знаешь, мой змей все равно приползет к тебе, — после этих слов она расслабилась.

А Ш' шадар, повинуясь желанию, приподнялся и склонился над ней, медленно склоняясь к ее губам. Ему вдруг захотелось попробовать вкус настоящего поцелуя, ее глаза заблестели в темноте. Затаив дыхание, она смотрела на это красивое лицо, его глаза сверкали непонятным огнем разнообразных чувств, но любви там не наблюдалось и это привело ее в чувство. Она оттолкнула его от себя, быстро зашептав:

— Не надо! — выдохнула она и опять оттолкнула его, прикасаясь к его обнаженной груди. — Я не хочу быть еще одним дополнением в твоей коллекции красавиц. Я хочу забыть тебя, — от волнения прошептала она правду, которую хотелось скрыть. — Мы скоро расстанемся и у каждого будет своя жизнь, в которой нет места для друг друга.

Ш' шадар, повинуясь ее отказу, откинулся на спину, не выпуская ее из своих объятий. Не было у него сейчас желания говорить ей о том, что он никуда ее не отпустит. Ее слова заставили его устыдиться, ведь она отчасти права, его желание было подогрето простым любопытством, такой еще в его гареме не было. Но почему же его так задели ее слова, что она хочет забыть его и они не предназначены друг для друга, его змей бы с ней не согласился. А может из-за того, что она сражается с собой и отталкивает его и поэтому она настолько интересна ему?

Мерное дыхание девушки успокоили его разбушевавшиеся чувства, и он, так же как и она, погрузился в сон. Миг его тело замерцало и уже вместо мужчины змей. Стенка шатра натянулась и затрещала от навалившего на нее тела змея. Он быстро перехватил ее талию хвостом с легкостью приподнял ее, отодвигаясь на середину юрты. Свернулся кольцом и поместил ее в середину, не забыв, облизать ее раздвоенным языком во все открытые участки тела, с удовольствием ощущая шершавость ее кожи. Спящая девушка заворочалась во сне, устраиваясь поудобней, ее рука легла на его шею, притягивая к себе ближе.

Глава 16

Нэйли проснулась одна, в довольно неприглядном виде, ворот рубашки был расстёгнут, и съехал в сторону, обнажая ее грудь, подол задрался, открывая ее бедра. На голове бардак, из растрепанной коса волосы торчали в разные стороны. Кожа невыносимо зудела, хотелось разодрать ее ногтями. Пришлось быстро вставать, пока ее никто не увидел в таком виде и приводить себя в порядок. Хотя Ш' шадар, наверное, уже успел рассмотреть ее со всех сторон, когда относил ее в постель. Так всегда происходило: засыпали в постели, а просыпались в середине шатра. Одевшись и причесавшись, она кое-как умылась одной рукой, сейчас она бы все отдала, чтобы оказать в купальне гарема. Как только она закончила, принесли завтрак, как будто дожидались, когда она закончит собираться. Завтракала она быстро, в полном одиночестве, от чего было тоскливо и грустно. Послышалось ржание коня, вскочив и подхватив свои вещи, она вышла наружу. Где у нее тут же забрали ее багаж, и она смогла уединиться по своей нужде, прячась за торчащей скалой. Стерксов уже давно и след простыл. Когда она вернулась, шатер уже практически сложили, все же скорость и гибкость тризаров впечатляла, у них не было ни одного лишнего движения.

Ш' шадар взлетел на коня и подхватил Нэйли, усадив ее перед собой. После того, как он во всеуслышание объявил ее своей наложницей, никто не смел к ней и близко приближаться, и тем более касаться. Против совместной поездки она не возражала, напоследок сделала себе мазохистское послабление, решив насладиться его присутствием перед расставанием. Развернув коня в нужную сторону, Ш' шадар направил его медленным шагом, пока его воины не собрались окончательно и не догнали их в пути. Воспользовавшись медленной поездкой, она задала ему интересующий ее вопрос.

— Ты отвезешь меня к границе с метарами? — с надеждой и ноткой грусти спросила она, гладя коня по шеи.

— Нет!..

— Что? — не дала она ему закончить, от возмущения пылая гневом. — Ладно, я сама доберусь до границы! Раз ты не можешь меня туда доставить, — насупившись, проговорила она, пытаясь слезть с коня, действуя не разумно, на одних эмоциях.

— Ты никуда одна не поедешь! — с таким же возмущением произнес он, крепко удерживая ее одной рукой, чтобы она не слезла с коня.

— Ты обещал меня отпустить! — подняла она голову, смотря ему в глаза.

— После того как я объявил тебя своей наложницей, я не могу отпустить тебя, — напряженно ответил он, идя на хитрость. — Мы возвращаемся в мое гнездо! — от волнения прорезались его властные нотки.

Повинуясь ее желанию, сила ее сущности забурлила в ней и вырвалась наружу. Ее глаза изменились, затягивая его в свой омут серых глаз.

— Ты отвезешшшь меня до границы и отпустишшшь! — в его голове эхом раздался шепот. Уверенная в своем успехе, она расслабились и ее губы под паранджой скривились в ухмылке.

— Побереги свои силы, моя змейка! На меня не действует сила твоего внушения! — подмигнул он ей и рассмеялся.

Нэйли от бессилия хлопнула раз глазами, другой и, не выдержав, шмыгнула носом, слезы ручьем полились с ее глаз. Сердце Ш' шадара не выдержало этой картины и он обнял ее двумя руками и утешающе заговорил.

— Ну что ты так расстроилась? Подумай сама, как ты выживешь без еды, золота, оружия, родственников, — отодвинулся он от нее, заглядывая ей в лицо. — Любой маг может тебя обидеть и взять в рабство. На тебя могут напасть разбойники и хищники. Ты же совершенно не приспособлена к путешествию, ничего не умеешь. Даже если ты каким-то чудом доберешься до ближайшего города, ты думаешь, тебе будет там легко найти для себя работу? Или ты хочешь стать нищей бродяжкой, живущей в трущобах на подаяние? Отвечай! — стряхнул он ее, вынуждая ответить ему, только чтобы она еще больше не скатилась в истерику.

— Нет! Не хочу, — закричала она ему в ответ и уже громко разрыдалась в голос. Ее тут же обняли, бережно прижимая к своей груди.

— Ну что ты плачешь, глупенькая моя змейка, — нежно произнес он. — Я же предлагаю тебе жить в своем гнезде в достатке и богатстве в свое удовольствие. В твоем распоряжении будут слуги. Когда освоишься будешь заниматься тем, чем тебе нравится. У меня есть большая библиотека, ты же обучена грамоте, я уверен, ты любишь читать. Хочешь будешь обучаться музыке, танцам? — последнее предложение вызвало еще больше слез. Ну конечно же, всех наложниц обучают этому, чтобы они могли ублажать своего правителя не только на ложе.

— Я не хочу быть твоей наложницей! — всхлипнула она, уткнувшись в его грудь и вдыхая его особый аромат, присущий только ему.

— Ну ты не будешь моей простой обычной наложницей, как все остальные. Ты будешь моей особой змейкой, моим особым цветком в цветнике наложниц! — в ответ она еще пуще разрыдалась, от чего он скривился, не зная, как утешать плачущую девушку. Хотел показать ей свое особое расположение, а получается, расстроил ее еще больше.

Их догнали воины и груженые лошади, пустив коня вскачь, он отметил, что всхлипы Нэйли стали тише, а вскоре он почувствовал ее мерное дыхание, она уснула. Так они и ехали до самого вечера без остановок, ему хотелось побыстрее добраться до своего гнезда. Ближе к вечеру он послал вперед груженых лошадей с десятью тризарами, чтобы они обустроили лагерь, сам сбавил скорость и поехал медленно. Его беспокоило, что Нэйли все еще спала, постанывая во сне. Очевидно для бедной девушки все это было слишком большим стрессом. Что, по сути, так оно и было, стресс ускорил процесс изменений в организме Нэйли, но всего этого они не знали.

Наконец-то они въехали в лагерь, Ш' шадар спрыгнул с коня и подхватил на руки Нэйли и понес ее в шатер. Присев с ней на спальное место, он принялся снимать с нее ее плащ и накидку. С трудом растормошил ее и с беспокойством спросил.

— Змейка моя, ты не заболела случаем? Что с тобой? Как ты себя чувствуешь? Столько спать это не нормально, — засыпал он ее вопросами, заглядывая ей в лицо. Протерев ее щеку, он почувствовал ее жар, на ладони остались обрывки чешуи.

— Не знаю, — вяло, еле слышно ответила она. — Я чувствую себя странно, слабость и ломота во всем теле. Мне хочется спать, — уткнулась она опять ему в грудь, затем из последних сил подняла голову и, повышая голос, проговорила. — Я не буду такой, как все твои наложницы! И не смей обращаться со мной, как с рабыней! — после этих слов она погрузилась в забытье, которое стало для нее кошмаром.

Ш' шадар в панике крикнул слугу и приказал ему приготовить эликсир из подаренного Лайфэникса. Вскоре он влил ей пару капель эликсира в рот, стонать во сне она перестала, жар спал, но она по-прежнему не просыпалась. Поужинав без всякого аппетита, он лег рядом с ней, обнимая ее. Сегодняшнюю ночь уступать свое место змею он не намеривался, он беспокоился о ее жизни. В какой-то миг она стала для него самым дорогим существом.

На следующий день практически ничего не изменилось, эликсир помогал только на время. Храброе сердце воина дрогнуло в страхе за свою особенную наложницу. И он принял решение: дав распоряжение своим воинам добираться самим в царское гнездо, он подхватил на руки свое сокровище. Тризар, заменявший ему слугу, взял их вещи и Ш' шадар активировал амулет портала, которые использовали в крайних случаях. Выйдя в своем гнезде, повелитель под общие поклоны приветствия слуг направился в свои покои, давая на ходу распоряжение, позвать лекаря немедленно. Как только он вошел в свою спальню, сразу же уложил ее на свое ложе. С удивлением заметив, что Нэйли тут же перестала стонать и метаться. А Нэйли все это время боролось со своим кошмаром, она горела, ощущая, как ее кости выворачивает от боли. Но как только они попали на территорию гнезда ее, как будто бы обволокла целебная прохлада, убирая жар, снимая ломку костей. И уже знакомый зловещий шипящий шепот, как в фильмах ужаса опять начал ее звать. — Иди ко мне! Я облегчу твои страдания! Время пришло.

— Нет! Отстань от меня! — закричала она и подскочила на кровати, выбив ложку из рук Ш' шадара, который едва успел влить в нее эликсир.

— Успокойся, змейка моя, тебе приснился кошмар, ты заболела, — обнял он ее, притянув к себе. — Но у меня есть хорошие новости, тебе сразу же стало легче, как только ты оказалась в моем гнезде. Похоже, тебе нельзя покидать мой дом, — улыбнулся он. — Сейчас придет лекарь, осмотрит тебя.

— Нет! Я не хочу, чтобы он меня осматривал! Я уже чувствую себя отлично, — выглянула она из его объятий, не думая покидать их, и осмотрелась по сторонам, подметив, что спальня явно принадлежит мужчине, это было видно по отделке и большому количеству оружия. — Я в твоей спальне?

— Да, одна из моих спален, личная. Ты первая из наложниц, кто посетил ее, — решил он показать ей свое особое расположение, но добился обратного.

Она вырвалась из его объятий, отпихнула его без всякого почтения, затем вскочила с кровати и сердито посмотрела на него, выпалив.

— Я не собираюсь посещать твои спальни! Я здесь не по собственной воле и не для твоих утех! Выдели мне комнату! — поправила она выбившую прядь волос.

— Успокойся, моя змейка, я тебе уже говорил, я не претендую на твое тело, — прикрыл он насмешкой неприятное чувство, кольнувшее его сердце. То, что она отвергала его, оказалась очень неприятно. Прикрыв глаза, он призвал смотрительницу гарема.

Глава 17

Потянулись напряженные для Нэйли минуты ожидания, которая наблюдала, как Ш' шадар отдавал распоряжение своему слуге, попутно решал свои вопросы, слушая доклад взрослого тризара, не обращая на нее никакого внимания. Судя по его властной манере держаться, она вдруг поняла, что он не просто обычный командующий воин. Она ощутила между ними разницу, осознав свое истинное положение. Она вдруг опять ощутила себя уродливым одиноким существом, на которого с отвращением смотрели суетящиеся вокруг тризара слуги из других рас. Во время путешествия она почти забыла о таком отношении к ней.

В комнату, кланяясь, зашла уже знакомая ей орчанка и со всем почтением поклонилась повелителю. Когда выпрямилась, ее взгляд наткнулся на стоящую Нэйли и они обе воскликнули одновременно: — Ты!?

За этой встречей с интересом наблюдал Ш' шадар и все остальные.

— Видать от судьбы не уйдешь! — проговорила орчанка с ухмылкой.

— Если ты опять решишь выдать меня замуж за слуг повелителя, я опять сбегу! — угрожающе произнесла Нэйли.

— Что????! — прошипел повелитель, и Ула вся сжалась от страха и непроизвольно сделала шаг назад, ощущая волну ярости. — Ула, ты посмела без моего ведома отдать мою наложницу замуж, не показав ее мне? — повелитель уже был готов дать волю своему гневу.

Но тут вдруг до Нэйли дошло, кто перед ней стоит. И с кем она провела все это время. Ну конечно же, только у повелителя могут быть наложницы. Она резко повернулась к нему и, ткнув в него рукой, закричала.

— Ты обманщик! Притворялся командующим воином! — начала она наступать на него, подхватив с пола подушку, она швырнула её в него.

Слуги ошарашено замерли, ожидая праведный гнев царствующего змея. Такого еще не было, казнить могли и за меньшее непочтение, что уже говорить за такое нападение. Повелитель змей ловко увернулся от летящего снаряда, извернувшись, обнял ее, удерживая.

— А ты разве была со мной честна? Во-первых, ты разве говорила, что сбежала из моего гарема? Ты солгала мне, сказала, что была в гостях, — Нэйли сразу же затихла в его руках. — Во-вторых, я действительно командовал своими воинами. И я не скрывал, что у меня есть наложницы, из чего ты могла сделать вывод, кто я. Все успокойся, а то я могу подумать, что я тебе небезразличен, — прошептал он ей со смехом и получил ощутимый тычок. — Ула, запомни, я больше повторять не буду! Это касается всех слуг и всех наложниц, — обвел он взглядом присутствующих слуг. — Нэйли моя особая наложница, — скривился он от очередного болезненного тычка ее несогласия. — Она очень, очень дорога мне и, если с ней что-то произойдет или к ней будут относиться без всякого почтения, я очень буду недоволен. Полетят головы! — никого не обманул, а только насторожил этот обманчиво спокойным тихий голос повелителя, отдающий холодом. — И да, я разрешаю ей свободно посещать мою половину. Покажите Нэйле библиотеку и все, что она пожелает, — с этими словами он впервые проявил свои эмоции в присутствие посторонних, поцеловал ее в макушку и подтолкнул ее к Уле.

Ш' шакр доверенный повелителя с интересом и удивлением наблюдал за всей этой картиной, особенно внимательно рассматривал новую наложницу со страшной внешностью не понятной расы, которая изменила повелителя. Столько свободы не дают даже женам, что уже говорить про наложницу. Его повелитель никогда не выделял ни одну из них, и ему особо не было никакого дела, какие страсти кипят в змеином клубке гарема. А борьба за внимания повелителя там была довольно жесткой. На что только не шли красавицы-наложницы, чтобы устранить соперницу. До убийств и смертельных травм, конечно, дело не доходило, Ула пресекала это сразу, но различные пакости, травля и унижение в порядке вещей. А тут повелитель, зная своих наложниц, ясно дал понять, что в отношении нее он этого не потерпит. Еще мудрый доверенный подметил, что она хоть и пытается отгородиться от своих чувств, повелитель ей не безразличен. Кто же она? Возможно, она станет первой женой, родив наследников, не смотря на свою внешность. Умудренный годами змей чуть поддался вперед и его язык трансформировался и попробовал воздух след уходящей самки, его ноздри затрепетали, уловив дивный необычный аромат самки.

— Мой повелитель, купальня уже готова, — раздался голос слуги, принимая из его рук снятое оружие. — Вечером, мой повелитель, желает наложницу? — как всегда решил заранее позаботься о его нуждах усердный слуга.

— Да! — коротко ответил повелитель, направляясь в купальню.

— Привести вам новенькую наложницу? — уверенно спросил Шазим.

— Нет… Выбери на свое усмотрение, — остановившись, задумчиво произнес он. Нэйли для души, остальные для постельных утех, решил он не менять своего решения. Пора ему ограничить свое общение с Нэйли и отвыкать от нее, сегодня он даже оставит на ночь наложницу, что никогда не делал. Пусть Нэйли побудет какое-то время без него, соскучится и сама прибежит, тогда он доставит ей удовольствие. Глупо отрицать, что он бы с удовольствием сорвал этот цветок невинности, это же его цветок, самодовольно улыбнулся он и отправился дальше.

Ш' шакр пошел следом за повелителем, убеждаясь в своих догадках. Похоже его повелитель, сам того не ведая, влюбился, да страсти разгораются, с такой же самодовольной улыбкой отправился он дальше решать вопросы с повелителем.

А Нэйли шла следом за Улой и давала ей свои распоряжения. Решила сразу показать им всем дарованное расположение повелителя. Хватит, натерпелась она уже в двух мирах паршивого отношения к себе. Раз ей суждено жить запертой в гареме без будущего, без надежды на личное счастье, то она, по крайне мере, проживет с комфортом и больше никому не позволит унижать ее и плохо относиться к ней. А что не так уж все и плохо, она в безопасности, в сытости, в ее распоряжении библиотека, а то, что она проведет остаток жизни в одиночестве, так ей не привыкать. Меньше всего ей хотелось, чтобы все видели ее уродство. Даже если бы повелитель отпустил ее, она бы все равно жила затворницей, скрываясь от всех. Тем более Ш' шадар обещал, что она сможет заняться каким-нибудь интересным делом. А то, что в ее жизни никогда не будет мужчины, так она уже давно смирилась с этой мыслью. Главное держаться от повелителя подальше, потому что она не переживет, если будет видеть, как он проводит время со своими красотками наложницами. К сожалению, глупо отрицать, что она влюбилась в этого змея-обольстителя. Прямо как «Красавица и чудовище», только в их случаи до безобразия, наоборот, он идеальный красавиц, а она чудовище.

— Ула, мне нужны покои подальше от всех наложниц. В служанки пришлешь мне Муну, и пусть прихватит мои платья, если они, конечно, еще остались, — мудрая управляющая гаремом с почтением и готовностью склонила голову, уверяя, что все будет исполнено. Чутье и угроза повелителя подсказывали ей, что лучше быть ей преданной. Это страшненькая самка еще сыграет главную роль в переменах гарема, вон как могущественного змея приручила. Так что, если она хочет не потерять свое место и положение, ей лучше принять Нэйли, как госпожу. С остальными бы она не церемонилась и не терпела их прихоти, они, как полевые цветы, после того как их сорвали, увядают быстро, мало ли их тут перебывало, но что-то ей подсказывало, что вряд ли будут еще другие. Эта наложница с видом сорняка колючки выживет всех.

Выделенные Нэйли апартаменты когда-то принадлежали одной из жен прошлого повелителя, матери Ш' шадара. Несмотря на их большие размеры и богатое убранство, они не пользовались спросом, никто из наложниц не хотел жить в отдалении от основной части гарема и жилой половины, принадлежащей повелителю. Так что они мирились с более меньшим комфортом, только чтобы быть в центре внимания.

Нэйли осмотрелась по сторонам, все тот же восточный стиль, не отличающийся от средневековой восточной страны ее мира. Но ей нравилось, здесь было уютно, не смотря на большие комнаты. Имелась гостиная, комната, заменяющая рабочий кабинет, помимо всей мебели здесь даже имелся секретер красивой резной работы. На полках которого присутствовали даже книги, оказавшиеся сборниками стихов. Были еще две детские комнаты, спальня и купальня.

Пока она осматривалась, пришла Муна и в почтении склонилась, ожидая распоряжений и скрывая улыбку. Наконец-то ей повезло и у нее теперь есть своя госпожа, да еще и какая, пользующая особым расположением повелителя. Среди слуг присутствовала своя иерархия. На высоте которой находились и пользовались всеми привилегиями покровительства те, кто служил фаворитке повелителя.

Нэйли с удивлением отметила, что Муна рада ей, и ее сердце оттаяло, ну хоть кто-то рад ей.

— Муна, я хочу выкупаться, потом поесть, кажется, я вечность не ела, — затем она посмотрела на все еще стоящую управляющую. — Спасибо, Ула, с остальным мы справимся сами, — Муна кинулась готовить купальню.

— Госпожа, когда прислать Вам портного?

— Завтра, — решила она заказать одежду по собственным требованиям. Здешние полупрозрачные и красивые наряды не для ее уродства.

Ула с поклоном удалилась, не забыв оставить сумки новоявленной госпожи.

На этот раз Нэйли решила не отказываться от помощи Муны во время купания. Смирившись с тем, что она такая какая есть, служанка все ровно будет ее видеть, раз она тут будет жить. К тому же она все еще испытывала слабость и этот не прекращающий зуд по всему телу, пусть ее потрут, как следует, может хоть это принесет ей облегчение. Раздевшись, она шагнула в природный бассейн с теплой водой. Напрасно она переживала за Муну, та даже не придала особого значения виду ее кожи. Если повелитель находит ее госпожу желанной, то какая разница как та выглядит.

Расслабившись в воде от наслаждения, Нэйли опять услышала этот пугающий шепот у себя в голове, зовущий ее непонятно куда. Может она сходит с ума в этом месте. Или еще хуже она заняла место какой-то твари, призванной из другого мира, и теперь ее призывает к себе какой-нибудь колдун черной магии или, вообще, демон какой-нибудь. Усилием воли она подавила этот зов, отгородившись от него ментально. Теперь после обеда отдохнуть не получится, как только она расслабляется или засыпает, ее начинает беспокоить этот пугающий шепот. Нежиться в купальне пропала вся охота, поэтому после того как ее тщательно потерли и вымыли она вышла из воды. К сожалению, несмотря на плавающие ошметки в воде, чешуи на её теле не убивалось, ее кожа, словно слоеное тесто, имела не один слой этих чешуйчатых лохмотьев.

Надела она одно из своих закрытых платьев, прихваченных из графского замка. А после был сытный обед, состоящий из разнообразных блюд, во время которого она потерялась в этом празднике вкуса. После еды откинувшись на многочисленные подушки, она чуть не уснула разомлевшая, но этот шепот опять привел ее в чувства. Поэтому она довольно шустро подскочила с места, надела свою маску и отправилась в сопровождении Муны осматривать гарем.

Прошли уже привычными коридорами освещенными светящими растениями, они вышли в проходы, где уже можно было встретить обитательниц гарема, от прислуги до наложниц. Нужно ли говорить, что ее рассматривали бесцеремонно, ни капели не стесняясь. Распоряжение повелителя разлетелось по гарему со скоростью ветра, все жители гарема только о ней и говорили. Она заставила понервничать наложниц, раз у повелителя появилась фаворитка, значит, о них царствующий может забыть.

Муна вывела Нэйли в большой зал отдыха, с гордостью показывая местную достопримечательность. Общее место сбора наложниц, где они проводили свободное время, когда не были заняты собой. Здесь они развлекались, сплетничая и жаля друг друга ядом сарказма и насмешек. Здесь так же демонстрировали расположение повелителя к ним, красуясь подаренными драгоценностями, нарядами и изящными нужными вещицами, типа маленьких инкрустированных зеркал на цепочках и прочими женскими вещицами.