Помоги проекту - поделись книгой:
— Не волнуйся! Я все понимаю, хотя и уверена, что причиной того, что у меня нет отца, была именно мама. Не думаю, что существует мужчина, способный ее бросить!
Тони ответил на это молчаливым согласием.
— Кроме того, — продолжила я, — теперь хоть ясно, что ехать мне нужно именно во Второе королевство.
Я натянула юбку и недовольно покачала головой. Ну хоть один раз мама могла разрешить мне ехать на лошади в брюках! Ан нет: "то, что ты родилась женщиной, обязывает тебя об этом не забывать" — одна из любимых цитат мамы. А то, что этой самой женщине предстоит неизвестно сколько дней ехать по опасным дорогам, чтобы спасать свою жизнь — это не в счет. Главное, чтобы одежда была элегантной, волосы пышными и спина прямой. Надеюсь, что в недрах этой огромной сумки есть хоть пара брюк.
В мою голову вдруг пришла мысль, что если я не потороплюсь, то мама никогда уже не шлепнет по моей спине линейкой, чтобы я перестала сутулиться. Издав глухой непроизвольный стон, я предстала перед Тони в моем походном наряде.
— Все, Тони, я готова. Я поеду к эльфам, найду моего отца, расскажу ему о том, что случилось, и он вернется со мной в Первое королевство и спасет маму. Ведь некоторые эльфы обладают сильной магией, может и он тоже. Вот он и пригрозит Рудольфу, и все будет хорошо. А ты пока продолжай искать доказательства ее невиновности.
Тони хватал ртом воздух, не в силах поспеть за моей бешеной фантазией.
— Подожди! — отчаянно воскликнул он. — Приди в себя! Тебе надо быть осторожней, мы вообще не знаем этого Лориана. Ну, то есть как не знаем… — он смутился.
— Ты его знаешь? Ты знаешь моего отца? — Я еле сдержалась, чтобы не подпрыгнуть на месте и не обнять его.
— Я встречался с ним много лет назад. Лориан Сиронт — министр иностранных дел короля Орацио Прекрасного. Когда между нашими государствами еще сохранялось какое-то подобие отношений, он приезжал в Первое королевство с дипломатической миссией.
— И там он познакомился с мамой и полюбил ее! И у них родилась я! — Я закружилась по лесу в несуразном танце.
Тони взревел от безысходности.
— Ну как можно быть такой неконтролируемой??? Я не знаю, что с тобой делать, Лорианна!
Я остановилась и миролюбиво сдалась его уговорам.
— Хорошо, я буду рассуждать логично. Лориан может быть кем угодно, я это понимаю, особенно если он министр. Его дипломатические визиты только усугубили отношения между королевствами. Это значит, что людей он не любит. Даже если я его дочь, то мне он не обрадуется: иметь ребенка с человеческой женщиной, особенно бесталанной — большой позор для эльфов. Я буду предельно осторожна, никому не буду доверять. Все-таки не в первый раз еду во Второе королевство! Все под контролем, Тони. А теперь давай обсудим твои планы.
— Давай. — Тони не скрывал своего облегчения. — А ты не хочешь сначала прочитать письмо от твоей мамы?
Я замялась.
— Я хотела сделать это потом, когда останусь одна.
Взгляд Тони смягчился, и он погладил мою руку.
— Я понимаю, детка, но ведь там могут быть важные указания о том, куда тебе следует направиться?
Я согласно кивнула, взяла конверт и отошла на несколько шагов в сторону. Поразмыслив, я спряталась за лошадкой: не исключено, что через пару минут мне придется справляться со слезами!
На конверте было написано "Лори". Так называли меня только два человека: мама и няня. Для всех остальных я была Лорианной. Я погладила размашистые буквы и глубоко вздохнула, приготовившись к слезам. А вдруг в этом письме мама, наконец, скажет мне, кто мой отец? А что, если она откажется от моей помощи? Написала ли она о том, что любит меня?
Набравшись решимости, я резким движением разорвала конверт. Внутри была маленькая карточка, на которой были написаны всего два слова:
Так. Все понятно. И как я могла не догадаться, что мама оставит мне именно такую прощальную записку? Поражаясь своей наивности, я вернулась к Тони и, буркнув: "Никаких указаний там нет", села рядом с ним. Перед тем, как двинуться в путь в направлении Второго королевства, нам предстояло обсудить план спасения мамы.
Когда мне было 10 лет, мама впервые объявила о моем существовании, забрав к себе в столицу. Вскоре она открыла частное сыскное агентство и начала подключать меня к работе. Мы занимались самыми разнообразными и неожиданными делами: от поисков неверных мужей до секретных миссий во Втором королевстве. Закрытое ведомство короля тщательно "блюло" репутацию честной и законопослушной организации. Это значило, что все грязные и недостойные дела поручали таким частным агентствам, как наше. Мы следили за министрами, за дипломатами, за их женами и любовницами и собирали компрометирующий материал. Мы пробирались во Второе королевство под чужой личиной, чтобы похищать документы, оставлять предупреждающие письма и устраивать всякие проказы.
Вскоре я потеряла всякий интерес к посещению школы. Там меня учили чистописанию, тогда, как мама учила меня определять характер людей по их почерку и писать такие письма, после которых человек сам добровольно отдаст тебе все, что тебе угодно. В школе меня учили глупым математическим задачкам, а в агентстве я помогала разбираться в аккуратно подделанных финансовых бумагах. Учителя наказывали мне быть скромной, прилежной и честной, а на выходных я училась долго и пристально смотреть собеседнику в глаза, пока у него не начинали потеть ладони и не развязывался язык. В школе нам читали сказки про величественных богов, прекрасных принцесс и бесстрашных рыцарей, которые покоряли Младшую землю. У меня это вызывало только злобу, так как отвлекало от того, что происходило дома. Меня не интересовали глупые придуманные сказки. Рядом со мной жила самая прекрасная и бесстрашная принцесса Младшей земли — Ноэль ан Мар Криалли.
К двадцати годам я научилась бесшумно двигаться, отлично владеть холодным оружием, делать яды, зелья и ловушки, говорить на языках эльфов и орков, вести переговоры, соблазнять мужчин и оставлять их ни с чем и многому другому. Так как магией я не владела, мне пришлось заменить ее изучением наук — химии, физики, геометрии. Мама нещадно гоняла меня по пройденному материалу.
— Запомни, Лори, если ты не сможешь рассчитать траекторию стрелы, не найдешь нужную траву, не сможешь сделать яд, то погибнешь. На тебя, бесталанную, будут нападать маги, и чтобы победить, тебе придется быть лучше их всех, — говорила она и тыкала меня носом в учебники.
Не могу сказать, чтобы к бесталанным в Первом королевстве относились так уж и плохо. Нас не преследовали, не обижали. Да, к нам относились с некоторым презрением, но мама научила меня не надеяться на уважение людей, а работать, чтобы заслужить его. Признаюсь, комплекс неполноценности иногда пускал во мне свои корни, но мама быстро пресекала мои попытки самокопания.
— Если ты будешь подкармливать эту гадость, — (имея в виду комплекс неполноценности) — то он разрастется и заполнит тебя изнутри, задушит все хорошее, и ты не сможешь сдвинуться с места. Будешь только жаловаться и мечтать о том, что могло бы быть, если бы все было не так.
Вскоре я начала сама вести расследования. Последние полтора месяца мы с мамой занимались поиском частных писем одного из советников короля Рудольфа. Судя по нарастающему уровню паники советника, в этих письмах содержалось нечто весьма компрометирующее. Поручив расследование мне, мама отбыла по неотложному делу, не сообщая мне о причине отъезда. В этом не было ничего необычного, так как дел у нас было много, и большинство из них были весьма конфиденциальными. Однако вскоре по королевству пронеслась новость об аресте Ноэль ан Мар Криалли и ее обвинению в шпионаже и заговоре против короля. Среди собранных против нее улик были те самые частные письма советника, которые, как оказалось, все это время находились у короля. Информация в них содержалась не просто ложная, но еще и глупая, но несмотря на это, мои визиты к судье Холликсу ни к чему хорошему не привели. Он прозрачно намекнул, что если я буду настаивать на том, что мне известны важные факты, то меня тоже арестуют. Причем Холликсу этого явно не хотелось, потому что во время нашего разговора он морщился и потирал грудь, сдерживая нервную отрыжку. Поняв, что мое вмешательство только усугубит ситуацию, я понадеялась на лучшее и стала ждать. Как оказалось, зря.
Ни у Тони, ни у меня не было сомнений в ложности этих обвинений, но при этом мы не тешили себя иллюзиями в отношении серьезности намерений Рудольфа Бесстрашного. За время моего отсутствия Тони собирался подобраться поближе к свидетелям обвинения, чтобы получить хоть какую-то информацию. А я… ну а я втайне тешила себя мечтой о прекрасном эльфийском папочке, что в мои 26 лет было, мягко говоря, смешно. Но что поделаешь, люблю я сказки с хорошим концом. Я представляла его красивым, бесстрашным, с длинными темными волосами — иначе как объяснить блондинисто-каштановое разноцветие моих волос? Глаза у отца должны быть светло-карими с темным ободком вокруг радужки, как и у меня. Сияющих голубых глаз моей мамы я не унаследовала, как, впрочем, и ее ослепительной красоты.
Я представляла, как мой доблестный отец ринется в Первое королевство, спасет маму и вынесет ее из тюрьмы на руках. А мне он подарит… впрочем, мне нужен был только один подарок — свобода моей мамы.
Я так увлеклась этими размышлениями, что чуть не прозевала границу. Тони пришлось несколько раз окликнуть меня и, в конце концов, дернуть мою кобылу за хвост, чтобы я случайно не перешагнула через магическую полосу, которая обозначала начало эльфийской территории.
— Я тебя такой рассеянной еще не видел! — взволнованно пожаловался он. — О чем ты так размечталась? Только не говори, что о Лориане Сиронте!
— Ага, — призналась я.
— Ну и что ты там намечтала?
— Нууу, — протянула я. — Он такой красивый, молодой…
— Интересно! — усмехнулся Тони. — Забавные такие мысли о папочке!
— Я мечтаю о том, каким он был с мамой, — обиженно буркнула я.
— Не хочу портить твою идиллию, но двадцать лет назад Лориан уже стоял во главе дипломатической миссии. Эльфы живут дольше людей, но молодым Лориана назвать нельзя.
— Ладно, ладно, все поняла. Обещаю, что как только я перейду границу, то соберусь с мыслями и перестану грезить. Хотя путь мне предстоит не такой уж и сложный, ведь в этот раз мне не нужно будет красться по лесу под покровом тьмы. Я покажу пограничникам письмо их министру и понадеюсь на лучшее.
Тони соскочил с коня и взял меня за руку.
— Удачи, детка.
— Спасибо, — я неловко пожала его руку. Обниматься не хотелось. Слезы все еще были где-то рядом, и прикосновение сочувствующего друга могло выпустить их на волю.
— Не знаю, что написала тебе Ноэль в последнем письме, но надеюсь, что ее напутствие тебе поможет.
— Ммммм. — Я замялась. — Время покажет.
Глава 2. Второе королевство
Свое обещание я сдержала и по дороге в столицу Второго королевства думала только о деле, разгоняя те романтические мечты, которые упорно лезли мне в голову. Тогда-то у меня и возник вопрос о том, что именно мама написала в письме Лориану Сиронту. Если его письмо настолько же содержательно, как и мое, то меня ожидал скорый и бесславный конец.
Я вполне прилично знала Второе королевство, так как мы с мамой выполняли здесь множество поручений. Через двадцать минут после того, как я пересекла границу, ко мне подъехал эльфийский патруль. Людей здесь не жаловали и просто так не пропускали, поэтому, как обычно, лица эльфов были брезгливыми и неприязненными. Наличие у меня письма, адресованного самому Лориану Сиронту, сбило их с толку.
— У меня личное дело к министру Сиронту! — торжественно заявила я.
— У таких, как ты, не может быть никаких дел к господину Сиронту.
Хорошее начало.
— Ну и что вы предлагаете? Арестуете меня? Я не возражаю, но только тогда сами сообщайте министру Сиронту, что я задержусь. Вы будете отвечать за последствия.
Я, конечно, не уверена, что министр Сиронт настолько заинтересуется моей судьбой, но других потенциальных защитников у меня не было.
Поколебавшись, патрульные отъехали к деревьям, пошушукались и потом нехотя прикрепили на меня временный маячок.
— Мы будем за тобой следить!
— Да на здоровье. Если хотите, можете поехать со мной, вместе веселее.
Их скукожившиеся эльфийские лица ясно выражали, что они думали по этому поводу.
Когда патрульные исчезли за деревьями, я привычным движением повязала легкий шелковый шарф вокруг головы, чтобы прикрыть свои уж-очень-не-эльфийские уши. Зачем раздражать местное население без надобности? Эльфийским я владела в совершенстве, а в нарядном шарфике меня никто в "мало-ухости" и не заподозрит. У нас с мамулей для таких поездок имелись восхитительные головные уборы, однако взять их с собой у меня не было ни времени, ни возможности.
Я имела только очень приблизительное представление о расположении дворца Прибрежных Ив. Будучи министром, Лориан жил в столице, причем в очень престижном ее районе. Наличие в названии прибрежных ив предполагало расположение близко к воде. Большего я не знала, однако надеялась, что мне несложно будет навести справки: все-таки дворец ищу, а не лавку какую-то.
Мое путешествие прошло почти без инцидентов. На ночь я останавливалась в тавернах, которые эльфы называли панейрами. Шарфик я не снимала, а под него никто не заглядывал, так что, в общем и целом, меня никто не обижал. Моей главной задачей было не выделяться из толпы на случай, если я встречу кого-то с достаточным уровнем дара, чтобы они смогли прочитать мою ауру. Ту самую ауру, в которой нет и намека на магию. Тогда мое человеческое происхождение стало бы еще более очевидным, и неприятностей было бы не избежать. Пропустить-то меня таможенники пропустили, но вот защищать меня они явно не станут.
Единственная неприятность произошла на подъезде к столице, когда на дороге меня окружили трое подвыпивших эльфов, которым явно захотелось пошутить.
— Куда же вы так торопитесь, лаалиль?
Лаалиль — это по-эльфийски девушка. К слову, эльфийский — достаточно сложный язык, так как в нем присутствует дикий излишек буквы "л". Если вы хотите притвориться, что говорите по-эльфийски, то произнесите что-то типа "лильлилалилиалия" — и есть шанс, что эльфы примут вас за своих.
— Я еду в столицу, — вежливо ответила я, перекатывая эльфийское "л" на языке.
— Не спешите. Неужели вам не хочется с нами познакомиться?
Они спрыгнули с лошадей и окружили меня. Представив, в какой шок они впали бы, если бы узнали, что заигрывают с человеком, я спрятала усмешку. Выдавать свое происхождение я не собиралась, зная, что пока часть моего лица и уши были скрыты под шарфиком, я вполне могла сойти за полукровку. Я не умела определять силу дара, но могу сказать точно, что мою ауру никто не считывал. Так как у всех эльфов имелся хоть какой-то дар, они
Наполнив глаза паникой, я выскользнула из седла в руки одного из эльфов. К слову, он был весьма хорош собой, как им и свойственно. Приблизив свое лицо к моему, он, запинаясь, протянул:
— И куда это такая аппетитная лаалиль направляется?
Насчет лаалиль я не знаю, но аппетитная я направлялась в столицу. Однако я им уже об этом сказала, поэтому отвечать не стала. Эльф принял мое молчание, как приглашение к действию и придвинулся еще ближе.
— И почему ты гуляешь по лесу одна? — он выдохнул мне в лицо и бесцеремонно сунул руку мне под юбку.
— Вы не знаете, где здесь поблизости ручей? — вежливо спросила я.
Он замер, все еще сжимая мою скомканную юбку.
— Ручей? Зачем?
Глядя ему в глаза, я взяла его руку в свою и подняла мою юбку еще выше, пока не стало видно края чулка, из-под которого высовывались рукояти двух ножей и верх зубчатого колеса. Доля секунды, и ножи уже были приставлены к его груди.
— Мне нужно будет вымыть ножи после того, как я вытащу их из вашей груди.
— Мы же просто пошутили! — Эльф побагровел, захрипел и попытался отскочить в сторону, но, получив резкий удар в пах, согнулся и упал на колени. Я брезгливо оттолкнула его носком сапога.
— НОЖИ? Зачем вы носите ножи? — спросил второй.
— Девушка должна защищаться от неприятных знакомств любым способом — где не подойдет магия, помогут ножи. И вам бы стоило об этом помнить.
Несмотря на мое тщательно скрываемое волнение, я засмеялась, увидев шок и растерянность на лицах эльфов. Им даже в голову не пришло использовать против меня магию. Растерянный эльф — это что-то. Усмехнувшись, я показала глазами на мою кобылку:
— Поможете даме взобраться на лошадь?
Помощники не заставили себя ждать.
— Я клянусь вам, мы только пошутить хотели… — снова попытался вяло оправдаться самый младший.
Ничего себе, пошутить!
Вот такие дела творились во Втором королевстве. Магический дар расхолаживал эльфов, и такого доисторического оружия, как ножи, с собой не носил никто. А вот применять магию в драке законопослушные эльфы не решались, так как законы у них на этот счет были строгие. Вот так и ходили по королевству беззащитные молодые эльфы — ни оружия у них, ни силы физической, по причине того, что они, дескать, маги великие. Получалась несуразица, и мы, бесталанные проныры, этой несуразицей пользовались. В Первом королевстве на такое не натолкнуться — там все с ножами, с арбалетами, с магическими артефактами. Магия-то у людей слабая, вот нам и приходится стараться.
Каждый раз, приезжая по Второе королевство, я убеждалась в том, насколько правдивы мамины слова: талант тебя ни от чего не спасает, а наоборот, иногда портит дело.
Столица оглушила меня радостным, почти истерическим оживлением. Казалось, что все население города неслось по улицам к какой-то невидимой цели. Гомон, хихиканье, счастливые выкрики — все это сливалось вместе в невообразимую какофонию. Какое-то время я настойчиво двигалась против течения толпы, но вскоре выдохлась и разрешила нарядному, надушенному потоку эльфов понести меня в неизвестном направлении. Эльфы, даже в подростковом возрасте, намного выше людей, поэтому на меня, прижатую к боку лошади, почти не обращали внимания. По очевидным причинам меня это не расстраивало. Хорошо, что хоть растоптать не пытались!
Мне только и оставалось, что прислушаться к разговорам, из которых я выяснила, что мы направляемся в сторону городских ворот, через которые вскоре должен проехать
Я привлекательных мужчин люблю, но без эксцессов. Сказывается школа моей мамули. Когда она привезла меня в королевство эльфов в первый раз, и я засмотрелась на пару распрекрасных эльфов, у нас состоялся такой разговор.
Поделиться книгой: