И еще они читали книги Ефремова. И это вдохновляло их на новые свершения.
Так какое же общество грядущих веков описал Иван Ефремов?
Для начала отметим, что подробности устройства будущего общества у классиков марксизма отсутствуют. Картины светлого будущего пытались дать Чернышевский в «снах Веры Павловны» из романа «Что делать», Вивиан Итин в романе «Страна Гонгури», Александр Беляев в романе «Прыжок в ничто» и в повести «Звезда КЭЦ». Были и другие попытки, но все они даже близко не приближаются по грандиозности и глубине к произведениям Ивана Ефремова. Причем писал он их не по указке сверху, а по зову души. К примеру, когда ему предложили вставить в «Туманность Андромеды» упоминания о Марксе и Ленине, он категорически отказался делать это.
Какая, в сущности, разница, как будет называться справедливое и гармоничное общество грядущего, без построения которого человечество погрязнет в бесконечных кризисах, войнах и, скорее всего, погибнет?! Ведь даже западные критики и читатели много лет назад поняли и приняли гуманную направленность романа «Туманность Андромеды», отметив «прозорливое предвидение лучшего будущего». Недаром изданная в капиталистической Франции десятитомная серия «Шедевры мировой фантастики» открывалась его «Туманностью Андромеды»!..
Главное — воспитывать в подрастающих поколениях веру в высокое предназначение человека, в победу разумного и духовного в человеке над эгоистическими животными инстинктами. Люди не могут жить без идеалов и целей. Когда их нет, начинаются шараханья в алкоголизм, наркотики, сатанинские и прочие секты.
В последние годы было ввергнуто в забвение немало достойного передачи будущим поколениям, но хочется надеяться, что наследие Ивана Ефремова еще долго будет служить ориентиром на непростом пути Человечества в Будущее…
В заключение приведу слова Ефремова, сказанные им в напутствие молодежи:
Очень важно помнить слова Ивана Ефремова:
«НОЧЬ ОСОБЕННО ТЕМНА ПЕРЕД РАССВЕТОМ»
КОСМИЗМ ИВАНА ЕФРЕМОВА
Николай Смирнов,
педагог, писатель,
соавтор книги «Иван Ефремов»
«…впереди будут миллионы и миллиарды молний, которые заставят отступить бесконечную ночь и, сливаясь воедино, придадут мощь бессмертия череде познающих вселенную поколений»
Первый год нового тысячелетия совпал с 40-летием первого полета человека в космос. Отступая во времени, это событие представляется все более значительной вехой в истории нашей планеты. Сейчас становится особенно важно понять вектор дальнейшего движения человеческой мысли и найти те критерии, что позволят дать верную оценку прошедшему. Ведь только сейчас мы начинаем осознавать, насколько переломным оказался минувший век для всей нашей цивилизации. Человек, до того слепо ползающий по поверхности планеты, вдруг распрямился и с невероятной быстротой разорвал оковы земного притяжения. Перед ним воочию раскрылась неисчерпаемость материи, подарив непредставимые ранее возможности.
Громадность научных завоеваний XX века, несопоставимая даже приблизительно с другими эпохами, первоначально вызвала взрыв ошеломленного внешними успехами энтузиазма. Но вскоре оказалось, что повышение интеллектуальной сложности жизни неуклонно требует и высшей тонкости моральных решений. Радикальный перекос в сторону экстенсивного познания и обмена поверхностной информацией привел к тоталитаризму, с одной стороны, и демагогическому плюрализму, с другой.
Свернуть техническую цивилизацию явно невозможно, но безоглядное развитие техногена ведет к гибели человечества, что не менее очевидно. На фоне предостерегающих голосов, больше ста лет твердящих об опасности, особенно актуально звучат призывы тех, кто на основе замечательных научных знаний и интуиции показывает пути выхода из грозных ловушек уготованных недальновидному человечеству.
Ответы на неразрешимые, казалось бы, вопросы есть. Однако они требуют чуткого понимания задач, вставших перед разумом на нашей планете. Сложность жизни все нарастает, пути выхода, соответственно, утончаются. Сможем ли мы принять и действенно осмыслить простые и ясные истины? Хватит ли нам широты интеллекта и душевной силы отказаться от иллюзий некритического энтузиазма или мрачного пессимизма, смыкающихся в игнорировании двойственного характера любых материальных процессов?
Давайте пройдем вдоль прилавков книжных магазинов, заполненных фантастической литературой, и в глаза сразу бросятся однотипные многозначительные надписи на корешках книг: «Миры братьев Стругацких», «Миры Роджера Желязны», «Миры Айзека Азимова»… Целые гирлянды из десятков томов, собрания сочинений, нанизанные на яркие индивидуальности авторов. Все это классики научной фантастики, мастера, и в самом деле сотворившие десятки разнообразных миров, поставившие сотни мысленных экспериментов, авторитет их незыблем в этом направлении литературы. Но, очевидно, есть и другая ступень писательского искусства, преодолевающая прихотливое внимание к частным проблемам.
Имя Ивана Антоновича Ефремова тоже широко известно любителям фантастики, его книги постоянно переиздаются. Однако его творчество — иного порядка. Это единый мир кристальной чистоты, мерцающий строгим узором граней, мир, насыщенный глубочайшей внутренней логикой, из произведения в произведение выковывающей неразрывную цепь железной причинности. Это вдохновенный гимн величию мироздания и могуществу человека в нем.
Полновесностью и энциклопедичностью выдвигаемых идей Ефремов резко выделяется из общего ряда писателей-фантастов. Тут нет попытки противопоставления. По свидетельству современников, его интеллектуальная мощь и особенное, планетарное мышление окутывало фигуру писателя аурой мудрости, обаяния и колоссального превосходства.