Шаманский космос

Они перелезли через забор и пошли вдоль по улице, переступая через куски развороченного дегтебетона, от которого пахло нефтью.

— Это было сильно, мисс Мелоди. Я и не думал, что он такой.

Она сошла с тротуара на асфальтовую дорогу и встала, глядя на дождь, который скрывал ее слезы.

— Лучше оставить его в покое. Пусть лучше он живет в облаках, а не в истории.

— Тогда зачем ты меня к нему привела? Я читал книги. Что же мне делать теперь?

Она посмотрела на него.

— Можешь дождаться сюрприза, плод не всегда соответствует своему семени. В конце концов, это же эволюция.

— Думаешь, я из-за этого отступлю? Думаешь, я — как повторный прогон, потому что я не такой умный, как некоторые?

Она не ответила. Может быть, он решит, что она не расслышала его из-за шума дождя.

— Погоди — это тоже спектакль, да? Ну, типа того, что вы сделали с ним. И он тоже в этом участвует, правильно? Я знал. Я знал, что он просто не может перегореть. Вы хотите, чтобы я разозлился, чтобы я пробился вперед — хотя бы из духа противоречия. Я это сделаю. Я пойду. Где там враг? Враг не дремлет? Давайте его сюда. Я готов.

Она смотрела, как дождь шелестит по камням и бетону и как тучи дерутся на небе, она смотрела на слепые, плотно зашторенные окна в доме шамана, в котором не было даже следа живой человеческой энергии.

— Он был прав, — сказала она. — Ты еще слишком молод.

Она вспомнила, как они с Аликсом шли по вечерним улицам, то ли полные психи, то ли герои. Они совсем не боялись смерти и верили, что у них все получится. Так было, да. Но что было, то прошло. А что прошло, того не вернешь.

Она развернулась и пошла обратно, по промокшему городу, и мальчик прибавил шаг, чтобы не отставать. И, сворачивая за углы, видимые только им двоим, они затерялись среди дождя.

Приложение

Краткие выдержки из истории этеризма, по материалам сайта, посвященного Интернесинам, www.shamanspace.com

Краткая история Интернесинов

«Любая победа — это всего лишь начало», — утверждала Изабелла Фидии, но на протяжении всей истории своего существования Интернесины надеялись, что их единственная победа произойдет в самый последний момент — за секунду до гибели всей вселенной.

Согласно учению езидов, которому около четырех тысяч лет, Сатаны не существует — то есть в мире нет силы, способной противостоять Богу. В эпоху римских завоеваний рабы соединили доктрины езидов с языческой виккой, то есть ведьмовством, что породило сильные волнения и недовольства. Из пятидесяти апокрифических евангелий, исключенных из канонической Библии, наиболее сильное влияние на ранних Интернесинов оказали «Гром», Совершенный ум» и «Сущность Архонтов», которые сохранились теперь лишь в этерической библиотеке в Цитадели. Петр Ассасин утверждал, что земные власти существуют лишь для того, чтобы отвлекать от намеченной цели тех, кто «пустит стрелу в истинно священное сердце», и сам писал в «Сущности»: «Дерзость лишь подтверждает наихудшие опасения властей». В «Истинном бытии мироправителей» говорится о том же, но на более высоком символическом уровне (в размеренной, одношаговой манере «Плоской земли» — боги превыше, чем бог, и хранимые богом, как символическое изображение бога, который превыше земных властей и защищен земной властью). Эта истина оказалась достаточно интересной, чтобы церковники того времени принялись истово разбирать писания Петра — которого они окрестили Петром Гностиком, — используя весь арсенал христианских софизмов, уловок и ухищрений. Из речений апостола составлено так называемое Евангелие от Петра, которое теперь входит в сборное Евангелие Архонтиков (и которое на самом деле было написано святым Эпифанием Саламинским, тем самым не в меру дородным господином, который утверждал, что у него в животе зреет, как плод в утробе, священное изваяние).

«Отвлекающие измышления (из рассказов персидского принца)» — третий из ранних текстов, оказавших влияние на формирование Интернесинов, повествует о путешествиях невидимого принца, который проходит, никем не замеченный, по дворцам и чертогам этого мира, сопряженных друг с другом «непрерывным окном, сделанным из обмана», и в конце концов делает вывод: «Мир начал с безбрежных просторов, а кончил художественными построениями — плохой выбор». Хасан Саббах использовал текст «Отвлекающих измышлений» при подготовке своих «гашишинов» или «ассасинов» — от которых ведут свое происхождение убийцы из Интернесинов, пусть даже и косвенно: в частности, это касается полного сосредоточения на поставленной задаче, тренировки несгибаемой решимости и готовности пожертвовать собственной жизнью ради достижения намеченной цели. Отголоски ритуала посвящения в гашишины (прием дурманящего снадобья на основе гашиша, когда вновь посвященный впадает в транс и просыпается в прекрасном саду, где его ублажает дюжина юных дев) сохранились до наших дней в виде Оргазма Плакальщика и периодических оргий в Португальском отделении.

Средневековые шаманы — операторы на границах видимых изображений, — действовали, в частности, под видом алхимических братств, чьи «трансмутации» часто служили прикрытием для создания гигантских «небесных пушек», которые стреляли метательными взрывчатыми веществами; изобретение, намного опередившее свое время. Эпоха небесных пушек сменилась периодом более рациональных инициатив. (Об уровне изощренности тогдашних исканий можно судить по иронически закодированному тексту «Триумфальной колесницы» базилевса Валентина, в котором количество зашифрованных обращений «Убей меня» превышает количество слов в рукописи.) В «Последователях отвергнутых» описан эпизод, когда доктор Джон Ди, алхимик и чернокнижник елизаветинской эпохи, увидел бога в образе звездного жука-скарабея в трещинке на деревянном столе в Клеркенуэлле, — после чего к Джону Ди сразу же заявился Эдвард Келли, святой агент, даже не подозревавший о своей миссии, и в течение долгих лет отвлекал Ди от серьезных занятий, заставляя его тратить время на бесполезные чудеса и знамения. В минуту смерти Ди попытался вспомнить облик бога, в то время как для очевидцев все это предстало в виде странных темных прожилок, разбежавшихся по груди чернокнижника, когда изо рта его хлынула черная кровь. Однако даже при том, что в подобных видениях мы узнаем отголоски вселенской истины, мы все равно остаемся беспомощными и бессильными — число ложных стен, которые нам предстоит пробить, поистине бесконечно.

В середине XVII века Себастьян Кокейн попытался привести уцелевшую скрижаль в соответствии с ее предполагаемым первоначальным видом (что повлекло за собой разрушение отдельных районов Лондона); изображение, появившееся в результате, содержало ошибки и использовалось как символистическая цель в этерических пропусках зажигания. В конечном итоге Кокейн опрокинулся сам в себя. Подобные «мишени для дартса» разрабатывали и поздние последователи гашишинов, отколовшиеся от основного движения. Они называли себя «Неумолимые» («Непрощающие»). Деятельность этой группы больше всего походила на игру в тайное общество или в шпионов, и не принесла никаких более или менее значимых результатов. Однако именно из нее вышел Ральф Чейм Фокскрофт, который научил греческих пре-Интернесинов работать с геомантическими порталами и проецировать поражающие снаряды в этерическое боковое пространство (в то время, когда земное бытие считалось отдельным от всего остального космоса, а бог считался обособленным и изолированным созданием, еще не было термина «Интернесины»). Эти творения персидской и диалистской архитектоник до сих пор можно встретить в виде вкраплений в постройки Интернесинов. В конце концов, идею о физическом оружии отбросили как несостоятельную, но не раньше, чем геоманты были полностью изолированы и загерметизированы первыми Доминантами, набиравшими силу.

Идеи Интернесинов развили в своих работах последователи движения, известного как «Шорохи на дороге» (Вийон), и возникшей чуть позже, «Школы стрихнина» (Вольтер, Трепанье и весьма легкомысленный Бирс), а так же мистики-акаши, которых еще называют «Негодующими акашами»: жажда мести передавалась из поколения в поколение на атомном уровне. Именно это соображение и привело Хинтона к выводу, что бог изначально содержит в себе саморазрушительный импульс. (Имеется в виду С.А. Хинтон, мистик поздней викторианской эпохи, который работал с четвертыми измерениями; используя технику «ступенчатого отброса изобразительных рядов», он учил первых шаманов видеть мир в четырех измерениях; результаты такого видения напоминали показания сонара.) Позднее Хинтон высказал эти соображения на главном совете, что побудило Тагора Роса перестроить программу подготовки ассасинов и полностью перевести ее на этерическое маневрирование, поскольку Рос был убежден, что уничтожение бога повлечет за собой неминуемую гибель Вселенной — но это была небольшая цена. В 1903 году Рос предпринял первую в истории попытку чисто этерического удара и мгновенно перегорел. Трагедия при тестировании усилителя в Сибири в 1908 году закончилась гибелью талантливого русского техника Персикова, и технические разработки были полностью заморожены на много лет. В конце концов, этерические усилители Саунье дали шаманам возможность проникнуть в так называемое тело бога, но никому из них не удавалось достичь ядра — большинство возвращалось совершенно безумными или «убитыми» до состояния ходячих трупов. Доминанты — группа, отколовшаяся от основного движения; они считали, что бог существует отдельно от своего творения, и что после гибели бога Вселенная останется, как была, — предприняли серию подрывных вылазок против Интернесинов (или «могильщиков», как они их называли). Эти мелкие стычки очень скоро переросли в настоящую войну между двумя группировками. Доминанты утверждали: «Пространство, где пребывал бог, может быть, будет казаться больше, чем оно есть, — как дырка на месте выпавшего зуба».

В 1942 году Космон Левант, который знал, что ему остается жить считанные минуты, вошел в круг из двенадцати усилителей и умер в присутствии шаманов всех рангов и категорий, а энергия его нервных клеток еще час работала в автоматическом режиме. Освобожденная от философских интерпретаций, оболочка совершила привычный и давно отработанный этерический перенос согласно всем координатам, известным на тот момент. Таким образом были получены доказательства, что враг существует. Запись этого нефильтрованного переноса в виде образов зрительного восприятия хранится в закрытой секции Цитадели.

Во второй половине XX века различные внешние обстоятельства и внутренние интриги существенно усложнили работу Интернесинов — ловушка с приманкой в Париже в 1968 году, появление независимого множественного агента Альфреда М. Хаббарда, и так называемые русские войны сканеров. Однако попытки ударов были, причем попытки, достаточно согласованные: сначала Салии (перегорел), потом — блистательный Квинас (перегорел), и самый последний — Аликс. Его попытка породила так называемый культ Аликса, который нам очень некстати — еще одна изобретательная помеха на пути к нашей цели. Шаманская коалиция распалась почти сразу, как только образовалась. В тысячу раз сильнее «человека с улицы», на вселенском уровне мы по-прежнему слабы и неэффективны. А чего еще мы ждали? Как сказал Трепанье: «Пустота, как ее не верти, пустотой и останется».