Страшная сказка о сером волке (СИ)

Он вновь усмехнулся, показав острые белоснежные клыки, протянул руку и ласково провел по моему лицу пальцами.

— Моя…

— Твоя, — согласилась я безропотно, признавая, наконец, правду.

— А я говорил, что так и будет. Что ты примешь это. — Уже без улыбки произнес он. А затем, почти ранимо, добавил. — Всегда верь мне. Я никогда не обману.

Я смогла лишь молча кивнуть. После этого Риан принялся искать что-то в своих вещах, которые я еще накануне принесла сюда.

Желая на миг продлить удовольствие от пребывания в мягкой и теплой кровати, потянулась, прежде чем последовать примеру мужа. Когда я встала, Риан уже натягивал сапоги, собравшись.

— Буду ждать тебя внизу, — деловито пояснил он. — Сразу накинь плащ — утро прохладное. И спускайся вниз, там и позавтракаем.

Оставшись одна, первым делом закрылась, умылась и принялась за сборы. Одев теплые чулки и башмаки, быстро натянула платье поверх плотной рубашки — так не хотелось расставаться с теплом. Накинув плащ, вышла из комнаты, обнаружив за дверью одного из оборотней. Он молча, с невозмутимым видом последовал за мной вниз.

Споро позавтракав, и еще раз выслушав благодарность от местных женщин и стариков, оборотни, вопреки отказам, расплатились за ночлег и отправились к лесу. Я, как и накануне, путешествовала верхом.

— Вы спасли их вчера, но что если это не единственная банда дезертиров, орудующая в округе? — обернувшись на опушке леса, негромко спросила я, державшего за узду лошадь, Риана.

— Полагаю, уже сегодня они разнесут по всей округе слухи о рыщущей по лесам компании кровожадных оборотней — ни одна шайка головорезов не сунется в эти места ближайший год, — обернувшись, Риан насмешливо подмигнул мне.

— Оо… — о такой возможности я даже не подумала.

Или наши, ставшие истинно супружескими, отношения с Рианом, или я не могла насмотреться на своего мужа, а может дело в полноценном сне на мягкой кровати, но я и не заметила, как пролетел день. Сегодня мы не делали привала на обед, лишь размялись и перекусили на ходу взятой из трактира снедью, да поздними яблочками, что сорвали по пути. Мне было понятно, что оборотни стремятся добраться до ночлега до своих земель, покинув человеческие.

— Границей служит ущелье, — подтвердил мои предположения Риан, махнув вперед рукой. Солнце было близко к закату, но было еще достаточно светло, чтобы увидеть вдалеке невысокую скалу. — Нам осталось немного.

И действительно, все последующие часы местность, по которой мы шли, заметно преображалась, лес сменился каменистым грунтом с крупными валунами. Еще до темноты мы подошли к небольшому нагорью, где и располагался приграничный разлом. Оборотни, остановившись на краю обрыва, дружно завыли по—звериному, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. Но когда ветер донес с другой стороны ответный одинокий вой, я поняла причину шума.

— А как же мы переберемся на другую сторону? — Я растерянным жестом коснулась лошадиной холки. Провал в ширину достигал пяти метров — такую преграду Вороной не перескочить. Посмотрев по сторонам, убедилась, что конца—края у разлома не видно. Справа он и вовсе упирался в высокую скальную гряду, которую только что перелететь можно.

— Сейчас мост опустят, — успокоил меня Риан, взглядом указывая на неприметную бревенчатую конструкцию на другой стороне.

На дальнем от нас краю разлома показались двое одетых в одни короткие штаны мужчин. Они, споро работая рычагами, привели в движение механизм, что со скрипом опустил для нас мост, по которому могла не просто пройти лошадь, а проехать и груженая повозка!

Более того, от моста, невидимая с другой стороны, вниз к долине оборотней вела широкая каменистая дорога.

— А как же другие перебираются? — недоуменно спросила я. — Обычный человек-то выть не умеет…

— Видите, — в этот раз Воар указал на столбик с нашей стороны. — Там колокол закреплен, все, кто ходит этим путем, знают, как привлечь внимание охраны.

— Лари, — Риан шагнул ближе, помогая мне спуститься с лошади, — тут лучше идти пешком. Дорога довольно крута.

Шагая рядом с мужем, который вел Вороную, в последних лучах заходящего солнца я впервые увидела земли оборотней. Долина прекрасно просматривалась с нагорья. Увидела я густые леса, уходящие к горизонту, и голубоватую ленту широкой реки, что разделяясь на два рукава, несла свои воды дальше.

Лес я любила с детства, поэтому мне увиденное понравилось. Насмотревшись, заметила, что Риан, остановившись рядом, смотрит не на родные земли, а на мое лицо, наверняка подмечая и восхищение, и одобрение. На лице оборотня проступало явное облегчение. С каждой минутой темнота наступала все настойчивей, скрывая живописную панораму от наших взоров.

— Пойдем, — потянул меня вперед муж, — надо догнать остальных. Территории нашего клана достигнем завтра, она примыкает к землям темных.

«Значит, в южной части долины» — мысленно сориентировалась я.

— Тут остановимся на привал?

— Да, спустимся вниз. Там есть пограничный форт, его не увидеть, пока не обогнем скалу. При нем есть постоялый двор для путников и торговцев.

Плотнее запахнувшись в теплый плащ, я порадовалась, что и сегодня не буду спать на стылой земле — с приходом ночи, то немногое тепло, что дарило осеннее солнце, исчезало. К гостеприимно распахнутым воротам местного постоялого двора мы подошли в ночной темноте. Наши спутники разместились внутри, рассевшись за большим столом, и ждали только нас двоих. И пусть я устала, от целого дня езды на лошади болели ноги и спина, согласно кивнула на вопросительный взгляд мужа. Я догадалась, что они хотят общим ужином отметить возвращение на родину.

Угощаясь наваристой похлебкой, что в большом котелке принес высокий подросток, поставив рядом стопку мисок и кучку ложек, с интересом наблюдала за переменами в молчаливых до угрюмости мужчинах, с которыми проделала этот путь. Они словно ожили — на лицах появились улыбки, ушла сосредоточенная собранность и неизменная настороженность. Движения стали более свободными, а поведение — естественным: они шутили, смеялись и не скрывали своих эмоций. Правда ко мне они обращались только в случае необходимости, и это огорчало.

Еще напрягали пристальные, далеко не дружелюбные, взгляды, что изредка кидали на меня две оборотницы, что так же находились в зале. Одна сметала крошки с другого стола, при моем появлении, обернувшись и принюхавшись, неприязненно поморщилась. Это показало мне, насколько тут не жалуют магов!

«Легко не будет» — призналась я себе, понимая, что, как и в Меруниче, придется все начинать сначала, завоевывая уважение местных. Только вот… какой прок оборотням, с их здоровьем и быстрым восстановлением, от знахарки? Трудно найти народ, что меньше всего нуждается в целителе.

Стоило нам с Рианом оказаться за дверями комнаты, в которой предстояло ночевать, я спросила мужа:

— А большой у вас клан?

— Да, один из самых многочисленных. Более двадцати пар с детьми и с полсотни свободных оборотней.

Изумленно моргнув, переспросила:

— Примерно сотня взрослых оборотней — это многочисленный клан?

— Да, — Риан уверенно качнул головой.

— А детей много? Знаешь, в людских поверьях у вас всегда большие семьи… Я думала и численность огромная.

— Нет, — муж поджал губы, присев за стол. Выглядел он расстроенным. — Такие байки нам на пользу, но в действительности в них не все верно. Да, в беременность у наших женщин количество детей часто большое — до восьми младенцев. Но это очень тяжело для матери — не выдерживают, многие умирают в родах. Да и дети… каждый оттягивает на себя силу матери, ослабляя ее, но и этого недостаточно — не все младенцы после рождения выживают. К тому же, зачатие возможно только от пары, а не каждому дано обрести ее. Поэтому у нас принято всем кланом поддерживать рожениц, а так же помогать отцам, оставшимся вдовцами.

Вот тебе и раз! Если люди, плодясь безмерно, чаще гибли от голода и лишений, то у оборотней были другие проблемы.

— А чем я буду вас заниматься? Болеете вы не часто.

— Дел хватит, — улыбнулся муж. — Дом вести, детей растить — как и все будешь жить.

«Только вот светлый маг не может жить, не делясь своей силой с другими. Без этого его магия разрушается, способности целителя ослабевают», — подумалось мне.

— Не торопись с выводами, — почувствовав мою растерянность, Риан подошел вплотную, обняв за плечи. — Постепенно привыкнешь к нашему укладу, и к тебе привыкнут. Не забывай, ты — пара альфы клана, тебя никто не посмеет обидеть.

Сомнительное утверждение! Всю жизнь ощущать себя чужой, пусть об этом и не скажут в лицо?

Отступив, принялась снимать плащ. Остается только посвятить себя семье, ограничившись своим небольшим мирком. Что в принципе не будет сильно отличаться от того, что было в моей жизни до сих пор.

— Лари… — притянув к себе, оборотень прижал меня к широкой груди, позволяя услышать, как быстро стучит его сильное сердце. — Не думай о плохом. Чудо уже то, что мы встретились. Я не позволю тебе стать несчастной, все сделаю ради того, чтобы на нашей земле ты обрела истинный дом и счастье.

«И правда, — решила я. — Не буду заранее отчаиваться»

Риан захватывал все больше моего внимания, залезал в душу и сердце, чем больше я открывала для себя этого мужчину, тем отчетливее понимала: связь есть, необъяснимое притяжение, желание… и невероятная потребность в большем. Узнавание. Я уже не сомневалась — он, действительно, моя пара, таких чувств в моей душе не вызывал ни один мужчина. Может быть, я еще не готова была понять и целиком принять свою оборотническую половину, но незыблемое доверие к мужу ощущала. Более того, наслаждалась его вниманием и заботой!

Прикрыв глаза, позволила его рукам осторожно вытянуть из тугого пучка волос на затылке шпильки, ослабить шнуровку платья, чтобы стянуть его с плеч. Оставив меня в одной рубашке, быстро подхватил на руки и уложил в кровать, прикрыв теплым одеялом. Шагнув к очагу, в котором еще до нашего появления разожгли огонь, подкинул несколько поленьев, подпитывая пламя.

Вернувшись ко мне, он присел на кровать, разглядывая меня, кутающуюся в одеяло. Наконец, прилег поверх одеяла, вытягиваясь рядом со мной и положив руку мне на грудь. Но сегодня я чувствовала усталость, и пусть рядом с ним тело тут же охватила предвкушающая дрожь, но все мышцы тела отчаянно болели. А душа боролась со смятением. Мне больше всего хотелось прижаться к Риану, ощутить тепло и мощь его тела. Но признаться я не решалась, а он с задумчивой улыбкой вглядывался в мое лицо, обнимая кокон из одеяла со мной в центре. И загадочно молчал…

А после удивил, вынудив перевернуться, и начав мягко массировать плечи и спину, вызывая во мне стоны удовольствия. Я так и уснула под его мерные заботливые поглаживания.

Разбудило меня опять чье—то прикосновение. В этот раз оно было похоже на легчайший поцелуй, мимолетное касание губ. Но когда я распахнула глаза, Риан с невозмутимым видом стоял рядом с кроватью.

— Пора? — не без толики утреннего смущения пробормотала я вопрос, удивляясь, что даже сегодня он спешит. Мы же достигли земель оборотней.

— Да. Знаешь, всем не терпится вернуться домой, к своим семьям.

Устыдившись своего недоумения, я быстро выбралась из—под одеяла и принялась натягивать платье.

— Я принесу твой завтрак, — теперь уже с полным правом притянув к себе и запечатлев на моих губах самый собственнический поцелуй, что я могла представить, ушел. Как и накануне, оборотень не стал мешать мне собираться.

«Вот вам и неспособность сдерживать инстинкты, о которой рассуждают люди, — чувствуя, что необъяснимая потребность в присутствии Риана только усилилась, трансформировавшись в снедающую изнутри нужду, с горечью рассмеялась я, заплетая волосы в косы. — Я так опасалась проявления его звериной сущности, потом страстной несдержанности, а теперь раздражаюсь при мысли о равнодушии и своей ненужности. Как частенько случается среди человеческих супружеских пар»

К моменту, когда с миской каши, куском сдобного пирога и кружкой горячего травяного чая вернулся Риан, я была уже собрана и настроена по—боевому. Надо окончательно избавляться от нелепых страхов и принимать собственную судьбу. Принять, наконец, тот факт, что стала женой.

— У тебя большая семья? — вспомнив его недавние слова, сообразила, что совершенно ничего не знаю о муже.

Риан неожиданно напрягся — я почувствовала, что он подобрался, и голос прозвучал немного скованно.

— Из родителей — только отец. Еще есть брат и сестра, мы трое выжили из помета.

О!

— А брат? У него есть пара?

— Нет. Я первый, кто из нас двоих встретил пару.

— И она оказалась наполовину магичкой… — вслух протянула я мысль.

— Лари, — ладонь Риана опустилась на мою, успокаивая, — перестань думать об этом. Для меня гораздо значимее, что ты — наполовину оборотница.

— Но… я заметила, за все путешествие твои спутники лишь в силу необходимости обращались ко мне. Меня немного пугает, что твой клан… что я всегда буду чужой для них.

Фух! Вот и призналась!

Риан дождался, пока я оторву взгляд от наших переплетенных ладоней и переведу на его лицо.

— А ты не думала, что я не был бы доволен, что они отвлекают тебя от меня? Что не хотят помешать укреплению нашей связи? И авантюрная вылазка на охваченную войной территорию не очень—то располагает к легкомыслию и болтовне. Как верно замечено, ты — магичка. Не так уж много они встречали подобных тебе, опасаются сделать что—то обидное. Конечно, магов у нас не очень—то жалуют. Но темных магов, в первую очередь! — поспешил он добавить, заметив, как я встрепенулась. — И поверь мне, любой свободный оборотень будет счастлив обрести пару даже в полукровке. И не забывай, я на собственном опыте испытал, насколько полезна твоя магия. Пусть оборотням она и не пригодится так часто, как людям, но значимость твоей силы оценят, не сомневайся. Так что перестань бояться и просто живи. И дай моему клану шанс оценить истинную тебя!

Привыкнув считать себя недостойной семьи и счастья, скрывать свою истинную натуру, я даже растерялась от слов мужа. Так на ситуацию я смотреть не пробовала!

В задумчивом молчании завершив завтрак, спустились вниз. И там меня ожидал сюрприз — во дворе, помимо моей Вороной, обнаружилось несколько лошадей. На некоторых из них уже восседали наши спутники.

— Дальше отправимся верхом? — обернулась я к Риану.

— Да, так будет быстрее. Позже оборотни моего клана вернут лошадей владельцу постоялого двора.

Наш недавний разговор наполнил меня оптимизмом, поэтому поспешив к своей кобыле, я с помощью мужа устроилась в седле, морально готовая к финальному отрезку путешествия.

«Моя новая жизнь и мой новый дом уже совсем близко!»

Глава 10

Еще один миф развеял сегодняшний день. Совсем не в темных дебрях и глубоких норах живут оборотни. Дороги, на которых могли разъехаться две повозки, прорезающие в разных направлениях лесную долину, явно поддерживались в хорошем состоянии. Не увидела я ни зарослей кустов на пути, ни бурелома.

И поселение (по человеческим меркам - крупный хутор домов на пятьдесят) оказалось вполне обжитым и ухоженным. Деревянные, преимущественно двухэтажные дома, с примыкавшими к ним небольшими огородами, садиками и цветниками, высились ровными рядами улиц, прижимаясь к лесу. Единственное отличие — заборов я не заметила нигде. Только небольшие столбики, как я почувствовала по запаху, обозначающие территории частного владения каждой волчьей семьи. Не было тесноты, дома тут не ставили впритык. А вдалеке — за поселением клана, виднелись желтоватые лоскуты земельных наделов на обширном поле: привычное людям земледелие и оборотням было не чуждо.

Еще на подходе мои спутники принялись радостно подвывать, возвещая домочадцев о возвращении. Поэтому к моменту, когда мы дружной кавалькадой пронеслись по широкой центральной улице, на площади, возле дома главы клана, а он единственный был о трех этажах! уже толпилась знатная часть местных жителей.

Едва соскочив с лошади, каждый из вернувшихся попадал в плотное кольцо родни и друзей, с которыми, кивнув Риану напоследок, и отбывал в направлении дома. Нас тоже встречали. Я сразу сообразила, что седовласый, крепкий, очень крупный мужчина — отец Риана, а рядом его более юная копия — брат. А вот девушка, что так же встала рядом с членами семьи моего мужа, внешне на них совсем не походила. Пусть такая же «серая» блондинка с острым взглядом карих глаз, но с более мелкими резкими чертами лица, и она в упор смотрела на меня, недобро прищурившись.

«Неужели сестра? В мать пошла?» — всполошилась я в душе, недоумевая: чем могла с первого взгляда так не понравиться новой родственнице. Волнение в душе не утихало — сегодня мне предстояло узнать тех, с кем бок о бок проживу жизнь. Понравимся ли мы друг другу?

Риан, спрыгнув на землю, передал поводья стоявшему рядом юноше и подошел помочь мне спешиться. Первым делом принял бесценную ношу — куст кармыша, отставив его немного в сторону, чтобы не наступил кто ненароком. Опустив меня на землю, рук сразу не отвел — наоборот, обхватив за плечи, с нежностью взглянул в глаза. В его взгляде я видела искреннюю радость, Альфа явно ликовал, вернувшись на родную землю, да еще и с парой! Риана переполняло возбуждение — это было заметно по всему: по искоркам в глазах, по нетерпеливым движениям, по желанию не выпускать меня из рук.

«Сейчас подхватит и закружит!» — почему-то подумалось мне.

Настроение мужа передалось мне, прибавив задора и радости. Я с куда большим интересом косилась вокруг — на местных обитателей. Это Риан словно не замечал никого, не отводя от меня взгляда. Мне же было любопытно!

На миг прижав к груди, так и не выпустив из объятий, оборотень подвел меня к отцу.

— Моя пара! — И столько гордости и счастливого облегчения прозвучало в его голосе. — Лари! Принимайте в семью.

Оба здоровяка — и отец, и брат моего оборотня едва не подпрыгнули от радости. Риан отступил от меня, приблизившись к отцу, что явно желал обнять и поздравить сына с появлением семьи. Но в этот миг, стремительно подскочив на месте и на лету обернувшись серой волчицей, на меня кинулась кареглазая.

Все случилось так быстро, настолько неожиданно для меня, что разум не успел оценить опасность. Только сердце застучало быстрее. Единственное, что смогла, это замереть в ступоре неимоверного ужаса, наблюдая за летящей на меня волчицей, с оскаленной смертоносными клыками пастью. Они уже так близко, я чувствовала жаркое дыхание зверя, что коснулось моего горла в распахнутом плаще! Миг и в него вопьются эти клыки. Веки обреченно дрогнули, обозначая последний миг — мне нечего было противопоставить этой атаке. Я даже облик не умею так стремительно менять. Лишь руки вскинуть в защитном жесте.

Но тут, мазнув по лицу шерстью, между нами метнулась серая тень крупного матерого волка. Рывок, волна воздуха от которого заставила меня покачнуться! И вот уже в холку самки впились клыки взбешенного самца. Яростно мотнув головой, он отправил тело волчицы в полет к одиноко стоящей неподалеку сосне. От удара дерево треснуло (или это были кости?).

С визгливым скулением рухнув к основанию ствола, самка засучила лапами, пытаясь отползти, но собственное тело, вероятно от боли, не слушалось ее. Тут, словно прорезался слух — я осознала возмущенный вой множества глоток, сотрясающий поселок.

Огромный серый волк, остановившись между мной и толпой, грозно зарычал. Шерсть на его загривке встала дыбом. Вид зверя был таким устрашающим, что мне стало плохо. Или это запоздало снизошло понимание чудом миновавшей смерти?..

«Вот это встреча в клане…» — я невольно задрожала, только сейчас в полной мере понимая, что едва не погибла по вине… оборотницы.

Миг — и с земли поднимается обнаженный Риан. Уставившись на перевитую мышцами спину и крепкие ягодицы оборотня, я не сразу понимаю смысл его категоричного заявления! Но подмечаю, как подрагивает его голос, прерываемый рыком — Альфа явно переполнен сильнейшими эмоциями: гневом, яростью, угрозой и… облегчением: успел!

— Лари — моя пара! Часть нашего клана. Любой, кто причинит ей вред или обидит — будет иметь дело со мной. Загр-р-рызу, не задумываясь! — В голосе прорываются яростные звериные интонации, муж с трудом сдерживает инстинктивную потребность атаковать. — И даже самку не пощажу! Все это уяснили?!

Последний вопрос альфа произносит с таким напором, опираясь на свою звериную суть и власть, что даже меня словно прибивает невидимой плитой к земле. А в толпе оборотней и вовсе стоны. Со стороны же сосны, у подножия которой, скорчившись и дрожа от ужаса, уже лежит обнаженная незнакомка, и вовсе какой-то отчаянный скулеж…

— Как же она…пара? Я же думала, мы пару друг в друге обретем?! Я лучшая подруга твоей сестры. Мы росли рядом! И что?! Меня променяли на магичку!!! — хрипя гневом, так, что смысл слов можно разобрать с трудом, под конец оборотница и вовсе сорвалась на визг.