Ноу-хау палача (сборник)

– А лодка пошла в счет оплаты соседских услуг, – заключил Крячко.

– Верно. Когда ему понадобилась лодка, он так прямо и сказал: пора тебе, Димон, расплатиться за мои услуги. Я не возражал. Три дня аренды лодки все равно стоят меньше, чем услуги сантехника и электрика.

– Расскажите о своем соседе все, что вам известно, – потребовал Гуров.

– Да что, собственно, случилось?

До Утихина наконец дошло, что он понятия не имеет, с какой целью явились к нему полковники с Петровки. Но, будучи гражданином законопослушным, он уселся на свободный стул и принялся выкладывать то немногое, что успел узнать о бывшем соседе за время его проживания в доме Дворядкиных. Сказать по правде, о человеке, которому так легкомысленно доверил свою собственность, Утихин знал довольно мало. Заехав в дом Дворядкиных, тот разрешил соседу называть его Харитоном, но Утихин сразу заподозрил, что настоящее его имя совершенно другое. На работу Харитон не ходил, на что жил, Утихин не знал, но денежки у него водились. Время от времени к Харитону приезжали приятели. Всегда на автомобилях с тонированными стеклами. Подъезжали к воротам, давили на клаксон, после чего выходил Харитон и открывал ворота. Гости не покидали салон до тех пор, пока он их не закроет. Глухой забор не позволял Утихину увидеть, кого именно принимает у себя его скрытный сосед. Как-то раз любопытство взяло верх, и при появлении очередной машины Утихин забрался на чердак и наблюдал за выгрузкой гостей.

Гости Харитона ему не понравились. Они привезли с собой целый винный завод, ящики выгружали минут десять. Похлопывали Харитона по плечу сплошь татуированными ручищами, а потом всю ночь орали блатные песни. Привыкший доверять людям, Утихин приписал соседу несуществующую добродетель. Он решил, что кто-то из родственников Харитона попал в передрягу, за что загремел за решетку, и, чтобы обеспечить тому сносное существование в тюрьме, Харитон вынужден время от времени принимать у себя представителей уголовной среды. По мнению Утихина, сам Харитон на уголовника похож не был. Вполне приличный мужчина. Слегка замкнутый, но в этом Утихин видел скорее достоинство, чем недостаток.

На вопрос, имелись ли у Харитона наколки или какие-то другие особые приметы, он ответил, что на пальцах Харитона имелось целых две наколки. Перстень с изображением знака доллара и еще один с изображением Андреевского флага. Он однажды даже спросил Харитона, почему тот на пальце Андреевский флаг носит, не из бывших ли он моряков? На что Харитон только рассмеялся, не объясняя Утихину, что его так развеселило.

А вот полковникам этого и объяснять не было необходимости. Обе наколки в виде перстней на пальцах носили люди, побывавшие на зоне. Перстень с изображением доллара обозначал, что у Харитона имелось по меньшей мере две ходки, а Андреевский флаг на самом деле означал осуждение за грабеж. Сообщение о наличии наколок заставило Гурова и Крячко поторопиться. Они распрощались с Утихиным, приказав ждать вызова в местное отделение относительно возврата лодки, и направились к его соседу Дворядкину. Дом соседа оказался запертым на замок, и никто не смог подсказать полковникам, где искать хозяина.

Пришлось возвращаться обратно в отдел. Информации по Харитону было недостаточно, но попытаться найти его среди бывших заключенных все же стоило.

Глава 7

На деле Харитон оказался тридцатилетним уроженцем Наро-Фоминска Гаджало Владимиром Степановичем, личностью весьма примечательной в уголовной среде. Татуировок в виде перстней могло быть и в два, и в три раза больше, так как его уголовная карьера началась еще на «малолетке», едва он достиг возраста, достаточного для несения ответственности. Хулиганство, мелкие кражи в магазине, драки в общественных местах – вот с чего начинал Харитон. Вроде бы мелочи, кто по молодости этим не грешил? Только вот случались эти мелочи так часто, что «обезьянник» в местном отделении полиции уже невозможно было представить без сидящего в нем Харитона.

А потом он связался с бандой, главарем которой был злобный и безбашенный парень по кличке Гик. Целый год Гик и его банда кружили по Москве, нагоняя страх на запоздалых прохожих, гоняя группы подростков и задирая вошедших в пору полового созревания девчонок, а между делом грабили прохожих. Сотрудники полиции понимали, что добром это не кончится, но прижать Гика им не удавалось. Сколько бы раз ни забирал его полицейский наряд, убедить потерпевших подать на него заявление полицейским не удавалось. Никто не хотел связываться с Гиком.

Неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы не один случай, завершивший карьеру бандита. Случай произошел возле одного из московских ресторанов. На этот раз Гик разбушевался не на шутку. Его банда напала на пожилую пару, собираясь отобрать у них деньги и драгоценности. Но им помешали, группа парней вступилась за стариков. Гик бросил членов своей банды на парней, а те оказались не из простых. Это была группа бывших десантников, и подготовка у них имелась соответствующая.

Стоя в стороне, Гик наблюдал, как один за другим отлетают в сторону его «шестерки». Ему бы отступить. Отозвать своих бандюганов и убраться, но он все стоял и смотрел. В конце концов, не выдержал и сам бросился в драку. Один из десантников увидел, как сверкнуло лезвие ножа, и отреагировал мгновенно, метнувшись Гику под ноги. Тот полетел через голову, врезался в стену и обмяк. Десантник уже тянулся к ножу, выпавшему из рук Гика, когда на помощь главарю пришел Харитон. Он только что избавился от противника и отполз в сторону, чтобы передохнуть. Тут и увидел Гика. Оценив ситуацию, рванул к ножу, схватил его, на какую-то долю секунды опередив десантника, сжал рукоятку и поднялся.

Десантник пошел на него, но Харитон уже плохо соображал. Он набросился на парня и нанес ему восемь ножевых ранений. После этого выбросил нож, подобрал сумочку пожилой дамы, которую та от страха так и оставила на месте драки, забросил на плечо Гика и попытался скрыться. Уйти ему не удалось. Через два квартала его окружил наряд полиции. Под дулом автоматов Харитон сдался. К тому времени он уже знал, что спасает мертвеца: удар о стену размозжил Гику череп, отчего тот мгновенно умер.

Несмотря на то что главарь банды не выжил, а Харитон отправился в зону сразу за два преступления – вооруженный грабеж и нанесение тяжких телесных, – пришел он туда героем. Слух о том, как он, спасая кореша, бросился с ножом на матерого десантника, достиг зоны раньше Харитона, окутав его личность ореолом славы, а такого человека по приметам и по наколкам, да еще зная его «погоняло», в полицейской базе найти проще простого.

Уже спустя час после возвращения в отдел Гуров знал все о Владимире Гаджало. Все, кроме того, где его искать. Адресом регистрации Гаджало числился город Наро-Фоминск, поэтому Лев решил связаться с начальником Наро-Фоминского ОВД. Он выяснил, что после последней ходки Гаджало прошло одиннадцать месяцев, а согласно судебному решению, ему предписан административный надзор сроком до одного года. Гаджало обязан один раз в две недели отмечаться у местных правоохранителей, и, по словам участкового, обязанностью этой не пренебрегал.

За последний месяц Гаджало побывал в отделе уже дважды, и надежды Гурова на то, что удастся перехватить его, когда он в очередной раз придет отмечаться, растаяли, едва успев появиться. Ждать две недели до очередного визита – это слишком долго. Он выписал адреса всех мест, где, по словам участкового, чаще всего бывал Харитон, Гуров и Крячко отправились на обход. Наро-фоминских приятелей Гаджало пообещал навестить сам участковый.

Первую весточку о Харитоне Гуров и Крячко получили на третьем по счету адресе, в душном полуподвальном помещении, обозначенном на картах Москвы как питейное заведение «Раздолье». Появляться там полковникам было рискованно, так как хозяин «Раздолья» сам имел пару ходок и клиентов привечал все больше из уголовной среды. Тем не менее посетить распивочную было необходимо. В личном деле Харитона владелец подвального помещения значился подельником с последней ходки, а такие знакомства, как правило, самые крепкие.

В заведение можно было попасть, спустившись на три ступеньки вниз, протиснувшись сквозь узкий проход между двумя мрачно-синего цвета перегородками и справившись с целым водопадом цепей, закрывающих вход вместо двери.

– Хорошо, не додумались погоны нацепить, – спускаясь, прошептал Крячко, – а то бы и до первого столика не дошли.

– Не так уж тут и опасно, – прошептал в ответ Гуров. – Главное, виду не показывай, что тебе есть что скрывать, и все будет в порядке.

– Со мной-то точно будет, а вот у тебя на физиономии метровыми буквами написано: «Я – мент», – заметил Стас. – Тебе сколько вид ни упрощай, от налета Петровки не избавишь.

– Тогда скажи, что ты меня в заложники взял, – пошутил Гуров.

– Или в шпионы завербовал, – поддержал шутку Крячко. – Хочу, чтобы ты мне ментовские секреты раскрывал.

Беседуя, они дошли до барной стойки, где щуплый немолодой мужичок тер стакан сомнительной чистоты полотенцем.

– Чего надо? – бросив взгляд на Гурова, спросил он.

– Раньше этот вопрос звучал несколько иначе, – забывшись, начал Крячко. – Когда-то гарсон склонялся в почтительном поклоне и вопрошал: «Чего изволите?»

Щуплый мужичок отставил стакан в сторону, перекинул полотенце через шею и вдруг, совершенно неожиданно для полковников, начал расти. Гуров смотрел на то, как фигура мужичка становится все выше и выше, и никак не мог понять, как у него это получается. Но по звуку отодвигаемого стула догадался, что тот просто встал.

– Ох, прости, друг! – Крячко бросился исправлять положение. – Наверное, курнул лишнего, вот и торкнуло.

– Заткнись, – одними губами прошептал Гуров, но Крячко никак не мог остановиться. Превращение щуплого коротышки в гиганта сделало свое дело: Стас нес все, что приходило на ум.

– Ты, это, плесни нам чего-нибудь в стаканы. Сухотка задолбала. И похавать тоже навали. Мяса там, овощей. И Харитона позови, дело есть.

Щуплый не двигался с места. Он смотрел на Крячко печальным, сочувствующим взглядом и молчал.

– Ты чего застыл? Говорю же, сухач замучил. Дай пойла и жрачки. И про Харитона не забудь.

Гуров собрался было вмешаться, но заметил, как в глазах щуплого что-то изменилось. Секунду назад его глаза говорили о том, что произнеси Крячко еще одно слово, и полетит через весь бар, а ускорителем послужит увесистый пинок под зад. Сейчас же в глазах засветилось сомнение. Щуплый уже не был уверен, что перед ним самозванцы, а подвести Харитона он явно не хотел.

– Слушай, дядя, – сдерживая раздражение, произнес бармен. – Вали отсюда, пока цел!

– Ты кого из хаты гонишь? – подпрыгивая на месте и пытаясь перелезть через барную стойку, закричал Крячко. – Да ты знаешь, кто я Харитону? Да он тебя по стенке размажет, когда узнает, как ты с его корешем поступил. Один удар – и твои мозги на той вон полке.

– Да Харитон с таким, как ты, в жизни дел иметь не будет, – не совсем уверенно произнес щуплый.

– А ты его позови и спроси, – настаивал Крячко. – Ну какого хрена тянешь? Зови давай! А заодно молись, Веня Субботкин тебе могилу копать начинает.

Услышав кличку, которой наградил себя Стас, Лев чуть не поперхнулся. Вениамин Субботкин работал дворником при Управлении, человеком был весьма старым, если не сказать дряхлым. У него постоянно текло из носа, а когда он волновался, то начинал поддергивать штаны, пока не дотягивал их до подмышек. Более неподходящей кандидатуры для устрашения уголовника и придумать было нельзя.

Пока Крячко разыгрывал свой спектакль, Гуров успел заметить, что рука щуплого то и дело тянется к боковой панели под барной стойкой. Он догадался, что у бармена там оружие, и это ему совсем не понравилось.

– Так позовешь ты его или мне за «пушку» хвататься? – в очередной раз заорал Крячко.

– Его нет в городе, – произнес наконец щуплый. – Давай «стрелу» забьем?

– Говорю же, дело срочное, хочешь кореша своего прокатить? Жду две минуты, потом ухожу. И без Харитона охотники войти в долю найдутся, – продолжал свою игру Стас.

– Ладно, не гони волну. У Меркула он, недели две там кантуется, – сдался щуплый. – Гони туда, часов до восьми успеешь – застанешь.

– У Меркула? Ты думаешь, сказал «ищи у Меркула», и все сразу сложилось? Адрес Меркула, живо!

Крячко попытался форсировать события, и, если бы не внезапное появление нового посетителя, возможно, у него все получилось бы. Но цепи на входе зазвенели, и на пороге выросла крепкая фигура в широченной футболке на рельефном торсе.

– Ни хрена себе, зашел к приятелю, – выдал громила. – Зюма, че за стрем?

Гуров понял, что Зюмой посетитель назвал бармена, понял и причину его возмущения. Крепыш был Гурову знаком. И не просто знаком, пару раз Лев собственноручно «закрывал» его, правда, сроки тогда были небольшими, и он надеялся, что серьезных неприятностей эта встреча им с Крячко не принесет. Хотя о том, чтобы получить полезную информацию от Зюмы, можно было забыть.

– Здорово, Чахлый! – дружелюбно проговорил Гуров. – Как жизнь фартовая?

– Зюма, не слышу ответа, – не обращая на него никакого внимания, произнес Чахлый. – Какого хрена тут за бадяга?

– Кореша Харитона ищут, – начал Зюма.

– Кореша? Кореша? – взвился Чахлый. – Зюма, ты в бельмы долбишься? Это ж мусора!

– Гонишь, – неуверенно произнес щуплый.

– Век воли не видать. Вот этот точно с Петровки.

– Черт, откуда я знал? – неожиданно жалостливо залепетал Зюма. – Что делать-то теперь?

– Язык прижал, и в подсобку. Я разберусь, – сверкнув глазами, произнес Чахлый.

Зюма тут же выполнил приказ. Крячко понял, что теперь притворяться бесполезно, облокотился на стойку и расстроенно вздохнул. Гуров же расслабляться не спешил. От Чахлого можно было ожидать чего угодно: от доброжелательной услужливости до серьезной агрессии. На этот раз Чахлый оказался в благодушном настроении. Посверкав для вида глазами, он снизил тон и прошептал:

– Ну привет, начальник. Как твое ничего?

– Дышу помаленьку.

– На хрена тебе Харитон, начальник? Он ведь не по «мокрухе».

– Раньше – да.

– Хочешь сказать, Харитон переквалифицировался? Брось, начальник, тебе не хуже моего известно, что старую собаку новым трюкам не обучишь, – не поверил Чахлый.

– Чтобы убедиться, мне нужно с ним встретиться. Поможешь?

– О чем базар? – минуту подумав, спросил Чахлый.

– Он лодку приподнял, а после в ней мертвяка подобрали, – поняв, что Гуров никак не решит, рассказать ли Чахлому или промолчать, произнес Крячко. – Вот мы и хотим спросить у Харитона, кому он лодку презентовал.

– И все?

– Как карта ляжет.

– Ладно. Харитону передам. Захочет – сам на вас выйдет. А пока валите отсюда, граждане «мусора», а то у нашей братвы тут сходняк сегодня, как бы не завалили вас под горячую руку.

Гуров понимал, что насчет «завалили» Чахлый преувеличивает, но дожидаться подтверждения своей догадки не собирался. Подтолкнул Стаса к выходу и сам пошел следом. Как только заменяющие дверь цепи за его спиной сошлись, он быстро зашептал на ухо Крячко:

– Стас, шевели поршнями. Гони к третьему окну и слушай, а я на стреме постою. Чахлый сейчас с Харитоном говорить будет.

Откуда у Гурова появилась такая уверенность, Крячко не спрашивал. Он просто выполнил то, что поручил ему напарник. Окна в полуподвальном помещении, как и положено в таких случаях, располагались в специально оборудованных ямах-нишах, отрытых на полметра от стены и на метр в глубину. Добравшись до третьего окна, Стас увидел, что форточка на нем открыта, и, не думая о костюме, ничком упал на землю возле окна, вслушиваясь в то, что происходит в комнате.

Добрых десять минут Крячко провалялся пузом на асфальте – ровно столько времени длился телефонный разговор Чахлого. Как только разговор закончился, он вскочил, быстро переместился к выходу и подал сигнал Гурову. К тому времени как Чахлый покинул питейное заведение с названием «Раздолье», машина Гурова была уже далеко.

Подслушанного оказалось достаточным для того, чтобы Крячко сумел сделать соответствующие выводы, а в совокупности с признанием Зюмы и полученной кличкой некоего Меркула можно было попытаться вычислить местонахождение Харитона. Но для начала нужно было убраться подальше от воровского притона, что Гуров и сделал. Свернув на обочину, он потребовал у Стаса пересказать ему то, что тот услышал. Крячко старательно повторил весь диалог, вернее, ту его часть, что произносил Чахлый.

Говорил он точно с Харитоном, предупредил, что у того на хвосте легавые и что, скорее всего, речь идет о «мокрухе», «важняки» из убойного просто так не заинтересуются. Потом спросил, на старом ли он месте, и, получив положительный ответ, посоветовал там и оставаться, заметив, что полсотни километров от родного Наро-Фоминска и сотка до Москвы – самое то в его положении. И недалеко. Если вдруг все-таки заметут, в глухомань не загребут и помочь будет легче. А в конце добавил: передай Меркулу, что завтра Багор приедет. Пусть, мол, Натаха готовится. Вот такой разговор услышал Крячко.

Сверив адреса и клички из списка, представленного участковым, Гуров легко вычислил место, где прятался Харитон. Поселок Тучково, где проживала бывшая зазноба Харитона Наталья с двоюродным дядей, как нельзя лучше вписывался в схему Чахлого. Ошибки быть не могло. Двоюродный дядя Натальи, должно быть, и есть Меркул, а Наталья – та самая Натаха, которая должна ждать приезда Багра.

В общем, Гуров и Крячко пришли к выводу, что лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Однако заявиться в дом, полный криминального элемента, и арестовать там уголовника-рецидивиста, не имея при себе ни ордера, ни поддержки в виде группы задержания, им показалось как-то слишком самонадеянно. Поэтому Гурову вновь пришлось воспользоваться своими связями и заручиться поддержкой начальника Тучковского отдела полиции. Договорившись о встрече, Гуров и Крячко выехали в Тучково.

На месте их встретил сам начальник Тучковского ОВД, подполковник Ищенко. Оказалось, он прекрасно знает и Меркула, и девицу Натаху и готов всячески содействовать задержанию Харитона. Гуров думал, что Ищенко ограничится тем, что откомандирует со столичными полковниками пару ребят с автоматами и служебную машину. Так, для подстраховки. Но Ищенко заявил, что поедет с ними.

Он же предложил ехать не на квартиру к Меркулу, а «на дальнюю делянку». Так в Тучково называли огородные участки, выделенные каждому жителю Тучково еще в советские времена. Большая часть жителей эти участки давным-давно забросила, но Меркул, по словам Ищенко, за землю держался. И вовсе не для того, чтобы сажать огурцы и свеклу, а для того, чтобы иметь законное право пользоваться выстроенным на участке домом.

Ищенко был уверен: если Харитон в Тучково, в доме Меркула его не застать, тем более после того, как того предупредил Чахлый. Но и далеко уйти он не мог, Чахлый не советовал. Отсюда вывод: Харитон на даче Меркула, следовательно, и опергруппе туда.

К участку подъезжали еще засветло, поэтому машины оставили метрах в пятистах от нужного участка. По плану люди Ищенко должны были оцепить часть участка с домом, Стас должен был занять позицию под балконом у задней стены, на случай если Харитон решит сбежать. А Гуров шел с главного входа. Он не стал раньше времени вынимать оружие, но пиджак все же расстегнул. Вскоре был подан сигнал: все на местах, к захвату готовы.

Лев поднялся на крыльцо и настойчиво забарабанил в дверь. Сразу же в боковом окне метнулась тень. Высокий рост, широкие плечи, однако утверждать, что это именно Харитон, Гуров бы не стал. Он выждал и постучал снова. На этот раз из глубины дома донеслись шаги. «Женские, – определил Гуров. – Значит, в доме он не один. Если вообще здесь».

– Кто там? Что вам нужно? – послышалось из-за двери.

– Добрый вечер, могу я увидеть гражданина Гаджало? – вежливо произнес Лев. – Ему предписано явиться по месту регистрации. Тот адрес, что он оставлял участковому, уже не актуален. Мне сказали, я могу найти его здесь.

Женщина за дверью выслушала его, но отвечать не торопилась.

– Вы – Наталья, верно? Прошу вас, откройте дверь, и мы поговорим, – предложил он.

– Я ничего не знаю, – громко проговорила женщина. – Кроме меня, здесь никого нет.

– Вы говорите неправду. Я видел мужчину в окне первого этажа. Думаю, это Харитон. Помогите ему и себе, Наталья. Вы же понимаете, если он не сдастся добровольно, его не просто задержат до выяснения, ему вменят нарушение административного надзора.

– Хотите сказать, все, что вам от него нужно, – это просто поговорить? – Наталья рассмеялась, а потом неожиданно принялась поносить дурными словами Гурова и олицетворяемую им полицейскую систему. Каждое ругательство она подкрепляла сильным ударом кулака по металлической обивке двери.

«Странно, с чего она так разошлась? Знает про трупы или просто характер импульсивный?» – подумал Гуров, и почти в то же мгновение до него дошло: Наталья намеренно создает шум, она пытается прикрыть того, кто скрывается в доме, пытается дать ему возможность уйти. Но как? Каким образом тот, кто в доме, может избежать встречи с бригадой вооруженных оперативников? Размышлять над этим времени не было.

– Стас, гляди в оба, он попытается уйти! – выкрикнул Лев и подал сигнал людям Ищенко.

Те со всех сторон бросились к дому. Теперь у Харитона не было ни одного шанса уйти. Все окна под контролем, балкон прикрыт, у центральной двери – Гуров. Идти некуда. Приняв меры предосторожности, Лев снова заговорил:

– Зря стараетесь, Наталья. Будь я здесь один, возможно, ваш трюк и сработал бы. Но я пришел не один. Предлагаю сделку: вы открываете дверь, а я оставляю вас в доме, а не везу в «обезьянник». Как вам идея?

– Вы идиот! – выпалила Наталья. – Идиот из идиотов! Думаете, вы такой крутой? Черта с два! Вы не крутой, а очень-очень глупый.

– Решили перейти на оскорбления?

– А вы не представились, и погон на вас нет. Так что могу оскорблять сколько угодно, – нагло заявила Наталья.

– Не хотите спросить, в чем подозревают вашего друга? – внезапно спросил Гуров. – Поверьте, там есть что послушать. Его подруга найдена мертвой в одолженной им лодке. Тело ее распухло от воды, а ноги объедены рыбами. Есть и фото, если ваше воображение не может представить подобного зверства. Дальше продолжать?

– Он чист, – огрызнулась Наталья. – Чист!

Крячко все это время не отрывал взгляда от балкона. Почему-то он был уверен, что Харитон появится именно оттуда, даже слегка в сторону отступил, чтобы тот, прыгая с балкона, не зацепил его своей тушей. Ожидание затягивалось, и Стас начал мысленно подгонять Харитона. «Иди же сюда, Харитоша, дядюшка Крячко тебя встретит, – уговаривал он. – Поспеши, дорогой, лимит моего терпения не беспределен».

Движение возле сарая Станислав скорее почувствовал, чем заметил, но отреагировал мгновенно. Резко крутанулся на каблуках и увидел, как из сарая выскочил мужчина и скрылся за углом. «Вот стервецы, – восхищенно подумал он. – Подкоп у них до сарая, что ли?» И тут же бросился к сараю, не дав беглецу и пары минут форы. Обогнув сарай, Крячко нос к носу столкнулся с мужиком, выскочившим из сарая. Этого Стас никак не ожидал. Он думал, что придется носиться по соседним участкам, догоняя Харитона, а он, оказывается, никуда не бежит. Напротив, стоит и поджидает Крячко. И он явно не собирается добровольно сдаваться.