Третий - не лишний! Книга 2

Я с тоской посмотрела на длинную очередь родственников, выстроившуюся к Эмилио, и предложила:

- Может, в подкидного дурака сыграем?

- Это как? - заинтересовался любитель халявы.

- Мы вас подкидываем, - любезно пояснила я. - А вы делаете вид, что все так и задумано.

- Кажется, мне нужно поприветствовать своего троюродного кузена! - резко вспомнил незнакомец и срочно занял очередь на обслюнявливание самым последним.

- А как дышал-то, как дышал! - пригорюнилась я.

- Тебе обязательно нужно провоцировать посторонних мужчин? - выдавил сквозь зубы Филлипэ, загораживая меня собой. - Нельзя просто проявить терпение и подождать, когда на тебя обратят внимание хозяева?

- Можно, - пожала я плечами. - При условии, что мы не будем зимовать на улице.

Именно в этом момент нарисовалась парочка рогоносцев... ой! Оруженосцев. Надо же, как они быстро доскакали. Видимо, как справедливо было сказано в детском фильме «Айболнт-66», «нормальные герои всегда идут в обход».

- Тэн! - оживился Филя, прищелкивая пальцами. - Рев! Быстро сюда!

Слуги, как ни странно, его в этом гаме услышали и галопом подскочили к... не будем показывать пальцем. Просто ткнем им в глаз!

- Охраняйте! - приказал синеглазый. И парочка быстренько заняла почетный караул у меня по бокам.

- Тыл не прикрыт, - спокойно заметила я своим церберам. Повернулась к подлому Филе: - И давайте уточним условия пребывания под стражей.

- Какой тыл? - раздраженно обернулся мужчина.

- Мой, - показала я себе за спину. - С флангов артиллерия, спереди кавалерия, а с тылу могут заходить все? Или там пропускная система?

Филлипэ мгновенно передислоцировался, встав сзади и открыв мне обзор на дивную картину. Эмилио в это время целовал уже миллион какой-то родственник.

- Мило! - визжала брюнетка, расцеловывая мужчину в то место, куда доставала. А при росте метр на каблуках в подскоке доставала она туда, чем, как оказалось, встают в приличном обществе.

Эмо вздрагивал и отодвигался, надеясь все же в будущем попользоваться тем, чем его так щедро одарила природа.

- На мыло, - сжала я челюсти. - Что за собачья кличка?!!

- Ты о чем? - полюбопытствовал синеглазый.

- Об этом, - ткнула я пальцем в толпу народа и передразнила: - «Мило!» - как мило! Тьфу!

- Ты просто завидуешь, - заметил Филлипэ, начиная массировать мне плечи.

- Чему? - удивилась я. - Тому, что его сейчас обглодают до гипофиза?

Причитания:

- Мило, Мило! - перемежались звучными чмоками, громкими ахами и бесчисленными охами. Такое впечатление, что они отправляли своего «мальчика» на войну, и он только вернулся из боя. Угу. Эротического.

И никто не хотел заткнуться первым. Одни выли: «Мило!». Вышеназванный кивал и выдавливал: «Как я рад вас всех видеть!».

Мне стало его жалко, и я закрутила головой в поисках чего-нибудь, из чего можно сделать транспарант и подпихивать всем желающим... ну, или отбиваться от всех жаждущих.

- Приветствую тебя, Филлипэ, - презентабельный молодой мужчина в дорогом бархатном костюме пробился сквозь толпу слуг.

Честное слово, я бы родителям Эмо приз выдала за воспроизведение особо опасных образцов в больших объемах! Такого красавца нужно еще поискать. Фамильное сходство, безусловно, налицо. Но к красоте прибавлялся еще опыт, жесткость и упорство.

- И тебе того же, Лоренцо, - склонился в равном поклоне синеглазый, мгновенно оттесняя меня за спину. - Как твои дела?

- Очень неплохо, - белозубо улыбнулся аристократ. И поинтересовался, подняв одну- из роскошных бровей: - А своей спутнице ты меня представить не хочешь? Или она...

- Папа, мама, познакомьтесь, это моя жена Магдалена! - Эмилио все же дотащил до нас родителей и сунул им под нос меня как достояние республики.

Идиллия закончилась мгновенно. Вот любопытно, они против меня так восстали, или против несанкционированных браков в общем?

- Весьма приятно с вами познакомиться, - присела я в подобии реверанса, придерживая двумя пальчиками простыню. - Как поживаете?

- Минуту назад было гораздо лучше, - пробормотал растерявшийся глава семейства.

- Магдалена, - торжественно произнес Эмилио. - Позволь представить тебе своих дорогих родителей... Папа, подержи маму, пожалуйста!

Мама норовила сползти в обморок, предварительно пощупав меня руками, дабы убедиться, что я не привидение и не морок.

- Так вот, - продолжил Эмо, когда его папа подхватил маму на руки. - Это мой отец - Роберто. И мама - Розалинда.

- Это такая честь для меня, - снова на всякий случай присела я. Ну вдруг от этого им станет легче? А то тут у всех такие симпатично-потрясенные физиономии...

Белое, как мел, пораженное лицо Розалинды и вытянутое лицо аристократического Роберто. Они сохраняли напряженное молчание и выглядели... гм, ошарашенными. Какие еще скелеты хранятся в надежно закрытом семейном шкафу?

- Филлипэ вы знаете. - продолжал петь семарским соловьем Эмо. - И кстати, он тоже супруг Магдалены... Мама, с тобой все в порядке?

Розалинда очнулась и начала шариться по мужу в поисках успокоительного. Не нашла и зажевала отворот его камзола.

- Ты что-то еще хочешь нам сказать? - с трудом выдавил Роберто, вымученно улыбаясь неожиданной снохе.

Вот так и отпускай сына мир посмотреть. Неизвестно что домой принесет. Вероятно, на этом фоне венерические заболевания рассматриваются как насморк.

- Магдалена - иномирянка, - вспомнил немаловажную деталь великовозрастный оболтус.

Тут все коллективно состроили такие кислые мины, будто их напоили девятипроцентным уксусом. Слово «иномирянка» их, по-моему, совсем не впечатлило. И кто тут про иномирянок врал?

Я перевела сузившиеся глаза с одного враля на другого и сказала себе, что, кроме зрения, которого я их лишу, у них еще останется слух и осязание. И то... ненадолго!

- А вы против? - очень вежливо спросила я, закидывая удочку. Вдруг мне повезет и меня сейчас выпрут с позором, выдав, как положено, на дорогу - откупных?

- Не то чтобы, - сжал губы папа. - Но...

- Временная? - деловито вылез брат и окинул меня «ласковым» взглядом, словно опрокинул на нищую попрошайку ведро помоев. Поправится: - Я имею в виду, супруга - временная?

Вот кто сейчас не потерял головы! Сдается мне, все дела в этой семье давно на его плечах. Мама и папа не производят впечатления деловых людей. Хотя... иногда оно может быть обманчивым.

- Постоянная! - в один голос оскорбленно отвергли подобное предположение мои спутники. Спутники, а не супруги, что бы они там не говорили.

- Э-э-э... - родные Эмо окончательно впали в ступор, утратив способность к членораздельной беседе.

- А почему без родовых браслетов? - опять влез старший братец. Истинный глава семьи, ему всегда больше всех в семье нужно. Правильно! А то вдруг братец с другом какую инопланетную шалаву в порядочный дом привели. Чтоб серебряные ложки и постельное белье не пропадали.

- За ними мы и приехали, - исключил любые инсинуации в нашу сторону деликатный Эмо.

Очередной провокационный вопрос:

- Как давно она вам принадлежит? - вызвал во мне неконтролируемое брожение и. как следствие, совестный выхлоп:

- Это кто еще кому принадлежит!

- Молчи! - дернул меня руку Филлипэ. - Люди смотрят!

- Это вуайеризм! - рявкнула я в ответ. - Не лечится! Или ты хочешь, чтобы я им всем зенки повыковыривала?

- Ничего поспокойнее вы, конечно, найти не смогли? - мама перестала мусолить папу и воззрилась на сыночка с надеждой, что он сейчас вынет из кармана другую жену.

- Остальных разобрали раньше! - нахмурилась я. - В общем-то...

На этих словах Эмилио резко развернулся и запечатал мне рот поцелуем. Противный... милый... шалун...

- Так ваше проклятие снялось? - сообразил настырный братец, чтобы ему муха в супе говядиной показалась!

- Мняф! - попыталась высказаться я по делу. Рот заткнули еще настырнее.

- Мне бы не хотелось обсуждать это при всех, - спокойно сказал синеглазый, сглаживая обстановку.

Ну-ну. А то я не почувствовала, как мне что-то в зад упирается. Так не сглаживают, так... э-э-э... накаляют и нанизывают.

- Я тебе, Лоренцо, потом все наглядно объясню и покажу... если захочешь, - с угрозой сказал Эмилио, отрываясь от моих губ и утрамбовывая меня поглубже между собой и Филлипэ.

Это у меня такое родоубежище? Интересно, какой процент проникновения снаружи?

- Ты наша тетя! - атаковали меня детишки всех полов и возрастов, стараясь взобраться по мне, как по елке, и присвоить звезду. Ну ту, которая во лбу горит и освещает всем желающим путь в светлое будущее... и желательно - в саване.

- Допустим, - кивнула я, держась за своих мужчин, чтобы не рухнуть на землю под весом множества маленьких юрких тел. - И что?

- Ты красивая. - сообщила мне одна из девочек, запихивая в рот большой палец.

Я плюнула на этикет и уселась на землю. Меня мгновенно атаковали детки, повиснув гроздьями. Я погладила кудрявые головки тех детишек, до кого смогла дотянуться. Кому-то вытерла сопли. Кому-то подтянула штанишки. И выудила у ребенка палец изо рта:

- Будешь так делать, - на полном серьезе сказала я. -Будешь всю свою жизнь ходить вот так, - показала я на свою простыню. - Это наказание за то, что суешь в рот что ни попади.

Девчушка впечатлялась и пообещала ничего больше в рот не тащить. Да-а-а, чую, скажет мне большое грозное спасибо ее будущий муж...

А над моей головой разгорелись баталии. За время моего общения с подрастающим поколением, оставшееся поголовье... оставшиеся родственники высказали друг другу все приятные и вежливые слова в экстравагантной, слегка матерной форме. Иногда приличными были только предлоги. И то - далеко не все.

Меня начало затапливать бешенство. Глаза заволокло красной пеленой. Предчувствуя, что сейчас пострадают все и даже невиновные дети, я осторожно сняла с себя ребятню и вскочила на ноги.

- Молчать! - рявкнула я. - Если вы наивно полагаете, что мы будем покорно исполнять роль мослов, пока вы будете нас грызть...

На этот раз меня заткнул Филлипэ. Впрочем, поцелуем он не ограничился и подхватил меня на руки, когда Эмилио быстро задал вопрос:

- Домой пойдем, или она здесь всех положит?

- А она может? - окинул меня оценивающим взглядом Лоренцо.

Уверенности у меня не было, но блефовать так блефовать!

- Вы как предпочитаете лежать: штабелем или валетиком? - возвратила я ему прищур, при этом радушно оскаливаясь.

От меня шарахнулись все.

- Прошу в наш дом, - быстро отреагировал Роберто. - А вы, - повернулся он к моим мужчинам. - Как только устроите свою... даму, сразу ко мне в кабинет! Думаю, нам есть что обсудить!

- Конечно, отец! - кивнул послушный сын и подхватил меня на руки.

- Займете гостевые апартаменты, - бросил на ходу глава дома, таща свою супругу. - Твоя спальня. Эмилио, слишком мала для... вас троих.

- Но, отец... - попробовал возразить сын.

- Пока еще я здесь хозяин! - рявкнул, не оборачиваясь. Роберто. И неожиданно добавил фразу, которая меня насторожила: - Потом, надеюсь, сам все поймешь!

- Как прикажешь, отец, - прошипел сквозь зубы разозленный сиреневоглазый, сильнее прижимая меня к

себе.

- Дорогой, - выдавила я, с трудом вдыхая. - Еще немного - и ты увидишь насколько красочен мой внутренний мир. Ты его просто выдавишь наружу.

- Извини, дорогая, - рассеянно чмокнул Эмилио меня в макушку.

Мы протащились сквозь железный строй рыцарей на пьедесталах в просторном холле. Ничего не скажу, готичненько. Стоят в ряд железные истуканы с пышными черно-белыми плюмажами на фоне высоко расположенных золоченых арок и картин на потолке с голубо-синим фоном а-ля «чистое небо». Наши навесные потолки и рядом не лежали!

Пыльно, просторно и гулко. Мраморные полы классической черно-белой шахматкой под ногами и огромные высокие окна, часто расположенные. Много солнца, много яркого света.

Особо вдохновили всадники на конях. Все в железе с головы до ног, манекенам всучили в руки по здоровенному копью. Кое-где пеших манекенов-рыцарей расположили вторым этажом, что смущало особенно: а ну-ка упадут? И что тогда делать будем?

Но моих спутников такие мелочи совсем не отвлекали.

- Может быть, лучше я понесу? - тихо спросил шедший рядом Филлипэ. - Не хотелось бы стать вдовцом раньше, чем мужем.

- Мне бы тоже не хотелось, - согласилась с ним я. - Не переношу - холод.

- Нет, - отверг помощь Эмо. - Мне сейчас просто необходимо за что-то держаться.