Помоги проекту - поделись книгой:
— Но… я ничего не слышу, — Гайкина закусила губу.
— Зато я слышу, — Молотков уже не сомневался, что человек, почти бесшумно поднимавшийся по лестнице, задумал что-то неладное. — Давай через другой подъезд?
— Это последний, по другой лестнице никак, всюду решетки.
Неожиданно где-то далеко позади, на чердаке, послышались голоса и замелькали огни фонариков.
— Полицейские или дворники, — ахнула Лера. — Наверное, нашли снег у нас на балконе!
Егор перегнулся через перила и увидел мужчину в форме. Тот уже преодолел площадку третьего этажа, повернулся, поднял голову…
— Это охотник, мы пропали! — Гайкина больно вцепилась Егору в руку.
Серый охотник улыбнулся. Естественно, в своих длинных ботинках, которые только притворялись ботинками, он шел почти бесшумно. Его дымчатые очки слегка светились в полумраке, а в остальном он выглядел как самый настоящий полицейский. Поняв, что его заметили, фальшивый страж закона с места прыгнул сразу на десять ступенек.
Егор и Лера попятились. У мальчика слегка подогнулись коленки, когда серый охотник перемахнул лестничный пролет и загородил им выход из чердака. Вдруг на внутренней стороне запястья, под свитером, Егор почувствовал резкую боль и шевеление, будто железные коготки принялись царапать кожу.
— Это же трошик! — вспомнил мальчик, незаметно опустил вниз руку и тряхнул рукавом.
Но трошик не вывалился в ладонь. Многоножка стала вертеться, больно царапая запястье. Егор вдруг с ужасом осознал, что не спросил у дедушки Гайкина, как пользоваться этим странным оружием.
Охотник сделал шаг и улыбнулся еще шире. Его руки поползли в стороны, пальцы удлинились. Тем временем далекие голоса на чердаке стали громче, настоящие полицейские обыскивали каждый угол и неумолимо приближались. Мелькали лучи фонариков.
— Молоткоффф… Не надо убегать, Молоткоф, — ласковым голосом Нестора Альбертовича произнес полицейский. — Ты же умный человекк…
Егор потянул на себя чердачную дверь.
Серый охотник словно о чем-то догадался. Миг назад он стоял на площадке пятого этажа и вдруг прыгнул, почти не оттолкнувшись. Одной длинной лапой вцепился в железный косяк, не позволяя закрыть дверь, а другую протянул к Егору.
— Надо кидать… прямо в лицо! — прокричала из-за спины Егора младшая Гайкина.
Она выскочила вперед и швырнула троша. К счастью, далеко кидать не пришлось, фигура охотника уже нависла над ребятами.
— А ну пропусти, гад! — Лера несколько раз отважно лягнула фальшивого полицейского по коленкам.
Серый охотник только теперь заметил девочку и уставился на нее… Ну прямо как рыба на зонтик. «Ее защищает амулет, — догадался Молотков. — Какой же я дурень, что не надел на шею шестеренку!»
Однако удивление серого охотника было недолгим. Мужчина схватил девочку за руку повыше локтя и потянул к себе. Лера резко присела, подняла руки и выскользнула из рукавов. Рукава куртки затрещали по швам.
Егор пригнулся, и длинные серые пальцы клацнули в сантиметре от его головы. Только это уже были вовсе не пальцы и не ладонь, а что-то совсем другое. Ладонь фальшивого полицейского стала похожа на лапу трансформера с захватами. Такие лапы-манипуляторы Егор видел на стройке, когда экскаваторы разгребали камни.
— Лера, беги, я его отвлеку!
Молотков кинулся на врага, изо всех сил толкнул его руками и головой в живот. Показалось, что налетел не на человека, а на свернутую в рулон стальную сетку. Вроде не больно, пружинит, но не пробить.
И вдруг…
Охотник разжал объятия и схватился за лицо. Егор не сразу понял, что происходит с врагом. Внешне безобидный красный червячок угодил тому на щеку и за долю секунды то ли пробрался в нос, то ли пробурился прямо сквозь кожу. Очки охотника вспыхнули алым, он завертелся волчком, захрипел и заурчал, как рассерженный пес. Упал навзничь, громыхнув всем телом о лестницу, но тут же поднялся и с разбегу стукнулся лицом о стену.
— Бежим вниз! — первой опомнилась Лера и припустила мимо раненого охотника.
Егор застыл, открыв рот. Гайкиной пришлось схватить его двумя руками и буквально тащить за собой. Раненый охотник отнял ладони от лица: его очки больше не светились, а нос и рот съехали влево, точно неправильно надетая маскарадная маска. Он завертел головой, шагнул к мальчику, но промахнулся и врезался в перила. В следующий миг оборотень перевалился через них и покатился по ступенькам вниз. На повороте лестницы встал, качаясь, и принялся вслепую шарить вокруг. Его лицо смотрело назад, щека сбоку порвалась, словно кожу изнутри вспороли ножом. Но кровь не лилась, вместо нее из дырки сыпался серый порошок.
Лера и Егор прижались к стене, затем припустили бегом. Охотник молча метнулся следом. Но теперь его движения потеряли плавность, а ноги заплетались. Он натыкался на двери и перила. На площадке четвертого этажа у него оторвалась голова и покатилась отдельно от тела. Причем совсем не так, как отрываются головы в ужастиках, с кровью и криками. Голова мчалась вниз, словно пустая жестяная коробка, по пути рассыпая металлический порошок, гайки и пружинки. Когда голова ударила Егора по ноге, он не выдержал и впервые завопил от страха. Хорошо, что Лера Гайкина тоже закричала, а то потом было бы стыдно перед девчонкой…
На втором этаже, сверху, сквозь лестничный пролет упала рука в рукаве от полицейской формы. Рука ударилась о ступени и на глазах превратилась в мелкую стружку. Даже форма у охотника оказалась ненастоящей! Наверху заскрипела дверь и строгий старушечий голос спросил, кто накидал столько грязи.
— Он… рассыпался? — шепотом спросила Гайкина. Без куртки она все сильнее дрожала.
Со второго этажа, между перил, тонкой струйкой сыпалась металлическая пыль.
— Стой, стой! — Перед выходом Егор затормозил и задержал Леру. Ему очень хотелось побыстрее удрать, но еще один охотник мог поджидать снаружи.
Кажется, во дворе было тихо. Лера и Егор выскочили на улицу, вихрем пронеслись через проходную и, не разбирая дороги, кинулись к повороту на проспект. Здесь стояли свободные такси.
— Вы куда без взрослых, ребятки? — удивился таксист, но, увидев деньги, сразу завел мотор.
Едва машина тронулась, Егор и Лера рухнули на заднее сиденье, посмотрели друг на друга и неожиданно… захохотали. Они смеялись и смеялись, никак не могли остановиться.
Но очень скоро им стало не до смеха.
Глава 8
Едва такси вкатилось во двор бабушкиного дома, как Егор понял — дело плохо. Железные ворота гаража выглядели не так, как обычно, когда их запирал папа: створки были приоткрыты, железная поперечина висела криво, на утоптанном снегу валялась дужка от замка.
— Мы опоздали, они уже здесь! — простонала Гайкина. — Егор, амулет при тебе?
— В школе остался, в сумке, — Молотков проклинал себя за бестолковость.
Егор поискал глазами окна бабушкиной квартиры. Все три окна ярко светились. Мальчик не мог вспомнить, дежурит ли бабушка сегодня в больнице. Ведь, если она на работе, окна светиться не должны. Все выглядело очень странно. Хотя сегодняшний день вообще нельзя было назвать обычным.
— Подожди, не ходи туда один, — Гайкина схватилась за трубку. — Вот беда, деда не отвечает… Никто не отвечает! Телефон испортился, что ли?
Молотков огляделся. Начинало темнеть, мороз пощипывал щеки. В дальнем углу двора дети катались с горки, две дамы выгуливали собачек. Обычно в бабушкином дворе толпилась куча народу, но сейчас, как назло, все куда-то подевались.
Егор сосчитал до пяти и отважно потянул на себя створку гаражных ворот. Внутри царил мрак.
— Держи трошика наготове, — прошептала Гайкина.
Каждую секунду ожидая нападения, Егор нащупал сбоку рубильник. Вспыхнули лампы.
Никого.
Все инструменты, и лодка, и полуразобранный мопед были на местах. Но тех, кто здесь недавно побывал, интересовало другое — верстак в глубине гаража. Пустой чемодан с верстака явно скинули на пол, в ящиках тоже рылись. Но самое главное, что кто-то отодвинул линолеум и отворил люк.
Кто-то знал о люке и подвале!
— Он здесь лежал, ваш кубик, — Молотков сглотнул. — В сумке с закорючками. Теперь ее нет.
— Ты уверен?
— Куда вернее! — злясь на себя, Егор подобрал с пола второй навесной замок. Дужка из особо крепкой стали была не перепилена, а точно перекушена в двух местах. Мальчик невольно поежился, вспомнив длинные ручищи Нестора Альбертовича.
— Что теперь делать?
— Откуда мне знать? — Гайкина обхватила себя руками, ее худенькие плечи тряслись. То ли от холода, то ли с перепугу.
— На вот, надень! — Молотков снял с вешалки и неловко накинул на одноклассницу папин ватник. Ватник сверху почернел от грязи, пропитался машинным маслом, но Лера в него с радостью закуталась.
Позади раздался скрип. Ребята дружно подпрыгнули. В щель ворот заглянул дядечка с палочкой. Егор его сразу узнал — бабушкин сосед. Похоже, он тоже испугался, увидев в гараже чужих.
— А я смотрю — свет. Решил, может, наконец, менты… — облегченно выдохнул он, узнав Егора.
— Здесь была полиция? — быстро спросил Молотков.
— Я сам их и вызвал, — сосед гордо помахал своей тростью. — Но разве дождешься? Вот «скорая» быстро прикатила…
— Какая еще «скорая»? — холодея, переспросил мальчик. — К кому?
— Так ведь… к Сергеевне, к бабушке твоей… Пацан, погоди, куда ты, а гараж кто будет охранять?
Но Егор ничего не слышал. Позабыв обо всем на свете, он мчался ко второму подъезду. Обогнул дом и резко затормозил. Лера с ходу врезалась ему в спину. На заснеженной дорожке крутила маячками «скорая помощь» и суетились старушки. Молотков растолкал соседок и буквально влетел на второй этаж. Дверь в квартиру бабушки была нараспашку, везде горел свет. Егору вдруг стало очень страшно. Гораздо страшнее, чем на чердаке. Парень в белом рылся в саквояже с лекарствами. Толстая женщина в халате растопырила руки, мешая Егору пройти:
— Мальчик, сюда нельзя!
— Бабушка! Где моя бабушка? — закричал Егор, пытаясь протиснуться мимо важной врачихи в прихожую.
— Тут я, тут, — хрипло ответила из квартиры бабушка. — Эй, костоправы, пропустите, это внук мой пропащий!
Бабушка лежала на носилках. Второй парень, тоже в белом халате, но бородатый, заматывал ей голову бинтом.
— Бабуля, что они с тобой сделали? — Егор уткнулся бабушке в плечо и чуть не заплакал. Ему стало очень страшно.
— Ограбить ее хотели, — защебетала на лестнице соседка. — Совсем обнаглело ворье проклятое! Цепочку с двери сорвали, по голове дали, хорошо еще, ножом не пырнули!
— Хорошо, что муж мой вышел, он их спугнул, — гордо заявила другая соседка. — Увидел, что дверь болтается, и постучал. Гад услышал и как рванет вниз!
— Никто меня по голове не бил, — бабушка покосилась на санитара, а сама незаметно толкнула внука локтем. — Я сама, дуреха, дверь открыла, но на цепочку, как и тебя учила. Думала, отец твой вернулся…
— Папа к тебе приезжал? Днем? — изумился Егор. — Он же всегда на работе.
— Твой папа, когда был такой, как ты, все будильники в доме разобрал, — вспомнила зачем-то бабушка. — После него ни одни часы не ходили. Но уроки он никогда не прогуливал! С таким сыном, как ты, много не наработаешь, — завелась вдруг бабушка и даже попыталась лежа дать внуку подзатыльник. — Куда с уроков сбежал, молодой человек? Директор школы тебя ищет, отца с работы вызвали, с ума все сходят! Ох, Молотковы, никаких бандитов с вами не надо. Сами меня в морг отправите!
— Что было дальше? Кто на тебя напал? Ты его запомнила? — У Егора закрутило в животе.
— А что дальше? Ка-ак долбанули меня дверью. Цепочка оторвалась, я затылком о стену и ударилась. Очнулась — уже никого. Где твоя сумка? И где телефон? Почему трубку не берешь? И что это за чудовищный свитер, на какой помойке ты его нашел?
— Это мой свитер, — пискнула Лера из-за плеча Егора.
Сам Молотков так обрадовался, что не случилось ничего страшного, что даже не огрызался на привычное бабушкино ворчание.
— Тво-ой, говоришь? — Бабушка встрепенулась и поманила девочку к себе. — А сама чего в дырявом ватнике разгуливаешь? Беспризорница, что ли, или дворником подрабатываешь?
— Это моя одноклассница… — немножко смущаясь, начал Егор.
— Ольга Сергеевна, не вертитесь, — попросил бородатый медик. — Никак не могу наложить повязку.
— А ну помолчи, — остановила его бабушка, не сводя глаз с Валерии. — Ты, милая, случаем, не Гайкина ли Максима внучка?
— Ага, — почему-то обрадовалась Лера. — Он мой дедушка.
— О, тогда все понятно, — воспряла бабушка. — То-то я смотрю, порода их белобрысая, глазастая, ни с кем не перепутаешь…
Лера вдруг прыснула со смеху. Бабушка засмеялась в ответ.
— Вернулись в родной город?
— Ага.
— Заводные звери по ночам орут?
— Ага, — совсем громко рассмеялась Лера.
— Жаль, поздновато явились… — непонятно вздохнула бабушка.
Медбрат в белом изловчился, поймал бабушкину голову и ловко завязал на ней бантик из бинта.
— Ольга Сергеевна, не машите головой, вам нужен покой, — погрозила пальцем толстая докторша.
— Ишь, как запрыгали, — подмигнула Лере бабушка. — Это потому, что я в больнице много лет отработала. А к простой старухе разве «скорую» пришлют?
— Они что-то у вас забрали? — тихо спросила Лера.
— А ты как думаешь? — хитро переспросила Ольга Сергеевна. — Брильянтов тут отродясь не было. Ящики все пооткрывали, крупу просыпали, прямо как крысы.
— Эй, ты что, с моей бабушкой знакома? — Егор смотрел то на бабулю, то на Гайкину, ничегошеньки не понимая.
— Теперь знакома, — опять подмигнула Лере бабушка. — А ты, молодой человек, не увиливай. Возьми на кухне телефон и живо звони отцу!
В этот момент санитары бодро взялись за ручки носилок.
— Вы куда ее несете? — заволновался Молотков.
Поделиться книгой: