Госпожа – Ведьма! (СИ)

— Не глупи, Сторжия…

Да ты ей в папики бы только и годился, японский городничий! Только вот сомневаюсь, что у городской стражи большое жалование. Для храбрости я сжала бабушкин кулон.

— Да вы обнаглели! В конец! — возмутилась я, высовываясь из-за Таси. — Не видите, вы ей противны! Абсолютно.

— Тебе никто говорить не позволял, малявка!

Я аж подавилась.

— Это я малявка!? Да вы… Да вы! Да чтоб вам пусто было!

Я отпустила талию Таси и выступила вперед. Между девушкой и стражником. Мне-то всё равно уже хуже не будет, вот любовь к справедливости и разыгрались.

— Да, чтоб ты сквозь землю провалился! — завизжала я и ткнула в стражника пальцем.

И он провалился.

У меня челюсть отвисла, когда он пошатнулся назад и по колено провалился в грязь. Пара камней мостовой просто взяли и исчезли!

По толпе прошёл ропот. Собственно говоря, хуже мне, значит, быть могло.

— Ведьма!

— Ведьма!

— Смотри, настоящая ведьма!

Эх, сейчас меня сожгут. Не время для ехидства, но мне больше ничего не оставалось. Боясь пошевелиться, я покосилась на толпу, потом на Тасю. Стражник тем временем всё-таки выбрался на камни, но не удержался на ногах и повалился на мостовую. Тася смотрела на меня с каким-то неуместным восторгом. Мужчина продолжал валяться на земле и бормотать. Народ пялился.

— Тась? — шепотом позвала я, продолжая стоять с вытянутой рукой.

— Почему ты… вы не сказали что ты-вы… вы ведьма!?

— Просим прощения, умоляю, примите наши извинения, госпожа Ведьма!

И мне в ноги бухнулись два других стражника. Лицом в мостовую так бухнулись, того и гляди полезут мне ноги целовать. А я в изношенных носках в горошек. Кеды-то не по размеру были. Я их ещё в поле потеряла.

— П-прошу прош-шения, — это уже прохрипел пристававший к Тасе мужчинка.

Я широко шагнула назад и оказалась прямо рядом с девушкой.

— А у вас ведьма — это хорошо? — поинтересовалась я.

— Д-да… а к-как ж-же иначе, г-госпожа?

— Да просто я издалека, — шепнула я под пристальными взглядами, казалось, сотни глаз. — У нас ведьм на кострах сжигали.

— Да как они посмели, госпожа!? Прикоснуться!? К ведьме!?

Толпа резко подобралась. О, Тасю они явно услышали и почему-то к стенам отступили. Кстати, Тася это ведьма произносила с чрезвычайным трепетом в голосе. Похоже, я не так уж и попала. Я нашарила и сжала бабушкин кулон.

— А вот скажи, Тась, кто круче, я или вон та, — я кивнула в сторону полной женщины в окне, — например, дама?

Выглядела она самой богато одетой среди остальных. Я бы сказала, купчиха или ещё кто.

— К-круче?

— Ну влиятельней? Важнее?

— Конечно же вы, госпожа, — так же шепотом ответила мне Тася.

— А я или они? — В сторону стражей я уже презрительно ткнула ступнёй.

— Конечно же вы, госпожа.

Я хищно оскалилась.

— А если я, не знаю, например, стакан разобью? Кто виноват?

— Никто, госпожа Ведьма! — Тася, наконец, перестала дрожать и начала немного улыбаться. — Осколки соберут до самых мельчайших и будут хранить в семье! Такое счастье будет, госпожа Ведьма благословила.

Народ не спускал с нас пристальных взглядов. Местная полиция продолжала валяться на земле. Кажется, я слишком долго задержалась взглядом на какой-то женщине, и та бухнулась кланяться. Лицом в мостовую, а за ней пали и все остальные. Сказать, что я была в шоке, наблюдая эту волнами повалившуюся толпу, всё равно что ничего не сказать! Но какого было моё удивление, когда лица из окон попраподали, а уже через мгновение на улицу из домов хлынули люди, чтобы тоже мне поклониться.

Тася тоже попыталась упасть, но одёрнула её за руку.

— Стоять!

— Слушаюсь, госпожа.

— А если я… — я быстро глянула по сторонам. Чего бы ещё такого придумать? — Дом сожгу?

— Госпожа Ведьма спасла владельцев от обитавшей там болотной силы тёмной и благословила место на строительство нового!

Опа. Я закашлялась.

— А если… если… представь есть у нас яблоко?

Тася кивнула.

— Ну и я хочу его. И Король, у вас же есть Король? Вот Король тоже захочет это самое яблоко.

Тася кивнула.

— Чьё яблоко, а, Тась?

— Конечно же ваше, госпожа Ведьма! — воскликнула девушка как будто само собой разумеющееся.

Кашлять я перестала. Но упустила момент, когда Тася бухнулась мне в ноги. Ситуацию оценила я быстро.

— Александра я, — заявила я и махнула Тасе. — Вставай и запрещаю больше мне в пол кланяться. Поняла?

Тася вскочила на ноги, сцепила руки перед собой и поклонилась в пояс.

— Да, госпожа Ведьма.

— Видел, как она Сторжию? — пронёсся шепоток. — Я же говорила, непутёвая девка, будет гнить в темнице. — Гогот. — Если её великодушие госпожа Ведьма смилостивится.

Нет, это беспредел! Никогда бы не подумала, что мне может быть так обидно за почти незнакомую мне девушку. Госпожа я Ведьма в конце концов или кто!? Свой правовой статус я уже оценила, не до конца осознала, но да заодно и проверим!

— Так, — я гордо вскинула голову и вышла в центр улицы. Люди, не поднимая голов, отползли назад. — Вот эта, — я ткнула пальцем в Тасю, — спасла госпожу Ведьму!

Какая-то пожилая дамочка в задних рядах заохала и попыталась уползти подальше. Остальные приподняли головы и посмотрели на Тасю, всего секунду, а потом бухнулись лбами обратно в мостовую только уже в её направлении.

— Г-госпожа… — начала было девушка, но я оборвала её.

— Будешь звать меня Сашей! Возражений не принимается. — Стража так и не поднималась, и я входила в раж. — Кто тронет, — что там ведьмы делают? — прокляну! Да, точно, прокляну!

Толпа в ужасе отползла ещё дальше. Кто-то неудачно наткнулся и разбил цветочный горшок.

Замечательно. Улыбаться шире мне было уже некуда. Власть. Люблю власть, а эти на меня даже посмотреть не решались! Может, симпатичный мужчина в рядах найдется? Я прищурилась и прошлась по ним пристальным взглядом. Чёрт. У меня же и лицо грязное, и платье рваное, и… О, ужас!

От моего беззвучного визга народ подскочил на ноги и рванул помогать. Чем, правда, никто не знал, вот и только сталкивались с друг другом, да оттоптали друг другу ноги да городскую стражу.

— Госпоже Ведьме нужна ваша одежда! — заявила я, перекрикивая толпу.

Глава 2

Госпожа Ведьма и дуэт королевских особ

Народ бросился выполнять, причём радостно улюлюкая. Мне наперебой совали ткани, платья, платки, плащи… В общем, госпожа Ведьма решила, что ей нужна не просто одежда, а платьев так пять. Лучше семь. И вон то с золотым шлейфом мне тоже нравится. И обязательно вон те туфли…

Глаза просто разбегались. От важности своей персоны я всё больше раздувалась и гордо поднимала голову ещё выше, хотя и так выше уже было некуда. Дело в том, что мне не просто надаривали всевозможные вещи, народ в буквальном смысле дрался за право подарить госпоже Ведьме что-нибудь!

О том, что будет, если они вдруг узнают, что никакая я и не ведьма вовсе, я старалась пока не думать. И нет, загружая Тасю кульками и свёртками, совесть тоже не грызла. У меня её особенно никогда и не было, а тут ещё и люди в итоге счастливы.

Одна находчивая крестьянка притащила мне своего ревущего младенца. Чмокнутое в лоб дитё тут же замолчало и радостно хихикнуло, а меня завалили подарками ещё больше. Вскоре выстроилась целая очередь пихающихся мамаш, так и жаждущих, чтобы именно их младенца коснулась госпожа Ведьма. Мне не сложно, народу радость. И мне подарки. Так что стараться я была рада.

Шляпки, ленты, туфли, платья, платки, в ход уже пошли и сельскохозяйственные продукты, и какие-то вышитые гобелены, и ковры… Поинтересовавшись у Таси, что ей было нужно, надо же человека за спасение отблагодарить, если бы не она, сидела бы сейчас у тех, кто побил тёмных. Как их там… волков каких-то. Так вот, Тася отнекивалась, что я её уже достаточно отблагодарила. Поэтому я лишь пожала плечами и велела принести и на неё платьев и какой-нибудь домашней утвари. Народ счастливо побежал услуживать.

Решив, что неплохо было бы и в перспективе пообедать, я, а за мной и вся толпа, отправились к мяснику. У мясника, сурового мужчины два на два метра с круглым красным лицом, детей для целования не оказалось. Зато оказался подоконник с любимыми бегониями.

— Ну… давайте я вам на цветочек что ли поплачу, — быстро нашлась я.

Мясник, оскалившись наполовину отсутствовавшими зубами, согласился. Жутко довольный лично водил меня от горшочка к горшочку.

После молочной и винной лавок тащить всё это стало просто не под силу. Сама я нести что-либо отказывалась, мне руки были свободными нужны, а вот два стражника и Тася больше бы не удержали.

— Так, — громко известила я на всю городскую площадь. Город, кстати, назвался Хартлпон. — Кто поможет донести вещи госпожи Ведьмы?

Мужчины и мальчишки рванули ко мне, отталкивая друг друга и наперебой выкрикивая не то свои имена, не то ещё чего. Даже и женщины, кто покрепче, подсуетились. В итоге, ткнула пальцем в парочку, а остальных наградила улыбкой. Народ преданно провожал нас глазами в направлении дома Таси.

Просыпаться мне хотелось всё меньше.

Тася шла впереди и иногда робко на меня оглядывалась. Я деловито шагала, гордо вздернув нос кверху. Отчаянно стараясь не думать, как выглядела моя прическа после лазанья в окна и бега с препятствиями.

По пути я нечаянно врезалась в какого-то мальчишку с глиняной дуделкой. Появления друг друга мы оба не ожидали, потому свою дуделку он, разумеется, уронил. Та раскололась о мостовую, и мальчишка разрыдался.

— Не реви, две будет! — важно заявила я. Напряженно покосившаяся на меня толпа громко заулюлюкала. — Подарок госпожи Ведьмы, — хмыкнула я.

Мальчишка сразу же просиял и бросился мне кланяться. Нет, я решительно не понимала местных обычаев, но как же мне это всё нравилось!

Домик Таси оказался на самой окраине городка. Ухоженный садик-огородик, цветочки везде. Почему-то именно так я его себе и представляла.

— Заносись в дом! — скомандовала я, и наш конвой пошёл, собственно говоря, заноситься в дом.

— Госпожа Ведьма вы… вы даже не… — похоже, у Таси привычка такая: заикаться или терять дар речи.

Я окинула её придирчивым взглядом и недовольно скрестила руки на груди.

— Хватит мне уже выкать, а? Чувствую себя жутко старой, — пожаловалась я.

Девушка удивлено посмотрела с меня на удаляющиеся в её доме спины наших носильщиков. Я поманила её пальцем, и Тася наклонилась ближе к моему лицу.

— Я вообще тебя старше буду, — по секрету призналась я. — Не очень так много. — Себе лет отбавить жемилое дело. — Но есть такое. Это, — указала на своё тело, — у меня тут у вас приключение приключилось. С яблочками. Подействовали лучше лифтингового крема.

— Что… простите-прости!

— Да не бери в голову, — отмахнулась я. — Пошли вещи разбирать. Главное, я Саша и ты, поняла?

Тася активно закивала.

Остаток дня мы провели в полнейшей тишине. Распаковывая вещи. Шестое чувство подсказывало мне, что тишина была отнюдь не случайной. За нами кто-то пристально наблюдал. Кустов так на десять и ещё парочка по ближайшим деревьям. Но в Тасин огород никто залезть не решился.

Все обновки были перемерены, роскошный ужин съеден, и мы улеглись спать. Я — в кровати хозяйки, ибо нигде иначе мне прилечь не дали, а других кроватей, впрочем, как и жильцов, в доме не было.

Каково же было моё удивление, когда утром я проснулась. От солнца просунулась, всё в той же массивной деревянной кровати, с затекшей шеей и зудящей от жёсткой ткани кожей!

Минут так десять я глупо смотрела перед собой, пытаясь переварить своё положение. Вчера вопросом о том, что это всё может быть не сон, я не задавалась. Вернее, даже и не думала задаваться. Не бывает так!

Но, вот ведь, продажный местный городничий! Бывает. Постучавшаяся и заглянувшая в комнату сияющая Тася с завтраком в руках только подтвердила реальность моего, эм, нового положения.

Уплетая лепёшки, я подумала, что, в принципе, мой новый статус меня абсолютно устраивал. Вон, и от яблочка я уже начала отходить: теперь мне можно было дать уже семнадцать. Остановиться бы где-нибудь у двадцати, так вообще замечательно будет. За яблочками, на всякий случай, сходить что ли?

Выходить наружу я передумала, заметив своё отражение в зеркале. Зеркала тут были большой редкостью, роскошью, и это круглое мне всучила жутко довольная собой купчиха. Оно, хоть и было небольшое, да показало достаточно. В таком виде я на улице не покажусь! Ни за что. Там же обожающая толпа по-прежнему по кустам сидит, а я в таком виде!

— Косме-е-етику бы, — жалобно протянула я. — Хотяб губнушечку… ну хоть пудрочку-у-у.

Нет, в мои новообретённые семнадцать из зеркала на меня смотрело очень даже симпатичное личико. Но привычки давали о себе знать, а я не выходила не накрашенной даже в супермаркет через дорогу. Зимой и в темноте.

Ни душа, ни ванной в домике Таси, разумеется, предусмотрено не было. Мою просьбу помыться так вообще восприняли в штыки, я, мол, хоть и ведьма, да от воды одна зараза.