Помоги проекту - поделись книгой:
Оба имели свои достоинства и свои недостатки. На варианте жены настоял Лоран, и близнецы ни разу не пожалели о принятом решении.
А тогда, ночью, после похорон…
Лоран и Лорена сидели в кабинете отца, пили отцовское же вино и разговаривали.
— Рисой разорен. Доходов нам ни на что не хватит…
— Они все же есть? — Лорена искренне сомневалась в этом.
— Долгов у нас всяко больше. А потому… сестренка, у нас безвыходное положение.
— Какое же?
— Тебе надо выйти замуж. За богатого старика.
Лорена подняла брови. Не то, чтобы ее пугала эта перспектива, в пятнадцать она уже отлично разбиралась в некоторых сторонах жизни. Братец и просветил, когда она его со служанкой застала. А девушкой Лорена оставалась из тех соображений, что девушки продаются дороже.
— Почему бы тебе не жениться?
— Потому что дочь с хорошим приданым за меня никто не отдаст, сама понимаешь. Сначала все проверят, да и на ухаживания потратиться придется, на костюмы, на… на многое. Мы этого себе позволить не можем.
— А в моем случае?
— Ухаживать будут за тобой, подарки делать тебе, а благородная бедность девушке даже к лицу. Как и благородная бледность. К тому же, ты красива и невинна. Вполне можешь привлечь внимание нужных нам людей, очаровать мужа, помочь деньгами братику…
— Ты так уверен, что я тебя не брошу? — усмехнулась Лорена.
— В этой жизни я уверен лишь в себе и в тебе. Больше не в ком… да и тебе может понадобиться моя помощь, сестренка, ты же не станешь терпеть старика до конца дней своих?
Лорена медленно кивнула.
Не станет. Но как же не хочется…
Лоран, заметив колебания, удвоил усилия, и вскоре Лорена согласилась с его доводами.
Никор Колойский был стар. Он был малым не вдвое старше отца Лорены, но интереса к жизни не утратил. Обожал вино, вкусную еду, красивых женщин… последних — не только платонически, хватало ж сил у старика! Но Лорена выбивалась из этого ряда.
Невинная, красивая, благородная и гордая — восхитительное сочетание, не правда ли? Так и слышится вдали охотничий рог. Так и зовет, так и манит…
Стоит ли удивляться, что Никор повел себя, как охотничья борзая? Сделал стойку, а потом помчался за добычей…
И Лорена милостиво согласилась на законный брак.
Прогадала она или нет?
Сложный вопрос.
С одной стороны, Никор обеспечил ее полностью, вывел в свет, представил ко двору, одел, обул, обвесил драгоценностями и даже немного помог брату. Не деньгами, нет, но ростовщики прижали уши и согласились подождать. Лоран же, будучи тоже представлен ко двору, быстро научился зарабатывать деньги достойным аристократа способом — то есть картами, пари и даже в постелях богатых стареющих дам. Почему бы нет?
Если дама подарит кавалеру дорогую безделушку, разве это плохо?
Лоран был неглуп, опасен, быстро умудрился выгодно жениться, но его жена, Тарма Ифринская, хоть и принесла ему приличное приданое, но умерла родами.
Приложил ли к ее смерти руку сам Лоран?
Лорена подозревала, что да, но доказательств не было ни у кого.
С другой стороны, Никор быстро наградил Лорену ребенком (хорошо хоть фигура не испортилась), и умудрился умереть через шесть лет после брака. Мог бы и пораньше, что уж там.
И мог бы завещать свое состояние дочери и жене, а не сыновьям от первого брака. Но с ними Лорене справиться не удалось. Драгоценности она унесла, и только. Вырвать больше завещанного не получилось.
Впрочем, юная вдова не унывала. Будучи представлена ко двору, она закрутилась в вихре удовольствий, и тут ей на глаза попался ОН!
Герцог Томор Домбрийский.
Вдовец, его жена умерла, оставив мужчину с маленькой дочерью на руках…
Потрясающее сходство ситуаций, правда?
Как тут не воспользоваться!
Тем более, что Лорена неосмотрительно оказалась в постели у короля, ее величество этого резко не одобрила, и дала ясно понять выскочке, что ей надо спасать свою шкурку. Лорена предупреждению не вняла, за что и поплатилась.
Ее величество в некоторых вопросах излишним милосердием не страдала.
Схватить наглую выскочку на улице?
Спокойно!
Отвезти к повитухе и вытравить плод?
То же самое.
И кричи, не кричи, кидайся в ноги королю, не кидайся… повитуху еще найти надо, как и похитителей, а попытка возвести напраслину на королеву может дорого тебе обойтись, деточка.
Лоран быстро разъяснил это сестренке, и Лорена прониклась. И принялась охмурять герцога.
Получилось это неожиданно легко. Она вышла замуж, и все было хорошо, правильно и приятно. Большие деньги, роскошный замок и даже молодые любовники… было все!
До сегодняшнего дня.
Герцог Домбрийский умирал, его дочка в монастыре, и у них даже есть еще пара лет, но что потом?
Потом эта монастырская крыса унаследует все, а их выкинет на улицу. С условиями завещания Лорена была ознакомлена супругом очень давно, и они не поменялись ни на йоту. А то, что завещание хранится в столице, в канцелярии Короля, лишало последней надежды. Это не местный нотариус, мэтр Сюре, который готов был есть с рук у красавицы герцогини, это — столица. И там таких, как Лорена…
Ах, наедине с зеркалом можно и признаться себе — красота уходит.
И ты видишь морщинки в уголках глаз, и возле рта, ах, эти неумолимые морщинки, и лоб уже не так бел и гладок, и пудра, пока спасающая положение, скоро не поможет, и приходится все больше времени уделять своей внешности…
И даже — выдергивать из золотой гривы седые волоски. Пусть они там не слишком заметны, пусть. Но ведь они есть!
Молодость ушла, а где то, на что она ее променяла? Где деньги?
ГДЕ?!
Крик души был засчитан братцем, который валялся на диване и курил кальян. Сквозь облака зеленоватого дыма, Лоран наблюдал за сестренкой, которая металась по комнате, а потом пожал плечами.
— Не вижу проблем, малышка.
— Ах, ты не видишь проблем?! — повторно завелась Лорена, но брат заставил ее замолчать движением руки. Из них двоих он всегда был старше, опытнее, умнее…
Может, он и правда что-то придумал?
— До совершеннолетия девчонки два года.
— Да! Этого мало, мало! И мы не можем ничем распоряжаться!
— Деньгами — не можем. Нам их будут выделять. Тебе — вдовью долю, потом еще на содержание Домбрия, твою дочь тоже не забыли… я один, неприкаянный…
Лоран едва слезу не пустил от жалости к себе. Никто его не любит, никому-то он не нужен… Эххх…
— Прекрати паясничать! — рявкнула Лорена. — Ну?!
— И будут выделяться деньги на Марию-Элену. До ее совершеннолетия или замужества.
— Еще замуж ее выдать не хватало!
— Еще как хватало, сестренка! Еще как хватало, — ухмыльнулся Лоран. — она не сможет выйти замуж без твоего согласия, а ты можешь дать это согласие на брак только в случае, если жених — я.
— Что?!
Лорена без сил опустилась на узорчатый диван рядом с братцем, вдохнула зеленоватый дым, закашлялась…
— Гадость какая! Что ты куришь?
— Это трава хашеля[7], смешанная с медом и толченым жемчугом. Очень дорогая смесь, кстати говоря. Не хочешь попробовать?
— Нет! Кха! Ты с ума сошел?
— А почему нет, сестренка? Мне давно пора жениться, а монастырская воспитанница станет достойной супругой. На пару-тройку лет. Потом, наверное, она умрет при родах, когда надоест мне, но оставит нам наследника всего состояния. И Домбрийского, и нашего… и я с радостью побуду его опекуном до совершеннолетия… еще лет двадцать.
Лорена подумала пару минут, а потом бросилась братцу на шею.
— Лоран, ты самый умный мужчина на свете!
— Разумеется. А что — кто-то в этом сомневался?
Судьба Марии-Элены Домбрийской была решена.
— Мой принц, вы были великолепны! Никого лучше вас я не встречала, ах, я едва дышу от восторга…
Леди Френсис разливалась соловьем. Найджел поморщился и отвернулся… пожалуй, второй встречи не будет.
Леди старалась, очень старалась, но вот это: «мой принц…»
Знали бы вы, как это раздражает!
Юный принц встретил прекрасную принцессу, они полюбили друг друга, поженились, у них родились дети…
Красивая сказка?
Замечательная!
А как насчет того, что принцу было семнадцать лет, а вот его отцу, королю Аррелю, деду Найджела, хорошо за сорок? И проправил тот еще десять лет с хвостиком!
Считайте!
Дед умер в пятьдесят семь, и умер, кстати, не переставая девок в постель таскать. На одной из них и помер, горячая, видно, стерва оказалась! Отец взошел на престол в двадцать семь! А его сыну, то есть Найджелу, было уже почти десять лет!
Сейчас отцу сорок пять, а Найджелу-то двадцать восемь! И править отец будет еще лет десять, а то и больше! У них род крепкий, порода хорошая, что там! Отец до сих пор мужчина!
Матери уж лет пять как нет, а он в спальню фавориток таскает! И по свидетельству слуг, недовольными дамы не остаются…
И когда сам Найджел взойдет на трон? В сорок? А то и позднее?
А не хочется…
Хочется царствовать и править самому! Возложить на голову древний венец, властвовать в жизни и смерти людей… хочется.
Власть — такая отрава…
Только вот никто ему престол уступать не станет, отец еще крепок…
Принц вздохнул, отпил из поднесенного любовницей кубка, и сгреб в охапку леди Френсис. Хоть так-то забыться…
Он и не заметил, как блеснули опасными искрами зеленые глаза леди Френсис Сорийской.
Принц хотел править…
Найдутся люди, которые оценят это желание. И помогут. Просто в лоб, сразу, такие вещи не говорятся и не делаются, надо постепенно, полегоньку…
И после следующего сеанса утех, леди вздохнет: «ах, каким королем вы могли бы стать, ваше высочество… как несправедлива жизнь». И может быть, принц взглянет на нее с большим интересом?
Кто знает?
Поделиться книгой: