Помоги проекту - поделись книгой:
К посланию прилагалась фотография девушки с автоматом в руках, в берете и под знаменем армии Дефриза – изображением семиголовой кобры. Шах и мат. Отныне Патти Херст не запишет ни одного послания. Она попросту перестанет существовать, ведь теперь она – Таня. Именно такой псевдоним выбрала себе Патти Херст. Эта девушка стала символом и знаменем армии Дефриза. Услышав это послание, Рэндольф Херст заявил журналистам:
15 апреля 1974 года Патти Херст с винтовкой в руках ворвалась в отделение банка. Патти и дочь священника Камилла Холл положили всех, кто в тот момент был в банке на пол, и стали угрожать им оружием. Остальные члены банды в этот момент грабили кассу. По итогу им удалось выручить чуть более десяти тысяч долларов и вновь стать главными героями сводок новостей.
– Патти Херст нельзя винить в этом ограблении. Уверен, что похитители угрожали ей расправой, если она не будет выполнять то, что ей говорят. Она совершенно точно не отдавала отчета в своих действиях и вряд ли делала все это добровольно, – в один голос твердили эксперты. Подобные выступления возмутили Патти.
Вместе с Дефризом они записали новое послание от дочери миллиардера. На этот раз девушка проклинала родителей и с явной злостью в голосе говорила о том, что ее никто не принуждал грабить банк.
Ситуация выходила из-под контроля. Вскоре это стало понятно и Дефризу. У друзей одного из участников банды они взяли машину и направились в Лос-Анджелес. Там они остановились в доме одного из самых бедных черных кварталов города. К ним здесь отнеслись настороженно. Здесь вообще относились настороженно к белым. А тут банда до зубов вооруженных белых беспредельщиков. Есть о чем беспокоиться.
По всей стране распространялись листовки с лицами членов банды Дефриза. В тот момент они по праву считались главными преступниками Америки.
Всем было ясно, что пора остановиться, но как это сделать, если почувствовал приторный вкус вседозволенности? Впервые в жизни люди стали тебя слушать, более того, тебя стали воспринимать всерьез. Дефриз, которому с большим трудом удалось арендовать дом в бедном районе Лос-Анджелеса, объявил, что отныне они залягут на дно на неопределенное время. Они будут проповедовать идеи Симбионистской освободительной армии, но никаких перестрелок и ограблений банка больше не будет. В конце концов, он-то привычен ко всему, а Патти не переживет и дня в тюрьме. Дефриз искренне влюбился в принцессу Херст. О девушке из Беркли ему и мечтать никогда не приходилось, она казалась ему каким-то инопланетным созданием, совершенно непохожим на девушек, с которыми он общался раньше. В их банде была еще одна девушка из Беркли, двадцатисемилетняя Патриция Солистик, но она была совсем другой. Мужеподобная, не выпускающая сигареты изо рта, она придумывала все речи и манифесты для их армии. Она вызывала уважение, но никак не симпатию. Юная и совершенно не приспособленная к жизни Патти – совсем другое дело. Херст была очарована сильным, мужественным и искренне верящим в свои идеалы Дефризом.
К сожалению, остановить членов своей банды Дефриз уже не мог. Им слишком понравилось творить беспредел. Как это водится, самые отчаянные и безумные поступки совершали люди, никогда не имевшие проблем с законом, в частности – супруги Харрис и Патти. Херст хотела доказать возлюбленному, что не хуже всех остальных может палить из ружья, доказать своим родителям, что выросла и имеет право на собственное мнение, доказать… Впрочем, ладно, ей просто понравилось держать винтовку в руках.
Как можно оказаться в Лос-Анджелесе и не заняться серфингом? Это же просто преступление против человечности. Банда уже пару недель безвылазно сидела в этом ветхом доме на 84-й улице и буквально изнывала от скуки. Периодически кто-то из них заговаривал с местными жителями и рассказывал об идеях СОА. Их считали то ли странными, то ли сумасшедшими.
Решив развеяться немного, Патти, Эмили и Уильям Харрис взяли старый фургон, на котором они прикатили в Лос-Анджелес, и отправились в магазин спортивных товаров. Там они хотели купить костюмы для серфинга и еще какую-то ерунду. По большому счету, они просто слонялись по магазинам, а магазин спорттоваров случайно привлек их внимание. Почему бы не ограбить магазин? Бывший пехотинец Уильям Харрис оставил девушек в фургоне и отправился в магазин. Там мужчина начал угрожать пистолетом продавцу и требовать отдать всю выручку за день, а заодно и какие-то товары. Продавец попался не из робкого десятка и одним движением выбил оружие из рук Уильяма. Тут к ним подбежал охранник, и завязалась драка.
Харриса не было слишком долго, и Эмили уже начала нервно выглядывать из фургона, то и дело поглядывая на часы. В этот момент из дверей магазина вывалились Уильям и охранник. Мужчина в форме умудрился достать наручники и застегнуть одно их кольцо на руке Уильяма, как Эмили выпрыгнула из машины и повалила охранника на землю. Начался новый виток драки, который явно должен был закончиться приездом полиции.
В фургоне было полно оставлено оружия, в том числе и винтовка, с которой позировала Патти для той фотосессии. Дефриз уже давно научил девушку пользоваться этим оружием. На всякий случай.
Видя, что охранник побеждает, Патти взяла тяжелую винтовку в руки, открыла дверь фургона и начала палить в воздух. Звук выстрелов оглушил всех. На секунду Эмилии и Уильям замерли, а затем бросились в фургон. Им удалось скрыться с места преступления и отъехать пару кварталов, когда мимо проехала полицейская машина. Каким-то чудом их не заметили.
Нужно было срочно менять автомобиль. Харрисы и Патти остановили фургон и высыпали на дорогу. Они остановили первую же проезжавшую мимо машину и с криком «Твоя машина нужна Симбионистской армии» выкинули водителя на дорогу.
На этой машине они проехали еще немного, а затем вновь повторили трюк. Спустя пару часов они все же добрались до арендованного особняка на краю города. Побитые и задыхающиеся, с оружием наперевес, они ворвались в особняк. Когда Дэниел Дефриз услышал рассказ о том, что произошло, он даже не поверил поначалу. Как Патти могла высунуться из машины и начать пальбу из винтовки? Как вообще до такого можно додуматься?
В новостном выпуске уже рассказывали о происшествии в магазине спортивных товаров, а в городе был объявлен план-перехват. Кто-то из соседей сообщил о том, что в доме напротив поселились какие-то белые. Нужно было срочно убираться отсюда. Дефриз настоял на том, чтобы Харрисы и Патти немедленно уезжали из города, а он вместе с остальными хотел задержаться здесь еще на неделю. Патти не хотела уезжать, но здесь Дефриз был непреклонен. Оставаться Патти в Лос-Анджелесе было слишком опасно.
Эмили, Уильям и Патти уехали уже через час и успели выехать из города до объявления плана-перехвата. В этот момент полиция уже обнаружила брошенный на одной на одной из улиц белый фургон. Его тут же стали проверять по всем базам, и вскоре выяснилось, что несколько дней назад возле дома номер 835 по 84-й улице на него был выписан штраф. Полиция объявила охоту на главных преступников страны.
К дому номер 835 стала съезжаться вся полиция города. Как только за окном показалась первая машина полиции, Дональд понял, что времени у них больше нет. Вместе с друзьями они начали пробираться к черному ходу. Побросав все вещи, оружие и боеприпасы, они все же умудрились скрыться в соседнем доме.
Из окна 833-го дома они наблюдали за тем, как один из полицейских уговаривает их сдаться. Кто-то из соседей сказал, что белые люди с оружием уже давно уехали отсюда, но тут же появился пожилой мужчина, который сказал, что они никуда не уезжали. Даже не собирались.
Полиция начала забрасывать дом гранатами со слезоточивым газом, но никто так и не вышел. Когда полиция все же ворвалась внутрь дома номер 835, там уже давно никого не было. Да и в соседнем доме тоже. Отряд Дональда Дефриза в этот момент уже колесил по улицам Лос-Анджелеса. Из города они больше не могли выехать. Это напоминало беспомощные метания загнанного в клетку зверя. Наконец, в тридцати кварталах от 84-й улицы они увидели объявление о сдачи квартиры в аренду.
Пожилая и не очень трезвая женщина сказала им, что за сотню долларов в неделю квартира в их полном распоряжении. Это устраивало Дональда, и они ударили по рукам. Дефриз вышел на улицу и кивнул друзьям, ждавшим его в фургоне. Эту машину они угнали пару дней назад, и ее тоже нужно было бросить где-нибудь подальше отсюда. Пятеро белых в этом районе и так вызывали массу подозрений, а уж с винтовками и гранатами наперевес они выглядели совсем уж странно. Впрочем, в этом районе не принято было звонить лишний раз в полицию.
– Никто не должен умереть. Среди них может быть Патти Херст, – это указание полиции составляло главную проблему. В одних ток-шоу Патти называли жертвой, в других – глупой влюбленной девочкой, в третьих – преступницей. Так или иначе, но полиция не имела права застрелить дочь Рэдольфа Херста.
Патти Херст, Эмили и Уильям Харрис, у которого на руках все еще болтались наручники, в этот момент были уже далеко за городом. Они остановились в одном из придорожных мотелей в тридцати километрах от Лос-Анджелеса и решили провести здесь несколько дней. Дональд Дефриз был вне зоны их досягаемости, а следовательно, и указаний он дать не мог. Никто попросту не знал, что им делать. Они целыми днями сидели на одном из диванов в кафе при мотеле и с жадностью слушали все новостные выпуски. Патти удалось связаться с Дональдом, и тот как мог начал успокаивать девушку. Сам Дональд уже понимал, что ничем хорошим эта история просто не может закончиться. Он все так же убежденно произносил лозунги Симбионистской армии, и каждое из этих слов, словно молотком, заколачивалось в сознание девушки. У них было не так много времени на телефонный разговор. Неизвестно, когда в следующий раз они увидятся, поэтому она должна была запомнить каждое слово своего возлюбленного. В конце концов, именно благодаря этому человеку она была сейчас жива. Он дал ей вторую жизнь.
Шесть человек осели в доме номер 1466 по 54-й улице Лос-Анджелеса. Это было небольшое здание на несколько квартир. Теперь уже никто из членов армии Дефриза не рисковал лишний раз выйти на улицу. Все новостные выпуски рассказывали о том, как полиция оцепляет все прилегающие к дому 835 по 54-й улице кварталы. Кто-то доложил, что у них был еще один белый фургон, поэтому все силы полиции теперь были направлены на поиски этой машины. Количество полиции на улицах бедных кварталов Лос-Анджелеса поражало и пугало местных жителей.
Прошло уже больше суток, когда кто-то случайно заметил этот фургон на 54-й улице. Полиция запретила передавать эту информацию в СМИ. Сюда начали подтягиваться отряды полиции и ФБР. Нужно было как можно быстрее выяснить, где именно обосновалась банда Дефриза. Это было уже делом техники и времени. Через час они уже знали, что их цель – дом номер 1466. Полиция начала планомерно эвакуировать жителей соседних домов. Проблема заключалась в том, что в доме 1466 могла находиться Патти Херст, а она должна была выжить.
Все началось заново. Полицейский с громкоговорителем, гранаты со слезоточивым газом, снова громкоговоритель…
Наконец, в дверях дома показалось двое кашляющих от слезоточивого газа людей. Это были обычные жители дома. Мужчина, вышедший к полиции, начал чертыхаться и говорить, что никого постороннего в этом доме нет, а вот пара пожилых соседей, которые сейчас, наверное, спят, есть.
Полиция не поверила мужчине и снова продолжила вещать в громкоговоритель. В общей сложности просьбу сдаться произнесли восемнадцать раз, но никакого ответа не последовало. В ответ на новую гранату со слезоточивым газом раздалась автоматная очередь. Они решили умереть, сражаясь. Никто из шестерых человек Симбионистской армии не намерен был предавать свои идеалы. Людям не свойственно погибать за идеи. Такое случается, но все же чаще люди умирают за других людей. В тот день все, кто был в доме, решили сражаться до последнего за Дональда Дефриза. Лидер С.О.А. это понимал.
В этот момент вся полиция города, ФБР и десятки машин журналистов уже были близко он дома номер 1466. Журналисты собирались снять процесс переговоров, кое-кто уже записывал прямой репортаж, когда раздались первые выстрелы.
Началась самая массовая перестрелка в Лос-Анджелесе. Полицейские были вооружены обычными пистолетами, а банда Дефриза – винтовками, стреляющими автоматными очередями. И все же шесть человек не способны были дать отпор сотням полицейских. Перестрелка продолжалась уже полчаса, когда был отдан приказ использовать гранаты.
За пару минут до приказа поступило указание ни при каких обстоятельствах не использовать гранаты. Там могла быть Патти Херст, а перестрелку снимали в прямом эфире. Полиции удалось застрелить одного человека, но они даже не знали, кого именно. Столько выстрелов Лос-Анджелес еще не слышал. Банда решила сражаться до последнего.
Внутри дома номер 1466 творился настоящий ад. От выстрелов вспыхнули занавески. Буквально за минуту пламя перекинулось на ковер. На несколько минут они прекратили стрелять. Дефриз приказал всем включить все краны с водой и заткнуть раковины. Так можно было попытаться остановить пожар.
– Уходим в подвал, – крикнул Дональд Дефриз.
Пока они перебегали в подвал, кому-то из полицейских удалось подстрелить еще одного члена банды. И вот уже весь дом был устлан трупами отчаянных и никому не нужных молодых людей, так и не вышедших из подросткового возраста. Весь дом был объят пламенем пожара. До подвала добрались только трое: бывшая стриптизерша Нэнси Линк Перри, дочь священника Камилла Холл и Дональд Дефриз.
У них оставалось мало патронов. Пожар в доме добрался до боеприпасов, и сейчас их оглушали хлопки взрывающихся патронов. Дональд Дефриз разрешил девушкам попытаться бежать. Сам он решил остаться в доме. В духе лучших традиций боевиков и гангстерских фильмов. Когда девушки полезли по узкому проходу к окну подвала, сзади раздался еще один хлопок. Никто не понял, то ли это выстрел, то ли еще один взорвавшийся патрон.
Чтобы попытаться спастись, девушкам нужно было выбраться из подвала и пробежать несколько десятков метров до соседнего дома. Как только Нэнси выползла на улицу, ее подстрелили. Поняв, что выжить ей не удастся, девушка развернулась и начала палить по полиции. Спустя мгновение Нэнси упала на землю. Следом за ней из подвала выбралась и Камилла Холл. Девушка уже не надеялась спастись и сразу начала стрельбу.
Спустя один час перестрелка закончилась. Никто не выжил. Самая массовая перестрелка в истории города подошла к концу. По самым скромным подсчетам на счету полиции было около пяти тысяч выстрелов, а на счету Симбионистской армии – четыре тысячи. В тот день язвительные скептики, смеющиеся над тем, что в боевиках хорошие герои всегда избегают пуль, были окончательно повержены. Ни одна из четырех тысяч пуль не достигла цели. В той перестрелке ни один полицейский не получил ни одного ранения. Журналистов, впрочем, интересовало только одно: была ли среди них Патти Херст?
Неделю Патти считали умершей. Трупа ее так и не нашли, но ведь пожар в доме уничтожил практически все. Семье Херст уже начали приносить свои соболезнования, а с экранов телевизоров не сходило лицо рыдающей матери Патти.
Патти наблюдала перестрелку в режиме онлайн. Журналисты в тот раз впервые использовали мини-камеры, позволяющие снимать в самой гуще событий. Лицо девушки буквально окаменело от горя. Эмили и Уильям Харрис сидели с точно такими же, лишенными всякой мимики лицами. Никто из них не ожидал увидеть такое. Они все умерли. Все их друзья. Для Патти это означало и смерть возлюбленного. Полицейский в одном из новостных выпусков картинно осматривал помещение и показывал на труп Дональда Дефриза.
– А вот и Ромео, – издевательски говорил полицейский, глядя прямо в камеру.
По заключению полиции Дональд Дефриз покончил с собой, когда понял, что живым он все равно не выйдет из этого дома. Впрочем, всем было плевать на погибшего Дональда Дефриза, всех интересовало одно: где, черт возьми, труп Патти Херст.
На следующий день редакция одной из газет получила кассету. Глухим и безжизненным голосом Патти Херст говорила свое последнее обращение к журналистам.
Патти Херст, Уильям и Эмили Харрис залегли на дно. Они буквально растворились на бескрайних дорогах Америки, паутиной опутывающих гигантские просторы страны.
Они действительно должны были сдержать обещание, продолжить дело СОА. Патти не желала смириться со смертью своего возлюбленного, и это был ее способ борьбы с болью утраты. Пока она продолжает дело СОА, Дональд жив, а это главное. Вместе с Харрисами девушка переезжала из одного города в другой. Периодически они грабили магазины и заправки, но ничего серьезного пока не планировали. Практически сразу после перестрелки они ввалились в дом Кэтлин Солиа, лучшей подруги Анжелы Этвуд, одной из членов СОА. Анжела сгорела в пожаре 17 мая 1974 года. Кэтлин периодически помогала членам банды, но никогда не участвовала в их деятельности, считая желание изменить мир слишком глупым и детским. Сейчас, когда все друзья девушки сгорели заживо по вине полиции, она больше так не считала. С горящими глазами Патти Херст говорила словами Дональда Дефриза. Каждое слово буквально возрождало ее возлюбленного из пепла и гипнотизировало окружающих. Вместе они обсуждали жестокое правительство и корпоративных монстров, к числу которых относился и Рэндольф Херст. Кэтлин Солиа, ее молодой человек Джеймс Килгор, брат Кетлин Стивен Солиа и влюбленный в сестру Солиа Жозефину Майкл Бортин присоединились к С.О.А. и составили костяк возрожденной банды. Вскоре к ним присоединилась Венди Йошимура, еще одна яростная активистка.
Пословнявшись по бескрайним просторам Америки, Эмили и Уильям Харрисы, а также Патти Херст нашли, наконец, то, что так давно искали, – заброшенную ферму где-то в Пенсильвании. Это место вполне могло стать новой военной базой, которая возродит силы банды. Венди, Кэтлин, Джеймс, Стивен, Майкл, Эмили, Уильям и Патти ежедневно тренировались на этой базе. Одним нужно было восстановить свою форму, других – натренировать.
Спустя какое-то время им надоела эта самопроизвольная база военной подготовки, и они покинули ее, желая только одного – отомстить за смерти своих друзей в мае 1974 года. Они отправились в Сан-Франциско и начали прорабатывать план нового ограбления банка. План сработал. Даже дважды. Им удалось ограбить два банка. Патти, как и всегда, была за рулем, а остальные врывались в здания банка. В первый раз все обошлось без жертв, а вот во второй Эмили Харрис случайно подстрелила Мирну Опсала. Банде тогда удалось скрыться. Уже из новостей они узнали о том, что мать четверых детей Мирна Опсала скончалась в больнице, так и не придя в сознание.
Теперь уже общество отвернулось от банды С.О.А. окончательно. Их больше не считали народными героями, они были обычными преступниками. Новой, более драматичной версией банды Бонни и Клайда. До тех пор, пока СМИ были на их стороне, они чувствовали свою избранность и неприкосновенность. Смерть Опсала изменила все и всех. Казалось, что к ним, наконец, вернулся трезвый взгляд на мир и понимание того, что грабить банки нехорошо, как минимум противозаконно.
Они вновь залегли на дно. Чтобы оставаться в форме, они каждый день выходили на пробежку. Все также они обсуждали свои планы и ругали правительство. Также верили в то, что способны изменить мир. Нужно просто подождать, пока шумиха в прессе снова уляжется…
Через несколько месяцев после ограбления банка в Сан-Франциско агент ФБР догнал Патти Херст на пробежке. Мужчина попросту скрутил ее. Девушка даже не успела ничего понять, как на нее уже одели наручники. Эмили и Уильям Харрисов точно так же арестовали во время пробежки, но даже это не охладило пыл пламенных революционеров. Патти вела себя вызывающе. Она до сих пор не понимала, что сейчас ей грозит пара пожизненных сроков, раздавала интервью и хамила судьям.
Все изменилось в тот момент, когда она увидела родителей. На экране телевизора отец Патти Херст давал интервью журналистам одного из каналов.
Семья Патти внесла залог в миллион долларов лишь за то, чтобы на время следствия девочка оказалась дома. Девушка больше не салютовала сжатым кулаком, не провоцировала публику, да и вообще не говорила о политике. Она вообще больше ни с кем не хотела разговаривать и больше никогда не упоминала о Симбионистской освободительной армии. Рэндольф Херст приставил к дочери охранника – Бернарда Шоу. Тот должен был по пятам следовать за Патти, куда бы та ни пошла. Тихая и потерянная девушка больше не сопротивлялась воле отца и со спокойным равнодушием принимала необходимость существования телохранителя. Бернарду стало жаль несчастную девушку. Они стали подолгу разговаривать и обсуждать предстоящий судебный процесс.
Лучшие адвокаты страны изо всех сил старались доказать, что Патти была не вменяема и не отвечала за свои поступки.
Пару лет кряду. Прокурор, судья и даже президент были на стороне девушки, но вот народ был против. Убийства, ограбления банков, участие в экстремистской деятельности, угоны машин… И за все это девушку нужно оправдать? Присяжные уже на следующий день вынесли единогласный обвинительный приговор. Семь лет ей предстояло провести за решеткой. Девушка была готова к такому повороту. Спустя год президент Джимми Картер вынес решение о сокращении срока заключения девушки, а спустя пару месяцев девушку освободили из-под стражи. На свободу вышла тихая, примерная дочь медиамагната Рэндольфа Херста, студентка второго курса факультета искусств. Ее встречали родители и все тот же телохранитель – Бернард Шоу. Спустя еще пару месяцев Бернард и Патти поженились и прожили вместе до самой смерти Бернарда в 2013 году. Патти активно участвовала в благотворительности, сыграла несколько не самых заметных ролей в кино, написала несколько книг. На все вопросы журналистов о временах своей молодости женщина отвечала всегда одинаково:
– Это… это была совсем другая Патти.
Заключение Тимоти Лири
Для того чтобы сформировать собственную реальность, по мнению Лири, мозг использует схемы четырех уровней. Первые из них – младенческие, направлены на обеспечение выживания, распознавание сигналов опасности. Схемы второго уровня можно условно назвать схемами ребенка. Они обеспечивают эмоции, движения, осознание своего эго. Третий уровень – ученический – обеспечивает создание логических и семантических связей, это интеллектуальный уровень. Четвертый уровень, самый сложный, обеспечивает социальные и сексуальные связи. Феномен Патти Херст ученый объясняет тем, что девушке планомерно создали новую реальность. Первым пунктом перерождения был шок, связанный с похищением, а затем – изоляция. Сенсорная депривация, направленная на то, чтобы полностью дезориентировать человека, лишить его какой бы то ни было связи с внешним миром, лишить его реальности и осознания себя, – это необходимо для обеспечения перепрограммирования.
Достаточно нескольких дней изоляции, для того чтобы представление о нашей реальности начало разрушаться. Человек – существо социальное, и большинство контактов с внешним миром ему необходимо лишь для того, чтобы подтвердить факт своего существования в этой реальности, убедиться в том, что он сам существует, что мир вокруг него остался прежним. Для мозга необходимы такие контакты, чтобы убедиться в том, что все хорошо и нет никакой необходимости посылать сигналы тревоги.
Когда мы возвращаемся из отпуска, нам жизненно необходимо поговорить с максимальным количеством людей из списка наших контактов, и дело здесь вовсе не в том, чтобы похвастаться поездкой (хотя это тоже бывает весьма приятно), основной смысл наших действий – убедиться, что за время отсутствия наш мир не разрушился, все по-прежнему.
Проведенные исследования по полной сенсорной депривации показали, что человек, лишенный одного или нескольких органов чувств более чем на сутки, становится фатально внушаемым. Происходит импринтинг. Первый, кого человек видит, становится для него непререкаемым авторитетом, родителем, источником жизни. В этот момент человеку можно говорить все, что угодно, он поверит. Впоследствии должно будет пройти немало времени, чтобы человек переосмыслил сказанное в тот момент.
Первым, кто открыл дверь шкафа, был Дональд Дефриз. Он защитил девушку, позаботился о ней, обработал царапины, накормил и создал вокруг подобие покоя. Для полного перерождения требовалось теперь немного – создать новую реальность.
Человеку жизненно необходимо причислять себя к какому-либо сообществу. Ради этого состояния единства можно пойти на все. Реальность Патти была окончательно разрушена, а вместо нее появилась квартира, наполненная приверженцами новой для нее идеологии. Эта квартира стала отдельным островом спокойствия, счастья и единства. Патти больше не была дочерью Рэндольфа Херста, студенткой второго курса факультета искусств, теперь она была счастливой новорожденной, новобранцем армии Дефриза.
Вряд ли Дональд Дефриз действовал согласно подобным прописанным схемам, вряд ли он о них знал. Решив похитить Патти Херст, он действовал по наиболее простому и логичному сценарию. Багажник автомобиля, плен в шкафу, жалость к израненной девушке, пропаганда своей идеологии. Любовь.
Так или иначе, история Патти Херст – это печальная и отчаянная история бунта и любви, в которой у Патти не выпало шанса разочароваться. Дефриз погиб раньше, чем их страсть превратилась бы в какие-то осознанные отношения. Была ли виновна Патти Херст в совершенных ею преступлениях, или это было следствие Стокгольмского синдрома? Любое чувство можно разложить на фобии, комплексы и этапы программирования. Все мы ежедневно влияем друг на друга, заражаем идеями и пробуждаем эмоции. Любой преступник действует под воздействием вороха чувств, эмоций и импринтов, но ведь он осознает, что совершает преступление, нарушает установленные обществом законы и правила. Любой человек способен однажды примерить на себя роль жертвы, но не ко всем она подойдет. Дональд Дефриз неосознанно сделал выбор наиболее подходящего человека из числа тех, кто ему был нужен. Детей богатых и успешных людей в Беркли было предостаточно, но выбор пал на Патти. Робкая, неуверенная в себе, вечно желающая заслужить похвалу старших, – она идеально подходила на роль заложницы. Дремлющее в ней желание бунта получило возможность реализоваться благодаря возникшим обстоятельствам. Стокгольмский синдром – коммуникативный феномен, возникший под влиянием внешних обстоятельств, стал лишь катализатором для отношений Дональда Дефриза и Патти Херст. Смерть Дональда во время пожара 1974 года освободила девушку от оков этого синдрома, больше не нужно было симпатизировать преступнику, чтобы выжить. Нужно было либо вернуться в старый мир, лишивший ее возлюбленного, либо учиться жить в новой реальности, и, похоже, ей слишком понравилась эта реальность…
3096 дней плена, случай Наташи Кампуш
23 августа 2006 года в дверь пожилой жительницы Штрасхофа (пригород Вены) Инги Т. стали отчаянно стучать. Насторожившись, женщина выглянула в окно. На улице стояла худая, изможденная девушка полубезумного вида. На ней был одет неприметный сарафан из светлой льняной ткани, а волосы скрывала косынка. Те ужас и отчаяние, с которыми она колотила в дверь, наводили на мысли о том, что она психически больна. Инга Т., все так же подглядывая в окно, набрала номер полиции и сообщила о происшествии.
Девушка выглядела такой несчастной, что женщина все же открыла дверь, но постаралась оттеснить ее от входа. Мало ли что…
– Меня зовут Наташа Кампуш, и я жива, – тут же начала то ли молить, то ли кричать она. Голос ее срывался на хрип.
Инга Т. весьма резко оборвала ее и попросила подождать в саду. Слово «полиция» немного успокоило девушку, но она все равно продолжала нервно озираться по сторонам, будто боялась, что за ней гонятся.
Приехавшие на вызов полицейские также поначалу решили, что перед ними обычная городская сумасшедшая. Девушку попросили сесть в машину и все подробно объяснить.
Поделиться книгой: