Помоги проекту - поделись книгой:
– Издеваетесь? Что ещё ужаснее могло бы произойти? – подняв лёгкую пенку своих томных ресниц, всё ещё била каблучком инфузория туфелька.
– Мы никогда не познакомились бы, – блеснуло в моей голове.
– Никогда – это женское слово.
– А какое мужское?
– Всегда.
– Скучаете? – заполнил я возникшую паузу глаголом.
– Немного. В прошлом году то же самое было, – чарующая чертовщинка бриллиантового взгляда сверкнула из-под век. В этом блеске не было никакого внутреннего напряжения, так как дело было не в материале, а в идеальной поверхности граней. Раньше я не мог предположить, что глаза могут быть так многогранны. Тонкая изящная статуэтка среди побрякушек была отлита из бронзы.
– И я немного, может, поцелуемся? – дёрнуло меня беспечностью за язык.
– А если бы сказала, что скучаю сильно?
– Ломать чужие чувства, я бы не осмелился, да и пустое, – снова он уставился на сцену, я опыт, я же понимаю, что с такими ждёт динамо.
– Почему? – внезапно дрогнули её худые плечи.
– Ну вы представьте, в сердце у неё любимый сидит и смотрит, как я бесцеремонно целую его женщину.
– Вы действительно так благородны или прикидываетесь? – вдруг превратились две драгоценные чёрные жемчужины в два дверных глазка, которые начали изучать меня.
– Это вы прикидываетесь, так как я вам безразличен.
– Ну, допустим вы правы, что дальше?
– Девушка, вы прекрасны, давайте жить вместе?
– Вам тесно не будет?
– Нет, квартира моя просторна, в ней много света, к тому же находится в центре.
– Ничего, что я замужем?
– Вам это даже идёт.
– Спасибо, я передам моему ревнивому мужу, – сделала она вид, что ищет его номер телефона.
– Я имел в виду ложь. От вашей красоты не убудет, поверьте, если мы проживём счастливо вместе пятнадцать минут в одном уютном кафе. Я же вижу, что вам здесь уже надоело.
– Как вы можете это видеть?
– Вы постоянно поглядываете на телефон. Ждёте звонка?
– Нет, не жду. Поэтому и смотрю.
– Вам не надоело здесь? Может, прогуляемся по набережной?
Она промолчала и двинулась вперёд.
Приняв это за согласие, я догнал её и спросил:
– Вы на кого учитесь?
– На переводчика, на отделении испанского языка.
– Долго ещё?
– Мне девятнадцать, если вы об этом.
В этом месте Марина сделала паузу и большой глоток воздуха, будто ей надо было закусить это место чем-то, хотя бы кислородом. Она посмотрела на Тому, и та заметила некоторое смятение на её лице. Тома шмыгнула носом и заправила прядь волос за ухо, будто намекая, что слушает всё ещё внимательно. Марина продолжила читать вслух.
В этом месте Марина остановилась.
– Сплошные шарады. Но интересно. У них такая манера общения, занятная, – ответила на немой маринин вопрос Тома. – Я, правда, не поняла, она у моря или где?
– Разве это важно?
– Для таких безумцев важна каждая деталь.
Марина с опаской посмотрела на Тому, потом на её шарик. Мимо их купе прошла проводница, она несла кому-то чай. С открытой дверью было спокойнее. Марина всё время прерывала книгу, собственные мысли не давали ей покоя. Она никак не могла поверить, что люди способны так общаться, словно они жили в каком-то другом измерении, без дома, быта, тесных отношений. Не то что им некогда было трепать друг другу нервы, просто делали они это настолько изящно, что это стало больше похоже на прелюдию перед утомительной возвышающей битвой любви, нежели на выяснение отношений. Макраме их лёгкого общения постоянно заставляло находить какие-то новые оригинальные узелки для выражения собственных радостей и тревог. Сначала книга её раздражала тем, что было далека от её реальной жизни, тем самым засасывая всё глубже и глубже в свою праздную игру слов. Увлекая в диалог двух культур, двух противоречий, двух полостей чувств.
Поделиться книгой: