Гавран (СИ)

Вымотался я. Больше чем от смены на разделке. И ринк в кружке закончился...

– А если говорить о каждом конкретном разумном... Когда мы уйдём... в Пустоту, ни состояние счета, ни количество покрытых самок, ни размеры поместья не будут иметь никакого значения. Только то, насколько разжёг ты ту искру разумности, что есть внутри тебя, насколько в течении жизни развил тот кусочек, что отличает тебя от животного – только это и будет важно. Твари – к тварям, как говорится, разумные – к разумным. Мироздание настолько рационально устроено и давно существует, что обмануть его законы могут надеяться только действительно простые животные, пусть даже и мнящие себя людьми.

Гостья моя молчала, задумавшись о своём. У меня внутри было тихо и пусто, – как всегда после попытки объяснить, передать кому-то нечто... такое, "своё", что важно для тебя и идёт от души. И что объяснить невозможно. Откуда-то из глубины ехидно вынырнула одинокая мысль. Пришлось озвучить.

– Извини, Марра, подумалось сейчас, что на вопрос-то твой я так и не ответил. Много говорил – и ничего не сказал из того, что было нужно. Наверное, я просто не знаю ответа. Извини... Разве что добавить, что эти особи, как животные, – или головой болеющие разумные, – остановиться не могут и меры не знают. Пока может и хочет – будет рвать, жрать, хапать, тащить под себя. И окружающих унижать и убивать, потому что это для него власть, а значит самоутверждение и удовольствие. И просто удовольствий искать бесконечно – потому что этот центр в мозгу у него главный... Наверняка все это в вашем советнике было уже – а вы или не заметили, или значения не придали. За что и поплатились жестоко. Только так, наверное, могу сказать.

Она подняла голову, взгляд из отвлечённого снова стал полностью осмысленным. Сфокусировавшись на моем лице, она неожиданно возразила:

– Нет, наоборот. Ты очень помог мне. Я услышала даже больше, чем могла надеяться.

И помолчав буквально пару секунд, ещё более неожиданно спросила:

– Влад, ты видящий?

Оценив мой абсолютно непонимающий вид, она с досадливым выражением тряхнула головой и поправилась:

– Это у нас так говорят, не подумала. Ты псион?

Не думаю, что понимания на моей физиономии добавилось. Удивила.

– Нет, я не псион. Судя по данным тестирования на карточке, от слова совсем. Ну, то есть совсем не псион, – поправился я, заметив мелькнувшее в глазах собеседницы непонимание.

Во как удивила она меня, я даже опять забыл, что с идиомами и оборотами разными осторожнее надо. Но зато и расшевелила. И уже не пытаясь представить, чего она там опять себе кивает, о чем думает, я встал и направился к шкафу с припасами: ринка уже напился "выше крыши", соку какого-нибудь хочу. Пусть даже консервированного. И галету солёную, есть у меня подобные.

– Влад, прими у нас с братом клятву, возьми в свой Род!..

Нет, ну что за отвратительная привычка бросать в спину вот такие вещи! Опять в спину!.. Я даже перед шкафом только чисто машинально успел затормозить, пока пытался осмыслить, чего это она мне сейчас выдала. А когда осознал полностью – испытал непреодолимое желание послать эту... гостью далеко и надолго. Вот прямо сей момент. И проследить, чтобы двигалась энергично и без остановки. Потому что – вот нахрен мне такие заявочки не нужны!

***

Меня энергично грузили целый час, не меньше!.. Потому что я её не послал, конечно. Хотя очень хотелось. Даже воздуха в грудь попервоначалу набрал побольше, чтобы выдать маршрут не прерываясь. Но в результате... просто спокойно и аргументированно пояснил, что ни им, ни мне это совсем не нужно. Очень аргументированно. И спокойно, чёрт бы её побрал!..

Но это помесь росомахи и пиявки вцепилась в меня неотдираемой хваткой и на любой мой аргумент находила, зараза, вполне разумные возражения. Рушила, бестия, все мои логические построения. Плохо, что она оказывается умная. Только и остаётся, что действительно просто послать.

– Нет, Влад Гавран, ты не прав. Когда говоришь, что своё мнение о тебе я основываю на ничем не подкреплённых словах. Вроде: ты послушала мои отвлечённые рассуждения и решила... Нет, всё не так.

Я уже давно не хочу сока. Я хочу водки!.. И прогнать из моего бокса эту наглую девку. А чего ж не гоню? Надо будет потом об этом подумать... Понравилась что ли... Но водки всё равно хочу.

– Я снова перечислю тебе все мои, как ты сказал, резоны, Влад. Не по важности – они все важны. Да, я наверняка что-то упущу. А что на уровне ощущений и просто уверенности – про это вообще не расскажешь. Но всё равно, слушай.

О, Великая Пустота, опять. Ещё раз. Наверное, я всё-таки этого не выдержу. Шмякну её сейчас по башке, как Максим Максимыч беднягу Холтоффа, выкину в коридор – и двери в ангар изнутри заварю Шишигой... Жаль, искин этой пытки не видит, – личное жилое помещение, свободная от просмотра зона, – а то бы точно меня оправдал. Точно, надо "протокол" включить... Надеюсь, на астероиды меня не пошлют, за самооборону засчитают...

– ... Ты замечательно настучал Тоту по голове. Так замечательно, что он только сегодня из медкапсулы выходит. Медцентр у нас не из дорогих, сам знаешь, а разобрал ты брата на компоненты качественно. И нет, ты не прав. Абсолютно. Никакой честный или нечестный бой, никакой поединок один на один тут не важен и не нужен. Вы оба были в рамках одного и того же же боя. Одних правил. Сейчас он в медгеле, ты напротив меня. Вот и всё.

– И да, для него это важно. И он точно понимает это так же, как я. И заслуженно теперь признает твоё старшинство. А на равном поединке – пусть вон твой конструкционный дроид с ним бьётся. У них с братцем как раз и силы, и ума поровну. Пусть бодаются. И нет, ты не прав – я его к тебе не посылала. Этот болван, как с Трагара улетели, вообще только дурью занимается. А последнее время, после того как этот клятый Варг Харрат, провалиться ему в бездну уроду, задёргал его своими тупыми якобы поучениями – вообще думать перестал. Наконец-то он исчез со станции... Тоту вообще полезно в меде полежать, может голова заработает.

"Оттаяв" от недавней неподвижности, лицо её теперь приобрело вполне выразительную мимику. Нет, всё равно скромную, но достаточно яркую и понятную. Те же брови вполне однозначно подчёркивали выражение глаз, например. Которые Марра, кстати, совсем не прятала сейчас, но напротив – старалась постоянно держать меня "глаза в глаза". Очевидно, чтобы подчеркнуть искренность и значимость собственных слов.

– Ты качественно превосходишь большинство здешних. Да, и нас с братом тоже. Нет, просто так это не бывает: мы копаемся в мусоре в общем цехе, – с самого первого дня, уже полгода, – а ты так же с первого дня работаешь на особой разборке в персональном ангаре. Успешно работаешь, насколько я знаю. И нет, дело не только в цифрах интеллектуального развития. Хотя они тоже важны. Дело в разумном... в целом, какой он есть. Ты самодостаточен, ты даже теперь уже многое можешь, чего не могут другие. И ты лидер, готовый глава рода, не спорь.

– И тебе обязательно нужны рядом те, кто готов в любую минуту выступить на твоей стороне. Помочь и поддержать. И хотя я не могу стать матерью рода, но я хорошая милара. Это говорили все наставницы. И пусть у меня нет опыта, но я молодая и быстро учусь...

Этот непрекращающийся поток слов, высказываний, замечаний почти физически затягивал и лишал желания возражать. Плюс сопровождался, – что удивляло, всё-таки до этого валькирия была намного сдержанней, – непрерывной жестикуляцией. В этаком итальянском стиле. Причём казалось, что её руки живут собственной жизнью. Изящные ладошки складывались домиком, руки разлетались крыльями птицы, чтобы тут же сойтись в таран копья, потом тонкие пальцы перебирали на ёжике причёски несуществующие пряди волос над ушами, а через мгновение резкое движение отчёркивало перед грудью горизонт, как будто отметая любые возражения. Этот танец рук откровенно притягивал взгляд. И что-то неуловимо напоминал. Что – я понял, когда Марра внезапно, как будто озябнув, охватила на мгновение себя за плечи. Я почему-то представил наброшенный на эти плечи цветастый платок... И разозлился.

Цыганку она мне напомнила вокзальную. Которая забалтывает очередного лоха перед тем, как обуть его на все сто десять процентов. Забивает ему все каналы восприятия, чтобы продавить своё. Категорически не терплю это в массе своей подловатое, вороватое и бесчестное племя. Хотя, справедливости ради: на срочке ещё, если вспомнить давнее, из полудюжины всего нашего призыва, что попала кучей в одну часть, нормальными пацанами оказались в итоге двое, чечен Дима, – сам просил так звать, а вообще Дауд, – и цыган Васька. Остальные проявили себя чмошниками разной степени подловатости и гниловатости, хоть и были по факту земляками. Но – исключения, как говорится, редки и только подтверждают правило. И вот тут эта... стервочка. Обрабатывает меня, понимаешь.

После злости стало смешно. А ведь я, выходит, и вправду лох. Раз не понял сразу. И купился. И поддался немного даже. Случайно ведь, на ассоциации, выкупил засранку. Вот паршивка, в род она хочет! А я пентюх...

Вылезшая у меня неожиданная широкая улыбка заставила цыганку эту доморощенную на время удивлённо заткнуться и снова внешне превратиться в валькирию. И – не знаю, какими путями ходят у меня в мозгах ассоциации... Жуткими какими-то. Но я почему-то ещё представил эту "белокурую бестию" в виденном недавно в глобонете, в рекламном ролике, боевом скафе. Дико гламурная и тупая картинка там была: лысая красотка в жутко навороченной и страшной чёрной броне, с огромной пушкой... Но со свёрнутым шлемом, естественно, и в пафосных позах. А заменив то лицо – этим, а лысину – платиново-белым ёжиком... В общем, одновременно с осознанием того, что мною просто бессовестно манипулируют с помощью какой-то вполне определённой техники или умения – я ещё и вспомнил, узнал Маррино лицо. Которое с самого начала не давало мне покоя своей похожестью на кого-то мне уже известного.

В двух кварталах от моего дома, если ехать в сторону центра по проспекту, стоял... В смысле – в прошедшем времени потому, что для меня он сейчас в таковом; так-то он и в данный момент стоит, наверное... в другой Вселенной. Ладно, неважно. В общем, там неподалёку расположился вполне себе современный кинотеатр-мультиплекс. Нет, я туда не ходил. Но в радиусе километра рекламные доски и афиши просто пестрели. А на самом проспекте, по которому я на работу и ездил, рядышком в обоих направлениях стояли огромные биллборды, на которых рекламы-афиши регулярно и своевременно менялись. И вот сравнительно недавно, – не помню, или в прошлом году, или уже в этом, – висела там пару недель суровая такая девица в футуристической техноброне с некоей неопознаваемой хренью на плече. Гордый взор, несгибаемый вид... Я даже заинтересовался в конце концов и скачал фильм, посмотрел. Узнал, что броня на самом деле экзоскелет, а хреновина на плече – идиотический заточенный железный дрын, типа двуручного меча. Бедный обкуренный режиссёр... Но не про него разговор. Про актрису-героиню.

Эмили Блант. Эмили Блант, блин! А я ведь ещё пару каких-то фильмов с ней видел: про рыбалку дурацкую, про мексиканских наркоторговцев... И даже помню, вроде бы, что она актриса британская. Или нет? Да неважно. Вот чьё лицо у Марры! Ну в смысле, на кого она похожа. Если не один в один, то с минимальным гримом, как говорится. Н-да, мог бы и раньше опознать. Вот ещё и поэтому, наверное, из-за этой похожести, из-за связи подсознательной с прошлой жизнью, такие непонятные чувства она у меня вызывает. Но этот нлп-выверт с попыткой манипуляции – это конечно чересчур.

Очень естественно переведя улыбку в кривую ухмылку, паузу в разговоре теперь прервал уже для разнообразия я. Кстати, не такой уж и длинной она получилась. Быстро на самом деле воспоминания проскользнули.

– У тебя ведь, Марра, тоже по стандартам Содружества пси-способностей нет?

– Нет, – уже не с таким уверенным видом, как ещё минуту назад, слегка помотала она отрицательно головой. Надо же, всё как у нас, не по-болгарски...

– Тогда попробуй мне в несколько предложений объяснить про милар вообще и про себя в частности. Повторю: коротко, пожалуйста.

Тэк, тэк, тэк... Ага, ага. Суровые условия жизни, общественный строй, уклад, традиции. Местные особенности, короче. И ещё какая-то неявная хрень. Потому что маленьких девочек, – совсем маленьких, кстати, – которых некий совет матерей отбирает "на милар", не только поят всё время обучения какими-то настоями и составами, но и возят раз в год в некий "скрытый храм". Где оставляют в каменном мешке на сутки. Просто отбыть время определённое. Не просто так, думаю. Пустые традиции в таком обществе, полагаю, за столетия отпали бы. Сами же милары – своего рода предохранительный клапан и инструмент. С учётом того, что девочек рождается на Трагаре в полтора-два раза больше почему-то. Вот так вот.

В клановых семьях есть жена. Она рожает. И занимается в основном только детьми. Её цель, задача и обязанность – сохранить и вырастить их. Помогает содержать дом милара. Своеобразная компаньонка, если можно так сказать. В богатой семье может быть и пара милар. И плюс слуги. Милара, кстати, не служанка. Ещё она... хм, помогает также и хозяину дома. Назовём это так. "Сбросить пар" и получить удовольствие. Чтобы жену не трогал, не мешал и не отвлекал от главной задачи. Тем более что основная масса женщин, – те, которые "матери", – не особо-то и нуждаются в сексе. Многие почти фригидны, грубо говоря. Это вообще одна из основных функций милар – доставлять мужчинам удовольствие. Профессионально и без риска залететь. И прочих подобных рисков.

Подозреваю, что некоторые наивные олбанцы думают, что это и есть единственная их задача. Ну-ну... Глупые жрицы, – ну или не жрицы там, матери какие-то, – просто так секс-профессионалок десять-пятнадцать лет воспитывают. Девочки спят с мужиками, также ласкают их жён по необходимости, воспитывают детей... И ничего не видят-не слышат, ничего не передают наставницам, ничего в головы "подопечным" не вкладывают. Гениально. Если учесть, что в курс обучения и боёвка входит, – чтобы в поход с воинами могли пойти, – и психология, и медицина... И ещё два десятка дисциплин. Да с раннего детства. Монстры, что сказать. При этом матери-наставницы подстрахованы изначально пониженным социальным статусом подчинённых-подопечных: они и негласно в глазах общества ниже рангом, чем жены-матери, и официально никаких "материнских" должностей занять не могут. Что сказать ещё? Снимаю шляпу. При том, что вообще-то у них не матриархат, основные должности за мужчинами. Просто получается – "большой брат видит и слышит тебя всегда". Точнее, большая сестра.

Некоторых девочек готовят на милар не "семейных", а "свободных", так сказать. Думаю, что самых способных. К оперативной работе способных, так сказать. Они как раз общаются с молодыми и просто неженатыми, с гостями клана, ходят в походы с войском, с караванами к соседям... В общем, обслуживают кого надо. На кого укажут наставницы ненавязчиво. И отработают, и обработают. И прикопают если надо, уверен. Нет, это не со слов Марры. Это из логики вещей однозначно вытанцовывается. И да, Марра как раз на "свободную" училась. Почти закончила обучение, кстати, собиралась в следующий местный праздник "официально представляться" в клановом доме. Так у них принято. Было принято, так теперь уже правильнее сказать.

В общем, собеседница моя, если пользоваться терминологией заклятых друзей англосаксов – полевой агент весьма высокой квалификации. Боевик, аналитик, психолог – всего понемногу. И качественная медовая ловушка при необходимости. Роскошно. Меня пытался развести оперативник-практикант. Уничтоженной уже спецслужбы. Возможно уничтоженной. Или скажем так: агент, возможно не имеющий начальства. Хотя... По дурному всё. И сама она, хоть и умеет явно что-то, и сама хороша и красива, – ну, на мой земной вкус, – слишком уж бестолково всё делает. И многое рассказывает, о чем помолчать стоило бы. "Как делать" – знает; а планировать, что делать и зачем – ещё не научилась. Такое впечатление. Ну, или этой нарочитостью и неуклюжестью меня и покупают... А я просто горе-аналитик.

***

Закончился наш разговор после всего этого достаточно быстро. Собеседница после рассказа про милар выглядела достаточно потерянно, даже мимику не "заморозила"... В общем, симпатичная молодая женщина с немного экзотичной внешностью. Слегка растерянная и печальная.

– Знаешь, Марра, – её взор чудным образом потерял свою "льдистость", и теперь я уже без всякого напряга ловил и держал её прозрачно-серые глаза, – дело даже не в том, что я не терплю, когда меня пытаются склонить к чему-то против моей воли. Хотя этого, надо сказать, никто не любит. Кстати – я удивлён, что ты вообще в данном конкретном случае пыталась манипулировать мною с помощью какой-то техники. Не лучшим образом характеризует твои умственные способности, знаешь ли...

– Я не хотела! Не собиралась... Но... Это получилось как-то само, непроизвольно. Нас так учили...

Она запнулась, скривила вниз уголки губ... Показалось даже, что в уголках глаз слегка блеснуло. Но нет, справилась. Следующие её слова прозвучали уже почти твёрдым голосом.

– Я приношу свои искренние и глубокие извинения, Влад Гавран. Клянусь, что сделала это не из злого умысла, а только по собственной глупости и под влиянием эмоций. Прости меня Влад, я дура!..

Всё-таки не выдержав, она на мгновение закрыла ладошкой рот, зажмурилась и явственно всхлипнула. Правда через пару мгновений, зло помотав головой, взяла себя в руки, вцепилась в подлокотники кресла, выпрямила спину и снова прямо посмотрела мне в глаза. Ай, молодца! Значит слушать и слышать может.

– Если тебе от этого будет легче Марра, могу сказать, что эту твою попытку я именно так и расценил на самом деле. Ты научилась пользоваться некими инструментами – но ещё не научилась понимать, когда, где и чем можно и нужно пользоваться, а когда не стоит. Это в итоге больше рассмешило меня, чем разозлило. Честно. Поэтому не расстраивайся: я отказываюсь от твоего предложения насчёт рода и всего остального – но вовсе не потому, что ты так... хм, сорвалась, скажем так. За это я тебя прощаю, если тебе нужно моё прямое подтверждение.

– А почему, можешь сказать? – это она спросила очень тихо.

– Почему? – повторив за ней вопрос, я действительно ненадолго задумался.

Почему-почему... А почему бы и нет, как там Боярский пел? Pourquoi бы не pas? Камер и датчиков большого искина в боксе нет – тайна личной жизни, низзя подглядывать. Пока я законопослушен, он и СБ не даст таковые сюда впендюрить. А сама Марра... Опустим причины. Просто когда-то с кем-то надо быть немного искренним, иначе жить скучно и тяжело.

– Потому, Марра, что все самые поганые, тяжёлые и неприятные ситуации в моей жизни складывались и случались именно тогда, когда я вольно или невольно брал за кого-то ответственность, принимал в близкий круг, позволял кому-то стать не просто очередным знакомым. И это случалось не раз, не два, и не три раза. И било это не только по мне, но и по этим людям. Не буду анализировать и объяснять сейчас, почему так. Просто – не хочу, устал, надоело.

Девочка слушала внимательно, смотрела пристально. И слегка удивлённо. Слушай, красавица. Это не тайна. Просто информация для тебя.

– Здесь и сейчас я хочу максимально быстро и эффективно получить максимум знаний, умений, навыков. Взять для себя – максимум полезного. Это для меня сейчас и цель, и способ существования. Для этого я и прилетел в Содружество. Я просто не хочу, не могу, не имею возможности – ни брать на себя ответственность с этим твоим предложением, ни отвлекаться на это, ни распылять силы и время ещё и на решение связанных с этим вопросов и проблем. Мне это не нужно. Хотя да, ты мне очень симпатична. Да и брат твой небезнадёжен на самом деле. По сравнению с коренными гражданами Содружества, так сказать. Но пока мы просто знакомые, слава пустоте – и я могу спокойно без особых эмоций сказать тебе "нет". И говорю. Потому что повторю: мне это не нужно сейчас. Прости.

Марра совсем успокоилась, слушая меня. И даже почти вернула привычную маску холодной невозмутимости. Только вот поглядывала опять... странновато. С чего бы это? Чего там опять эта стажер-агент себе "наанализировала", прости меня Великая Пустота за такое слово?

– Влад, я поняла тебя.

Голос её звучал тихо и размеренно, но... выразительно так. Подозрительно выразительно, если можно так сказать. Стрёмная, кстати, рифма какая-то получилась...

– Тебя не за что просить прощения, всё правильно. Ясные цели, понятные условия и ограничения. Всё верно. Но... Понимаешь, перед тем как прийти сюда, я узнала о тебе всё, что смогла, – всю открытую информацию, включая возраст, – и о планете, откуда ты прилетел. И сейчас я... Могу я спросить?

Ещё одна умная на мою голову, шеф Броро номер два. Хотя я ведь и сказал ей именно то, что хотел. И именно для того, чтобы она подумала. О чем? Да хрен её знает, чего там она надумает. Главное, чтобы просто думала, это полезно, хех. Правда, будет лучше, если делать она это постарается исключительно про себя.

– Нет, Марра, не можешь. Вернее, спросить ты можешь. Что угодно. Но ответов не получишь. Сейчас точно. Нет, здесь нет камер. И разговор не записывается и не идёт искину или СБ. Просто это не та информация, которую я хотел бы озвучивать. Вообще. Поэтому и в дальнейшем – скорее всего ответов на большинство подобных вопросов не будет.

Что-то хоть головку ты и опустила, валькирия снежная, как будто в жесте согласия, но глазки у тебя как-то подозрительно опять засверкали заинтересованными льдинками. И выражение лица показательно-безразличное – как у кошки, что краем глаза мышку засекла и теперь просто демонстративно мимо идёт, якобы не замечая. Ну-ну... Пусть лучше так, чем ушла бы ты после разговора вся в раздрае, расстроенная и потерянная. А теперь – есть тебе о чем подумать, что попланировать, какие варианты посчитать. Нам же, вчерашним диким, надо друг друга поддерживать, друг о друге заботиться, хе-хе. Вот я о тебе и позаботился. А может и о себе в будущем, посмотрим.

– А сейчас, Марра, пора мне поработать немного, хоть несколько часов. Поэтому давай, до свидания. – И сам чуть не заржал от перла, который случайно выдал. – В смысле, увидимся ещё наверняка. Номера контактов прямые теперь есть. Айрат брата ты забрала. Он, надеюсь, после меда на время успокоится. Через недельку, как запланируется у тебя выходной, кинь мне сообщение – встретимся, если получится, посидим где-нибудь, пообщаемся. Устраивает такой вариант?

– Устраивает. – И через безразличную маску слегка мелькнула приподнятыми уголками рта улыбка. – До встречи, Влад Гавран.

– До встречи, Марра Хан. И не унывай: в конце концов ничего, говорят, не случается без цели, просто так.

Я не выдержал и откровенно заулыбался. Собеседница покосившись на меня – тоже явственно фыркнула.

А уже у самой калитки, куда я её проводил, вдруг остановилась, развернулась ко мне, сцепила ручки своим фирменным жестом и снова церемонно поклонилась в том же стиле, что и несколько часов назад при входе в ангар. А потом широко улыбнулась и на ясном глазу выдала:

– Я рада, что мой дурной брат пришёл к тебе в ангар. И угодил в результате в медкапсулу. А я пришла к тебе сегодня за его айратом.

И ловко извернувшись, выскользнула в открытую дверь. Да-а, красавица, а тебе тоже здесь не особо весело. Они тут, в Содружестве, нас дикими называют, – а на деле мы к нормальным, кажется, намного ближе, чем "стандартные" потомственные граждане.

Что же касается моего спича "о целях и ограничениях", который я Марре выдал... Нет, всё правда, конечно. И надеюсь, именно та, которая позволит ей понять и более-менее безболезненно принять мой отказ от её сумасбродного предложения. Чего врать себе самому – понравилась мне умная и смелая валькирия-красавица. Но правда эта, с моей точки зрения, далеко не вся. Не это главное, не желание сосредоточиться на обучении. Три месяца я вон просидел в ангаре – совсем не занимаясь всё свободное время учёбой. Нет, много нового узнал, но без всяких гонок. И ничего, не переживаю абсолютно, не тороплюсь. Предпочитаю пока просто вживаться в новый мир.

И то, что новых проблем ворох свалится обязательно, стоит только принять на себя обязательства, принять ответственность за кого-то – тоже не критично. Та же жизнь научила, что всё преодолимо, всё решаемо. И даже без особого надрыва и геройства, если не дёргаться, а просто планомерно добиваться намеченного. Кстати, разрешение этих новых проблем и новые возможности обычно открывает...

Неозвученная же причина однозначного и категоричного отказа моего состоит в том, что я просто – не верю. Не верю ни одному человеку, – ну пусть будет "разумному" на здешний манер, – до такой степени, чтобы ещё раз добровольно стать от него зависимым. Уязвимым для измены, удара, предательства. Слишком много этого было. И всегда кончалось, с небольшими вариациями, одинаково. Да, мне комфортно с моей бригадой дроидов или станционным искином. Именно потому, что подлость или личная выгода для них невозможны по определению. И да, я не хочу и не собираюсь, – на настоящий момент, по крайней мере, – связывать себя даже общением излишним с тварями, называющими себя разумными. И мне плевать на то, что сказал бы мой психоаналитик или психиатр, если бы они у меня были. Потому как я точно знаю, что перефразируя одного кинематографического доктора – продают и предают все. Разная цена, разные мотивы, моральные оправдания и высокие цели... И так далее и тому подобное... Но – все.

Там, в прошлой жизни, было именно так. На сто процентов. И пока я не вижу, чтобы здесь что-то отличалось кардинально. По крайней мере разумные, навскидку, такие же. Потому: интрижка, лёгкая связь с той же валькирией – запросто. Никаких обязательств, никаких искушений, сплошное удовольствие. Но подпустить ту же Марру ближе – значит получить неиллюзорный шанс получить удар в спину в самый неподходящий момент. И необходимость, если выживу, бить в ответ. А меня такая перспектива не прельщает. Не хочу я её бить, симпатична она мне. Потому пусть лучше всё будет так, как есть – легко и без обязательств. Однако сказать прямо: я не верю никому, и тебе я тоже не верю, ты уж прости... Зачем обижать девочку с её максимализмом ещё и некой верой пока в идеалы. Пусть лучше примет озвученное объяснение и успокоится немного.

А я сейчас и правда пойду немного поковыряю этот кусок лома, что стоит на разделочном пятаке. Соскучился по своей гоп-бригаде нечисти болотной. И по размеренной спокойной работе.

Глава 9. Люблю запах напалма по утрам... (с)

Следующий день, слава всем предтечам и древним, прошёл скучно. То есть я штатно разделывал кусок какого-то то ли крейсера, то ли линкора, строил цепочки команд моим умным бесам, выковыривал способные обогатить меня лично мелкие ништяки... В общем, радовался жизни. Настолько радовался, что проработал с перерывом на обед, – тут же, в боксе, – с утра и до того момента, когда пора уже стало отбиваться. В смысле – до команды "отбой", то есть "спать пора". Замечательно день прошёл, в общем. Умиротворённо помылся, выпил упаковку пива с неким подобием бутерброда и спокойно уснул.

Справедливость русской поговорки про кота и масленицу я в очередной раз прочувствовал, когда с таким же почти элегическим настроением принял на следующее утро в ангар очередной слегка покорёженный кусок бигшипа. Который второй день снабжал меня секциями на разделку. Предыдущую я вчера раскидал очень быстро, плюс обогатила она меня слегка трофеями. Так что, – как только стих двухминутный вой предварительной продувки и с шелестом включилась обычная вытяжная вентиляция, – отправил "змеек" Жути на стандартный осмотр я не просто привычно, но с неким предвкушением даже: что интересного сегодня мне этот овеществлённый кусочек истории принесёт. Как в воду, бл**ь, смотрел! О чем, правда, в ту секунду ещё не догадывался – чего и сколько "принесёт" он, этот "кусочек". В ту секунду я – опять засмотрелся на завораживающую меня картину: вот одна механическая змейка, фантастически извернувшись, проскользнула куда-то внутрь через невидимое отсюда отверстие, вот вторая, рассыпавшись на серые песчинки, втянулась в какую-то технологическую дырку, вот...

– Внимание, тревога!!! – загремел голос искина в ангаре на фоне прерывистой квакающей сирены и алого стробоскопа аварийной системы по периметру. – Внимание, тревога!!! Гражданскому персоналу переместиться в зону безопасности!..

Не подпрыгнул на месте и не сел на задницу я только потому, что был напрочь ошарашен почти полной потерей способности видеть – и пытался сейчас понять, как её вернуть: мой имп, выкинув аналогичные окошки-алерты за мгновение до громкого оповещения, забил пылающими надписями большую часть поля зрения, сделав меня почти слепым и беспомощным. До настройки интерфейса аварийных сообщений я в своё время не добрался... Теперь доберусь. Теперь понял. Сдохнуть по собственной лени обидно.

А в ангаре гремело:

– Боевой – красный! Заражение – синий! Боевая тревога – красный протокол! Угроза заражения – синий протокол...

Смахнув наконец оповещения и проморгавшись, я глянул на рабочую площадку, укрытую теперь цилиндром слегка светящегося силового поля. Внутри мерцающей пелены с искрами микроразрядов красиво и угрожающе сгорали танцующие пылинки. Моя железная бригада, взятая под прямое управление искином, ощетинилась страшно всеми доступными инструментами и выстроилась в затейливый боевой порядок, отсекая направление от меня на эту сияющую опасную хрень, возникшую вокруг недавно доставленной секции. Ещё раз тряхнув башкой, я осмыслил последние указания искина – и послушно рванул в подсвеченный зелёным контуром угол, где из потолка уже выпала пара турелей системы локальной обороны, нацелив направляющие на ещё минуту назад безобидный кусок лома. Джунникс плохого не посоветует. И наверняка знает, что делает.

Долго рефлексировать и соображать в условно-безопасном углу, чего теперь предпринять, мне не пришлось. Тридцать четыре секунды с момента первого объявления искина – я потом отмотал и смотрел запись. Через тридцать четыре секунды от ворот по всему ангару прошла лёгкая дрожь, – это со стороны коридора был аварийно пристыкован бронешлюз, – а ещё через секунду дверь калитки отлетела в сторону как картонная, и в проем на с трудом уловимой глазом скорости начали влетать и сразу рассредотачиваться в тактический порядок боевые дроиды. После того, как эти монстры замерли, – пара, кстати, окаменела возле моих архаровцев, прикрыв дополнительно мою тушку, – в бокс скользнули уже живые представители местной ГБР в тяжёлых скафандрах и заняли позиции в тылу железного воинства, образовав второй круг обороны. Видок у ощетинившихся оружием бойцов, кстати, был не менее впечатляющий, чем у их неживых питомцев. Встретишь, блин, разумного в такой боевой броне в коридоре – полчаса потом вздрагивать будешь. У меня в поле зрения высветилось категорическое указание находиться на месте и никуда не лезть. "Замри и не дыши", мля! Да и не собирался, если честно. Один хрен, ничо не понял до сих пор.

После того как своё место у самой калитки заняла последняя пара бойцов, – "погонщики" дроидов, как я полагаю, – от моей Жути отпочковалась ещё пара разведчиков и метнулась к рабочей площадке. Силовое поле на мгновение мигнуло, пропуская их, и уже через секунду змейки моментально ввинтились в злополучную секцию. Ещё пара минут прошла в неустойчивой тишине. Потом алые проблески аварийного оповещения пропали и "глас с небес" объявил:

– Боевой – жёлтый! Заражение – синий! Боевая тревога – жёлтый протокол. Угроза заражения – синий протокол.

Видимыми следствиями данного заявления стало то, что по рядам живых бойцов прошло лёгкое шевеление, – как-то немного... расслабленней стали позы, – а в калитку влетела и направилась ко мне медплатформа. Я же, соответственно, получил на имплант не подлежащее обжалованию указание занять место в эвакобоксе и безусловно выполнять все требования медицинского персонала. Н-да, веселуха, блин. Сходил за хлебушком. В смысле, поработал.

Платформа разложила пузырь полевой капсулы, в который я послушно улёгся, укрыла меня герметичной крышкой и шустренько рванула в медсекцию. Где меня, даже не вытаскивая из "упаковки", – прямо в комбинезоне и с рабочими браслетами-расширителями, – переместили уже в стационарный агрегат и предсказуемо "выключили". Через несколько секунд моего личного времени, – или час с небольшим объективного, как чуть погодя выяснилось, – вместе с картинкой открывающейся крышки вернулось сознание. А молодой медик с отрешённым до полного пофигизма выражением лица обрадовал пояснением, что никакого заражения не выявлено, личинки ксеносов из меня, разрывая родимую плоть, не полезут. Зато по указанию руководства, – в качестве то ли компенсации за нервотрёпку, то ли поощрения за образцово-показательную эвакуацию, – мне бесплатно сделали попутно общую чистку организма третьей категории.

Несмотря на некоторый раздрай в мозгах, оба известия меня весьма обрадовали. Насчёт заражения я почему-то и так не особо переживал, но всё равно приятно, так сказать, убедиться. А чистка третьей категории... Это была, во-первых, минимально допустимая подготовка, после которой уже можно было сразу ставить хорошую нейросеть с продвинутым медблоком – и иметь высокие шансы его быстрого развёртывания и правильной работы. Так что месяц-два идеальных с этой точки зрения условий у меня теперь есть. А во-вторых, стоимость данной процедуры начиналась от тридцати-тридцати пяти тысяч. Заканчиваясь при этом, иногда, и на семидесяти, и на восьмидесяти, – в зависимости от общего состояния организма и времени, прошедшего от предыдущей процедуры. Да, уже смотрел в сети, узнавал на всякий случай. Вторая категория чистки, кстати, ровно на порядок дороже, первая же вообще фиксированной цены не имеет. Так что сэкономил я нечаянно – весьма нехило. Прям хоть беги в банк, занимай необходимый остаток суммы – и срочно ставь приличную сетку. Благо больше сотни китов в общей сложности, – почти сто двадцать, – у меня набралось на корпоративном личном счету, а "нижний средний класс" нейросетей начинается примерно от ста пятидесяти.

С другой стороны, – я устроился поудобнее на сиденье в транспортной кабинке-лифте, – на приличные импланты уже не выкроить. Да и не определился я ещё с ними от слова "совсем". И кредит надо будет выплачивать. Но! Но – пусть не очень быстро и эффективно без импов-расширителей, однако я уже смогу начать изучать учебные базы. А это есть на сегодняшний день если не самая главная, то одна из основных моих целей. Выплачивать же кредит при сохранении нынешнего положения, места работы и уровня доходов – особого труда не составит. Тем более Имперский Банк – не "Русский Штандарт" или "Финикофф" из прошлой жизни: в кабалу загонять не пытается и с процентами не беспредельничает. Н-да, надо будет хорошенько подумать вечерком... Кстати, а что там у меня с работой вообще и боксом в частности?