Замок из кошмаров

— Весело, — прокомментировал Андрик. — И сколько это длилось?

— Несколько лет. Меня прятали наши люди в городе. Жила в каких-то закрытых домах, под присмотром. Не из-за наказания, а потому что началась охота. Говорю же, пришла новая религия, требующая свои права на мир, на свои довольно многочисленные кровавые жертвы. Понятно, кто этими жертвами должен был стать.

— Да уж, — нахмурился Андрик. — Кажется, мне понятно твое нынешнее не очень доброе отношение к этим, как ты говоришь, светлым.

— Они-то оставались за рекой, — зло напомнила Елена. — А люди умирали. За них. Меня бы ждала та же участь, но, как это обычно бывает, нашелся герой-спаситель, утащивший меня прямо с эшафота.

— Попала ты, — сочувственно решил Андрик после некоторых раздумий. — А сама не пробовала туда возвращаться?

— Возвращалась, конечно, — пожала Елена плечами. — Сначала как на родину, как в потерянный рай, потом… Там ведь все по-прежнему. Зеленые луга, чистая река, те же рощи и леса. И без светлых. И без их высоких слепых идей. И вот это особенно противно.

— А он? — Все же мужчины удивительно странные существа. Андрик не имел к ней никаких личных претензий, но некая чисто мужская ревность в его голосе все же прозвучала.

— Не знаю, — сухо ответила Елена. — Он жив. И наверное, остался таким же героем и воином. Но далеко не факт, что светлым. По крайней мере, мне очень хочется в это верить.

— Тогда пошли все к черту, — предложил он, очередной раз разливая вино. — И пусть. А ты погуляешь, искупаешься… Ох! — он внезапно широко, по-мальчишески усмехнулся. — Вот ведь фишка. Наша усадьба стоит на том месте, где был бы замок темных.

— Символично, — иронично заметила Елена, салютуя ему стаканчиком. — Вообще, в этом что-то есть. Извини, что напугала. Просто я этого совсем не ожидала. Вот так вот сесть в джип и скататься на места боевой славы. Единственное, о чем жалею, не будет у меня времени погулять и искупаться. Придется твоего серийного призрачного помещичка ловить.

— Да брось, — успокоил ее Андрик. — После маскарада и погуляешь.

— Что? — насторожилась Елена.

— Я же тебе говорил, мы решили отметить год работы, — начал объяснять Андрик. — Вот и будет маскарад.

— Когда? — совсем расстроилась Елена. — Хотя… Не говори, сама догадаюсь. Как раз через три дня, да?

— Да, — подтвердил Андрик. — Да не хмурься ты! Я уже ничего отменить не мог! Приглашения разосланы. А там вся местная, то есть областная, элита. Даже вроде кто-то из правительства должен прибыть.

— А ничего, что этого члена правительства могут у тебя на маскараде и прирезать? — осведомилась она.

— А ты на что? — самодовольно улыбаясь, спросил Андрик.

Елена поняла, что ругаться и спорить бесполезно. Андрик свою проблему для себя уже решил. Привез ее — и считает, что позаботился о безопасности.

— Меня, конечно, умиляет твоя вера в мои способности, — как можно спокойнее заметила Елена. — Но одна я со всем этим не справлюсь.

— Да не бойся. — Он был совершенно непробиваем. — Вызову Олежека или там еще кого. Вся охрана в твоем распоряжении. И сам помогу. Что, в первый раз, что ли?

Да, это было уже не первое их совместное дело. Упырей, правда, Елена сначала ловила в его угодьях в полном одиночестве. От начальника тамошней службы безопасности Олежека толку было что с козла молока. Хорошо, местный участковый оказался правильно политически подкованным товарищем. Хоть и принес потом немало проблем. Но конечную точку в том совсем-совсем неприятном деле помог ей поставить именно Андрик. Примчался в самый решающий момент, как белый рыцарь на белом коне, и спас ее из рук упыря.

Да и после этого случая ей с Андриком приходилось сотрудничать два или три раза. Как ни странно, всегда удачно. Хотя приключения у них получались еще те. Да и чего решать? Выбора у нее все равно не было.

— Ты это… — решил предложить Андрик. — Поспи в машине. Пока доедем. Я тут по дороге еще на базе продуктами затарюсь, договорюсь, чтоб завтра фургон со жратвой на маскарад пригнали. А ты спи. Мало ли, как там в усадьбе дело повернется…

— Забыться, умереть, уснуть и видеть сны… — процитировала Елена угрюмо нетленную классику. — В моей ситуации это лучшее, что можно сделать.

Андрик усмехнулся.

Поехали они не сразу. Повалялись еще на траве, подышали воздухом. Допили вино, проболтали ни о чем. Было душно и знойно. А в машину Андрик отнес Елену на руках, уже спящую.

Дорога ложилась под колеса, в магнитоле тихо гудел джаз. Елена не просыпалась. Андрик тихо улыбался, поглядывая на нее краем глаза. Она не проснулась даже тогда, когда на базе он загружал багажник провиантом.

По его здравом размышлении будить ее на подъездах к городу не следовало. Пусть уж лучше просто окажется на месте, без лишних эмоций. Ему самому несколько раз приходилось попадать в места, которые казались смутно знакомыми. Это нервировало. Даже пугало. Заставляло напрягаться. Сейчас ему важен результат ее поисков. И совсем не нужны ее лишние расстройства. Елена, конечно, справится со своими воспоминаниями, но… В принципе он очень хорошо к ней относился. Он не желал ей лишних проблем. Тем более там, куда сам ее пригласил.

Машина быстро переехала небольшой мостик. Под колесами тихо зашуршал песок. Андрик объехал основное здание усадьбы, огороженное высоким чугунным забором с литыми завитушками. Шлагбаум при въезде на территорию послушно поднялся при приближении хозяина. Он заглушил мотор и только тут понял, что кругом него все не так, как должно было быть!

Во дворе царил полный кавардак. Рядом с задним входом в усадьбу торчала неизвестная черная машина, больше всего похожая на легендарный гэбэшный «воронок». Несколько его ребят из охраны почему-то валялись тут же, явно избитые.

Андрик чертыхнулся и полез за пистолетом, по старой привычке прикрепленным на боку в полицейской кобуре. Дверь джипа приоткрылась с его стороны и со стороны по-прежнему крепко спящей Елены.

Он выругался в лицо Алеку. И уже спокойнее добавил:

— Только не орать! Разбудите. Сам ее на руках понесешь или он? — Взгляд, полностью лишенный дружелюбия, предназначался Владу, который с самым суровым видом осматривал спящую Елену.

Алек был недоволен. И это было очень неприятное недовольство. Тупое и непонятное. Он сам не знал, что именно в нем это недовольство вызывает. Ничего особенного не происходило. Елена нашлась живая и здоровая. Сейчас никакая опасность ей не грозила, как и кому-либо другому. Алек просто осматривал окрестности в компании двоих охранников этой замечательной усадьбы.

Кругом было светло, тепло и красиво. Хорошо отреставрированный усадебный дом, где сохранился дух загородного дворянского гнезда, патриархальная российская культура, дух старины. Кругом — вычищенная, прямо-таки вылизанная территория, клумбы, цветочки-садочки. А за чугунной кованой оградой — благословенная русская природа в летнем расцвете. И вот по этому расцвету и водили его охранники. И в этом самом природном расцвете крылось его недовольство.

Дело было в том, что Алек все это знал! Видел раньше. При том, что ни разу до этого дня здесь не бывал. Но ориентировался здесь не хуже любого местного. Знал, что если обойти центральное здание, пройти через парк, потом немного лесом — будет озеро. Небольшое. Овальное. За ним перешеек. А там — озеро побольше. Точнее, громаднейшее. Вода в нем сливается с горизонтом. И леса. Долгие, труднопроходимые леса. По всему левому краю. Бесконечные благословенные леса. Леса его восхищали. Казались ему родными и, как говорится, милыми сердцу. А еще он точно знал каждую тропку в этих лесах. Вот закрыть глаза, и хоть карту рисуй! Но как? Откуда?

А этот монастырь… Алек видел его только издали, но монастырь вызывал какие-то нехорошие ощущения. Будто ходить туда не надо, ничего хорошего там не увидишь. Дурное место. Как и сама усадьба. Алек, выйдя за ее пределы, тут же почувствовал это неприятное смутное недовольство. В общем, с пребыванием здесь у него были связаны некоторые душевные проблемы. А тут еще эти убийства. И эти его сны…

Он наконец-то отделался от своих провожатых. Поблагодарил. Раздал указания, послал. Очень хотелось просто сесть и ни о чем не думать. Алек побрел в парк.

Однажды Елена вывела его почти насильно на прогулку по скверу в родном городе. Золотая осень, шум листьев под ногами, ослепительно синее небо — все это пошло на пользу. Природотерапия тогда помогла. Алек благоразумно рассудил, что сейчас такой метод лечения тоже должен подойти.

Парк был шикарным. За ним очень хорошо ухаживали. Тенистые ровные аллеи, ненавязчивые клумбы, выглядевшие как естественное творение природы, лавочки, всевозможные каменные сады новорусского типа, даже урны. Тишь, гладь, божья благодать!

Посреди паркового комплекса красовался выкопанный пруд. Столетний дуб причудливо склонялся могучей веткой к самой воде. Рядом ландшафтные дизайнеры установили одну из альпийских горок — цветущий сиреневыми малюсенькими цветками мох обнимал серый камень, у самой кромки воды — три стройные крупные ромашки. В двух шагах от этого дизайнерского чуда стояла художница. Алек видел ее только со спины. Вроде молодая. Стройная фигурка, весьма, кстати, приличная. Джинсы, футболочка, вязаная ажурная кофточка, какие вызывали неизменную зависть у его дорогой подруги. Волосы незнакомки были убраны в какой-то замысловатый тюрбан, сделанный из обычного шелкового шарфика. Стильно. Сбоку Алек увидел, что на даме очки. Большего он не рассмотрел. Да и резко неинтересно стало. Теперь его внимание было направлено исключительно на картину, выставленную на мольберт…

Черный камень стен, пустые бойницы, щербатая лестница, по чьим ступеням давно не ходил человек… Серая дымка тумана, наползающая на холст под уверенными движениями кисти. Неуместная здесь зеленая ветка куста, давно погасший факел прикреплен к стене…

Алек резко выдохнул: он и не заметил, что затаил дыхание, закашлялся. Художница вздрогнула и обернулась. Тонкое личико, немного бледная, будто прозрачная кожа. Очки в аккуратной тонкой оправе с затемненными стеклами скрывали глаза.

— Простите, — пробормотал Алек немного неуклюже. Он совершенно не умел знакомиться с женщинами. Вообще, он был разговорчивым, веселым парнем, без ярко выраженных комплексов… Пока ему не случалось вот так вот один на один остаться с незнакомой девушкой.

— Ничего, — она улыбнулась, официально вежливо. Как продавщица в магазине. — Сама виновата. Замечталась.

— Я вижу. — Алек, чуть хмурясь, указал на мольберт: — Странные у вас мечты. Главное, не могу понять, откуда такие ассоциации?.. Извините.

Видимо, в нем проснулся полицейский. Собственный тон и манера задавать неуместные вопросы Алеку и самому не понравились.

Художница опять улыбнулась, принимая его извинения.

— А здесь нет таких ассоциаций. — Она легко пожала плечами. — Просто здесь тихо и никто не мешает рисовать.

У Алека возникло желание извиниться в третий раз.

— Ой! Прошу прощения. — Девушка его опередила. — Это не значит, что вы мне мешаете. Просто… Что-то у меня не получается.

— Да вроде ничего, достоверно, — опять взглянув на мольберт, выдал Алек.

Девушка посмотрела на него немного странно. Он не видел ее глаз. Но понимал, что чем-то ее удивил. Чем, он понять не пытался, считая себя в этот момент слегка невменяемым.

— Недостоверно, — вдруг живо возразила художница, будто приняв для себя какое-то решение. — Понимаете, так бывает. Вроде бы хорошо себе представляешь, как это должно выглядеть. Но… Что-то будто мешает. Он все время получается…

Она неопределенно взмахнула рукой, не найдя нужного слова.

— Ненастоящий, — подсказал Алек. Он ее прекрасно понимал. Ему не удавалось описать этот замок даже на словах. Все время преследовало ощущение, будто что-то упускаешь, не находишь правильных определений.

— Именно! — подтвердила художница. — Это место, которое я пытаюсь нарисовать, оно как навязчивая идея. И все время что-то неверно.

— А знаете, — Алек вдруг оживился, — вы это… Ну… По частям его рисуйте. Эскизами. То башню отдельно. То кусок стены с факелом. То подъездной мост с щербатыми краями. То стену, где сбоку резные бойницы. Одну крупнее, где куст пророс, где камень выбит, то ряд окон… Как их?.. Стрельчатых! Опять одно крупно. Где виден старый холст и паутина… Ой! Извините.

Она опять смотрела на него как-то странно.

— Наверное, я идиот, — сознался Алек, очередной раз осознав свою невменяемость. — Мне это сегодня уже говорили.

— Женщина? — усмехаясь, уточнила художница.

— Да, — немного удивился Алек.

— Жена?

— Упаси боже! — Увидеть Юльку в такой роли? Да такое только в кошмарах могло ему присниться! — Подруга Елены.

— Жены?

— Да нет же! — Он чувствовал себя на грани отчаянья. — Я вообще не женат!

Это «вообще» прозвучало так, что можно было подумать, будто в жизни Алека женщин нет и никогда не было.

— Простите за любопытство. — Художница улыбалась так, что он понял, раскаянья и близко нет. — Кто же такая эта ваша Елена?

— Подруга.

— Ага! Значит, вы тут отдыхаете с подругой и ее подругой?

— Они обе мои коллеги. — Алек был рад, что наконец-то нашел подходящую формулировку.

— Так у вас тут корпоративный отдых?

— Нет, к сожалению, работа, — прозвучало это очень внушительно, но Алек тут же пожалел, что сказал лишнее. — Нас пригласил Андрей… Сергеевич. Помочь. Маскарад скоро.

— Да, я в курсе, — художница кивнула. — Так у вас фирма, занимающаяся обслуживанием?

— Вроде того, — в принципе он не соврал. Магические услуги — тоже вариант услуг населению. — А вы кем работаете? Вы художница?

— Хотелось бы, но нет, — ответила девушка с легким сожалением. — Я работаю в семейном бизнесе. Держим сеть магазинов. В Москве, Питере, по регионам. Даже здесь.

— Вы это все возглавляете? — с долей искреннего удивления и уважения уточнил Алек.

— Нет, что вы! — Она рассмеялась, явно польщенная его словами. — Я заведую магазином в столице.

— В Москве?

— Нет, в местной. В областном центре.

— А, в губернской столице, — понял Алек и порадовался. Оказывается, они из одного города.

— Как у вас это странно звучит, — заметила девушка. — Губернская столица… Как-то так… Исторически.

— Это на меня местная атмосфера действует, — нашелся Алек. Он сам не понимал, чего это его потянуло так изъясняться. — А как ваш магазин называется?

— «Подаркофф».

Алек чуть не ляпнул, что это совсем рядом с их конторой, но вовремя остановился.

— Слышал о таком, — осторожно сказал он, стараясь голосом передать все свое уважение. — А рисуете только для себя?

— Нет, — она чуть пожала плечами. — Выставляю иногда у себя в магазине.

— И это? — Алек с легким испугом указал на недорисованный замок.

— Вряд ли. — Голос ее прозвучал как-то грустно. — Это мое. И… видите же, не идет.

— Ага… — Алек решил, что пора уходить. Девушка его нервировала самим фактом своего существования, как и ее картина. Слишком много совпадений. — Я это… приятно было познакомиться. Не буду мешать…

Она как-то странно улыбнулась.

— До свидания.

Алек поспешил прочь. Надо было срочно посоветоваться.

Влад обнаружился в огромной кухне коттеджа Андрика, он сосредоточенно разделывал огромный шматок мяса, кромсая его на маленькие кусочки. Делом он занимался очень сосредоточенно, что выглядело несколько пугающе.

— Это… — немного смущенно начал Алек. — Не помешаю?

— Нет, — оценивающе поглядев на приятеля, сообщил Влад.

— А… хорошо. — Алек устроился на высоком табурете у стойки.

— Есть хочешь? — вопрос прозвучал зловеще.