Глостер
Государь, простите, Мне стало - дурно; сжалось болью сердце; В глазах темнеет... Не могу читать. Король Генрих
Вы, дядя Уинчестер, читайте дальше. Кардинал (читает). "...Далее, герцогства Анжу и графство Мен будут очищены от войск и переданы королю, отцу ее, а она будет доставлена за собственный счет короля Английского, без всякого приданого".
Король Генрих
Согласны мы. - Маркиз, склони колени. Отныне герцог Сеффолк будешь ты. Тебе вручаем меч. - Кузен наш Йорк, Вас от регентства мы освобождаем На срок, что упомянут в договоре. Благодарим вас, Уинчестер, наш дядя, Вас, Глостер, Бекингем, Йорк, Сомерсет, Солсбери, Уорик, Всех вас благодарим за то, что вы Достойно встретили мою супругу. Идемте ж. Приготовьте поскорей. Что надо для ее коронования. Король Генрих, королева Маргарита и Сеффолк уходят.
Глостер
О пэры славные, страны опора! Вам Хемфри Глостер скорбь свою откроет... Нет, вашу скорбь, скорбь всей родной страны. Не расточал ли брат мой. Генрих юность, Отвагу, деньги и людей на войны? Не спал ли он порой в открытом поле В суровый холод и в палящий зной, Чтоб Францию стяжать, свое наследие? Не напрягал ли разум брат мой Бедфорд, Чтоб завоеванное сохранить? Вы так же, Сомерсет, отважный Йорк, Солсбери, Бекингем и грозный Уорик, Не проливали ль кровь из ран глубоких Во Франции и на полях нормандских? И разве дядя Бофорт и я сам С учеными в совете королевства, Трудясь, не заседали день и ночь, Не обсуждали в неустанном рвении, Как удержать французов в подчинении? И не был ли в младенчестве король На зло врагам в Париже коронован? Иль слава и старания даром сгинут? Честь Генриха и Бедфорда усердие, Деяния ваши, труд совета - сгинут? О пэры Англии! Союз позорный, Брак роковой - разрушит вашу славу, Предаст забвенью ваши имена, Изгладит вашей доблести следы, Завоеваний памятники свергнет, Исчезнет все, как если б не бывало. Кардинал
Племянник, что за пламенная речь, Пространная и пышная рацея? Мы Францию удержим за собой. Глостер
Да, дядя, мы удержим, если сможем! Но это невозможно нам теперь. Сеффолк, наш новоиспеченный герцог, Что вертит всем, Анжу и Мен уж отдал; Они в руках Рене, чей гордый титул Так плохо вяжется с мошною тощей. Солсбери
Клянусь я тем, кто ради нас был распят, Те герцогства - к Нормандии ключи. Но что ж ты плачешь, Уорик, храбрый сын мой? Уорик
От горя, что они невозвратимы. Когда б надеялся я вновь стяжать их, Глаза мои не проливали б слез, Но меч мой проливал бы реки крови. Завоевала их моя рука; И города, что приобрел я кровью, Возвращены французам с мирной речью! Mort Dieu! {Клянусь смертью господа. (Франц.)} Йорк
Пусть задохнется этот герцог Сеффолк, Страны героев помрачивший славу! Скорей бы дал врагам я вырвать сердце, Чем согласился б на такой союз. Все короли английские, читал я, За женами обычно получали И золото и новые владения, А наш король свои владения отдал За брак, который выгод не принес. Глостер
Забавное, неслыханное дело! Пятнадцатую долю просит Сеффолк За все расходы по ее доставке! Да лучше уж пускай бы оставалась Во Франции принцесса голодать, Чем к нам... Кардинал
Лорд Глостер, вы чрезмерно горячитесь. Угодно это было государю. Глостер
Лорд Уинчестер, я знаю ваши мысли. Не речь моя теперь вам не по вкусу, Присутствие мое смущает вас. Наружу рвется гнев. - Прелат надменный, Твою вражду я вижу. Коль останусь, Мы старый спор возобновим. Прощайте! Но вспомните, когда меня не станет, Милорды, предсказание мое: Мы скоро Францию навек утратим. (Уходит.)
Кардинал
Вот в ярости ушел протектор наш. Известно, лорды, вам, что он мне враг; Нет, более того, он враг всем вам; И королю, боюсь, он друг плохой. Обдумайте: он ближе всех по крови И вправе унаследовать корону. Хотя б король наш Генрих этим браком Приобретал империи владения И западных могучих королевств, Ваш Глостер был бы все же недоволен. Не дайте же себя околдовать Речами лести; будьте осторожны И мудры. Хотя его и любит чернь, Зовет: "Наш добрый Хемфри, герцог Глостер!" И рукоплещет, громко восклицая: "Храни его высочество, господь! Дай бог тебе здоровья, добрый герцог!" Все ж я боюсь, что он при доброй славе Окажется протектором опасным. Бекингем
Зачем теперь протектор государю? Он взрослым стал и может править сам. Брат Сомерсет, соединись со мною, И, к Сеффолку примкнув, мы вместе с ним Проворно выбьем Хемфри из седла. Кардинал
Не терпит проволочки это дело; Я к Сеффолку отправлюсь поскорей. (Уходит.)
Сомерсет
Брат Бекингем, хотя гордыня Хемфри И сан его высокий нам обидны, Все ж надо наблюдать за кардиналом. Своею дерзостью несносней он, Чем все другие пэры в королевстве. С падением Хемфри будет он протектор. Бекингем
(Сомерсету)
Протектором быть мне или тебе На зло и Глостеру и кардиналу. Бекингем и Сомерсет уходят.
Солсбери
Пошло вслед за гордыней - честолюбие. Меж тем, как о себе они радеют, Нам надо порадеть о государстве. Я не видал, чтоб Хемфри, герцог Глостер, Когда-нибудь ронял свой сан высокий; Но видел я, что кардинал надменный Скорее на солдата походил, Чем на священника; был горд и резок, Как будто он хозяин всем; ругался Порой, как грубиян, и вел себя Отнюдь не как правитель государства. Уорик, мой сын, отрада лет преклонных, Твои дела, воздержанность, правдивость К тебе расположили весь народ. Ты после Глостера любимец общий. Брат Йорк, твои в Ирландии деяния, Где ты гражданский водворил порядок, И в сердце Франции твои победы, Когда ты был регентом в этом крае, Внушили всем почет к тебе и страх. Для блага родины объединимся, Чтоб укротить гордыню кардинала И Сеффолка, а также честолюбие Кузенов Сомерсета с Бекингемом. Поддерживать во всем мы будем Хемфри, Затем что он стремится к благу края. Уорик
Пускай поможет Уорику господь За то, что любит он свою отчизну И дорожит родного края благом. Йорк
(в сторону)
Йорк то же говорит, и с большим правом. Солсбери
Идемте ж, позаботимся о главном. Уорик
Но главное, отец, что отдан Мен Тот Мен, что Уорик доблестью стяжал И уступил бы лишь с последним вздохом. Как? Мы лишились Мена и Анжу? Верну их или голову сложу. Уорик и Солсбери уходят.
Йорк
Французам отданы Анжу и Мен; Париж потерян нами, а дела В Нормандии висят на волоске. Был Сеффолком подписан договор, Одобрен пэрами; доволен Генрих, Что променял два герцогства своих На герцога пленительную дочь. Что их винить? Не все ли им равно? Они дарят ведь не свое - чужое. Пират награбленным не дорожит, Наложниц и друзей он покупает; Как лорд, живет вовсю, пока добра Не расточит. А там хозяин бедный Рыдает горько и ломает руки, Дрожит всем телом, стоя в стороне, Пока его имение расхищают, И, умирая с голоду, не смеет Притронуться к тому, чем он владел, Меж тем как дом его идет с торгов. Мне кажется, что эти три страны Три королевства: Англия моя, Ирландия и Франция - как будто Так тесно с плотью связаны моей, Как роковая голова Алфеи Срослась когда-то с сердцем Мелеагра. Французам отданы Анжу и Мен! Дурные это вести для меня: Ведь я на Францию питал надежды, Как и на остров плодородный наш. Настанет день - и Йорк права предъявит. Пока я должен к Невилам примкнуть И Глостеру выказывать любовь; Но, выждав миг, потребую корону. Вот золотая цель моих стремлений! Ланкастер не похитит прав моих, Не сдержит скипетр детскою рукою, Носить не сможет на челе венец, Он для престола слишком богомолен. Молчи же, Йорк, пока созреет час; Когда другие спят, на страже бодрствуй, Стремись проникнуть в тайны государства И жди, пока пресытится любовью Король в объятиях своей супруги, Так дорого доставшейся стране, И Хемфри с пэрами начнут раздоры, Тут подыму я млечно-белый розан, Что воздух напоит благоуханьем; На знамени герб Йорка вознесу, И, в бой вступив с Ланкастером надменным, Лишу венца того, кто безрассудно Правленьем книжным губит остров чудный. (Уходит.)
Сцена 2
КОМНАТА В ДОМЕ ГЕРЦОГА ГЛОСТЕРА.
Входят Глостер и его супруга Элеонора, герцогиня Глостер.
Герцогиня
Что голову склоняет мой супруг, Как рожь под щедрым бременем Цереры? Что хмурит брови славный герцог Хемфри, Как будто отвергая блага мира? Что взор твой сумрачно к земле прикован, Причину огорчения созерцая? Не Генриха ль корону видишь там, Украшенную всею славой мира? Коль так, мечтай о ней, простертый в прахе, Пока она тебя не увенчает. Схвати рукою обруч золотой! Что? Коротка? Я удлиню своей, И, общей силой захватив корону, Мы головы поднимем к небесам И никогда уж не унизим взоров, Не удостоим нашим взглядом землю. Глостер
Нелль, милая, когда супруга любишь, Гони червя честолюбивых дум. Пусть мысль моя, когда замыслю злое Я на племянника и государя, Последним вздохом будет для меня. Зловещий сон меня встревожил нынче. Герцогиня
Скажи, что снилось, - я тебя утешу, Поведав утренний мой чудный сон. Глостер
Приснилось мне, что жезл мой, символ власти, Был сломан, кем - я не припомню точно, Но думается мне, что кардиналом, — И на концах обломков я увидел Две головы - Эдмунда Сомерсета И Сеффолка, маркиза Де-Ла-Пуль. Таков мой сон; бог весть, что он пророчит. Герцогиня
Ну, полно! Это просто означает, Что тот, кто в роще Хемфри сломит прут, Заплатит головой за эту дерзость. Но слушай, Хемфри, дорогой мой герцог: Приснилось мне, что я сижу на троне В Уестминстерском соборе, где издревле Все наши короли короновались, И Генрих с Маргаритою подносят Корону мне, колени преклонив. Глостер
Я должен побранить тебя, жена; Тщеславна ты и зла, Элеонора! Иль не вторая в государстве ты, Протектора любимая супруга? Иль не к твоим услугам все утехи, Какие только можешь ты измыслить? И все же станешь ты ковать измену, Чтоб свергнуть и супруга и себя С вершины славы в бездну унижения? Прочь от меня! Тебя не стану слушать. Герцогиня
Что, что, милорд? Вы на Элеонору Так сердитесь всего лишь из-за сна? Впредь буду я такие сны скрывать, Чтоб не бранились вы. Глостер
Ну, не сердись, я снова добрым стал. Входит гонец.
Гонец
Милорд, его величеству угодно, Чтоб вы сегодня прибыли в Сент-Олбенс, Где будет королевская охота. Глостер
Иду. - Ведь ты поедешь с нами, Нелл? Герцогиня
Супруг мой, я последую за вами. Глостер и гонец уходят.
Да, следовать! Предшествовать нельзя, Покамест Глостер так смиренно мыслит. Будь я мужчина, герцог, ближе всех По крови королю, - я б устранила Все камни преткновения и путь По безголовым трупам проложила б. Я женщина, но все же не премину В игре Фортуны роль свою сыграть. Да где же ты? Сэр Джон! Не бойся, друг, Одни мы здесь с тобой: лишь ты да я. Входит Юм.
Юм
Храни твое величество господь. Герцогиня
