Последний легион

— Чушь! — воскликнул физик. — Я спрашиваю серьезно.

— Аненербе, — тихо сказал Вейль. Все обернулись к нему, так странно прозвучал голос профессора. — Это руны Аненербе. Легенды подтверждаются.

— Что такое Аненербе? — спросил художник.

— Долго рассказывать. При Гитлере они занимались оккультными исследованиями и черной магией. Значит, им удалось отправить самолет на Луну…

— Чушь! — повторил Сэм уже не так уверенно.

— Что там может быть внутри?

— Возможно, чаша святого Грааля, — Отто Вейль подошел к загадочному контейнеру и медленно провел пальцем по стрелке. Ничего не произошло.

— Давайте, я попробую, — предложил Георгий. Он проделал те же самые манипуляции, и на мгновение знак вспыхнул зеленоватым огнем. В наступившей тишине, заполненной лишь гулом машин, художник снял крышку.

— Чаши здесь нет, — отметил Сэм. — Только старая книга и коробка с солдатиками. Что вы на это скажете?

— Закройте! — прохрипел вдруг старый профессор. — Ради всего святого!

— Почему, герр Вейль?

— Закройте. Проведите по стрелке… в обратную сторону.

Георгий выполнил эту несложную операцию, но крышка не закрылась.

— Это конец, — обреченно сказал метеоролог. — Как, вы говорите, звали того человека? Сиверс? Ну конечно… — и он удалился шаркающей походкой, бормоча себе под нос что-то по-немецки.

— Немного того, а? — негр покрутил пальцем у виска. Никто ему не ответил.

В ночь, наступившую за днем, полным событий, художнику снились странные сны. Он видел места и людей, которых прежде не знал. Он видел вечные снега высоких гор, выжженные солнцем пустыни и влажные джунгли, скрывающие развалины храмов. В последнем своем сне он видел станцию «Эльдорадо» — по коридорам двигалась тень, она вошла в рубку, склонилась над раскрытым контейнером и вытащила древнюю книгу. Негромкий голос начал читать заклинание, и с каждым словом к нему прибывала мощь, а комната заполнялась призрачным зеленоватым светом.

Когда Георгия разбудили, он решил, что это продолжение сна. Потому что над ним склонились два скелета в черной форме СС.

— Подымайся, — сказал один из них, тыча в лицо дулом автомата. — Пошел, русская свинья!

В рубке стало тесно: по углам стояли скелеты-автоматчики, держа под прицелом пятерых ошеломленных людей, а появившийся неизвестно откуда шестой презрительно смеялся. Это был высокий мужчина в зеленом плаще и с рогатой шапкой викинга на голове. Голубые глаза горели холодным огнем.

— Убогие материалисты! — сказал человек, отсмеявшись. — Вы, конечно, пытаетесь сейчас придумать какое-либо рациональное объяснение происходящему? Не напрягайтесь, все равно ничего не выйдет.

— Я ждал этого, — произнес Вейль.

— Ну, разумеется, профессор! Вы сами открыли дорогу Силе и моим солдатам. Объясните это вашим друзьям.

— Существует легенда, — хрипло заговорил немец. — После разгрома фашистов последний легион во главе с фюрером переместился на Луну — мистическую родину арийцев. Он вернется в конце времен, чтобы принять участие в последней битве.

— Все верно, — кивнул пришелец. — Но на этот раз я сам возглавлю его. Их недоумок-фюрер не оправдал моих надежд. И во-вторых: я не потерплю на своей земле черномазых и жидов. — В то же мгновение прозвучали две автоматные очереди. Сэм и Нгоро упали к ногам захватчика и обагрили его плащ кровью.

— Хорошее начало, — облизнулся пришелец. — А остальных я призываю присоединиться к моему воинству.

— Проклятый фашист! — с ненавистью выдавил из себя Георгий. — Мои предки сражались с твоими легионами и победили их!

— Ну да! — развеселился «викинг». — За Родину, за Сталина!

Художник побагровел и бросился на него, но неизвестная сила отшвырнула его на пол.

— Я хотел бы побеседовать с вами, уважаемый господин, вежливо поклонился Кимура. — Мы ведь даже не знаем вашего имени.

— Я Высший Неизвестный. Я взял себе имя Зигфрид — зовите меня так.

— В чем цель вашего великого похода? И зачем вам мы, ничтожные смертные?

— Я буду править миром. Моя цивилизация возродится. А вы мне поможете. Я осмотрел тот хлам, что вы называете техникой, здесь есть все, что нужно. Я начну осуществлять свою власть над Землей отсюда. Для начала устрою небольшой потоп. Ураганы, цунами, тайфуны — все пойдет в ход.

— Профессор, что он говорит? Это действительно возможно? — в ужасе проговорил Георгий.

— Да, Джо, это так.

— Вы поможете мне собрать установку, Отто. Покажите себя настоящим арийцем, и вам откроется путь в Вальхаллу, где пируют боги и герои.

— Потоп, — бормотал художник. — Снова потоп…

— Святой учитель Махаяма сказал: «Море дождей прольется на Землю», — сообщил японец.

— Вот как? — заинтересовался Зигфрид. — Пожалуй, мне стоит с ним познакомиться.

— Святой учитель Махаяма покинул этот мир.

— Для меня это неважно.

— Святой учитель Махаяма ушел в Нирвану, а вас ждет мир голодных демонов.

— Ты так считаешь, узкоглазый? Ладно. Отто, вы пойдете со мной, а этих двоих постерегут мои воины. Потом я решу, что с вами делать.

Их оставили в одном из отсеков, заперев с помощью магии. Художник нервно шагал из угла в угол, словно тигр в клетке. Японец сидел на полу и беззвучно шептал молитвы.

— Что вы там бормочете, Кимура? — неприязненно спросил Георгий.

— Я взываю к Сияющим Небесам и святому учителю Махаяме.

— Черт бы побрал вашего учителя с его предсказаниями!

— Святой учитель Махаяма сказал: «Остановите демона, иначе Море Дождей прольется на Землю».

Георгий остановился, словно налетев на невидимую преграду:

— Извини, я не знал.

Кимура закрыл глаза.

— Мой зов услышан. Помощь идет.

— Какая помощь?

— Не знаю. Таков ответ.

Время тянулось невыносимо медленно. Георгий сел рядом с Хито. Его снова одолевали странные грезы. Ты должен что-то вспомнить… Раздался грохот, пол задрожал, погас и вновь вспыхнул свет.

— Что это?

— Профессор Вейль уничтожил установку.

Георгий даже не спросил, откуда Кимура это знает.

— Как он решился?

— Святой учитель Махаяма сказал: «Совершая поступок, разрушаешь тело, не совершая его, разрушаешь душу». Я тоже должен действовать. На эту дверь наложено заклятье, но я открою ее силой Сияющих Небес.

Японец поднялся, подошел к двери и возложил на нее руки. Потом он заговорил — по периметру забегали золотые искры. Его прервала автоматная очередь. Кимура упал, а сияние погасло. Дверь отворилась, и на пороге показался охранник.

— Он нарушил волю Хозяина, — проскрипел скелет. — Каждого, кто нарушит волю Хозяина, ждет смерть.

Георгий остался наедине с мертвым Хито Кимурой. На лице японца сохранилось прежнее невозмутимое выражение. Ты должен что-то сделать…

Прошло время — минута или час, и в воздухе стала ощущаться странная вибрация. Художник почувствовал приближение мощи: нечто двигалось в пространстве и во времени, а возможно и в других измерениях. И вот оно явилось.

— Безымянный! — прогремел хор из множества голосов. — Круг зовет тебя.

— Вы признаете меня своим властелином? — раздался наглый голос Зигфрида.

— Круг вызывает тебя на бой.

— Ах вот как! Что ж, я готов.

И наступила тишина — станция опустела, Силы покинули ее. Георгий осторожно открыл дверь, в лицо ему дохнуло холодом. У дверей лежали охранники: Зигфрид забрал всю энергию себе, и воины обратились во прах. Где-то за стенами «Эльдорадо» шел бой. Ты должен что-то сделать…

Художник отправился в шлюзовой отсек, одел скафандр и вышел на поверхность Луны.

На равнине зажглись огни. Маленькие солнца скрывали в себе человеческие фигуры. Восемь лучей били в одну точку и, ударяясь о невидимую преграду, растекались огненным кольцом. В центре стоял Зигфрид: он беззвучно смеялся. Причина была ясна: кольцо мерцало, завихрялось, но не хотело смыкаться. Энергии не хватало.

Круг оказался бессилен. Неужели все напрасно? С этим невозможно было смириться! Ты должен что-то вспомнить… Ты должен что-то сделать… Горячая волна опалила мозг, и Георгий вспомнил. И сделал. Ударил девятый луч. Огненное кольцо сомкнулось и начало сжиматься. Задрожала земля.

— Круг замкнулся! — торжественно произнес хор. — Ткач вернулся!

Величественная фигура Зигфрида стала таять, теряя свои атрибуты. В кругу света бесновался уродливый карлик — он плевался зелеными молниями, визжал, и наконец исчез. С Безымянным было покончено. Но многое еще предстояло сделать… Ткач вздохнул.

Сэм пошевелился и удивленно захлопал глазами. Рядом с ним очнулся ничего не понимающий Нгоро. На обоих были пижамы, испачканные чем-то вроде бурой краски. На пульте мигал индикатор вызова, надрывался зуммер. Нгоро щелкнул переключателем.

— Эльдорадо, Эльдорадо, я — Земля! — ворвался в рубку встревоженный голос. — Что там у вас происходит?

На этот вопрос никто не смог дать ответа.