Помоги проекту - поделись книгой:
— По-настоящему ходить! Не на костылях или с протезами. На своих двоих. У тебя будет все, как прежде, но с одной оговоркой.
— Ты шу…
— Поверь мне! Я могу это устроить. Однако ты больше никогда не сможешь… — Он выпрямился и жестом обвел комнату. — Ты больше никогда сюда не вернешься. Вообще никогда.
Я смял простыню в кулаках. Сердце тяжело забухало, в горле пересохло. Все это напоминало сон, странный сон со странными людьми.
— Твое слово, Илья? Променяешь старую жизнь на новую, с чистого листа?
Ответить я так и не смог.
Просто кивнул.
2
Я не верил в происходящее, но это все равно было реальным!
Я пытался проснуться, но счастливый сон не обрывался, не смотря ни на какие щипки!
Больше мне ничего и никто не объяснял. Да, черт подери, этот мужик даже не потрудился представиться!
Просто гаркнул телохранителям, они вернулись, по приказу, заботливо, как ценную вазу, вытащили меня из постели и водрузили в кресло. Переодевать не стали. На мой вопрос про документы, высказанный по задумке с иронией, а на деле с заиканием от волнения, махнули рукой.
— Никаких бумаг тебе не понадобится.
Я вскинул взгляд. Мужчина напомнил:
— Или… или. Тебе решать, парень. Я повторю: обратно ты уже не вернешься. Новая жизнь, с чистого листа, опасная, однако это будет жизнь здорового человека. Или продолжишь эту… здесь и сейчас.
Звучало довольно зловеще, но… Что меня держит здесь?
Ничего. Вообще ничего. И если я могу начать заново, здоровым… какие могут быть сомнения?
В кресле меня выкатили на улицу, где ждали два внедорожника, пересадили на пассажирское сидение сзади. Никто не произнес ни слова. Так же молча, словно исполняя какой-то ритуал, все расселись по местам и машины выехали со двора.
Замелькали улицы, а, когда мы миновали центр и выкатили на объездную, мне с извинениями нахлобучили на голову мешок.
«Что это все значит?!»
— Молчи и жди.
Я молчал и ждал.
Судя по тряске, машина съехала с ровного асфальта и теперь прыгала по колдобинам проселочной дороги.
И в этот миг я вдруг с горечью понял, что попался и поверил, как распоследний кретин!
Ходить смогу?! Ногу он мне вернет?! Да, Господи, что за бред сивой кобылы?! Какого хрена?!
Ведь все ясно же, как день! Не зря этот мужик так внимательно на меня смотрел! Не зря говорил про то, какой я решительный. Понял, что едва они смоются, как я немедленно повторю попытку! И на этот раз меня уже никто не выдернет из петли.
И вот, значит, он такой благородный, — козлина! — решил мне услугу напоследок оказать? Подарить, так сказать, надежду?!
А самого в лес везут?!!
«Ведь пристрелят! Точно пристрелят!»
А ведь верно! Неизвестно, кому он на самом деле услугу оказывает! Какие у них там, у бандитов, дела, и кого я в том дворе придушил. Не зря ведь и менты меня не трогали! Все у них схвачено, все до последней ниточки.
И теперь, благородно добив меня, — конечно, из жалости! — этот тип еще и концы в воду сбросит.
Ну, конечно! А я… эх, дурак простой, поверил! Развесил уши, как болван наивный…
— Долго еще? — спросил я злобно. — Почему здесь меня не прикончить? Зачем так далеко ехать?
На секунду показалось, что сейчас услышу нечто важное, но мне лишь повторили:
— Молчи и жди.
— Да пошли вы к такой-то матери, — прошептал я, и засмеялся с горьким отчаянием.
3
С мешком на голове ехать не слишком приятно. Однажды я попробовал его стащить, ведь семи смертям не бывать, а одной уж точно не миновать, но мешок быстро вернули обратно. И добавили:
— Провернешь это еще раз, и вернешься домой. Ясно?
Ошалелый от того, что удалось увидеть, я кивнул.
За тот миг, когда смог осмотреться, отметил пораженно, что едем действительно по простой земляной дороге. Но метрах в двадцати слева тянется высокое проволочное ограждение с колючкой поверху и знаками, что забор под напряжением. Часто расставлены вышки, в сухом белом свете курсируют несколько патрулей с собаками, вдали темнеют одноэтажные ангары.
«Куда меня везут?!»
Затем странности стали происходить чаще. Машины трижды проходили досмотры. Все, кроме меня, выходили наружу, доносились обрывки фраз. Речь шла о каких-то пропусках, государственных объектах и незапланированных визитах.
«Бог ты мой! — Я с дрожью ощутил, что надежда возвращается. — Что это?! Секретная база ФСБ?! Инопланетян?! Куда меня… во что я вляпался?!»
На последнем КПП наружу вытащили и меня. Пока со щелчками раскладывали кресло, охранники держали меня на руках, потом усадили. Мешок не снимали, наоборот, кто-то умело положил мои руки на подлокотники, приковал наручниками.
То ли от ночной прохлады и странного оживления вокруг, то ли от надежды, что чудо действительно произойдет, но я впервые за долгое время воспрянул! Вдыхал полной грудью пахнущий озоном и хвоей воздух, жадно вслушивался в бряцание оружия и скупые команды.
— Илья…
Я отшатнулся, когда знакомый голос возник слишком близко от моего уха. На плечо легла рука, сжала ободряюще.
— Теперь мы с тобой расстаемся.
— Погоди, а как же я?!
— Доверься мне. Эти люди сделают все, что нужно… Спасибо тебе…. Черт, я не знаю, как сказать правильно. Все слова такие мелкие, пустые. Ты спас мою дочь… Ты спас и мою жизнь тоже, потому что без Вари и не жизнь вовсе… Понимаешь? Как мужчина — должен понимать. Не уверен, что делаю все для того, чтобы вернуть тебе долг сполна, но… теперь уже поздно. Удачи тебе там. Удачи, парень!
— Где «там»? — спросил я взволнованно. — Что…
— Увозите.
— Эй!
— Молчать, претендент!
— Что-о? Я не…
— Молчать!
Меня куда-то повезли. Я задергался от предчувствия чего-то неотвратимого, пугающего. Наручники врезались в запястья, но боли я не замечал. Казалось, я сейчас целиком состоял из вопросов, но отвечать на них никто не собирался.
— Куда вы его?
— В девятый ангар. К Установке.
— А документы?
— Распоряжение уже пришло. Все бумаги в порядке.
— Тогда работаем. Завози.
Зашуршали открываемые ворота, кресло покатили по ровной бетонной поверхности. Судя по обстановке, теперь мы были в каком-то ангаре. Я услышал далекий гул. И с каждой секундой он становился громче.
Волосы на руках встали дыбом. Я ощутил, как безумно наэлектризовано это место. Приближающийся треск пугал. Что это за трансформатор-то такой?!
Плечо крепко сжали.
— Не дергайся! — предупредил суровый голос. — Иначе будет больнее.
Не дожидаясь ответа, быстро отстегнули наручники. Меня бросило на спинку кресла, когда его вкатили наверх по какому-то пандусу. Впереди возник яркий свет, который проникал даже сквозь плотную мешковину.
Гул теперь был настолько громким, что для того, чтобы я услышал, им пришлось кричать:
— Готово! Мы на месте!
— Ч-что?..
— Начинайте процедуру!
— Я не…
Кресло вдруг резко накренилось вперед, меня буквально вытряхнули. И я заорал во всю глотку, падая куда-то в ледяную оглушающую пустоту…
ГЛАВА 3. На той стороне
1
Хлопок! Удары молний! Лютый мороз и свет!..
2
[…соединение установлено]
[телеметрия получена]
[объект в системе]
[загрузочная секвенция завершена]
[синхронизация]
[…….]
[активация]
…Удар был внезапным!
Я рухнул в грязь, в плече заныло, едва сустав не вывернуло. Свет и электрический гул исчезли.
Перевернувшись на спину, я содрал с головы осточертевший мешок. Тут же закашлялся, когда в горло попала вода.
Ливень! С ночного неба бьют тугие струи ледяной воды, ни зги не видно.
— Где я?!
Мой охрипший голос потонул в шуме дождя.
— Эй! — простонал я. — Черт побери! Поднимите меня!!!
В ответ только шелест ливня.
Да что с ними со всеми такое?! Блин! Какого дьявола?!
Сердце все еще истово колотилось, я дышал мощно и часто, фыркал от воды, и никак не мог поверить, что все закончилось именно так.
Как?..
Сколько времени прошло? Когда именно меня выбросили на обочину, как мусор? В памяти только свет и гром. Больше ничего. Неужели провалы? Но не помню ни уколов, ни таблеток. Может быть, галлюциногенный газ? Ну, это похоже на правду.
Из груди вырвался нервный смешок. А спустя секунду я прямо-таки захохотал, давясь водой.
Вот так приключение, мать его! Вот так приклю…
Перевернувшись набок, облокотился на локоть. Все еще фыркая от смеха, встал на колени и поднялся…
Поделиться книгой: