НРЗИ: Пентаграмма войны (СИ)

— Что мне делать?, — Беспомощно оглянулся я. — Я не понимаю парни. Где я сошёл с пути?

— Юп, тормози!, — Подсел ко мне Пегас. — Мы сами его валим.

— Послушай, Рамзес. — Уже ко мне обратился он. — Все не так просто. Быть Стражем это не просто быть боевиком правительства и ненавидеть всех кто по другую сторону границы, неважно на земле она начерчена или буквами в документе. Мы нечто большее. Наш путь идёт и в обычной жизни. Это нечто очень похожее на религию, но с другими установками. Которые принял…

Тут Пегас замолчал и выжидательно уставился на меня.

— Президент? Так это все…, — Я замолк, видя глаза своих соратников. Я точно не угадал. Но тогда кто? Кто…

— Раздолбай!, — Вдруг выдохнул я. — Но как? Зачем? А…

Молчание друзей заставило замолкнуть и меня. Кто может предсказать, что думает Великий Раздолбай и зачем делает, что делает? Кроме него. Но неужели помимо «дриммира» он создал и Корпус Стражей? И снова вопросы.

— У нас нет ответов, Рамзес!, — Покачал головой Юпитер. — Ни у кого их нет. Но этот путь нам нравится. Сейчас вопрос, ты с нами или нет?

— Да!, — Не колеблясь, ответил я. Это действительно похоже на религию. И возможно мы фанатики. Но, черт возьми, мне это нравится.

— Тогда запомни. Страж это не только воин. Мы пример. Нельзя воспользоваться девушкой и сбежать, потому что у неё красивое тело, но она тупа. Это вызов. И это работа. Она не знает правил этикета или физики? Научи. Она не видит красоту классической симфонии, а тащится от глупой Тити Секси Сью? Покажи ей свой мир.

Не навяжи. Не заставь. Просто подай это так, чтобы она захотела это любить. И сам послушай ее. Ее мир. Постарайся понять ее. Мы в ответе за тех, кого приручили.

— Значит Хель ты…

— Да. — Кивнул Юпитер. — Она враг. Сейчас. И это мой вызов. Я его принял. Кем бы она не была, я буду бороться до последнего. Пока она не станет одной из нас. Или очень похожей на нас.

— Я понял!, — Я вдруг осознал себя ублюдком. Ведь все что я хотел от Змейки это забыть с ней Джинн. А значит, я банально ее использовал. И пусть она по-своему использовала меня, что это меняет? Нужно держать планку. Человек не станет лаять на дворового пса, только потому, что тот на него лает. Только придурок станет раком и будет рычать в ответ.

И, похоже, я очень близок от этого придурка.

— Ладно. — Оборвал меня Юпитер. — Нам ещё нужно отработать слаженность действий на кораблях. Я так понимаю, ты все уровни поднял в пехоте? А навыки пилота нулевые?

— Да, почти. — Смутился я.

— Тогда в ангар. Берём модули и в бой. С девчонками разберёмся позднее. Поверь. Враги на кораблях,  куда слабее этих бестий.

— Ребят, мне нужно дождаться Барда. У меня модуль тридцать девятого уровня и нубские огневые системы на седьмой уровень.

— Тогда да. Подождём.

Бард вышел на связь только через час. И притащил в ремонтный ангар пару нубов. Они должны были передать мне эрги на новый чертёж модуля. Передавать остальное было проблемой, потому договорились, что я буду выбирать нужное, а Бард покупать.

Ещё три часа ушло на то, чтобы я смог перекодировать эрги. Затем мы все дружно определялись с тем, что лучше всего брать. Бард не мог выдать кредит сразу же, потому ограничились усиленной климатсистемой, что отвечала и за гравикомпенсаторы. Чем сильнее угловые повороты, тем больше перегрузки. Моё ускорение позволяет мне маневрировать на порядок лучше других, но все это ограничивается мощностью компенсаторов.

Силовые поля и поля натяжения пришлось сменить на поля преломления. Теперь я «призрак» и моя стихия подкрасться со спины,  а затем уйти на предельных скоростях, чтобы снова спрятаться и зайти в тыл.

Из оружия я взял малый торпедный аппарат на шесть скоростных торпед с пятнадцатисекундной перезарядкой торпеды и пятиминутной перезарядкой кассеты. Боевое вещество на основе плазменных зарядов в торпеде служило так же и ускорителем. Чем ближе цель, тем сильнее взрыв. Денег у меня не много, а такие торпеды самые дешёвые, правда и модуля наведения у них не имелось. Торпеды на таких скоростях почти не управляемы, потому я надеялся только на себя и свою ловкость.

Все это я взял по наставлениям своих друзей. Так как нам и дальше играть в команде, я старался к ним прислушиваться, хотя отсутствие защитных полей слегка нервировало. На что Юпитер сказал, что так и должно быть. Призрак должен быть осторожным и даже слегка боязливым. Иначе он, раз за разом, будет ввязываться в бой, не свойственный его классу и задачам. Бард одобрительно хмыкнул.

Сейчас в их команде я должен был заменить Рокота, который тоже был призраком, но сейчас продолжал развлекаться на станции азиатов.

— Ну что готов?, — Похлопал меня по плечу Пегас. — Надерём задницу янки?

— Что?, — Не понял я. — Я ещё не готов. Команда…

— Отставить панику, кадет!, — Хохотнул Юпитер. — Проведём пару манёвров, а потом погоняем призраков, что постоянно пасутся у кармана воскрешения. Будем сбивать команду в боевых условиях, а все эти парады и построения оставь нубам. По коням, господа.

Моя обновлённая ласточка, сорок третьего уровня, это все что я успел в неё вкачать, приняла меня и откликнулась лёгкой вибрацией манёвровых движков. Минута тоннеля ведущего из ремонтного ангара и я в космосе. На общей частоте шум и гам боевых звеньев из наших игроков, что носятся вокруг станции и шаров платформ орбитальной защиты.

— Понеслось!, — Хохотнул Юпитер.

Да уж. Я унял мандраж. Пришло время космоса.

Глава 4.

— Итак, Рамзес, для начала давай разомнемся. — На групповой частоте предложил Юпитер. — Пару кругов вокруг станции в притирку к ней. Отработаем взаимодействия в связке.

Юпитер первым бросил своего охотника в вираж. Пегас отстал от него на долю секунды. А вот я почувствовал себя черепахой. Беременной. Навыки пилота у меня были на нубских уровнях. Да и просто не хватало часов налета и опыта.

Педали и джойстики требовали координации и четкости микродвижений. Каждый элемент управления снабжался трещоткой, помогающей отсчитывать углы поворотов. Но все усложнялось различными комбинациями положения джойстиков и педалей для сложных фигур пилотажа. Для космических величин и скоростей доля градуса при повороте в конце выливалась в километры промаха.

Потому так редко применялись брандеры. Это когда игрок, на разогнанном в маршевом ускорении модуле стрелял вперед из кинетики или запускал торпеду с погашенным двигателем. Шансы промахнутся огромны, а еще нужно вовремя погасить ускорение и так же быстро убраться, иначе рискуешь сам стать брандером. Была еще возможность уйти по пологой дуге, но и тут есть шанс стать мишенью для снайперов с лазерными излучателями. Уж больно предсказуемы траектории при маршевом ускорении. И если десяток охотников возьмет силуэт в фокус — считай покойник. Уйти от лазера можно только в непредсказуемых виражах.

К тому же имелась еще одна проблема. Отсутствие гравитации и сопротивления воздуха. Корабль, набравший разгон в одном направлении, больше его не терял и приходилось учитывать это в бою. Некоторые, конечно, ставили дополнительные программы, когда автопилот создавал искусственный момент наличия гравитации относительно плоскости эклиптики, притормаживая маневровыми движками. Но все это были костыли, которые больше мешали, чем помогали. Так что пока я не наберусь опыта в управлении, пилот из меня так себе. Особенно в ближнем бою.

— Хорошо. — Подбодрил меня Юп. — Летаешь как полный нуб, но я ожидал, что все будет еще печальнее. Идем к карману. Там постоянно кто-то есть из янки. Я тактик. Пегас точка опоры. Я его прикрываю. Рамзес, на тебе поиск засевших призраков. Справишься?

— Попробую. А что у Пегаса в комплекте?, — Поинтересовался я.

— Две установки  хилракет по шесть штук в касете. Десять и двадцать процентов. — Ответил Пегас.

— Ты не заморачивайся. — Хохотнул Юп. — Там твои коллеги. Потому хил тебе не светит. Если попадут то сразу на респ отлетишь. Так что вся твоя надежда на скрыт и ускорение.

И то правда. Призраки легкобронированные и без защитных полей. Зато на вооружении самое убойное оружие. Ракеты, торпеды или плазмобои. Чтобы из скрыта сразу же нанести максимальный урон, после чего на максимальной скорости и ломаных виражах покинуть поле боя и снова уйти в скрыт.

Для этого нужно уйти из зоны поражения и четкого засвета, после чего в разгоне потушить все системы и на минимуме маневровых двигателей снова вползти в ряды противника под полями преломления или поглощения.

С остальными все было понятно. Тактик контролирует поле боя и принимает решения, а все остальные четко следуют его указаниям. Здесь все упирается в мощность радара и сопутствующего оборудования. Ну и естественно умение работать с этим.

Пегас был больше крафтером, потому и не удивительно что выбрал для себя сапорта или точку опоры. Его задача отсиживаться в тылу и хилить соратников, либо же тащить на себе хил продавливающей противника группировки. Для этого применялись ракеты, где вместо боевой начинки находились безликие наниты. Попав в борт корабля, эти наниты тут же встраивались в уже рабочую колонию и начинали восстанавливать повреждения.

Радиус работы таких ракет не очень велик, потому как в ракету стараются запихнуть как можно больше нанитной массы, а чтобы удешевить конструкцию на нее ставят совсем уж примитивные управляющие модули. Потом самым крутым ходом в бою считается собраный хил с чужого сапорта. А точнее просто подставиться под залп вражеских хил-ракет.

— Итак, эти гады сидят в мертвой зоне для станционных систем защиты, скрываясь за карманом. — Скомандовал Юп, когда мы по широкой дуге обогнули стометровый шар входа в карман воскрешения, — Рамзес, заползай к ним в ряды на интуиции, после чего запускай РЭБ генератор. И уходи на виражах. Все кого засветишь — мои. Для боевой аналитики нужны данные но потом я их уже не отпущу даже если попробуют снова в стелс уйти. Буду бить по вероятным векторам. Главное дай старт.

— Понял. Иду. — Отрапортовал я.

Легкое ускорение на маршевом двигателе и я включаю поля преломления. Выключил все, даже систему климатконтроля. Желудок рванулся к горлу, обозначив, что в модуле появилась невесомость. Так меньше шансов, что заметят. Я рассчитал траекторию так, чтобы не включая двигателей пройти в той точке, что показалась наиболее перспективной.

Пять минут прошли в нервном напряжении. У американцев изначально вышла небольшая накладка. Они загнали сюда сотых наемников  и все при деньгах и ресурсах, вот только деньги тут не котировались, а собрать такую уйму эргов не просто даже топовым гильдиям. В итоге их вроде бы отличная техника уступала тем, кто уже отоварился у морфов. Потом они конечно все поняли и попробовали выровнять ситуацию но не тут то было. Оказалось что у морфов не бездонные запасы и пополняются они довольно медленно.  За счет этого русская станция все еще кое-как держала свои позиции, несмотря на то, что воевали мы одни против всех.

На это и был весь расчет. Добравшись до выбранной точки, я врубил генератор помех на полную мощность и тут же, на ускорении, вжал педали маршевого двигателя на максимум, при этом дико вращая джойстики во все стороны. На что-то боле разумное я был не способен.

— Твою мать!, — Раздался в эфире на общей радиоволне голос Юпитера. — Станция тревога! На кармане фрегаты. Три вымпела по десять стыков.

Это все что он успел сказать прежде, чем успел отлететь на респ. Впрочем в своем сумасшедшем танце я продержался не намного дольше. При такой плотности огня из всех возможных систем не поможет ни ускорение, ни боевая аналитика. Двенадцать ракет различного класса повисли у меня на хвосте. Уйти, в принципе, возможно, но только на четко выверенных маневрах со сбросом обманок, а не на том диком хаосе движений, что совершал я.

В принципе нашим повезло, что мы решили проверить карман. Обычно сюда раза в сутки уходил мощный патруль, вымпелов в тридцать-пятьдесят, что гонял засевших призраков и вытягивал из кармана бедолаг. Янки же решили проучить нас и создали в слиянии три мощных фрегата. Ядро образовали пары заслонов, сапортов и штурмовиков, а скрытность им обеспечили десятки призраков с полями поглощения на внешней стороне.

Едва мы их вскрыли, эти ребята разорвали слияние и, прячась в тени кармана воскрешения, открыли сумасшедший огонь. И тут такой облом. В режиме стелса радары могут работать только в пассивном режиме, что сильно сужало их возможности, особенно если враг таится. Они ожидали очередной налет мощного патруля, а тут прилетели три инвалида чуть выше полтинника.

В другой раз у них был бы шанс раздать по сусалам. Мощная атака двух десятков призраков, а потом добивающие атаки штурмовиков под прикрытием сапортов и заслонов, заперли бы самые мощные единицы станции в кармане. Затем нужно просто подогнать в мертвую зону серьезный флот и выбивать его отсюда придется очень долго. Причем всеми силами станции. Хорошая идея, которую сорвали три придурка. Я улыбнулся.

Но вот думаю, дальше они пожалеют. Сейчас сюда ринутся все, кто болтался на орбите станции и начнется бойня. Флот американцев подобран под единичный удар камикадзе. Тащить сюда подкрепления, не заперев сотню топов в карман, нет смысла. Они ударят мощным кулаком и выдавят их флот из мертвой зоны под орудия орбитальных платформ обороны. А там калибры дикие и выжгут все.

Так что план был хитрый, но как обычно разбился о русскую непредсказуемость. Будет над чем поломать голову генштабу местных янки. Как впрочем и нам. Хватит заниматься ерундой на станции. Пора укреплять свои позиции или хотя бы держать карман воскрешения под контролем. Что Тайсон, что Камрад, постоянно держат своих бойцов в готовности, но не к войне за систему, а к бою за станцию. Это нас погубит. И потом снова придется выбираться из глубокой задницы, куда заведут нас два алчных и властных идиота.

Но лично у меня родилась другая идея. Учится пилотированию как все, это слишком долго. Мое ускорение тут не танцует. Уже первый бой показал. Для четкой координации движений нужны сотни часов налета, которые мне не дадут. Но атмосферу боя я ощутил. И это породило идею, которую я собрался реализовать в ближайшее время и с помощью своих новых друзей.

Едва я дождался спадания дебафа, выскочил в космос. Сорок восьмой уровень морально давил и обещал много неприятностей в будущем. Сейчас мне умирать не рекомендуется, иначе рискую запороть персонажа. Впрочем, не только мне одному.

— Да уж погуляли, так погуляли. — Очень невесело хмыкнул Юп, когда мы встретились в баре на станции. — Неожиданно вышло.

— Зато амеров наши порвали  как грелку. — Утешил нас Пегас. — Никто не ушел. Там еще был второй отряд прикрытия. Его тоже разнесли в пух и прах. Не всех, но те драпали, сверкая маршевыми так, что наверное всю кабину облевали.

— Нам от этого не легче. — Пожал плечами Юп. — Нужны победы. Иначе к вольникам никто не пойдет. А идей особых нет.

— Вообще то есть. — Слегка робея, сказал я.

— Выкладывай. — Насторожился Пегас, хотя я думал, Юпитер будет первым.

И я рассказал про батю. Про его увлечение всякими хитрыми системами и работе на правительство на засекреченных объектах. Но было у него еще одно увлечение. Даже два. Танцы и старые плоские фильмы. В нашем гараже мастерской висел древний экран, по которому постоянно фоном шли фильмы о музыке и танцах.

И вот я вспомнил один из этих фильмов про немую девушку, повернутую на танцах, где такой же сдвинутый крафтер, создал для нее куб, реагирующий на ее движения и создающий звуки в зависимости от них. Ничего сложного по сути. Такой инструмент изобрели еще в прошлом, а то и позапрошлом веке. Но сама идея была интересна. Вот я ее и предложил применить в наших модулях. Заменить стандартные джойстики на нечто новое. На систему реагирующую на позу игрока.

Пегас тут же загорелся и с фанатичным блеском в глазах стал развивать идею. Юп лишь с усмешкой наблюдал за нами, когда мы до хрипоты спорили о том, как это реализовать. Время от времени он вставлял свои критические замечания и тогда мы уже с Пегасом единым фронтом наседали на него.

Ничего сверхъестественного или невыполнимого в моем предложении не было. Крафт в НРЗИ это особый случай. Конечно детали тут фантастические. И конденсатор с игровой емкостью размером с наперсток в реале имел бы размеры с двухсотлитровую бочку, а уж питать его должна отдельная ТЭЦ, а не наниты игроков, но сами принципы работали. Потому многие компании следили за такими как Пегас и выкупали их идеи и наработки за баснословные суммы. Пусть вместо карманного лазергана они получали танк со свитой из трех машин, но это работало.

Потому Юп махнул на нас рукой, а мы продолжили. Вряд ли до нас к этой идеи никто не дошел, но тут были свои минусы. А именно время реакции. Движение рукой занимает больше времени, чем легкий поворот кисти. Но несомненный плюс в том, что при хорошей точности считывания можно значительно расширить точность. Тут важна координация. И у Стражей с их постоянной рукопашной подготовкой она была на высоте. А главное все это можно развить до подсознательного уровня как в обычном рукопашном бою. Важно связать правильно боевую стойку и вираж модуля. Для каждого из нас эти настройки будут сугубо индивидуальны, но если мы сможем привязать боевое пилотирование к вбитым годами тренировок и спаррингов рефлексам, то за несколько дней сравняемся с асами игры, которые эти годы потратили на оттачивание движений ладоней.

Это понял даже Юпитер. Потому к разработке чертежей мы приступили все вместе.

— Черт!, — Ругнулся Пегас. — Не хватает мощностей производственного комплекса. Да и с материалами проблемы. Нужна хорошая мастерская, а не стандартный вариант. Мой модуль хорош, но это все же походный вариант.

— Есть идея!, — В который раз заявил я.

— Ну давай! Удиви!, — Улыбнулся Пегас. — Хотя я уже, пожалуй, ничему не удивлюсь.

— Не говори гоп. — Сказал я, отщипнув шарик эрга от скафандра.

Спустя пару минут из стены шагнул морф и безликой статуей уставился на меня. Жуткое существо. Вроде бы и  просто игра, а его безликий взгляд пробирает до костей даже спустя месяцы.

— Нужна информация. Вход на брошенную базу теневиков. — Ровным голосом сказал я и уронил эрг в протянутую черную ладонь.

У меня тут же в интерфейсе появилась точка доступа и инструкции к ней. Все как в прошлый раз. Вот только зрители оказались слегка выбиты из колеи. Юпитер отвесил челюсть и замер. А Пегас просто сел на пол и, накрыв голову руками, мелко и беззвучно задрожал в истерике.

— Вот так просто?, — Выдохнул Юп. — За один эрг он сдал тебе самый секретный объект станции?

Пегас тут же упал на бок и засучил ногами, держась за живот. Впрочем, звуки он до сих пор не издавал. Бедняга.

— Ага!, — Скромно потупился я.

— Жесть!, — Больше слов у Юпитера не нашлось.

Выдвинулись мы к базе теневиков только спустя полчаса. Пегаса накрыло и он никак не мог успокоиться. Я даже получил достижение «весельчак» и плюс два к харизме. На ровном месте. Хотя заставить так истерить Стража не каждый сможет. Даже ЦИ проникся.

Я ожидал, что база снова окажется возле реактора, но не тут то было. Вход на нее был упакован куда интереснее. Первым делом нужно было сесть на транспортную капсулу в определенном месте, в зависимости от времени суток. Назначить определенный маршрут и в зависимости от этого же времени, изменить его на определенном отрезке времени. График прилагался. В итоге на центральном столбе оси станции капсула уходила на боковой путь, выискивая промежуток в движении и уже здесь нужно было в ручную ввести координаты. Тогда капсула по незарегистрированному тоннелю поднималась вверх. После чего пришлось еще метров тридцать лезть по узким и пыльным техническим отноркам в зону отрыва. В технический уровень между основной станцией и верхней платформой с Централкой, которая должна была отделится от тела станции при угрозе разрушения. Места там было мало, но десяток рамок влезло. К тому же постоянная подпитка Централки позволяла поставить фоновые энергосниматели не хуже, чем у реактора.

Пегас, когда увидел все это богатство, едва снова не впал в истерику. Благо Юпитер был начеку и быстро привел его в порядок парой оплеух. А я тем временем приватизировал пару плазмобоев. Уж очень они меня раньше выручали. Головой я понимал, что теперь враги не вокруг меня, а в космосе, но ничего поделать не мог и не хотел. Плазмобой за спиной успокаивал и напоминал о веселых временах.

Пегас же сразу ринулся в крафтовый отсек и со щенячьим восторгом оглядывал станки и различные мультитулы. Надо сказать, что выбор всего тут был куда богаче, чем у азиатов. С чем это связано не знаю. Возможно с расчетом того, что при любых раскладах на станции китайцев игроков будет намного больше, чем нас. А ЦИ любит баланс.

Дальше в командном пункте теневиков мы загрузили компьютер расчетами. Всем этим занимался Пегас, а мы с Юпитером были на подхвате и генерировали идеи в бездумном мозговом штурме. Просто говорили самые нелепые предложения. Пользы от этого было мало, но порой и в куче мусора профи своего дела найдет бриллиант.

Дальше в одном из боксов буквально на коленке собрали черновой вариант будущей кабины. Датчики на стенах снимали показатели тела и заносили их в виртуальную базу на центральном компе. Вот тут и начались сложности. Точнее будущие сложности. На виртуальной модели все выглядело замечательно и каждый из нас быстро освоился с простейшим управлением. Но модель не учитывала ударов ускорения по самому игроку. А это нарушит всю гармонию ведь от диких перегрузок не спасают даже гравикомпенсаторы.

Пришлось думать как решить эту проблему. Маневровые двигатели любого модуля не могли создать таких ускорений, потому в бою всю скорость задавали маршевые работающие на пяти-десяти процентах мощности, а следовательно основной толчок ускорения откидывает пилота назад. В другие стороны тело тащит только при столкновении с препятствием или вражеским снарядом.

Потому, немного повозившись, создали этакое вертикальное ложе, на которое опирался пилот при ускорении. Ноги тоже прикрепили к полу и теперь управление производилось корпусом тела и руками. И снова попытки управления на симуляторе. Нам нужна была базовая  программа для начального этапа, а дальше придется вносить поправки уже в реальном полете.

Пегас специально для тренировок создал виртуальный голографический интерфейс, чтобы помочь нам видеть то, что выдает обрабатывающий компьютер. Едва у нас получилась более-менее жизнеспособная версия, ринулись в ремонтный ангар.

Мест там осталось не много, так что пришлось ждать около двух часов, пока освободится три рядом стоящие площадки.  В баре при ангаре нас и нашли девчонки. Пришлось замять разговоры о наших планах и переключиться на пустой светский треп. Вот только Хель смотрела на нас как-то подозрительно. И если Змейка и Мальвина едва услышав «ремонтный ангар» ретировались, эта девушка осталась.

Я за спиной у нее кинул вопросительный взгляд на Юпитера, тот в ответ едва заметно пожал плечами. Потому первый час мы просто валяли дурака. Пегас помогал мне крафтить торпеды и сам и попутно модернизировал пару усилителей и даже от своих щедрот подарил парочку своих устаревших. Когда же он, получив доступ к трюму, нашел почти сотню плат управления, которые я снял с китайских дронов, обматерил меня в голос и попытался экспроприировать мое имущество.

Я отдал только половину и Пегас, бурча что-то про криворуких варваров, полез чинить процессоры. Они на станции тоже таким не брезговали, но вели себя куда скромнее. Они собирались выжидать до начала активных действий, потому не светились. В отличие от меня.

Понаблюдав за нами  и поняв, что ничего не узнает даже если мы что-то задумали, Хель тоже убежала по своим делам. Хотя мы понимали, что шила в мешке не утаишь. Если система окажется жизнеспособной придется ставить ее и на другие корабли нашей станции. В этой войне каждая капля преимущества нужна как воздух. Сама система достаточно проста в исполнении потому быстро пойдет по руками и вскоре окажется у врагов. Сменять сторону в игре пока не давали, но желающие продать нас подороже через реал всегда найдутся, как и найдутся те, кто пожелает купить. Рано или поздно так будет. Главное опередить и отработать различные нюансы, которые не видны глазу, но решают очень многое.

Сам крафт занял чуть больше двух часов. А дальше пошли практические занятия и в этот раз мы были наравне. То есть все трое летали как полные нубы, едва не убившись несколько раз при попытке маневров. Пегас уже трижды менял чуткость системы, но все никак не мог добиться идеального баланса движений тела и корабля. Высокая чувствительность системы реагировала даже на толчки от маневровых двигателей, а совсем низкая не давала никакой форы перед стандартным управлением. И это уже не говоря про управление канонирскими программами.