Спасибо папе за коммунальную квартиру

– Найдешь время. Давай телефонами обменяемся. – отмахнулась Юля. Телефонами обменяться, это же не обязательно встречаться. Мы только записали номера, как появился на горизонте бодренький такой дедушка.

– А это и есть мой Рик.

О вкусах как говориться не спорят. Красивая длинноногая Юля, с внешностью фотомодели и маленький сухой старичок с ней под руку. Она быстро что-то затараторила по-немецки. Еще и с местным акцентом. Я ни слова не поняла из ее речи. Но я немецкий знала поверхностно. Начала учит, но потом бросила. Тут меня Рич удивил пригласив поужинать всем вместе. Говорил он по-английски. Было неудобно. Попыталась отказаться, но Юлька всегда умела добиваться чего хотела. В данный момент ей нужна была я. И вот мы уже сидели и ужинали. Рич или Ричард оказался немцем с английскими корнями. Так и не поняла, чем он занимается, но деньги у него были. По-другому Юля и не стала бы с ним встречаться. У них было взаимовыгодное сотрудничество, как пошутил Рич. Юля выспрашивала меня про Борю. Я его в последний раз видела в январе. Чего ей могла рассказать про него? Работает все там же, в компании у отца. Давно уехал от родителей. У него теперь своя квартира. Отец, как не видел в нем своего приемника, так и не видит. Может сейчас чего-то и изменилось. Но вряд ли. У Бори не было деловой хватки. Он умел только пыль в глаза пускать. Напыщенный индюк. С нашими однокурсниками я не пересекалась. Юля что-то про кого-то слышала. В итоге вечер вылился в перемывание косточек общим знакомым. Рич нам это делать не мешал. Он весь вечер на мою грудь пялился. Чуть слюну не пустил. Противно. Руку потом мне обслюнявил. Предложил еще встретиться. Юлька молчала, хотя было видно, что ее дедок мною заинтересовался.

Дома я первым делом отправилась в душ. Хотелось смыть пыль, пот и ощущение грязи, которое меня преследовало всю дорогу. Вещи я закиинула в стиральную машину. К завтрашнему дню будут сухие. При такой жаре они и через пару часов уже высохнут. На кухне Полина чего-то жарит. Сковорода скворчит. Мама сегодня должна была дежурить.

– Полин, скажи, что со мною не так? Чего на меня одни дедушки западают? – я как была в полотенце, так и прошла на кухню.

– Не надо, мне до пенсии, как до луны. – на кухне стоял  Олег и жарил мясо. В кастрюле чего-то булькало. На разделочной доске помидоры с огурцами. Я стояла и моргала. Видение пропадать не хотело.

– Что вы тут делаете?

– Готовлю. – посмеиваясь, ответил он.

– Полина где?

– Умотала куда-то. Мне не докладывала.

Вопросов слишком много. Я решила для начала одеться и успокоится. Длинная футболка, шорты. Несколько глубоких вдохов и выдохов. После этого вроде готова выяснять, чего ему здесь надо. Настораживает, это пресловутое «вроде». Откуда у меня столько неуверенности?

– Олег, что вы забыли в моей квартире?

– Живу здесь. Твой отец мне комнату продал. Так что мы теперь с тобой соседи будем. – ответил он, нарезая салат.

– Жуть какая. – ноги сами подкосились. Села на стул.

– Мне нравится. Особенно твое эффектное появление из ванной.

Не может же все это быть правдой. Или может? Кошмар? Ущипнула себе руку. Некуда Олег не делся. Все также готовил.

– Я когда тебя увидел в магазине, не знал, что мы жить вместе будем. Приятно был удивлен, что здесь тоже обитаешь.

– Обитаю. – сижу и пытаюсь осмыслить произошедшие.

– Ну чего? Сразу ко мне переедешь или из себя недотрогу построишь?

– Чего?

– Все равно у меня в кровати окажешься. Вот и спрашиваю, будешь ломаться или не будем время тратить?

– Не собираюсь я с вами спать. С чего вы решили, что это будет?

– Я тебя хочу.

– А я вас нет. Давайте закроем эту тему. Купили комнату – поздравляю. С новосельем! Но я не бесплатное приложение к комнате.

– Нужно доплатить? – усмехнувшись спросил он.

– Я не продаюсь. И что за мода такая спать за деньги? – сразу вспоминаю Юлю и ее дедушку.

– Такая мода была во все времена. Бабы вообще любят торговать своим телом. Видят, что мужику нравится и давай цену себе набивать. Проститутки сразу прейскурант показывают. Так называемые, честные девицы деньги хитростью вымогают. Давно признанная обществом игра. Чего ты возмущаешься?

– Противно все это.

– Только не говори, что тебя не водили в кино, чтоб в темноте за грудь полапать? Или в ресторан не звали в надежде, что ты ножки соизволишь раздвинуть? Или не дарили тебе брюликов, чтоб в ротик...

– Хватит! Наговорите сейчас гадостей, что меня сейчас вырвет. И вообще, что это за разговор?

– Обычный разговор. Ты возмущаешься падением нравов, а я тебе доказываю, что бабам свойственна проституция тайная или явная. Или у всего есть своя цена. Не согласна со мной?

– Не согласна.

– Обоснуй. Чай будешь?

– Нет. Кофе. – я включила чайник.

– Кофе пить вредно.

– Я это учту. – кофе я насыпала под его неодобрительный взгляд. – Я не считаю, что в этом мире все продается. А то что вы говорите, называется ухаживанием.

– Это называется, кто сколько предложит, с таким девка и будет встречаться. Давай для примера, возьмем грузчика и менеджера. С кем ты бы стала встречаться?

– С чего вы решили, что я смотрю только на кошелек? – хмыкнула я. – Когда думаешь встречаться с человеком или нет, то обращаешь внимание на уровень образования, интересно с человеком или нет.

– На внешность. – подсказал Олег.

– Согласна, внешность, возраст, – на последнем я сделала акцент. – Все это играет роль.

– Хочешь сказать, что стала бы встречаться со смазливым лицом, которое умеет выдавать умные мысли через раз? Даже будь у него за душой ни гроша?

– Что же вы все обобщаете? Откуда я знаю, кто мне понравится, а кто нет. Это на уровне чувств происходит. К одним людям ты испытываешь симпатию, к другим нет. – выпалила я.

– Ты у нас романтичная особа, которой любовь подавай. – рассмеялся Олег. Он слил воду у картошки. Начал делать пюре.

– Когда человека любишь, с ним целоваться приятно. И не приходится тошноту сдерживать. – бросила я в ответ.

– Это ты сильно сказала. Тебя чего от мужиков воротит что ли?

– Когда нет влюбленности – да.

– И от меня? – не унимался он.

– И от вас. – хочет правду, пускай ее получит. Может отстанет от меня?

– Как же страсть? Похоть в конце концов? Когда баба спит с мужиком из-за самого процесса? – он посмотрел на меня. Руки на груди сложил. А руки у него сильные. Мощные такие.

– Это уж я точно не понимаю. – я отвела взгляд.

– Ты ужинать будешь?

– Нет, уже поела.

– Составишь компанию? Кино посмотрим?

– Нет. Я и одна его посмотреть могу.

– Скучно будет – заглядывай. – он с тарелкой и кружкой чая ушел к себе. Мне же нужно было подумать, как вести себя дальше.

Глава 6.

Я вымыла пол и расстелила матрас под столом. Нет, а где еще спать, если по сути из комнаты меня выгнали? На маминой кровати поспать не получится. Она не любила когда кто-то ее вещи в принципе трогал. А тут я на ее кровать завалюсь. Ладно, буду спать на полу под столом. Нужно решать вопрос с жильем, а как его решить, когда у меня на еду и дорогу оставалось около полутора тысяч? Цены же на жилье резко взлетели вверх. Я включила кино на ноутбуке и вставила наушники.

Услышала, как пришла Полина. На кухню она заходить не стала. Сразу ушла к себе в комнату и включила музыку на полную громкость. Басы ударили звуковой волной. Задрожал пол. Казалось, что стол начал подпрыгивать. А колонки продолжали орать что-то непонятное. Я только погромче сделала звук в ноутбуке. Слышала, как Олег пошел делать замечание Полине. Тут уж я фильм поставила на паузу. Интересно послушать, что она ему ответит. Ответила не Полина, а какой-то парень, что до одиннадцати они имеют право слушать музыку. Видимо таким путем она начала войну против соседа. Олег не повелся. Ругаться с ними не стал. Я же осталась в стороне невольным свидетелем боевых действий.

Жуткий вой, от которого кровь застыла в жилах проник даже сквозь мои наушники. Он перебил басы из колонок Полины. Я чувствовала, как волосы на руках встают дыбом от страха. Это было что-то на уровне животного инстинкта. Мне захотелось спрятаться, забиться куда-то и не вылезать. Я не сразу поняла, что этот вой доносится из комнаты, в которой теперь жил Олег. Они играются, а я лежу и дрожу от страха. И про свой фильм давно забыла. Вся эта катавасия продолжалась до одиннадцати часов. Как только пришло время икс, в квартире наступила долгожданная тишина. Только теперь она казалась неестественной. Жуткой. Пришлось пить успокоительное, чтоб уснуть.

Я была на пляже. Теплая вода, ласковое солнце. Я купалась. Отплыла уже далеко от берега. И тут меня начало что-то тянуть на дно. Я пыталась выбраться, а ноги запутались в водорослях. Они мне и не давали выплыть. И вот я уже не могу пошевелить руками. Пыталась позвать на помощь. Вода заливала рот. Я начала задыхаться. Беспомощно хватала ртом воздух, а все без толку. Кислорода не хватало.

– Подожди, сейчас я тебя освобожу. – Меня что-то вытаскивает из воды. Похоже на космический корабль. Его луч легко справляется с водорослями и поднимает меня к себе на палубу летающей тарелки. А там стоит Олег. Смотрит на меня, улыбается и тянет к себе руки, которые превращаются в щупальцы. Я закричала.

– Чего ты орешь? – спросил меня Олег. Я посмотрела на него и опять начинала кричать. Попыталась вскочить на ноги, но ударилась головой об стол. Он схватил меня в охапку и прижал к себе. – Успокойся. Видимо тебе кошмар приснился.

Он гладил меня по голове, а я почему-то начала плакать.

– Так напугалась или шишка болит?

– Да.

– Чего да?

– Пугаете, а потом спрашиваете.

– Ты в пододеяльник забралась. Кляп себе из него сделала. Чуть не задохнулась. При чем тут фильмы ужасов? – спросил Олег.

– А как так получилось?

– Откуда я знаю. Вот спала бы со мной, я бы тебе ответил.

– Мне приснилось, что ты инопланетянин. А с инопланетянами я не сплю.

– При чем тут эта чушь?

– Вдруг сон вещий? – пусть меня полной дурой считает. Может отстанет?

– Серьезно так считаешь? – Олег посмотрел на меня. Я никак не могла понять, чего он так близко. И почему его холодные глаза на уровне с моими.

– Да.

– А с виду с головой дружишь. С другой стороны, у каждого свои тараканы. Представляешь, вот подружатся твои тараканы с моими, какая веселая жизнь начнется? – ответил он. Я смотрела на его губы и никак не могла оторвать взгляд. Они казались каким-то неестественным клочком суши, вокруг которого росла столь буйная растительность. Может у него и вши были, а он ко мне целоваться лез.

– Такую живность не держу. – ответил Олег.

– Я это в слух сказала?

– Да.

– Как-то неудобно получилось. – я вздохнула.

– Тебе удобно? Я все же предпочитаю что-то более мягкое, чем пол. Пойдем ко мне ночь досыпать? Чего здесь валяться будешь?

– Нет, не пойду. Вы приставать начнете, а я не хочу. – я выползла из его объятий. Нашла телефон. Три часа ночи. – Спасибо, что спасли из пучины воды.

Я упала на подушку и тут же начинала проваливаться в сон. Почувствовала, как его ладонь прошлась по моей груди. Сказала бы ему, что я о нем думаю, но больно спать охота.

– Он точно маньяк! – сказала Наташа после моего рассказа о веселых выходных днях.

– И поэтому купил комнату, чтоб меня было проще преследовать? Какой состоятельный маньяк мне попался.

– Я с сомнением покачала головой.

– А что ты о нем знаешь?

– Ничего.

– Вот и узнай.

– Зачем?

– Чем больше ты будешь знать о враге, тем быстрее найдешь его слабые стороны. – стала доказывать Наташа.

– А зачем мне знать его слабые стороны?

– Так вдруг отбиваться придется! А ты знаешь, что у него колено больное. Вот и хрясь ему по колену ногой, он падает, а ты его хрясь по больной печенке, селезенке, – Наташа так разошлась, что я отошла подальше. Так, на всякий случай. – И он у твоих ног.

– Не нужен он мне у ног.

– Пока он валяется, ты сможешь сбежать! – выдала Наташа с ярким горящим взглядом.

– Я подумаю над твоими словами. – пообещала я. С буйными лучше соглашаться. Спорить ненужно.

Часов в восемь завалилась пьяная компания. Трое парней. Купили пива, водки. Магазин у нас маленький. Торговля еще по старинке: прилавочная. Моисей Валерьянович думал переделать магазин под супермаркет, но на это нужны деньги. Пока этих денег у него не было. Наташка встала грудью защищать деньги. Я попыталась образумить компанию. Вывести их из магазина. Как назло тревожная кнопка не работала. Да, так работать было не положено, и откровенно страшно, но мы работали, в надежде, что Моисей Валерьянович в этом месяце ее отремонтирует.