Закрайсветовские хроники. Рассказы

Ярослав снова кивнул и тяжко вздохнул.

– Это все понятно, а как мне обратно выбраться?

– Пока не знаю, – пожал плечами старик, – но ты не расстраивайся. Если ты сюда как-то попал, значит, и обратно путь есть. Найдем его со временем, а пока здесь побудешь. С жильем проблем нет – у меня поживешь.

– И что, мне каждый день к этому краю ходить, что ли? Как я этот путь найду-то?

– Да что ты такой нетерпеливый? – покосился Тимофей Федорович на Ярослава. – Мне что, пойти сейчас дырку в крае света проковырять? Или из рогатки в тебя запульнуть, чтоб ты там, с той стороны, приземлился? Не переживай, придумаем что-нибудь.

Ярослав предпочел промолчать. Вообще, читая про подобное в книгах, смотря фильмы про людей, попадающих в другие, сказочные и добрые, или, наоборот, недружелюбные и опасные миры, он всегда думал о том, что и сам был бы не против оказаться в таком месте: за чашкой кофе, в удобном кресле; это казалось веселым приключением. Но, когда это произошло на самом деле, все выглядело не таким уж и радужным. Он только начал узнавать этот мир, но уже понимал, что здесь придется привыкать ко всему заново. Общаться с людьми, которые пьют чай из камыша с солью, вместо варенья закусывая его тертым хреном. С людьми, которые выращивают какие-то ночножаны и темнодоры. Привыкать к тому, что воры здесь являются ценными членами общества и, ко всему прочему, еще и получают зарплату. И, видимо, это еще не самые необычные вещи, с которыми он столкнется.

– Да что я тут делать буду? – озвучил Ярослав свои мысли.

– Вот, кстати, об этом я и хотел поговорить, – старик поудобнее уселся на скамейке, – я тебе вчера рассказывал, что у нас тут с кадрами проблема. Председателя деревни найти не можем. Ты как?

– Что как?

– Председателем, говорю, будешь?

– Прям вот так сразу? А что не депутатом?

Старик осуждающе посмотрел на Ярослава.

– Ты, сынок, не перегибай. Я с тобой культурно общаюсь, а ты матом ругаешься.

– Да я вообще ни слова не сказал плохого! – Ярослав на мгновение замолчал. – А, понятно. У вас тут депутат – это…

– Это ты лучше с кем-нибудь другим обсудишь. А со мной не нужно.

– Просто у нас все по-другому…

– Неужели? Ну наконец-то до тебя это доходить стало, – улыбнулся старик. – Я не знаю, как там у вас, но в местных обычаях я тебе помогу разобраться. Ты только спрашивай, если что непонятно, понял?

– Понял, – кивнул Ярослав.

– Так что с председателем?

– А что делать-то нужно?

– Всё.

– Всё?

– Ну да, всё. За порядком следить, зарплаты выплачивать, если у кого спор какой возникнет, так ты рассудить должен будешь. В общем, помогать людям во всем, чтоб им жилось хорошо и радостно.

– Ого! – удивился Ярослав, – а у нас…

– Сынок, ты забудь пока что эту фразу. Теперь «у нас» для тебя – это здесь, в Закрайсветово.

Ярослав задумался и угрюмо уставился на свои ботинки.

– А подумать можно?

– Над чем тут думать? – серьезно посмотрел на него старик, – ты что делать-то умеешь? Куда ты пойдешь? На уборку? Ты даже лунь-траву в жизни ни разу не видел. В воры? На это учиться нужно, да и мест там нет. Кем ты работать будешь?

– Я там… В общем, раньше я менеджером работал.

– Экая у вас там ругань замудренная… Я таких слов и не слышал ни разу…

– Да это профессия такая, – засмеялся Ярослав, – продавать людям то, что им не нужно.

– А, вон оно что… Не, у нас тут таких бьют. Сильно. Так что не пригодится здесь твое ремесло.

Ярослав обиженно покосился на старика, но решил промолчать и не лезть в чужой монастырь, рассказывая о нужности и важности своей профессии. По крайней мере он так о ней думал.

– А как мне этим председателем устроиться? Анкету составлять или что?

– Не надо ничего составлять. В центр идешь, там здание будет длинное. Поднимаешься на второй этаж, справа по коридору дверь. Табличка будет на ней: «Председатель д. Закрайсветово». Войдешь в кабинет, на бумажке свою фамилию и имя напишешь и к табличке этой пришпандоришь. И все. Работай себе на благо односельчан. Только к бухгалтеру зайди, чтоб она тебя на зарплату поставила.

Ярослав немного опешил от такого способа трудоустройства, но глупых вопросов решил не задавать, тем более что невдалеке раздались шаркающие шаги механика Ивана.

– Ну что, принес? – окликнул его Тимофей Федорович.

– Ага, – расплылся в довольной улыбке Ванька и взмахнул пакетом.

– Ну, пойдемте тогда приезд моего племянника обмоем.

– Какого племянника, Федорыч? – непонимающе дернул головой механик.

– Да пошутили мы над тобой, Вань, – как ни в чем не бывало хохотнул старик. – Знакомься. Это Ярослав. Племянник мой. С Краегорска к нам на работу приехал устраиваться. Первое время председателем потрудится, а потом, может, получше что-нибудь подвернется.

– Но… – Ярослав хотел было возразить, но старик незаметно пихнул его локтем в бок.

– А машина? – не унимался Иван. – Как же машина там оказалась?

– А кто его знает? – вставая со скамейки, невозмутимо произнес Тимофей. – Она там давно уже стоит. Еще когда ученые приезжали. Помнишь? Вроде как, в газете писали даже, что у них там что-то не так пошло.

– Да? – недоверчиво протянул Иван.

– Балда. Пойдем уже в дом. Тебя только за смертью посылать.

Старик, механик и новоиспеченный родственник, а по совместительству и будущий председатель деревни зашли в дом. Ярослав еще не знал и не понимал, как сильно изменится его жизнь. А точнее, как она уже стала меняться.

4

– Нет, погоди, Федорович, – все не унимался механик, распластавшись на диване, на котором сегодня ночевал Ярослав. – Ты мне скажи, машины вчера не было?

– Вчера не было, сегодня появилась. Что, не бывает так? Вот тебя вчера тут не было, а сейчас сидишь и глупые вопросы задаешь, – спокойно ответил старик.

– Так откуда она там взялась тогда?

– Вот ты пристал ко мне! Я откуда знаю? Ты так говоришь, как будто я ее туда всю ночь затаскивал, чтобы сейчас над тобой посмеяться. Не знаю я, понимаешь? Иди найди тех ученых, которые там колдовали, да у них и спроси.

Тимофей Федорович поставил чайник на огонь и сел за стол.

– Так ты говоришь, что машина не твоя? – Иван решил теперь попытать Ярослава.

– Нет, – коротко ответил он.

– А ты, значит, племянник Федоровича, да?

– Ага.

– Ну, и как там в Краегорске дела? Что нового слышно?

– Да по-старому всё… – пожал плечами Ярослав и покосился на старика.

– И кто там сейчас председателем трудится?

– Да отстань ты от человека! – перебил его Тимофей. – Вот уж пристал, как этот… Дай человеку отдохнуть! А лучше расскажи, что у нас в деревне творится. Он же сегодня пойдет председателем устраиваться, ему нужно о делах наших знать, о том, что людям нужно.

Иван недоверчиво покосился на Ярослава, но все же, поудобнее устроившись на диване, заговорил.

– Значит, смотри. С дорогами в деревне нужно что-то делать.

– Ну ты загнул, – покачал головой Федорович. – Дороги!.. Что ты сразу паренька загружаешь?

– А что? Пусть придумает уже что-нибудь! Сколько это продолжаться будет? Вот тут эти дороги уже сидят, – Иван ткнул пальцем себе в шею. – В общем, с ними нужно что-то решать. Ни одной кочки нет…

– Подождите, – Ярослав тряхнул головой. – То есть вам не нравится, что в деревне очень хорошие дороги? И вы хотите, чтобы я их испортил?

Он непонимающе уставился на Ивана. Тот, в свою очередь, посмотрел на старика и покачал головой.

– Ты посмотри, Федорович, парень еще председателем не стал, а уже так разговаривает, как будто он десять лет им проработал. Никакого понимания людских проблем…

Старик встал со стула и подошел к плите, на которой уже вовсю кипел чайник. Проходя мимо Ярослава, он незаметно пнул его по ноге, как бы намекая на то, что не стоит так откровенно удивляться местным представлениям о хорошей жизни.

– Вот скажи, какая польза от этих дорог? – не унимался механик. – Это здесь, на окраине, тихо, а в центре? Уснуть невозможно! И носятся все, и носятся… Шум, гул… Да и еще много других от них неприятностей. Я, к примеру, механик. А ко мне никто не едет, потому что машины не ломаются почти. Что хорошего в этом?

– Так это… Нужно просто преграды искусственные такие сделать, и всё, – сказал Ярослав. – Все притормаживать будут тогда перед ними.

– Здрасти, приехали! В законе как написано? Дорога должна быть гладкой, без всяких неровностей, кочек и других преград, – Иван аж покраснел от негодования. – Нельзя же ничего с ними делать по закону!

– А что, у вас тут… – Ярослав получил еще один незаметный пинок от старика и тут же поправился, – я имею в виду – у вас тут, в Закрайсветово, все законы выполняются?

– А у вас в Краегорске нет, что ли? – удивился Иван. – А зачем они тогда нужны, если на них никто внимания не обращает? Это тогда не законы получатся, а надписи на заборах. Если хочешь – иди, куда там написано, не хочешь – не иди. Так сказать, не законы, а рекомендации или, к примеру, путеводители.

– Так возьмите да сами что-нибудь сделайте, раз вам эти дороги жить мешают.

– Ага, вон, в прошлом году, в соседней деревне взяли двое и понаделали ночью ям, чтоб мимо их домов не носились, как угорелые. И всё…

– Что всё?

– Что, что… Нашли и осудили за порчу деревенского имущества на три года. Один теперь сапожником работает, а второй – директором завода кирпичного. Он, вроде как, организатором был.

– Что-то вы насочиняли уже, – ухмыльнулся Ярослав. – Сами сказали, что их осудили, а потом говорите, что они работают.

Иван замолчал и снова посмотрел на Тимофея.

– Федорович, он точно с Краегорска? Так говорит, как будто с другой планеты свалился! – удивился механик. – А что с осужденными делать? В доме каком-нибудь запирать, что ли? И какая польза от них будет? Тот, которого назначили директором завода, всю жизнь врачом работал. На него теперь смотреть жалко. Бедолага… Ходит, не знает за что взяться, спрашивает у всех, как и что делать… Второй вроде бы обвыкся уже. Он раньше столяром был, вроде бы получается теперь сапоги шить. Может, и отпустят его обратно условно-досрочно.

– А бывший директор завода сейчас где, если на его месте преступник работает? – прищурился Ярослав.

– Как это где? В отпуске оплачиваемом. Огородом занимается, книжки читает, путешествует. Как срок выйдет, снова вернется на свое место.

– Кто закон не нарушает, тот живет в свое удовольствие или работает на любимой работе, – пояснил Федорович, – а кто вдруг что-то не по закону делает, того на должность ставят, в которой он не соображает ничего. И чем преступление серьезней, тем и должность ответственнее. Чтоб побольше нервов у него на такую работу уходило. Вот такие дела… А вообще, все наказания на усмотрение председателя. Но чаще всего именно так все и делают.

– А зарплату? Зарплату ему тоже платят, что ли? – округлил глаза Ярослав.

– А как же? Конечно, платят. Только не всю. Половину отдают тому, чье место он временно занимает. Вроде как компенсация.

Ярослав недоверчиво посмотрел на Ивана и уже хотел задать очередной вопрос, но Тимофей Федорович прервал их разговор, поставив на стол три кружки дымящегося чая.

– Ладно, Ванька, потом расскажешь про свои заботы. Пусть парень пообвыкнется немного, присмотрится… Глядишь, и наладит нам жизнь.

– Посмотрим, посмотрим, – с сомнением буркнул Иван и придвинул к себе кружку.

Ярослав уныло посмотрел на чай и солонку, которую Федорович поставил на стол. Ему совсем не хотелось снова пробовать эту гремучую смесь. Да и рассказы эти больше напоминали бред сумасшедшего.

– Ладно, вы тут сидите, а я тогда пойду попробую на работу устроиться.

– Ну, смотри сам, – пожал плечами Федорович, – как пройти, помнишь?

– Ага, – кивнул Ярослав, вставая из-за стола, – не потеряюсь.

Ярослав шел по идеально гладкому тротуару в сторону центра и думал об этом странном месте, в которое он попал не пойми как. Вроде бы все вокруг было до боли знакомо – обычная деревня, такие же, как и он, люди, со своими проблемами и житейскими неурядицами… Но, с другой стороны, все эти местные традиции, устои и странные для него представления просто не укладывались в его голове. Как можно платить зарплату ворам? А вместо того чтобы сажать преступников в тюрьму, ставить их на высокие должности? Почему на первый взгляд абсолютно логичные и правильные законы вызывают у людей такое неприятие?.. Тысячи «почему» и «зачем» роились в его голове, но он никак не мог ответить на все эти вопросы.

– Стоп! – Ярослав аж остановился на месте. – А разве у нас не так? Разве нет у нас высокопоставленных преступников? Разве не получают у нас зарплату те, для кого она является просто приятной добавкой к наворованному? Выходит, что здесь все так же, как и там, в моем мире. Только это не скрывается и не замалчивается, а просто является нормой… Да нет, – он махнул рукой, как будто отгоняя от себя свои мысли, – здесь совсем по-другому. Здесь это наказанием считается, а не везением. Впрочем, ладно, Федорович прав. Нужно присмотреться да пообвыкнуться. Рановато еще выводы делать.

Он поднял глаза и посмотрел на двухэтажное здание, к которому он пришел, сам того не заметив. У двери висела невзрачная табличка, на которой было написано: «Администрация деревни Закрайсветово», а ниже небольшое объявление: «Ищем председателя. Опыт работы не обязателен. Желательно молодого, чтоб не помер внезапно».

– Ага, значит, мне сюда.

Ярослав поправил рубашку и, выдохнув, открыл дверь.