ДЕТСКАЯ БИБЛИОТЕКА. Том 14

Полосатый бросился к дверям и забарабанил в нее лапками. Рыжий, разбежавшись, пару раз пнул дверь сапожком. Раздался скрежет засовов, и обрюзгшая морда стражника-бульдога глянула в камеру.

— Бунт?! Я вам побунтую! Лапы на голову, мордой к стене! Без разговоров! Живо!

Блохи кинулись молча, всей кучей. Бульдог, визжа от боли, стал кататься по подземелью, махая лапами и безуспешно пытаясь укусить хоть одну блоху. Котята перепрыгнули через него, бросились вверх по лестнице и выскочили во двор. Да… такого количества собак сразу они никогда не видели! Псы удивленно воззрились на котят. Мгновение спустя началась ужасная травля! Два маленьких котенка пулей носились по двору, преследуемые рычащей собачьей сворой. Рыжий и Полосатый изнемогали. Долго так продолжаться не могло. Друзья схватились за лапки и, зажмурив глаза, приготовились к смерти. Какая-то страшная сила подхватила их, перевернула и подбросила вверх. Котята упали на что-то мягкое. Осторожно открыв глаза, Рыжий и Полосатый увидели, что лежат на спине огромного сенбернара Бума. Рядом с ним стоял сам король.

Глава 13

Когда генерал Гррам узнал, что Бум добился встречи с королем и Доберман Гафт Третий был в невероятном гневе, он не стал дожидаться худшего и сбежал, прихватив план крепости. Примерно в миле от форта он наткнулся на кошачьих разведчиков и без сопротивления сдался им в плен. Кошачий король (а он действительно участвовал в походе) принял генерала очень ласково. Заискивающий Гррам тут же вручил кошкам план обороны форта, за что получил кучу благодарностей. После чего коварный Мурмяускас приказал связать генерала и приготовить к отправке подальше в тыл, где и предать его почетному повешению по возвращении армии из похода. Подозревая, что генерала Гррама будут искать, кошачий король велел выкопать побольше «волчьих ям» и наставить капканов. Небольшие отряды разведчиков по-прежнему прочесывали окрестность.

Форт был поднят по боевой тревоге. Искали генерала. Не нашли. Зато обнаружили пропажу секретной документации. На всякий случай гарнизон крепости занял боевые посты. Добрый король Доберман выразил желание сам проводить котят до побережья. На увещевания Бума он ответил лишь пожатием плеч:

— Мой добрый Пум, ты есть хороший пес, но ты не должен за меня огромно волноваться. Я сам провожаль моих крошка дрюзей до воды. Опасность — есть развлечение королей! В случай что я сам всех бить через английский бокс.

Рыжий и Полосатый сердечно простились с Бумом. Королевский повар дал им по ранцу с провизией, а офицер охраны две легкие шпаги из арсенала. Остальные собаки, узнав о героических подвигах и верной дружбе котят, прониклись к ним уважением и не пытались больше гонять по двору. Признаться, отношение к ним стало таким теплым и душевным, что Рыжему даже расхотелось уходить. Все равно дома, кроме порки, ничего не ожидалось. Поразмыслив таким образом, он сообщил об этом Полосатому. Тот ответил кратко:

— Меня мама ждет.

Полосатый был прав. Сопровождаемые Его Величеством котята двинулись в путь. Непринужденно болтая с королем, друзья дошли до самого побережья. Здесь Доберман Гафт Третий произнес прощальную торжественную речь.

— Майн киндер! — проникновенно начал он. — Мне есть особенно грюстно, что нам расставаться. У меня нет принц-мальшик, у меня есть один дочки. Шесть штук! О, майн либен готт! Как я выдавать их замуж?! Это мой больной проблем… Однако довольно политика. Вас весьма ждут фатер и муттер. Я целовать вас в нос, и вы бежать домой, домой. Не забывайте ваш старый добрый друг Доберман. Если вы еще раз будете мой гость, я есть весьма рад. Я есть…

Король не договорил. Из-за ближайших кустов вылетела большая рыболовная сеть и накрыла Его Величество с головой. В тот же миг двадцать отборных котов из разведки повисли на сети, стараясь окончательно запутать собачьего короля. Рыжего и Полосатого попросту отшвырнули в сторону, чтоб не путались под ногами. Доберман Гафт Третий защищался как лев, и не один кот летел по воздуху, сраженный мощным апперкотом или хуком справа. Одних зубов Его Величество повыбивал не меньше дюжины, но, к сожалению, боевые части кошек были слишком близко. В конце концов короля повязали…

Глава 14

В походном шатре Мурмяускаса царило бурное оживление. Пан Коржик и адмирал Румпель наконец-то смогли обнять своих блудных детей. Пана Коржика также уведомили, что его героического сына желает видеть сам король. Дело пахло большой наградой! Однако вся эта суета совершенно не радовала Рыжего и Полосатого. Почему? Котятам было жаль собачьего короля. Может, это и являлось страшным преступлением против своей родины, родственников, друзей и всех кошек в целом, но… ни Рыжий, ни Полосатый, наверно, не смогли бы объяснить, почему они так сожалеют о пленении одного из самых главных противников кошачьего народа. Доберман Гафт Третий был добр к ним и все…

В шатер ввели и генерала Гррама. Вельможи и полководцы кошачьего войска ждали только выхода короля. Под торжественную музыку и крики восторга Мурмяускас взошел на трон. Он был толст, напыщен и зловреден… Мановением лапы, унизанной перстнями, он подозвал к себе Рыжего. Отвесив изящный поклон, Рыжий подошел к королю.

— Маленький герой — сын достойных родителей! Род Коржиков всегда славился отважными кошками. Мы решили наградить тебя!

— За что, Ваше Величество? — удивился Рыжий.

— Какая скромность! — мягко восхитился король. — Однако тебе есть чем гордиться. Ввести сюда пленника!

Коты-охранники ввели в шатер крепко связанного Добермана. Собачий король даже в плену сохранял гордость и величие. Его глаза горели, зубы были стиснуты, а под лоснящейся шерстью перекатывались мускулы. Мурмяускас Пятый высокомерно глянул на пленника и ласково обратился к Рыжему:

— Малыш, за хитроумную помощь, оказанную государству в деле захвата короля враждебной страны, мы, Мурмяускас Пятый, награждаем тебя почетным орденом «Когтистая лапа». Орден — герою!

Грянула музыка. Юный «герой» ошеломленно переводил взгляд с короля на отца, с отца на Полосатого, пока вдруг не встретился глазами с Его Величеством Доберманом. Пленный король презрительно посмотрел на Рыжего и выразительно бросил:

— Ти есть мелкий предатель!

Орден поплыл перед глазами Рыжего. Но окружающие восприняли его слезы как знак благодарности своему монарху. Рыжий пошатнулся и чуть не упал в обморок. Полосатый успел подставить плечо и поддержать друга. В наступившей тишине раздался дикий вопль Рыжего:

— Я не пре-да-те-е-ль!

В шатре повисло гробовое молчание. Какое-то время никто не находил слов. В воздухе запахло порохом…

— Кажется, нашему мальчику солнце напекло голову… — медленно прошипел Мурмяускас Пятый.

— Нет! — встрял Полосатый. — Рыжий прав, мы никого не предавали! Собачий король очень добрый и хороший. Он нас провожал домой, и это вы первыми напали на него.

— Что ты сказал, щенок?! Ты смеешь обвинять Наше Королевское Величество?! — угрожающе поднялся Мурмяускас.

Рыжий и Полосатый встали спина к спине и, выхватив маленькие шпаги, загородили Добермана Гафта.

— Это бунт! — завизжал кошачий король.

— Ваше Величество, — тонким, но твердым голосом потребовал Рыжий, — отпустите собачьего короля!

— С какой стати?! — притворно удивился Мурмяускас Пятый.

— Он хороший! — в один голос аргументировали свои требования Рыжий и Полосатый.

— Нет, вы посмотрите, какие нахалы! — возмутился кошачий король.

— Мы не нахалы! — вновь возмутился Рыжий. — Доберман Гафт Третий дважды спас нам жизнь. Он провожал нас домой. А ваши стражники напали на него из засады, все на одного. Это нечестно! Благородные коты так не поступают. Мы не позволим обижать нашего друга Добермана!

— Друга? — У Мурмяускаса отвисла челюсть.

— Друга! — подтвердили Рыжий и Полосатый. — Отпустите его, а то хуже будет!

— Стража! Взять мерзавца! — взвизгнул король, указывая на Рыжего.

Коты-стражники двинулись было на «преступника», но Рыжего загородила чья-то массивная фигура. Грозный адмирал Румпель, потрясая абордажной саблей, громко поклялся сделать австрийский шницель из всякого, кто прикоснется к ребенку.

— Не бойся, малыш! — бросил он Рыжему, свирепо оглядывая стражников единственным глазом.

— Это уже не бунт, это революция! Взять всех! — закричал король.

— Можно я?! Я их всех перекусаю! — просительно взвыл генерал Гррам.

— Можно, — подумав, согласился Мурмяускас.

Собачий генерал с места прыгнул на Полосатого, но точная и тяжелая пощечина кошачьей лапы изменила траекторию его полета. Толстый Гррам врезался в ряды стражников, задавив двоих насмерть. Невозмутимый пан Коржик отряхнул лапу и, подмигнув Полосатому, гордо заявил:

— Разобью морду любому, кто приблизится! Попробуйте только тронуть ребенка, бармалеи!

Стражники, опешив, топтались на месте. Доберман Гафт Третий удивленно глядел на новоявленных защитников. Мурмяускас долго ловил ртом воздух, пытаясь что-то сказать. Обстановка была сложная и взрывоопасная. В довершение всего два черных кота, дежуривших у входа, без звука влетели в шатер и прилипли к стене. Полог отодвинулся, и в проеме показалась огромная морда Бума.

Глава 15

Сенбернар был буквально увешан кошками, как новогодняя елка — игрушками. Не меньше полусотни отборных боевых котов с набитыми шерстью ртами пытались безуспешно укусить или оцарапать огромного пса. Бум отряхнулся, словно вышел из воды, и кошки разлетелись в разные стороны, как брызги.

— Ваше Величество, — обратился Бум к Доберману Гафту, — вас очень просят вернуться в форт. У нас большое несчастье.

— Несчастье? Не есть несчастье? Что у вас там творился, пока я тут гулял в гостях?! — встревоженно заговорил король.

— Дело в том, что одна из ваших дочерей, маленькая Шелли, выехала к вам в Мурр-Дог. Места у нас спокойные, и она ехала почти без охраны. В двух милях от форта на нее напали бродячие коты. Кучер дрался до конца и еле дополз до Мурр-Дога. Но Шелли! Ваша дочь в плену!

— Майн готт! — в один голос вскричали король, Рыжий и Полосатый.

Доберман Гафт обернулся к Мурмяускасу и торопливо заговорил:

— Мой венценосный брат! Я весьма рад бить ваш гость, но увы… Важний дел зовет меня в срочний дорога. Я есть ошень благодарен всем за весь торжественний прием. Мне совсем пора. Я весьма побежать. Прощай всем!

— Ну уж фигу вам! — подпрыгнул на троне Мурмяускас. — Вы все мои пленники и никуда не уйдете. Взять их!

Действительно, особенно бежать было некуда, к шатру успели собраться все кошачьи войска.

В этот критический момент Полосатому пришла в голову простая и гениальная идея.

— Мы спасем ее! Не волнуйтесь, король!

— Точно, — поддержал Рыжий, — мы сейчас сбегаем и спасем!

— О, майн киндер! — прослезился король. — Ви бежать спасать мой бедный дочка Шелли, а я вас тут прикрывать. Развязать Мой Величество!

Адмирал и пан Коржик мгновенно освободили короля, удивляясь самим себе, почему не догадались это сделать раньше. Буквально в тот же миг слуги Мурмяускаса бросились на них.

— Доннер веттер! — зарычал Доберман Гафт Третий, вступая в схватку. — Рижий и Полосатий — вперед! Бежать бистро, бистро, спасай мой Шелли. Мы постоим тут. Один за всех и все на одного!

В общей свалке Рыжий и Полосатый выскользнули из шатра и бросились в лес. Первое, на что они наткнулись, был большой отряд собак из форта, отправившийся на поиски короля. Рыжий подбежал к начальнику отряда и живо изложил ситуацию. Отряд трижды гавкнул в честь «юных друзей короля» и бросился в сторону, указанную Рыжим, на выручку Его Высочества.

Рыжий и Полосатый долго блуждали по лесу, но никого не нашли. Наконец Рыжий обнаружил красный бантик, зацепившийся за ветку ели. Дальнейшее было делом техники. Полосатый в своих индейских играх научился неплохо разбираться в следах. Впрочем, похитители не старались особенно маскироваться. После непродолжительной беготни по лесным тропинкам, кочкам и буреломам друзья вышли к старому заброшенному домишке. Трудно было поверить, что в такой глуши может быть чье-то жилье. Вокруг были горы мусора и обглоданных костей, в воздухе стоял противный запах гнили, а в одном из окошек домика горел свет. Ночь спустилась тихо и незаметно. Подойдя ближе, котята поняли, что попали в самый настоящий разбойничий вертеп! А заглянув в окно, друзья встревожились не на шутку. В домике за грязным столом в окружении семи ободранных котов сидел их старый знакомый — Хромой…

Глава 16

Друзья присели под окном и тяжело вздохнули. Первым заговорил Полосатый:

— Мы влипли… Это тот самый Хромой. Уж он-то нас не забыл и теперь припомнит все.

— А может, не припомнит? — наивно предположил Рыжий.

— Ага, как же! После того как ты сапогом треснул его по носу, а я добавил синяк под глазом?

— Все равно надо как-то выкручиваться. Может, напасть на них врасплох?

— Можно. Но когда они придут в себя, то, клянусь Нептуном, они перемотают нас на клубок шерсти для носков!

В этот момент из окна раздался щенячий визг и вслед за ним жалобный кошачий вопль: «Она кусается!» Рыжий и Полосатый, вскочив, вновь заглянули в окно. Мрачная комната освещалась большим свечным огарком, все вокруг было завалено мусором, наверно, бродяги не убирались здесь со дня строительства избушки. Двое котов держали за лапки чудную крошку-доберманку. Это и была младшая дочь славного короля Добермана. Маленькая собачка оказалась так хороша, что у котят дрогнули сердца.

— Мы должны ее спасти! — вдохновенно прошептал Рыжий.

— Есть идея! — коротко бросил Полосатый. — Жди меня здесь и никуда не уходи.

В это время Хромой подошел к пленнице и с издевкой потрепал ее за ухо:

— Что загрустила, крошка? Твой папочка, наверно, скучает по тебе? Ничего, когда-нибудь мы дадим ему весточку из тюрьмы, где томится его бедная птичка!

Коты противно захохотали.

— Вы все разбойники и бандиты! Вас поймают и накажут! Мой папа… — возмущенно заговорила маленькая принцесса, но Хромой грубо оборвал ее:

— Тихо, крошка! Не тявкай, а не то нос откушу! Мы не разбойники и не бандиты. Мы… как бы это сказать… специальный отряд по мелким пакостям. Сам король Мурмяускас Пятый финансировал нашу операцию. Теперь твой папочка отдаст нам Мурр-Дог совершенно бесплатно, так сказать, без аннексий и контрибуций. А мы ему вернем любимую дочь… когда-нибудь… может быть. Так что будь умницей, крошка, и посмотри на нас поласковей…

С этими словами Хромой криво улыбнулся и попробовал пощекотать принцессу за шейку. Гневно взвизгнув, Шелли вырвала лапку и звучной пощечиной высказала свое отношение к заигрываниям Хромого. Кот медленно потер щеку и с тихой злобой процедил сквозь зубы:

— Ах, вот ты как! Недотрогу из себя строишь?! Займемся ею, мальчики…

Дольше терпеть Рыжий просто не смог. Отважный потомок рода Коржиков не мог позволить себе спокойно наблюдать издевательства над дамой. Бродячие коты еще не успели дослушать приказ Хромого, как оконная рама вылетела с тихим звоном, и на подоконнике, словно чертик из шкатулки, возник Рыжий. Коты замерли, присев на хвосты. Хромой крестился, словно увидел привидение, а маленькая Шелли смотрела на юного героя с удивлением и восхищением одновременно. Рыжий, сверкая глазами, отважно размахивая шпагой, пристукнул сапожком и повысил голос, полный благородного негодования:

— Подлые негодяи! Как вы посмели поднять лапу на даму?!

Хромой забулькал, пытаясь что-то сказать, но в этот момент дверь в домик распахнулась и на пороге возникло что-то страшное и невероятное. У существа были две головы, а небывалые лохмотья, утыканные костями и сучьями, придавали ему вид заблудившегося лешего. Однако завывало существо, как настоящий домовой. Даже Рыжий замер в недоумении, а чудовище, громыхнув костями, наклонило одну из голов, здорово напоминающую старый горшок, и взвыло тонким заунывным голосом:

— Хочу кошачьего свежего мяс-а-а-а!

Коты от испуга бросились под стол, Хромой с воплем полез прятаться в печку, а Рыжий, прикрыв собой Шелли, приготовился дорого продать свою жизнь. Между тем лохмотья на чудище раздвинулись и на свет божий показалась улыбающаяся физиономия Полосатого. Рыжий подмигнул другу и, схватив Шелли за лапку, бросился в окно. Полосатый взвыл еще раз, наслаждаясь произведенным впечатлением, и сбросил с себя все сооружение. Потом, не удержавшись, подошел к печке и пнул ногой в зад Хромому. После чего и пустился наутек, догоняя Рыжего.

Глава 17

Сражение в кошачьем лагере длилось всю ночь. Неустрашимый король Мурмяускас Пятый, средоточие всех добродетелей и достоинств, сбежал первым. Возвратиться опозоренным в свое королевство он не рискнул и потому скрылся в самом неизвестном направлении. В кошачьем войске началось брожение, часть сразу сдалась в плен, часть отчаянно защищалась, надеясь на короля (его бегство было обнаружено позднее). Большая часть войска неожиданно перешла на сторону Коржика и Румпеля, активно встав на защиту короля Добермана. По-видимому, основную роль сыграл авторитет пана Коржика как одного из самых известных дворян королевства и боевые заслуги адмирала Румпеля. Благородство и величие собачьего короля тоже имели свой вес. К тому же, несмотря на длительность войны, кошки всегда считали, что собак выгоднее иметь союзниками, чем противниками. В общем, к утру обстановка в лагере нормализовалась. Правда, обнаружилась еще одна пропажа — исчез генерал Гррам.

Рыжий и Полосатый вместе со спасенной Шелли, взявшись за лапки, топали к форту. Выспавшись в лесу и подкрепившись ягодами, собранными опытным индейцем Полосатым, друзья весело болтали и были счастливы по уши. Теплое утро, легкий завтрак, приятная прогулка, дружная компания — что может быть лучше? Центром разговора была Шелли. Она буквально засыпала котят вопросами и каждый раз задавала новый, прежде чем успевала получить ответ на предыдущий. Искушенный в тонком искусстве светской беседы Рыжий еще мог поддерживать разговор, но для Полосатого это было трудно.

— Вас папа послал, да? — не унималась Шелли, задавая этот вопрос уже, наверно, в двадцатый раз. — Странно, правда, — котята спасают меня от котов? Когда я обо всем расскажу маме, она мне ни за что не поверит! Мама называет всех кошек «самураями» и говорит, что они только и умеют есть маленьких щенков и ковыряться в зубах зубочистками.

— Не зубочистками, а самурайскими мечами, — пошутил Рыжий.

— Правда?! — округлила глаза Шелли.

— Угу. И предпочтительно ковыряют друг у друга, чтобы показать всем, что они очень сытые, — мрачно поддержал Полосатый.