Помоги проекту - поделись книгой:
Амария Рай Ольга Дыдыкина Ольга Шатохина Карина Рашитовна Сарсенова Алекс Громов Семен Александрович Степанов Алексей Васенов Павел Викторович Иванов Михаил Михайлович Попов А. Санти Сейед Нассер Табаи Татьяна Безуглая Мунован Муноди Арти Д. Александер
Все игрушки войны (сборник)
Текст предоставлен правообладателем
«Все игрушки войны: Антология / А. Громов, А. Александер, С. Н. Табаи, К. Сарсенова, А. Санти, О. Шатохина, О. Дыдыкина, А. Васенов, М. Попов, М. Муноди, А. Рай, Т. Безуглая, П. Иванов; сост. А. Громов.»: Терраарт, Садра; Москва; 2017
ISBN 978-5-906859-39-6
Аннотация
Все игрушки войны. Антология
© Громов А., Александер А., Табаи С. Н., Сарсенова К., Санти А., Шатохина О., Дыдыкина О., Васенов А., Попов М., Муноди М., Рай А., Безуглая Т., Иванов П., текст, 2016
© Я. Симон, А. Санти, оформление, 2017
© Терраарт, 2017
© ООО «Садра», 2017
Предисловие
Вселенная – необъятна, но нас еще больше. В многообразии миров для абсолютного большинства живущих существ – нет и не будет одиночества. Об идеальном обществе можно лишь мечтать. Мир, война и между ними – таковы основные агрегатные состояния галактических цивилизаций.
Вы спросите – откуда этот старый замшелый профессорский пень это знает? Просто моя шкура – крепче многих других. Меня трижды продавали в рабство, однажды обменяли на красивую девушку, а в придачу к ней дали роботоспособный психометродогоратель и комплект кустарных биобатареек.
Я дважды прикидывался полудохлым, четырежды убегал из плена, падал из разбитого звездолета, был политинформатором в бригаде штрафников-негуманоидов, болтался в скафандре под ледяным космическим ветром, торговал всем имеющимся на звездном базаре. Не менее восьми раз попадал под суд за измену родным галактикам.
И вот я сам, снова на родном кожаном диване, пишу для вас это предисловие!
Будьте мужественны и настойчивы, надежны и хватки!
Солнца остывают, спешите!
«Все игрушки войны» – для настоящего разумного существа, не боящегося трудностей, как повседневной галактической жизни, так и метаморфоз при ее изменениях.
Маневры и мобилизации, размах и ярость главных сражений, славные боевые традиции, – сколько лет бушуют войны в галактиках – не хватит щупальцев, чтобы перечислить тех, кто умело рассказывал о них простым разумянам. «Все игрушки войны» займут достойное место у космодесантников и звездной пехоты, капитанов и штурманов, персонала военных станций и разработчиков оборонительно-наступательного оружия планетарных систем.
Мастерски показаны нравы и обычаи разных уголков Вселенной, в том числе – в непростое для них время.
Величественные дворцы звездных владык; торговые храмы галактик, советы по выживанию и конкретные его примеры; описание подвигов представителей всех рас и народов; диковины и реальности дальних миров – здесь собрано все, сочтено и рассортировано.
Времена – непростые, а «Все игрушки войны» – хорошие!
Между миром и войной
Посол мира
Арти Д. Александер
Искала в своей сумке коммуникатор, настойчиво звонивший уже не первый раз, и неожиданно почувствовала приятный аромат яблока. Когда Ты мне его подарил, я, стараясь шутить, сквозь слезы сказала:
–
– Да,
* * *
Наконец коммуникатор нашелся в одном из многочисленных отделений сумки, от прикосновения сразу включился сенсор видеоконтакта. Никак не могу привыкнуть носить его на себе, как все, и каждый раз бросаю в сумку, чтобы потом глупо искать этот крошечный аппарат среди множества других предметов. Встревоженное лицо сестры на фоне красных холмов Марса. Слышно, как в рукотворных каналах бежит мощный поток воды, а за ее плечом видна картина безжизненной планеты, Земли, давно покинутой людьми. Грустная проекция, пусть даже в красивой раме.
–
–
–
–
–
–
* * *
Быстро высыхает мокрый след очистителя на стекле. Погода под куполом города сегодня теплая, но не жарко. Солнце ласкает спину, играя моими волосами, согревая плечи, тихо касаясь ног. Точно также Ты обнимаешь меня, с непривычной стихийностью, от которой мое тело тихо тает и становится легче облака. Скучаю по Твоим объятиям. Тот день Ты меня не отпускал даже на минуту. Несмотря на разницу между нами и нашими мирами, забыв о положении и обязательствах, в эти минуты я была счастлива. Ты, обнимая меня и прижимая к груди, все время повторял –
Я чувствовала биение Твоего сердца, которые было красноречивее слов. Я была готова все отдать, только чтоб не видеть обреченно тускнеющий блеск Твоих глаз, когда не могла провести хоть день с Тобой. У тебя и у меня времени так мало, что едва получается несколько минут украсть, и то не всегда… В ушах остается Твой теплый, как дуновение лета, шепот:
–
Тебе наверно кажется, что мне легко отрекаться от Тебя, когда только с Тобой я чувствую полноту и гармоничность моей жизни.
…Чтобы отвлечься от грустных мыслей, решила заняться уборкой пыли с широких оконных проемов и расставлением разбросанных вещей по полкам.
–
Аш, мой муж, подошел и поймал меня за руку, которой
я старательно водила по окну, всем своим видом показывая, чтоб я поскорее спускалась с подоконника. Но мысли мои в тот момент были так далеки от этого дома, что с трудом пришла в себя.
–
–
–
–
Сердце сжималось, знала, что незаменимая. Знала, что единственная опора, надежда и сила. Кто бы подумал, что это будет невыносимая мука для меня.
Держа в руке высокий стакан, редкой работы неизвестных инопланетных мастеров, Аш вернулся в комнату. Он уже давно знает мои привычки и любимые вещи.
–
Изнутри тревожил внутренний голос:
* * *
Это была любовь с первой минуты и первого взгляда. Он – Посол одной звездной федерации, недавно прибывший для переговоров на периферийную планету земного содружества. Еще во время официальной встречи, не могла оторваться от удивительного разреза Его янтарных глаз. Глаза словно лучились внутренним светом, они были похожи на королевский янтарь. Еще до прибытия, всех встречающих предупредили и подготовили к восприятию внешности гостей с Римана-8, как это место значилось в земном каталоге. Но увидеть вживую Высокого Посла, это совсем иное, чем самое лучшее Его изображение. Обе стороны имели время еще до встречи обменяться необходимыми для общения базовыми знаниями. Муж спокойно отнесся к тому, что мне придется быть сопровождающим лицом Посла, и человеком, которому поручено, как можно быстрее освоить тонкости риманского языка, пополнить знания о жизни на Римане-8 и помочь Послу лучше разобраться в нашей.
У Него были вертикальные зрачки, расширяющие во время эмоциональных всплесков и очень мягкие руки-лапы, с белоснежной шерстью. Мой домашний кот, которого я по просьбе Посла пару раз принесла с собой на встречи с Ним, приходил от Него в полный эмоциональный и физический восторг, и я опасалась, что это вызовет какой-нибудь межпланетный конфликт. Но конечно это было глупым человеческим опасением, совершенно непонятным для риман, Посол был приятным и внимательным собеседником и с самого начала максимально сократил между нами расстояние, предложив общение без титулов и прочих формальностей. Иногда мне казалось, что часть своих слов Он произносит где-то в диапазоне ультразвука, неуловимого для человеческих ушей, но они как-то достигали моего сознания. Более того, они касались самой души. Мы сблизились настолько, что я рассказала Ему о своей семье и о том, как когда-то вышла замуж за человека, который безумно меня любил. Я стала его женой и матерью лишь потому, что не была уверена, что кто-то другой сможет любить меня также преданно и сильно, как Аш. Однако, несмотря на видимое благополучие и успех, меня временами мучило острое чувство нереализованности и одиночества.
Слушая меня, Посол качал головой и успокаивающе тихо мурлыкал. Мягкий полусвет городских огней едва проникал в просторную комнату, где Он удобно полулежал среди подушек. Он рассказывал мне, как тщательно готовился к работе на Земле, сколько материалов просмотрел о ее полной противоречий и борьбы истории. Технологии его планеты позволяли воссоздавать некоторые исторические образы людей разных эпох и наций, давала почувствовать эмоции и атмосферу, которая их окружала. И не только это, специальные программы делали возможным вступать в полноценный диалог, вести с ними тематические беседы. Его вниманию были предложены яркие лидеры и завоеватели, но из длинной вереницы наиболее любопытными собеседниками Ему показались такие деятели, как император Ашока, а позже и Ганди, менталитет которых раскрыл Послу неожиданные и близкие для Него стороны характера землян. Со стороны казалось, что Он не придавал никакого значения внешнему различию, словно отодвигая это в сторону и углубляясь лишь в содержание. А я подумала, что сказал бы сам Ашока, представься ему возможность так же легко, лицом к лицу, встретиться в собственном королевском зале для аудиенций с риманским Послом. Хотя не исключено, что за время своей карьеры Посол уже имел опыт общения с представителями совершенно разных и непохожих друг на друга видов. Каких это стоило усилий, лишь одному Ему известно. Но мне казалось, Он умел расположить к себе все, что его окружало. И даже синяя церемониальная «лента посла» с орденом за поддержание мира, врученная по старой земной традиции, не выглядела чуждой Его не человеческому телу, а была Ему к лицу…
Когда на наступление вечерних сумерек автоматически сработали внутренние светильники помещения, Посол сразу их отключил. Мне уже давно было известно, что Он не нуждался в ярком свете. Он встал и подошел к моему креслу, осторожно вынул из моих рук аппарат, помогающий мне в работе, отложил его в сторону и сев у моих ног, положил голову мне на колени. За день до этого, Он взял меня за руку, и от этого простого действия у меня перехватило дыхание. Он мог разделить со мной все, что чувствовала я, понимал с полуслова и полу-взгляда, словно это было невероятное единство двух потерянных и нашедших друг друга душ. С той ночи, как мы оказались так близко, мы чувствовали себя единым целым, и разлука даже на несколько часов казалась вечностью. Это была сумасшедшая, но не совсем физическая любовь, двух совершенно разных существ, связанных каким-то невероятным притяжением. Мы могли часами сидеть, просто не разнимая рук…
А потом Он уехал. Его вызвали на родину. Наши надежды, что Риман-8 станет союзником Земли, не оправдались. Вероятно, мы слишком многого от них хотели и не очень утруждались рекомендованным этикетом. Он срочно улетел, чтоб предотвратить назревающий конфликт и непонимание, Он надеялся убедить своих в необходимости сохранения мира – у Него был талант убеждать. Я понимала, что никто другой не сможет сделать это лучше него. В день расставания Любимый положил в мою ладонь земное яблоко, не знаю где Он достал его для меня в этой звездной глуши. Он ничего не забыл. Не только не забыл живописные библейские картины, которые Ему показывали, знакомя с нашим искусством, традициями, культурой и мифологией. Но и всему, что я рассказывала, Он придавал свой особый смысл. А я была так расстроена всем, что случилось в межпланетных планах и пугало разлукой, что едва сдерживала слезы. Поблагодарив Его, с шуткой о яблоке Евы, я просто положила подарок в сумку и забыла об этом. Еще некоторое время мы общались виртуально. Во время этих долгих сеансов связи Он продолжал обнимать меня и любить, виртуально, но даже сильнее, еще искреннее и нежно. И иногда мне казалось, что Он уже не может без этого жить. Через космические расстояния я физически ощущала время, когда Он меня ждал, где-то там на другом конце Вселенной. Его присутствие было столь ощутимо, словно Он совсем рядом и можно касаться Его теплой руки. А потом началось нечто странное. Я стала испытывать некоторое необычное недомогание, заставившее заподозрить, что беременна, хотя с мужем этого произойти не могло никоим образом. Своих детей мы планировали заранее и новых сейчас не желали. Нехорошее предчувствие заставило меня обратиться к специалисту, и опасения подтвердились. Единственный, кто мог быть отцом, это Он – риманский Посол, мой Возлюбленный. Самое ужасное это то, что такое было невозможно. Ведь в полный физический контакт мы не вступали, да и вряд ли такое вообще осуществимо между нашими видами. Даже наше наивысше единение было чисто эмоциональным.
В силу сложившихся обстоятельств этот ребенок не мог родиться, он не должен был родиться в чужой семье. Отношения с Риманом-8 тоже желали лучшего… Этому ребенку нигде не нашлось бы места среди людей. Да и римане, вряд ли смогли бы его принять, учитывая сложившиеся обстоятельства, и даже если бы необычайно повезло отправить его на Риман здоровым и живым. Какой мир я оставлю ему в наследство, какое наследство, как смогу защитить его? Потому особенно мучительно больно было сознавать, что я не могу ни родить этого ребенка, ни бросить свою семью, ни улететь. Размышляя об этом, я теряла уверенность и старательно гнала от себя неприятные, но навязчивые мысли, что меня предали и забыли янтарные глаза Любимого.
Поделиться книгой: