До самых высот

Первый. Усилием воли заставить себя городить всякую... Особых усилий не нужно, но что это даст? Внутренняя свобода при полном параличе внешних связей? Отсутствие мало-мальски сносных контактов с так называемым внешним миром? Незачем. Иллюзии. Вудсток.

Второй. Они все хлопали. Что им нравилось? Что нет?

Первый. Кто знает, болен ты или нет? Никто. Ну и что?

Второй (ползёт). Не дадим, не продадим, не купим, не прогадаем. (Корчится.)

Первый. Вот ведь бедолага.

Второй. Настрадались, нахлебались, натрудились, намудились!

Первый. Всё это...

Второй. Находились, набродились, нажрались, набормотались! Навидались! Нашвырялись! Нажились! Они все...

Пауза.

Второй, пошатываясь, встаёт.

Второй. Вроде бы... отпустило.

Первый. Надолго ли?

Второй. Так ведь невозможно...

Первый. Нет. Не знаю, чем помочь.

Второй (с надеждой). Я расскажу... о себе? Пока могу.

Первый (удивлён). Для чего?

Второй. Помогите. Как-нибудь.

Первый. Вы – молчите. Вам же лучше будет. Немотствуйте. Ну, что же поделаешь... Немотствует, немотствование, немоствовит. Лучше уж быть немым, чем безумным.

Второй. Всегда?

Первый. Не знаю. А зачем вам говорить, если вы не можете? Хочется? Не-ет, ничего хорошего вы не скажете.

Второй. Если надо?

Первый. С кем вы тут собрались беседовать? Я ухожу.

Второй. Если. Обратятся?

Первый. Кому вы нужны? (Пауза.) А! Знаю! Если будете с кем-то разговаривать, а на вас накатит, то вы поднимайте руку!

Второй. Зачем?

Первый. На вас накатит. Так? Вы, чувствуя, что слова как бы уже и не совсем слова, не те слова... что вы не в состоянии говорить те слова, обозначаете накатывание поднятием руки. Тогда вас собеседник сразу поймёт: на вас накатило, к вашему... бреду... не стоит относиться всерьёз. А то вдруг попадется обидчивый? Оскорбится и убьёт! Или женщина! Бабы не любят недомолвок, оторвут член – и что дальше? А тут вы поднимаете руку: я, мол, не я, говорю, не то, что думаю. Предварительно надо, конечно, дать ознакомиться с инструкцией по описанию самого себя. Подобный контакт полноценным не назовёшь, но всё-таки... (Хихикает.) А как же вы с женщинами устраиваетесь? Она вам скажет: «Я хочу тебя, снимай штаны, милый», а вы что-нибудь типа: «Деревянная железная вода»... Поднимайте руку, поднимайте!

Второй. И я тогда...

Первый. Да. А в остальное время – молчите.

Второй (скривился, согнулся). Аы... Накатывает.

Первый. Вот прекрасная возможность проверить эту методику на практике.

Второй. Ардис!

Первый. Про руку забыли! Привыкать надо. Вообще, если с вами повозиться, можно набрать материала на приличную диссертацию. Согласны послужить науке? Проявления болезни многообразны: бессвязные междометия, бессмысленные словосочетания, целые периоды, фразы, содержащие, на первый взгляд, осмысленную информацию, однако не имеющие никакого отношения к контексту разговора... Я шучу, шучу. Какая уж тут диссертация!

Второй (с поднятой рукой). Пятнадцать. Метил-этил.

Первый. Ага! Накатило! (Удовлетворённо.) Вот видите, я уже понимаю, что упоминание о метиле-этиле не имеет никакого отношения...

Второй (с поднятой рукой, возбуждённо). Аорта Герцога! Грек Дефлоракис вернулся из Брюсселя. Пумпа.

Первый. Хорошо. Я и не реагирую, я знаю – накатило.

Второй (опустил руку). У-у-у... Тридцать... (Поднял руку.) Уехал далеко и не по своей воле. Они... отравить жизнь. Прогнали. Мешали работать, провоцировали. Насиловали его женщин и... и... (Мучаясь.) и домашних животных.

Первый. Хоть вы и подняли руку, сообщив тем самым, что речь идёт не о том, о чём вы говорите... хотя, как речь может идти не о том?.. о чём идёт тогда речь? Всё равно, так и подмывает спросить, что было дальше?

Второй (с поднятой рукой). Песнопения ангелов... нет помощи... Не простил ничего... из содеянного кем-то. Вряд ли мы будем... винить его, осуждать... женился на телезвезде... (Опустил руку.)

Первый. Ну?

Второй. Летние сексуальные игры. О! (Поднял руку.)

Первый. А с тем-то, изгнанным, что было?

Второй (с поднятой рукой, растерянно). Дождливое лето. Моря и луга... луга... все они вышли из повиновения...

Первый (рассердился). Молчите уж лучше, невозможно! (Пауза.) Как вам помочь? Как? (Второй понуро молчит). Молчите. Что тут скажешь? (Зевает.) О-опустите руку, чего уж там... (Второй опускает руку). По поводу болезней. Был один случай с моим знакомым. Он заболел в Гибралтаре, и никто, ни один врач не мог определить, чем он болен. Вирус? Инфекция? Нервное? Светила смотрели его, самые разные диагнозы, и всё без толку. Прошло несколько лет. Жить-то он жил, болел и жил. Однажды утром...

Второй. Лечил. Лечить.

Первый. Руку вверх!

Второй. Не надо ещё.

Первый. Лучше уж поднимите.

Второй. Наката... пока нет.

Первый. Нет, так будет! Подумаешь, откатило на минутку, так он уже лезет с разговорами. Зачем? Скажете пару-тройку связных фраз, а потом накатит и – к дьяволу!

Второй (с поднятой рукой). Как быть известной в обществе... лоджия закрыта... с... семи утра...

Первый. Понятно. Руку – выше!

Второй. Я – генерал армии... Утверждение...

Первый. Молчите! Вот вам на прощание совет: если вы будете немотствовать во время очередного накатывания, то всё равно не опускайте руку. Устанете – меняйте руки, держитесь из последних сил, а руку – не опускайте. Ни за что! Никогда! Во сне держите её! Подвяжите, подоприте, сделайте приспособление, но чтобы держалась рука! И тогда-то...

Второй (с поднятой рукой, возбуждён). Аура дня! Карбункул! Гнойное золото!

Первый. Прощайте! Я – наверх. Прощайте!

На площадку поднимается Третий.

Третий. Ого! Да тут целое общество! (Осматривается.) Светло. Внизу гораздо темнее. Несколько последних пролётов я полз в кромешной тьме.

Первый. Странно! Когда поднимался я, внизу было светло.

Третий. Взгляните! Взгляните сами! (Первый боязливо подходит к левому пролёту.) Не бойтесь! Высуньте голову! (Первый выглядывает, смотрит в пролёт.) Убедились?

Первый с облегчением отходит.

Первый. В самом деле.

Третий. Бог с ним. Теперь всё это не имеет значения. Как говорится, после нас хоть... (Ходит по площадке.) Светло. А что же выше? (Подходит к правому пролёту.) Наверху как будто тоже. Порядок.

Первый. В этом-то смысле...

Третий. В этом?

Первый. Отсутствие света затрудняет движение, путь и без того труден.

Третий. Давно вы здесь?

Первый. Где?

Пауза.

Третий. Почему тут нет нигде окон?

Первый (растерянно). Я никогда не думал об...

Третий. Напрасно! (Примирительно.) Давайте знакомиться. Меня зовут...

Первый. Зачем? Поболтаем и разойдёмся. Вы отдохнёте, а я пойду.

Третий. Я не устал. (Подумал, оглядел Первого.) Мы могли бы пойти вместе.

Первый. Каждый сам по себе! Такова негласная заповедь!

Третий. Насрать мне на заповеди! И на эту, и на любую другую! Они только мертвецам годятся!

Первый. Хе-хе.

Третий. Я не предлагаю какие-то глобальные акции! Элементарная бытовая помощь! Так ведь гораздо легче справиться с препятствиями!

Первый. Что за препятствия?

Третий. Мало ли...

Первый. В чём же будет выражаться эта ваша бытовая помощь?

Третий. Не знаю.

Первый (разочарован). Бе-бе-бе.

Третий. Как хотите. (После паузы.) Вот представьте: вы сломали ногу.

Первый. Я? Ногу?

Третий. Или я. Свет погаснет – здесь так кувыркнуться можно.

Первый. Что и говорить, нелёгкая дорога. Но я хотел бы ещё отдохнуть. Чем выше, тем сложнее, вы заметили?

Третий. Мне тоже нелегко. Иду, разумеется. (Задумался.) Я вдруг вспомнил одну старую притчу. Один юноша встретил в лесу слепого старца. «Помоги мне выбраться из леса, – сказал ему старец, – и к тебе придёт удача». Юноша взял его за руку, и они пошли. Долго плутали они по лесу, пошёл дождь, началась гроза – только к вечеру им удалось выйти на дорогу. Они пришли в деревню, где жил юноша, но оказалось, что во время грозы в его дом попала молния, и дом сгорел. «Вот видишь, – сказал старец. – Я не обманул тебя. Ты ведь тоже мог сгореть». (Пауза.) Раньше мне казалось, что для гармонического существования нужно совсем немного: печь лаваш, ходить за молоком. Прогуливаться с собакой – желательно по берегу реки. Где-то бывать. Кого-то видеть иногда. Или просто спать. Только надоело мне всё. Окон нет! Хотя бы элементарные удобства: буфет, сортир, писсуар.

Первый (иронично). Буфет – здесь?

Третий. Почему бы и нет? Пусть не на каждом этаже – через один, через два! Я не прошу деликатесов! Простейший чай, бутербродик с дерьмом... А лифт? Разве трудно лифт провести? Наняли бы финнов, они за ночь на Эвересте лифт могут провести!

Первый (мечтательно). Эверест. Джомолунга.

Третий. Не Джомолунга, а Джомолугма.

Первый. Охо-хо-хо...

Третий. Почему обязательно надо тащиться пешком? Зачем вообще подниматься? Ещё неизвестно, что там ждёт. Вдруг там ничего хорошего? Лестница в небо!

Первый. Куда-то она ведёт.

Третий. Куда? Вот вы не знаете, я – тоже. Куда ведёт эта проклятущая, вонючая лестница? Хоть сдохни, а иди. Пешком. Вот тебе и вся недолга! (Пауза.) Почему по этой проклятущей вонючей лестнице никто не опускается вниз?

Первый. Видимо... для этого есть другая лестница.

Третий. Видимо. Невидимо!

Первый. Я иду, вы идёте. Вы думаете, нужно спускаться вниз?

Третий. Не знаю. А почему надо подниматься наверх?