Под давлением. Как добиваться результатов в условиях жестких дедлайнов и неопределенности

Ловушки, расставляемые психологическим напряжением, имеют три общих черты. Во-первых, они есть везде: на работе, в школе, на свидании и в спорте. Иногда мы попадаем в них в самый разгар напряженного момента, а порой еще до его возникновения. Но чаще всего мы даже не подозреваем об их существовании.

Кроме того, как все настоящие ловушки, они хорошо замаскированы. Попав в них, мы «спотыкаемся» в самый ответственный момент. Если мы забываем об осторожности, то они проникают в нашу повседневную жизнь, вызывая ощущение беспокойства и сомнение в собственных силах.

Правда, мы сами охотно попадаем в эти ловушки и расставляем их другим: коллегам, детям, партнерам. Обычно мы делаем это бессознательно.

Расстановка ловушек

Выполняя ролевые функции родителей, менеджеров, учителей и администраторов, мы каждый день начинаем с того, что вдохновляем других на достижение высоких результатов. Используемые нами методы – это зеркальное отражение того, как другие люди воодушевляли нас. Поэтому они не всегда основываются на последних достижениях науки, однако мы считаем эти практики эффективными.

Финансовая мотивация, поощрение и поддержка, а также здоровая конкуренция считаются весьма действенными способами побуждать людей к высокой активности и производительности. Но так бывает не всегда. Последние исследования в области психологии и экономики показывают, что эти методы могут иметь обратный эффект. Они способны усилить психологическую напряженность, помешать нашим действиям. В таких условиях прилагаемые усилия только обострят проблему.

Ловушка помощи

Большинство из нас привыкли считать, что поддержка помогает людям справляться с жизненными трудностями. Но так бывает не всегда. Множество исследований подтвердили истинность ощущений, которые испытывали Тайгер Вудс и Эрни Элс в финале Кубка президента: поддержка окружающих нередко увеличивает психологическую напряженность и заставляет людей ошибаться при выполнении привычных действий.

Ученые Дженнифер Батлер и Рой Баумейстер из Университета штата Флорида провели ряд исследований и установили, что участники экспериментов действовали хуже, чем могли бы, именно тогда, когда аудитория их поддерживала. Почему же сочувствие заставляет нас выступать хуже? Самое логичное объяснение звучит так: поддерживающая аудитория вынуждает нас переключать внимание на себя, стремиться хорошо выглядеть в глазах окружающих. Человек думает прежде всего о том, что скажут о нем люди. Поэтому он уделяет меньше внимания своим действиям и мыслям. Десятилетняя девочка может выступить плохо, потому что начинает себя контролировать и перестает концентрироваться на поставленной задаче. Она остро ощущает присутствие родителей (а взрослый человек – присутствие руководства) и спрашивает себя: «Что они обо мне думают?» Усилившееся внимание к собственной персоне мешает автоматизму при выполнении привычного, хорошо отработанного навыка. Ее процедурная память дает сбой.

Но почему поддержка аудитории мешает выступающим? Почему сочувствие семьи становится причиной психологической напряженности? Потому что речь идет о врожденном стремлении быть принятыми обществом и страхе перед возможным отторжением.

В доисторические времена разочарование, которые испытывали по отношению к человеку, или невыполнение им своих обязанностей вело к позору, осуждению, даже изгнанию из племени. Поскольку выживание каждого зависело от общности людей, такое изгнание зачастую было равносильно смертному приговору. Добывать пищу вместе намного легче, чем в одиночку. Соответствие ожиданиям соплеменников увеличивало шансы нашего предка на выживание. Если группа признавала человека, то он получал шанс принять участие в эволюции. Хотя мы больше не охотимся ради пропитания и не зависим от окружающих так, как в древности, мозг до сих пор запрограммирован на стремление быть воспринятыми обществом.

Это становится ловушкой. С одной стороны, поддержка окружающих пробуждает врожденное опасение быть отторгнутым ими. С другой – вызывает естественную необходимость обеспечить принадлежность к обществу себе подобных.

Мы не думаем о том, какие негативные чувства вызываем у других. Мы просто беспокоимся, принимают они нас или нет. Поэтому чем сильнее в человеке потребность в принятии и одобрении, тем выше его психологическое напряжение. Воздействие этого фактора способно помешать даже опытным спортсменам, закаленным выступлениями на состязаниях мирового уровня. Мы видели это на примере лучших гольфистов. Школьники, которые нуждаются в одобрении родителей, также признаются, что испытывают больше напряжения, чем их товарищи, не зависящие от чужого мнения.

Методы снятия психологического напряжения, которые описаны в части 2, помогут вам действовать успешно независимо от настроения аудитории, сосредоточиться на задаче, а не на оценке окружающих. Это особенно важно, ведь контролировать чужое мнение невозможно. Вы ощущаете его воздействие, но не управляете им!

При этом мы способны контролировать свои чувства. Чем больше вы себя цените, тем вы увереннее, поэтому в меньшей степени испытываете психологическое давление. Это важно помнить, осознавая свое влияние на других людей и в том числе собственных детей. Когда родители позволяют себе связывать любовь к детям и их успехи, они устанавливают с ними условно-зависимые отношения, которые могут помешать ребенку вырасти самодостаточным человеком.

В ходе общения с участниками сеансов терапии и семинаров мы обнаружили, что многие родители несознательно загоняют своих детей в ловушку помощи. Иногда это происходит оттого, что взрослые сами испытывают напряжение. Они желают своим детям успехов в спорте и учебе, думая прежде всего о себе и своих амбициях. Но ребенок не обязан давать возможность гордиться им.

Скажите людям, которых вы поддерживаете, что независимо от того, побеждают они или проигрывают, ваше отношение к ним не изменится. Когда человек находится в крайнем психологическом напряжении, его потребности легко увидеть, они лежат на поверхности. Одна из самых важных – желание, чтобы его любили, принимали, не отторгали. Если люди чувствуют, что вы их поддержите в любой ситуации, то психологическое напряжение ослабевает и они способны действовать максимально эффективно. Более того, испытанное напряжение помогает устанавливать более тесные отношения с теми, кого они ценят.

Рональд Поделл, психиатр из Лос-Анджелеса, рассказывал: «Мой отец всегда болел за меня, когда я выступал на соревнованиях по гольфу. Он также всегда поддерживал меня перед экзаменами. Он постоянно говорил мне: “Не важно, придешь ты первым или последним, ты всегда будешь для меня самым лучшим!”» Думаем, все должны так относиться к собственным детям.

Ловушка стимула

Приходилось ли вам слышать от руководителя такие слова: «Приходи ко мне с дельным предложением и получишь надбавку к премии»? Или, наоборот, от родителей: «Если ты не получишь в этой четверти хорошие отметки, то мы не поедем в парк аттракционов»?

На первый взгляд – вполне обычное использование принципа пряника и кнута. Однако на самом деле это типичная ловушка, в которую загоняет нас психологическое напряжение. Она может существенно снизить результаты как одного человека, так и целой команды. Психолог Сэм Глюксберг из Принстонского университета провел эксперимент, демонстрирующий, как такое стимулирование превращается в ловушку, которая увеличивает психологическое напряжение и снижает шансы на достижение высокого результата.

Глюксберг привел группу испытуемых в комнату, где стоял стол, придвинутый к стене. На нем лежали коробок спичек и свеча. Ученый предложил участникам эксперимента расположить свечу рядом со стеной так, чтобы во время горения воск не капал на стол. Он сказал: «Я буду замерять время, потраченное на решение этой задачи, выводить среднее арифметическое и определять лучшие результаты».

Другой группе студентов продемонстрировали те же предметы, поставили те же задачи, но с одним дополнением. Глюксберг сообщил: «Я буду измерять время выполнения задачи, и в зависимости от результата вы получите денежное вознаграждение. Те, кто войдет в двадцать пять процентов лучших, получат Х долларов. А самые успешные – вдвое больше».

Участники, трудившиеся за вознаграждение, выполнили задание в среднем на три с половиной минуты медленнее, чем те, кому денег не обещали. Предложенный стимул повысил психологическую напряженность (ставка была выше) и привел к смещению внимания с самого задания на последствия его выполнения. Когнитивные ресурсы и способность к концентрации, необходимые для решения задачи, были потрачены на размышления о возможности получить деньги. В итоге вторая группа не смогла максимально сконцентрироваться на выполнении задания.

Эти выводы подтверждает и другой эксперимент, описанный в Journal of Psychological Science. Британские исследователи при помощи компьютерного томографа сканировали мозг людей, участвовавших в компьютерной игре. 19 участников должны были поймать либо «дорогой» приз, либо «не очень дорогой». За любое достижение полагалось скромное денежное вознаграждение. Результаты тех, кто пытался получить «дорогой» приз, были хуже. Сканирование показало рост активности в тех отделах мозга, которые отвечают за мотивацию к действию и реагируют на поощрение. Страстное желание добиться «дорогого» приза вызывало повышенное возбуждение, которое мешало функциям принятия решений, памяти и концентрации внимания. Эти исследования позволяют сделать вывод, что обещанное вознаграждение может помешать людям достичь хороших результатов.

Связь между излишним возбуждением и ухудшением концентрации внимания убедительно доказывает: финансовые стимулы могут негативно повлиять на выполнение заданий. Но остается непонятным, почему материальные и другие стимулы усиливают психологическое напряжение и загоняют нас в ловушку. Неясно и то, почему мы ежедневно испытываем такое напряжение.

Существует множество научных исследований, доказывающих, что желание получить поощрение, например прибавку к премии, усиливает психологическое напряжение. Это часто приводит к обману и разрушению добрых отношений между коллегами, то есть к тем явлениям, которые любая организация стремится исключить из своей практики. Однако большинство компаний до сих пор используют подобную систему мотивации. Материальные стимулы считаются тем базисом, на котором держится рост производительности труда. Хотя, например, в финансовых компаниях эта система часто становится причиной утечки инсайдерской информации.

Почему материальные и другие стимулы зачастую заставляют нас действовать менее эффективно? Не стоит забывать, что любой стимул представляет собой объект или идею, которые должны побудить человека к действию. В доисторические времена все было направлено на выживание. Так что главными стимулами становились пища и вода. Те особи, которым всегда удавалось их добыть, получали в процессе эволюции преимущество.

Для первобытного человека утрата стимула означала угрозу выживанию. Он нуждался в этом стимуле и не имел права его потерять (сегодня многие так же относятся к бонусам).

Поскольку наши предки нуждались в том, чтобы добыть стимул к существованию, и не могли себе позволить утратить его, ментальная связь «необходимость в стимуле и выживание» укоренилась в нашем мозгу. Нейрофизиологи говорят, что она проявляется особенно ярко в минуты психологического напряжения.

Здесь проявляется примитивная природа ловушки поощрения. Врожденная потребность получить стимул приравнивает нашу изначальную реакцию к уровню той, что была у доисторического предка. Появляется отчетливое ощущение, что нам действительно нужен материальный стимул и без него мы обречены. Это «спусковое устройство», которое заставляет ловушку срабатывать и ловить вас на приманку «необходимости».

Другими словами, подсознание (мысли, ассоциации, воспоминания, эмоции, далекие от реальности) оказывает огромное влияние на наше психоэмоциональное состояние. Атавистические эмоции существуют в подсознании. Независимо от того, насколько они далеки от нас, они продолжают играть важную роль в повседневной жизни. Так что если руководитель компании чувствует, что нуждается в стимуле, чтобы ее сохранить, он способен пойти на многое. Часто именно те студенты, которые хотят иметь отличную оценку, прибегают к обману.

Мы рекомендуем вам проанализировать те поощрения, к которым вы стремитесь, и ответить на следующий вопрос:

Вам действительно необходимы эти поощрения или вы просто ищете побудительные мотивы?

Многочисленные научные исследования показывают: люди, которые верят, что «они обязаны это сделать», могут достичь желаемых стимулов, но при этом рискуют превратить свою жизнь в ад. Их уверенность, будто они непременно должны обладать тем, что побуждает их двигаться вперед, увеличивает значимость этого стимула и заставляет человека пускаться во все тяжкие. В итоге это приводит к чрезмерному психологическому напряжению. При этом мысль, что можно и не добиться желаемого, обрушивает на человека лавину волнений, усиливает инстинктивное ощущение угрозы выживанию.

Чтобы вырваться из ловушки стимула, прежде всего разберитесь со своими потребностями и желаниями и установите четкое различие между ними. Сотни участников семинаров выполнили это задание. Мы пришли к выводу, что потребность – то, что определяет перспективу выживания. Мы все нуждаемся в пище, укрытии, одежде, деньгах (или иной форме их общественно признанного эквивалента) и любви. Без этих стимулов к существованию трудно выжить.

На желания необходимо смотреть как на завышенные потребности. Одна женщина как-то сказала: «Мы все испытываем потребность в одежде. Но наряды от Chanel или Gucci – это уже не потребность, а желание». Часто люди принимают свои желания за потребности, и от этого психологическое напряжение усиливается. Ассоциации, заложенные в подсознание, порождают страх, что мы можем утратить якобы необходимый стимул. И тогда мы начинаем «нуждаться» в нем, испытываем нарастающую напряженность.

Необходимо убрать подсознательные ассоциации между потребностями и желаниями, разграничить то, что вам действительно нужно, с тем, чего просто хочется. Затем постарайтесь ясно выразить свои желания, чтобы отличить их от потребностей. «Я хочу красивую машину» и «Я испытываю потребность в красивой машине» – это не одно и то же. Последнее заявление может вызвать психологическое напряжение. Большинство людей хотят красивую машину. Но те, кто превращает это желание в потребность, вынуждены покупать статусную модель, даже если это им не по карману. Признав, что хотели бы купить красивую машину, но тем не менее готовы приобрести любую, вы испытаете менее сильное напряжение. Китайская пословица гласит: «О благосостоянии человека судят по тому, без чего он может обойтись».

Наши слова оказывают сильное воздействие и могут вызвать у слушателей напряжение. Когда дочь одного из авторов этой книги поступала в университет, он понял, что небольшое семантическое различие между словами «должна» и «хочешь» помогло ей на экзаменах. Дети воспринимают наши слова буквально. Не забывайте об этом. Не стоит усиливать чувство напряженности у них.

Ловушка состязательности

Мы живем в мире конкуренции. Ее влияние на результаты, достигнутые в состоянии психологического напряжения, было тщательно изучено. Некоторые исследователи полагают, что конкуренция повышает мотивацию студентов, улучшает их результаты на экзаменах, является мощным инструментом самосовершенствования. Другие считают, что конкуренция пробуждает в нас все самое плохое, асоциальна по своей природе, приводит к обману, дискомфорту и ухудшает результаты в учебе и работе.

Не будем дискутировать о том, кто прав. Важно понять, как состязательность усиливает чувство психологической напряженности и мешает нам, особенно когда это касается влияния на других.

Необходимо разграничить два подхода к конкуренции. Мы называем их концепциями ранжирования и совершенства.

Концепция ранжирования характеризует конкуренцию как явление, где первенство достигается любым путем. Это происходит под влиянием неуверенности в себе или стремления человека проявить себя во что бы то ни стало. Люди, настроенные подобным образом, готовы соревноваться всегда, даже когда не обладают достаточными навыками. Они лучше других умеют «показать себя». Такой человек продолжает состязаться даже тогда, когда соревнование давно закончилось.

В доисторические времена весь уклад жизни человека способствовал тому, чтобы он воспринимал конкуренцию как ранжирование. Сначала люди охотились в одиночку. Возникала ситуация, когда два человека претендовали на одну и ту же добычу. Как решить, кому она достанется? Первобытные мужчины вынуждены были конкурировать друг с другом. Добычу забирал победитель, а проигравший в лучшем случае уходил живым. Такая доисторическая конкуренция была источником высокой психологической напряженности, в ней не оставалось места компромиссу. Кто-то обязательно выигрывал, а кто-то проигрывал. И сегодня, сотни тысяч лет спустя, принцип «победитель получает все» остается актуальным.

Какую задачу должен был выполнить доисторический человек, чтобы выиграть? Разумеется, победителем оказывался не тот, кто быстрее забирался на дерево или дальше бросал камень. Гораздо вероятнее, что спор решался в схватке, которая часто заканчивалась гибелью одного из противников. Победитель забирал все. Это также объясняет связь между конкуренцией и агрессией, ведь в далеком прошлом выигрыш был связан с насилием. Современные исследования показывают, какие черты характера сформировала конкуренция в людях. Сегодня тот, кто склонен к состязательности, отличается агрессивностью. Победа над конкурентом позволяла доисторическому человеку получить приз и, что гораздо важнее, давала ему возможность выжить. Оказаться среди победителей – преимущество в эволюционном смысле. От этого зависело, сможете ли вы поесть и продолжить свое существование. Это имело значение и при выборе сексуального партнера. Занять высокий ранг – такова была высшая цель каждого.

И сейчас, много тысячелетий спустя, некоторые люди относятся к повседневной жизни как к состязанию. Они стремятся быть первыми, победить соперника, чтобы почувствовать себя успешными. А все дело в их подсознании, где засела доставшаяся от предков уверенность, что проигрыш означает исчезновение с лица земли.

Но с переходом человека в более щадящую социальную реальность ему больше не требовалось побеждать других, чтобы выжить. Наоборот, теперь на первый план выходит идея сотрудничества, потребность внести максимальный вклад в общее дело. Молодому воину уже не нужно бросать свое копье дальше всех. Ему просто необходимо показать все, на что он способен ради товарищей, карьерного роста и т. д. Мы называем это концепцией совершенства.

Ориентация на совершенство позволяет человеку уделять меньше внимания конкуренции и концентрироваться на том, чтобы проявить себя. Такие люди используют соревнование как возможность стать лучше. Причем не для того, чтобы что-то доказать, а для личностного роста. Они приветствуют состязательность только как путь для саморазвития и приобретения навыков.

Джон Чайлд, профессиональный игрок в пляжный волейбол, с которым Дж. П. Полив-Фрай работал на трех Олимпиадах, выбрал настрой на совершенство. Джону всегда хотелось хорошо играть. Меньше всего его интересовало, что о нем думают другие или место в рейтингах. Такое настроение помогало Джону, когда он и его партнер Марк Хиз не были фаворитами накануне турниров. Конечно, Чайлд был готов к состязательности, но настрой у него был необычным. Он тоже стремился к победе, но, как человек очень независимый, меньше отвлекался на происходящее вокруг площадки. Поэтому ему удавалось полностью сконцентрироваться на игре, и он удачно выступал на самых напряженных соревнованиях – Олимпиадах и первенствах мира. В 1996 году на Олимпийских играх в Атланте Джон и Марк получили заслуженную бронзу.

Мы не раз слышали о тренерах или менеджерах по продажам, играющих на стремлении людей к состязательности. У них цель превращается в выигрыш, хотя она должна демонстрировать то лучшее, на что способна команда. Менеджеры считают, что такой подход мотивирует продавцов. На короткий срок это может действительно оказаться полезным. Но с точки зрения стратегии это вредный подход. Гораздо более действенный метод – усилить настрой человека на совершенство.

В организациях, где использовалось ранжирование (менеджеры оценивали сотрудников по специальным параметрам и отстраняли тех, кто оказывался внизу списка), обнаружилось следующее: система не приносила пользы, а только мешала сотрудникам проявить себя. Слабость системы в ее бескомпромиссном условии: «Если мой коллега будет работать хорошо, то меня могут уволить». Неудивительно, что она плохо сочетается с понятиями «сотрудничество», «единство команды» и «командные результаты». Такие наши клиенты, как корпорация Microsoft, давно отошли от этого метода.

Одно из последствий состязательной системы – постоянное нервное напряжение у сотрудников. Высокая степень накала эмоций полезна в спорте, но не в повседневной жизни. Она нам мешает, потому что мы теряем способность рассматривать альтернативы и выдвигать конкурентоспособные идеи. Одержимые духом состязательности, мы думаем только о том, как победить соперника, но упускаем из вида другую, гораздо более высокую цель – сделать все, на что мы способны.

Кроме того, возникает так называемый относительный результат, когда мы сосредотачиваемся исключительно на одной стороне итогов деятельности и забываем о других важных факторах. Такой подход подталкивает к неверным решениям и заставляет совершать действия, о которых впоследствии мы сожалеем. В переговорах относительный результат возникает тогда, когда собеседники переходят на личности. В браке это пренебрежение одного партнера к другому или ситуация, когда один из супругов полностью замыкается в себе. На аукционах говорят об относительном результате, когда кто-то повышает ставки с единственной целью – победить конкурента, даже если предложенная цена явно превосходит реальную стоимость объекта продажи. Наиболее показательный пример – дорогостоящие длительные и бесполезные судебные тяжбы. В таких случаях человек оказывается заложником непреодолимого стремления победить противоборствующую сторону. При этом его поведение зачастую противоречит цели.

Ранжирование и стремление к относительному результату могут привести к абсурду. Человек будет стремиться к победе, даже если его ожидают серьезные потери. Одно из исследований дало парадоксальные результаты: оказывается, человек стремится получить относительный результат настойчивее, чем личную выгоду. Причина в том, что мы не любим получать меньше, чем другие. Гор Видал, известный американский писатель, утверждал: «Недостаточно, чтобы я добился успеха. Нужно, чтобы другие потерпели неудачу».

Настрой на ранжирование в стремлении победить любой ценой имеет еще один побочный эффект – люди начинают пренебрегать нормами морали. Наиболее распространенным последствием считается ложь. В погоне за результатом бизнесмен обманывает партнера, студент – экзаменатора, а спортсмен принимает допинг.

Чтобы не стать жертвой конкуренции, советуем предпринять ряд мер. Прежде всего, относитесь к любому состязанию как к возможности стать лучше, а не способу что-то доказать. Помните: люди, которых вы учите, которыми управляете, на которых оказываете влияние, не обязательно должны быть лучше всех. Всегда найдется тот, кто успешнее. Это контролировать невозможно. И если вы чересчур часто сравниваете себя с другими и считаете, что должны быть лучшим, то в итоге не получите ничего, кроме разочарования и пониженной самооценки.

Занимайтесь релаксацией. Люди, обладающие высокой конкурентоспособностью, более возбудимы, чем остальные. Этот факт часто вызывает враждебность к сопернику и желание пойти ради победы на все, даже на нарушение моральных норм. Во время релаксации вы сможете расслабиться и освободиться от побочных эффектов возбужденности: скованности и склонности к относительному результату.

И, наконец, помните: стремление к конкуренции заложено в нас природой. И это хорошо. Конкуренция способна стать мощным мотиватором, который поможет нам и тем, на кого мы пытаемся оказывать влияние, достичь высоких результатов. Однако при этом вы должны постоянно совершенствовать себя и результаты вашей деятельности.

Если у вас есть дети, то советуем обратить внимание на исследования психологов Вашингтонского университета. Они выяснили, как изменить к лучшему настроение молодых спортсменов всего за один сезон. Для этого нужно поменять мотивацию, переориентировать атлетов с настроя на ранжирование (то есть на себя) на стремление достичь мастерства. Другими словами, если научить ребенка работать в команде и показывать все, на что он способен, то он привыкнет к мысли, что и в будущем сможет справиться с любыми трудностями. Полная противоположность этому – ставка на эгоцентризм, которую делают многие профессиональные тренеры. Для них главное – победа любой ценой и завоевание превосходства над другими.

Научитесь находить баланс между конкуренцией и умением работать в команде. Многие люди, в том числе спортсмены, говорят о чувстве большого удовлетворения, которое им приносит сотрудничество. Когда нагрузка распределена между всеми участниками, каждый из них испытывает меньше психологического напряжения. Чем сильнее радость от сотрудничества, тем слабее чувство состязательности, которое нередко подавляет в нас все лучшее.

Маневрирование между ловушками

Лучший способ избежать ловушек – это знать о них. Многие руководители и родители просто не знают о существовании этих ловушек и их негативной роли.

С каждой из ловушек можно справиться. Когда речь идет о ловушке помощи, вы всегда должны помнить, чего больше всего хотят ваши дети или коллеги, – они стремятся к пониманию и боятся быть отвергнутыми. Родителям не стоит забывать: ребенок не обязан делать так, чтобы вы им гордились. Не связывайте свою помощь с их успешностью. Ваши дети должны знать, что вы поддерживаете их всегда.

Когда речь заходит о стимулах, подчеркивайте важность качества работы, а не факт получения материального вознаграждения. Это поможет людям показать максимум того, на что они способны. Такое поведение приводит к достижению поставленной цели. Многие исследования говорят о том, что участники команды гораздо больше думают о значимости самой работы, чем о материальных стимулах. Эти знания помогут изменить настроение людей.

Чтобы не попасть в ловушку психологического напряжения, «отключайтесь» время от времени от решения проблем. Чаще думайте о том, как мысли о поощрениях, социальной поддержке и конкуренции могут сбить вас с верного пути.

И, главное, помните, что все эти ловушки постоянно поджидают вас. Они воздействуют на подсознание, то есть на врожденное стремление человека избежать опасностей и одновременно получить желаемое.

Наш мозг запрограммирован на то, чтобы получить поощрение и в то же время избежать потерь. Мы боимся погибнуть и быть отвергнутыми. Мы настроены на поиск безопасности, понимания и продвижение вперед. Инстинкт самосохранения заложен в нас от природы. Мы пытаемся избежать негатива. Одновременно мы испытываем напряжение, когда стремимся к позитивным переживаниям. Чем сильнее мы хотим получить хорошее и избежать плохого, тем чаще проявляются наши инстинкты и мы произносим слово «надо». Это психологическое напряжение не отпускает нас и превращает беспокойство в постоянное ощущение.

Узнайте больше о своих реакциях на ловушки, ответив на несколько вопросов. Что вызывает у вас наибольшее психологическое напряжение:

• Страх не получить какое-то поощрение или необходимость его добиться?

• Страх быть отвергнутым или необходимость быть принятым сообществом?

• Нежелание проиграть или стремление победить?

Размышляя над ответами, можно лучше разглядеть наиболее опасные для вас ловушки и понять, как их обойти.

Ощущение безопасности не связано с материальным благополучием, с тем, какому количеству людей вы нравитесь и кого победили. Многие наши самые успешные клиенты испытывают сильное напряжение из-за стремления достичь больше, чем имеют.

Попробуйте освободиться от ловушек, руководствуясь своими ценностями, интересами и целями. Цените себя и то, что вы можете контролировать, собственные усилия. И ваша жизнь станет менее беспокойной.

А тем, кто не может избежать ловушек, связанных с психологическим напряжением, советуем сохранять интерес к жизни даже в тяжелые времена.

Глава 7

Третья переменная

В 2011 году 16-летняя Джордин Уибер принимала участие в первенстве мира по гимнастике в Токио. Это был ее первый чемпионат, и она испытывала огромное напряжение. Однако она не поддалась ему и победила в общем зачете, завоевав звание чемпионки. Отправляясь на следующий год на Олимпиаду в Лондон, Джордин хорошо подготовилась. Участие в Олимпиаде – это зенит карьеры гимнастов. Все делается только ради этого события. На обложке журнала Sports Illustrated появилась фотография Уибер с целой связкой золотых медалей в руках. Джордин верила, что сможет занять свое место в пантеоне величайших гимнасток, среди которых были Мэри Лу Реттон, Керри Страг, Шон Джонсон, Настя Люкин и Шеннон Миллер. Каждая из них прославилась, участвуя в Олимпийских играх.

К несчастью, все пошло не так, как планировала Джордин. В квалификации она выступила хуже и стала лишь третьей, пропустив вперед Эли Райзман и Габриэль Дуглас. Это означало, что она не попадала в финал, поскольку там могут выступать только по две представительницы от страны. Джордин была в отчаянии. Ее тренер сказал, что разделяет ее чувства. «Она тренировалась ради этого дня всю свою жизнь». Некоторые СМИ назвали случай с Джордин срывом. «Действующая чемпионка мира не прошла даже квалификационный отбор».

Но был ли это срыв? Перед нами просто очередной пример неудачного выступления под влиянием психологического напряжения.

Абрахам Маслоу[11] утверждал: «Если из всех инструментов у тебя есть только молоток, то в каждой проблеме ты увидишь гвоздь». Когда речь заходит о выступлении в условиях психологического напряжения, мы склонны рассматривать каждый не самый удачный вариант как срыв. Но это не всегда так. Волнуясь, человек часто действует менее эффективно, и это происходит по разным причинам. Но мы нередко даем этому явлению поверхностное объяснение, используя только доступную информацию. Однако поверхностные объяснения, особенно в науке, легко вводят нас в заблуждение. И тут в игру вступает так называемая третья переменная.

Когда психолог проводит эксперимент, он обычно стремится выяснить причинно-следственную связь между двумя переменными. Например, он предполагает, что трансформация не слишком напряженной ситуации в высоконапряженную отражается на результатах экзаменов. Проверяя свою идею, исследователь строит эксперимент так, чтобы проверить, ухудшает ли напряжение работу студентов. Если результаты опыта статистически значимы, то они наверняка неслучайны. И ученый обоснованно сделает вывод, что ухудшение результатов на экзаменах объясняется именно ростом психологической напряженности.

Но опытные экспериментаторы знают: в работе всегда надо учитывать возможное присутствие третьей (или «спутывающей») переменной, то есть фактора, который может изменить соотношение между двумя изучаемыми явлениями. Этот фактор ученые часто не учитывают, но он способен поставить под сомнение достоверность эксперимента. Если мы рассматриваем взаимосвязь между психологическим напряжением и уровнем выступления человека, то какие еще факторы, или переменные, могут здесь присутствовать? И как их обнаружить?

Никто не знал, что на Олимпиаде 2012 года Джордин выступала, с так называемым стрессовым переломом. Этим термином обозначается микроскопическая трещина в несущей конструкции, в данном случае – в кости, которую очень сложно диагностировать. Трещина не только мешала Джордин в соревнованиях, но и срывала ее тренировки. Когда это стало известно, все поняли состояние спортсменки во время Олимпиады, но поначалу люди думали, что всему виной обычный срыв. Этот случай наглядно демонстрирует, как легко обвинять кого-то, не учитывая, что в ситуацию вмешалась спутывающая переменная. Часто в картине, которая предстает перед нашими глазами, присутствует то, что невозможно увидеть. Поэтому поверхностные объяснения чужих действий могут оказаться неверными. Если человек действует не в полную силу, это не всегда означает, что у него срыв.

Спутывающую переменную легко упустить из виду, когда мы оцениваем чью-то неудачу. Множество исследований, в ходе которых изучаются психомоторные навыки человека (например, как он забивает мяч в лунку, бросает в кольцо и т. д.), осуществляются в лабораторных условиях или на симуляторах. Такие условия для изучения психологического напряжения нельзя признать настоящими. Существует множество подтверждений, что стрелки, автогонщики и футболисты показывают на реальных соревнованиях совершенно иные результаты, чем в ходе тестирований. Баскетбольные болельщики помнят, наверное, оправдания профессионального игрока Аллена Айверсона в ответ на упреки в ленивом поведении на тренировках: «Ведь речь идет всего лишь о тренировках!» Спортсмен имел в виду, что во время настоящей игры он ведет себя иначе. Так поступает большинство атлетов. Точно так же, репетируя свои выступления, профессиональные ораторы и политики используют такие приемы, которые не станут повторять на публике.

Многие условия, приводящие к возникновению третьей переменной, – бытовые проблемы, погода, личное отношение к сопернику и т. д. – отсутствуют в лаборатории. Конечно, нет причин подвергать сомнению результаты эксперимента, но это может поставить под вопрос обобщения, сделанные из полученных выводов. Всегда следует помнить, что научная лаборатория и реальность – это не одно и то же.

Кроме того, лабораторные исследования природы психологического срыва обычно строятся вокруг определенного момента – забивания мяча в лунку или забрасывания его в кольцо и т. д. Однако в реальной жизни все выглядит по-другому. Ни один важный турнир по гольфу не сводится только к забиванию мячей. Гольфисты часто совершают неудачные удары, и далеко не каждый из них можно объяснить стресс-факторами. Плохой удар может стать следствием выбора неподходящего поля, а не сбоев в технике свинга[12]. Неверный финальный удар по мячу может быть вызван неправильным захватом клюшки или неверным советом помощника, а не срывом.

Ярлыки

Упуская из виду спутывающую переменную, мы бездоказательно признаем тех или иных людей подверженными срывам. Такой ярлык может оказать на человека серьезное негативное воздействие. Вспомним историю бейсболиста Донни Мура. Он был питчером (бросающим) и допустил ошибку на чемпионате Американской лиги в 1986 году. Следствием этого стал проигрыш команды. Мур не вынес обвинений в свой адрес и 18 июля 1989 года покончил с собой. Его спортивный агент Майк Пинтер говорил: «Я думаю, это была душевная болезнь. Он не находил себе места после того, как Хендерсон вырвал тот победный хоум-ран. Он винил во всем себя».

Общественность не знала, что у Донни Мура были проблемы с позвоночником и весь сезон 1986 года он играл, испытывая сильную боль. Фактически спортсмен вел себя как герой, пытаясь заглушить боль лекарствами. Но ему ничего не помогало. В главной бейсбольной лиге Америки не принято объяснять свои неудачи болью или травмами. Поэтому поначалу никто не знал о третьей переменной в ситуации с Донни Муром, а потом стало уже слишком поздно.

Довольно часто люди получают репутацию склонных к нервному срыву после первого же сомнительного случая: человек тут же получает ярлык неудачника. А ведь эта «печать позора» способна помешать карьере. И сотрудник утратит интерес, начнет уклоняться от дополнительных заданий и испытывать чувство безнадежности.

Поэтому руководителям следует внимательно присматриваться к подчиненным, чтобы вовремя заметить признаки психологического напряжения. Они не должны удовлетворяться поверхностными объяснениями, потому что лучше других знают своих коллег и способны сразу заметить присутствие спутывающего фактора. Может быть, люди недорабатывают, потому что в команде возникла проблема? Или у кого-то неприятности дома и это вызывает у человека чувство дискомфорта? Когда руководитель способен справиться со своими эмоциями, он лучше понимает сотрудников, проявляет больше сочувствия, а не ограничивается критикой за плохую работу.

Вторая проблема, связанная с неумением видеть третью переменную, заключается в том, что мы как бы запоминаем ошибочный путь решения проблемы. Поскольку большинство исследователей используют поверхностные объяснения и ситуационную информацию, они склонны делать неправильные выводы.

Например, если ученик пятого класса случайно подхватил вирус (возможно – от одноклассника), то, выслушав его рассказ об ощущениях, ему просто пропишут лекарство. Но когда ребенок болеет постоянно, ситуация складывается совершенно по-другому. Возникает вопрос, почему это происходит. Чтобы назначить правильное лечение, врач должен знать причину болезни. Исследования могут выявить слабость иммунной системы школьника. Раз причина болезни другая, то и лечение должно быть иным. Таким образом, использование поверхностных объяснений там, где нужна более полная информация, может быть опасным.

Двадцать два способа решения проблем психологического напряжения, которые мы предлагаем в части 2 этой книги, относятся к категории поверхностных. Они излечивают симптомы срыва, но не его причину. Правда, и они имеют свою ценность. Тут все как в случае с насморком, от которого спасает лекарство, позволяющее убрать лишь симптом, то есть заложенность носа. Однако если у вас серьезная инфекция, то справиться с ней удастся только при помощи антибиотиков.

Для большинства вполне достаточно уметь устранять симптомы психологического давления. Многим это помогает пережить напряженные моменты. Для большинства справиться с напряжением означает возможность действовать на уровне своих способностей. Время от времени все мы терпим неудачи. Нередко упускаем свой шанс. Но если научиться применять методы, которые не дают рассеяться нашему вниманию и не позволяют нам сконцентрироваться на тревогах, то вероятность не спасовать в трудный момент увеличится. Приемы, помогающие справиться с напряжением, – это для многих идеальный выход. Однако консультируя известных спортсменов и крупных бизнесменов, мы встретили тех, кто постоянно решает сложнейшие задачи. Эти люди хорошо подготовлены, обладают обширными знаниями и навыками и все же каждый день испытывают огромные трудности.

Когда всё намного серьезнее

Наша пациентка Сара однажды призналась: «Я хорошо знаю свое дело. Но начиная со второго курса страшно потею каждый раз, когда должна выступать перед аудиторией. Меня это очень расстраивает». Сара адвокат, ей 31 год, она закончила один из престижных университетов. «Еще хуже то, что, когда я встречаюсь с новым клиентом или объясняю свою позицию руководству, я очень волнуюсь. И это начинается не за полчаса до встречи, а с вечера накануне. Я не могу сказать, что мое внимание полностью рассеивается и я теряю концентрацию… Меня хвалят, поэтому есть все основания чувствовать себя уверенно. Но воспоминание о моем первом появлении перед судьей – это настоящий кошмар. Судья был настроен вполне миролюбиво, шли предварительные слушания, а не судебное заседание с присяжными. Однако сердце выпрыгивало у меня из груди. Я вообще не думала о результате, испытывала такое чувство, как будто должно случиться что-то ужасное. Мне хотелось убежать. Когда меня попросили сообщить суду некоторые факты, я не смогла, хотя много раз репетировала. Я говорила быстро и неразборчиво, судья попросил меня говорить медленнее. Попыталась сделать это – и не смогла. Через несколько недель у нас в компании была вечеринка человек на двести. Не знаю почему, но я не пошла. Одна мысль о таком количестве людей заставляла меня покрываться липким потом».

Таких людей, как Сара, множество. Их сковывает страх перед напряженной ситуацией, потому что они боятся оказаться в центре внимания. Для них характерно внушать себе накануне напряженного момента: «Надеюсь, я не потерплю неудачу» или «Надеюсь, я это переживу».

Наши доисторические предки были охотниками и собирателями. Добывая пищу, они постоянно находились в опасности. Нужно было выживать в суровых условиях, ведь животные, на которых они охотились, сами подкарауливали их. Пытаясь приспособиться к этим условиям, человеческие особи и животные эволюционировали по-разному. Представители фауны отрастили себе, острые, словно бритва, когти, клыки и огромные бивни – инструменты обороны и нападения. Люди тоже развивались – они стали социальными существами. Они начали охотиться группами, создавали все более совершенные формы общения и инструменты, которые позволяли им сообща побеждать животных. Со временем социальные навыки и больший объем мозга позволили нам занять доминирующее положение. Мы успешно избежали участи добычи.