Джейтест. Роман

Борис Федорович Иванов

Джейтест. Роман

Все пути никуда не ведут, но у одного есть сердце, а у другого - нет. Один путь доставляет радость, и пока ты идешь по нему - ты неотделим от него, а другой путь заставляет тебя проклинать всю свою жизнь. Один путь наделяет тебя силой, а другой - лишает ее.

Карлос Кастанеда

Часть I

ПРАВИЛА ИГРЫ

Глава 1

ТЕ, КТО НАШЕЛ

- Поберегись! - задорно выкрикнула Марика и стала отводить рукоятку управления старенькой лебедки.

Кайл поберегся и не пожалел об этом: уже вышедшая из своего гнезда, которое она занимала века и века, древняя каменная плита перекособочилась в крестовине захвативших ее тросов и с дьявольским треском и грохотом обрушилась в образовавшийся провал.

Тьму пещеры-кельи, обнажившейся в нем, прорезали лучи света с полуденного неба - радостные и беспощадные, почти вертикальными колоннами вошедшие в открывшийся провал. Серыми струйками заклубилась в них каменная пыль, золотистыми - труха, в которую превратилась древняя древесина.

- Варвары мы, - с ленивой печалью констатировал Кайл. - Вандалы. За такую археологию в три шеи с раскопок гнать надо.

- Пусть тогда присылают наконец настоящих гробокопателей, - обиженно отозвалась Марика. - А то, пока господа из академий раскачаются, здесь все самое интересное пойдет под бульдозер. Так что пусть будут благодарны любителям вроде нас.

С этими словами она спрыгнула в подвал и восхищенно чихнула.

- Давай сюда! - крикнула она Кайлу. - Поторопись, пока не выветрился аромат веков.

- Как бы нам боком не вышел аромат этот, - скептически крякнул тот, с грацией медведя повторяя прыжок своей добровольной помощницы, которой этот номер удался значительно лучше. - Вот наглотаемся вирусов древних и, как говорится, почим в бозе. Тут ведь война шла, - добавил он, поднимаясь на ноги. - По всей системе. И даже на Старой Сковородке нашли такие вот соо…

Тут он замолчал и через плечо Марики посмотрел, на что с удивлением уставилась его подруга. Он взглянул в короткий туннельчик - тускло освещенное ответвление кельи. Там в кружок сидели пятеро.

* * *

Трудно сказать, какими были они при жизни. Не людьми - точно. Вернее, совсем не теми людьми, которых Кайл привык видеть в учебниках анатомии, на улицах и в зеркале. Вряд ли с ними что-то случилось с той поры, когда смерть настигла их. Только вот время обратило в ничто выражение их лиц и, может, что-то еще, что некогда делало мертвецов более похожими на людей.

Будь они людьми, наверное, можно было бы сказать, что смерть они приняли достойно. А может, они просто не заметили смерти. Слишком были погружены в какое-то свое занятие.

Кайл, словно завороженный, вошел в круг, составленный пятью иссохшими мумиями.

- Господи! Настоящие Воины Зу! - выдохнул он, словно боясь громким вскриком превратить в прах пять полускрытых пыльной тенью фигур.

Опустившись на колени, от лихорадочно стал расстегивать футляр видеокамеры. Кивнул, указывая подбородком Марике:

- Смотри - у них на груди Белый Знак.

Его подруга была не столь оптимистична и вдобавок не хуже Кайла эрудирована в этом вопросе. Она осторожно вошла в жутковатый круг и, склонив голову, присела рядом с одной из пыльных фигур:

- Но у Воинов Зу знак был не такой. На металле. А это - вроде глина. Или дерево.

Марика потянулась к табличке-медальону с еле различимыми символами, висевшей на тускло поблескивающей цепочке, накинутой на плечи мумии.

И тут же получила по рукам.

- И не думай прикасаться! - зашипел на нее Кайл. - Это, девочка, наш пропуск в бессмертие!

Он вздохнул, набирая воздух. Впервые Марика слышала, чтобы вечно ерничающий насмешник Кайл Васецки говорил такое вслух.

- Отныне и навеки, - продолжил он громким шепотом, - мы с тобой не просто гробокопатели, а ТЕ, КТО… ТЕ, КТО НАШЕЛ! Те, кто обнаружил третье захоронение Воинов Зу на Джее. - Шепот его был преисполнен пафоса. Подумав, Кайл добавил более привычным тоном: - А то, что амулеты… медальоны у них керамические, говорит, скорее всего, о том, что это - не посвященные еще воины. Ученики, скорее всего. Оруженосцы.

Марика уважительно щелкнула языком, отступила на шаг назад и чуть не лишилась жизни, споткнувшись об угловатый предмет, покоившийся на каменной плите, вокруг которой и сидела молчаливая пятерка. Кайл, запоздало попытавшийся воспрепятствовать тому, чтобы его школьная подруга свернула свою изящную загорелую шейку, упав с этого постамента, зацепился носком правой ноги за ту же непонятную штуковину и ласточкой канул в пыльную мглу. Из мглы раздались страшный треск, дребезг и проклятия.

Балансировавшая до того мгновения на грани падения Марика с размаху села не столько на пол, сколько на крестец копошившегося на полу археолога-любителя и разом свела на нет его попытку подняться на ноги.

Пятеро так и недоучившихся Воинов Зу молча созерцали пустыми глазницами все это безобразие.

- Я тут стеллаж какой-то башкой своротил, - с раскаянием в голосе констатировал Кайл, помогая своей подруге подняться. - А на нем керамики, камней и металла всякого - видимо-невидимо, просто до…

Он только сейчас оценил масштаб их находки, а заодно и размер произведенных разрушений.

- Да-а-а. Археологи мы - еще те… - тяжело вздохнув, еще раз признал он очевидную истину.

- Я чуть шею себе не свернула из-за этой штуки. - Марика с досадой пнула плоскую каменную штуковину, из-за которой и приключилась беда.

- Да тише ты! - машинально с испугом воскликнул Кайл, но тут же махнул рукой: расположение предметов в келье было все равно безнадежно изменено.

Он нагнулся и, назвав виновную в их падении вещь заразой, подобрал ее с полу. Они отступили в столб света, сочащегося через проделанный ими пролом в потолке. Марика положила подбородок Кайлу на плечо и вместе с ним принялась рассматривать находку.

Это был ларец. Или, может, лучше сказать - плоская каменная коробка. Впрочем, не то чтобы каменная: материал, из которого была изготовлена странная древность, больше напоминал янтарь.

Она была занятной: сначала казалось, что ее крышка украшена странным геометрическим узором, и только потом становилось понятно, что крышки, как таковой, вообще-то и нет. Ларец был наполнен плотно пригнанными друг к другу крупными кубиками, выполненными из разного материала - и выкованными из металла, и вроде деревянными, пропитанными лаком или смолой, и янтарными, и сделанными из чего-то еще. Всего их было не так уж много - дюжина. Грани кубиков немного возвышались над обрезом боковых стенок ларца. На каждом из них стояли один или два знака языка Империи Зу. По верхнему обрезу стенок ларца бежала надпись - тоже на Зу, только сделанная не завораживающими, асимметричными знаками Магического Письма, как на кубиках, а стремительными, летящими знаками Письма Воинов.

Кайл с восхищением осмотрел ларец со всех сторон. Вещь таинственно притягивала к себе. Расставаться с ней не хотелось.

Смахнув с ларца пыль, Марика перевернула его, чтобы взглянуть на дно. Испуганно подхватила кубики, но те и не думали вываливаться наружу. В дно коробки были вплавлены знаки. Снова Магическое Письмо, но на этот раз - характерный стиль Наставления. Довольно длинный текст. У Кайла екнуло сердце.

- Ты вроде разбираешься в таких головоломках? - не без вызова в голосе спросила Марика. - Что здесь написано?

Приятель фыркнул:

- Ну вы, ей-богу, спросите, мэм! Ты знаешь, сколько всего текстов Зу расшифровано на сегодняшний день? Всего девяносто. Из них два - вашим покорным слугой, мэм!

Предмет гордости Кайла - две небольшие настенные надписи, им же найденные в храме Кошек, в его неполном переводе занимали, правда, вместе с вариантами, не более одной страницы в тысячестраничном «Полном собрании текстов на Зу Колонии Джей», изданном аж в Метрополии под редакцией Волкова и Фрейтага: текст тексту рознь. В комментариях к этому толстенному фолианту содержалось, правда среди прочего, ядовитое примечание о том, что рядом исследователей (следом шла череда ссылок, в том числе и на К. Васецки) за исходные тексты переводившихся ими надписей были, возможно, взяты графические орнаменты, выполненные на различных предметах и сооружениях утратившими письменную речь варварами, сменившими Империю Зу за четыре века до Первой Высадки, поэтому таковые (орнаменты то бишь) и должны рассматриваться как лишенные смыслового значения артефакты. Читая это, Кайл каждый раз возмущенно фыркал.

Зато теперь перед ним было сразу несколько текстов Зу, в подлинности которых уж никто не сможет усомниться!

Кайл снова перевернул ларец - вложенные в него кубики не шелохнулись, то ли плотно прижатые друг к другу, то ли как-то закрепленные на своих местах.

- Вот это, - он бережно провел кончиками пальцев по верхним краям стенок ларца, - еще поддается. Типичное смысловое наименование. А вот эта часть, длинная такая, - хорошо известный фрагмент - название этого мира.

- Вселенной? - удивилась Марика, тоже чуть сведущая в Зу.

- Нет, скорее, надо понимать - Ойкумены. Обитаемого Мира. Этой планеты, - последовательно уточнил Кайл.

- Джей? - с удовольствием произнося это хорошо всем известное слово, переспросила Марика.

- Да, по-нашему - Джей, - ответил Кайл. - Мы же ведь и понятия не имеем, как они на самом деле произносили свои слова. И произносили ли их вообще - в обычном смысле. Вся фонетика языков Зу - чистая условность, придуманная землянами для землян. Нам-то ведь тоже надо как-то все эти… слова произносить, ну хотя бы для того, чтобы знать об их назначении. А дальше идет вот эта часть надписи… «экзамен», «проверка», «испытание»… «тест»… - Он стал перечислять. - Логично.

- «Тест»? - снова попробовала слово на язык Марика. - Получается «Джей-тест».

- «Джейтест» - по их правилам это должно быть одно слово, - уточнил Кайл. - «Джейтест».

* * *

- Ox!.. - Марика ошеломленно уставилась через плечо приятеля.

Тот обернулся в пыльную полутьму, пытаясь понять, что там, в мерцающем мраке, так испугало девушку. Но только пустые глазницы пяти мумий да слабо поблескивающие цепочки на их плечах можно было рассмотреть в сумраке. Еще несколько минут назад это зрелище было для него всего лишь жутковатым, а на Марику и вовсе не произвело особого впечатления.

- Ты что? - спросил Кайл.

- Так, примерещилось, - по-детски исковеркав слово, пошутила девушка.

Словно потревоженная их взглядами, с плеча одной из мумий - крайней справа - серой змейкой сползла и, еле слышно звякнув, скользнула на пол цепочка, удерживавшая медальон.

Марика нагнулась, подняла ее и, повертев в руках, протянула приятелю.

- Ладно, пусть ты будешь оруженосцем, - усмехнулась она.

- Каким таким оруженосцем? - не сразу понял Кайл.

- Ну, учеником. Будущим Воином Зу.

Он усмехнулся и бережно спрятал знак в нагрудный карман рубашки.

- Вот что, - сказал Кайл, застегивая футляр видеокамеры. - Не будем дергаться, а то вместо приглашения на «Ти-Ви» заработаем по шапке за разорение захоронений. Пока сделаем все как было, пролом замаскируем.

- Это - до ночи работа, - возразила Марика. - А мне не хотелось бы оставаться здесь до темноты.

- Ничего - приналяжем и успеем к ужину, - оптимистически заверил ее Кайл. - А я созвонюсь с Суховым: ради такого уж случая он обязательно выкроит время приехать, хоть у него и полевой сезон. Покажем ему все это хозяйство, а уж они со Стариком сумеют представить все это своим коллегам в наилучшем виде. И с прессой Павел все устроит как надо. Нам-то он, конечно, всыплет по первое число.

- Нытьем изведет, - подтвердила Марика, соглашаясь.

Кайл повертел в руках тяжеловатый ларец:

- А это я пока прихвачу с собой - помозговать над древней писаниной. А потом с Павлом вместе сделаем так, словно… Все равно мы эту вещь залапали совершенно вдрызг. Обидно будет, если какая-нибудь кабинетная клизма возьмет и опубликует переводы текстов, - он бережно провел ладонью по граням ларца, - без ссылки…

- На Кайла Васецки, - иронично вздохнула Марика. - Ладно, я ничего не видела и не слышала. Пошли - нехорошо как-то здесь.

Они уже устраивались на сиденьицах «москита», взятого на воскресенье у добряка Спады, когда девушка вспомнила что-то.

- Послушай, Кайл, - встрепенулась она. - Эта штука… Она ведь не порвалась?

- Кто не порвался? - не понял он и включил движок.

- Цепь. Ну, цепочка, на которой Белый Знак.

- Цепочка… Нет, конечно. Только этого бы не хватало. Я бы обратил внимание.

- Вот и я - тоже. Странно.

- Что, собственно, странно? - спросил Кайл, следя за уходящей вниз пыльной равниной и начиная понимать суть вопроса.

- Ну… - Марика пошевелила в воздухе тонкими загорелыми пальцами. - Ну, чтобы снять цепь с шеи - не через голову, а так, - ее ведь надо расстегнуть. Или порвать. Так ведь?

- Вроде так, - согласился Кайл, сосредоточившись на управлении старенькой машиной и думая о том, что в девичьи головы разные вопросы всегда лезут в самый неподходящий момент.

Он машинально похлопал по нагрудному карману, где лежала цепочка и прикрепленный к ней амулет. И тут же забыл о них.

* * *

Уже когда они стали ясно различать возникшие на горизонте угловатые контуры пригородов Вестуича, Марика вдруг словно очнулась ото сна и уставилась на приятеля своими громадными васильково-фиолетовыми глазищами:

- Послушай, Кайл… Ты у нас как - сам по себе везучий или?..

- Или что? - невозмутимо спросил тот. - И по-твоему, это большое везение - найти уникальное захоронение и этак там насвинячить, как мы с тобой?

- Да нет, просто с тобой всегда так получается… - Марика дернула плечом. - Вот так, как тогда - взял и надумал в храме Кошек заночевать. Все мы, словно малые дети, побоялись, на свежем воздухе палатки разбили и, словно бойскауты, у костра уселись страшные истории друг другу травить. - Она усмехнулась, вспомнив то время. - Кончилось все это тем, что очертенный ливень хлынул и чуть нас всех не смыл в реку со всеми нашими палатками и рюкзаками. Промокли все как цуцики, а ты - на высоте оказался: и сухим остался, и надписи свои открыл - при свете костра.

- Их на самом деле в свете трех лун высматривать надо было, - мрачно поморщился Кайл. - Это уж я просто с отчаяния начал костерок жечь, когда понял, что дождь всерьез зарядил. А надписи не я первым углядел, а та китайская девочка. - Он оторвал руку от руля и неопределенным жестом попытался изобразить, кого имел в виду. - Ну, та, которую я еще за мальчика сначала принял.

- Цинь? - удивленно спросила Марика.