Помоги проекту - поделись книгой:
— Да вы издеваетесь, — он возмутился, вскочил с кровати и принялся нервно расхаживать по комнате взад-вперед.
Мне стоило признать, била я наугад. Все, что я знала о делах Оливера, так это то, что он так же, как и мой покойный отец, занимался судоходством и рыбной ловлей. В свое время у папы были десятки судов, у Пикерта же насчитывалось несколько посудин, приносящих исправный доход. В основном это были лодки, базирующиеся в столичных доках, однако с этого года Оливер решился расширяться и заняться пассажирскими перевозками, для этого и приехал в наш город. Прикупил несколько круизных катеров и теперь планировал наладить на них маршруты. Я же ему намекала продать лодки и уехать восвояси. По-хорошему намекала, не хотелось мне с ним пока по-плохому.
— Мистер Пикерт, вы должны понять, что после моей статьи молва о вас разнесется повсюду. Как вы думаете, согласится ли кто-нибудь из светских персон заключить с вами сделку, после того, как узнает, какими извращениями вы здесь занимаетесь.
— Половина из них далеко не ангелы!
– Зато ангел ваша невеста. Я видела ее. Мисс Бриттани такая невинная крошка. Ваша насыщенная жизнь станет для нее настоящим шоком, а уж что скажет ее мать – баронесса Клейтон, и подумать страшно. Пусть не вводит вас в заблуждение милый вид этой дамы, она сотрет вас в пыль, используя связи с высшей аристократией.
Я говорила нарочито медленно, старательно запугивая Оливера, чтобы прочувствовал, что именно ему грозит.
— Сколько вы хотите за свое молчание?
— Много, очень много денег. Сумма с пятью, а может быть даже с шестью нулями.
Он даже руками всплеснул от моей наглости.
– Вы с ума сошли. Откуда у меня такие деньги?!
– Продайте бизнес и бегите из города, – равнодушно пожала плечами я. – Так, чтобы духу вашего здесь не было.
Он шумно втянул носом воздух, сжал губы, его лицо даже кровью налилось:
— Я достану вас…
— Мистер Пикерт, все что вы могли достать, вы уже достали сегодня из своих штанов. Угрожать мне не следует. За мной стоят влиятельные люди, которые уберут вас, если не согласитесь выполнить условия. Каким образом — решать вам, но мой вам совет: покиньте этот город немедленно, иначе вам придется покинуть этот мир!
— Хорошо, я сделаю так, как вы говорите. Но я могу надеяться на отсрочку, хотя бы в один-два дня, чтобы завершить свои дела?
Я вскинула бровь.
– Мне казалось продать бизнес можно и из соседнего города, или вам что-то не понятно в словах: “покинуть город немедленно”?
– Это бизнес, журналистская твоя морда, – рыкнул он на меня. – Я не собираюсь продавать лодки по дешевке. Нужно отбить хотя бы вложенные в них средства.
Пришлось поцокать языком. Признаться, я все же рассчитывала, что под незавершенными делами он подразумевал помолвку с Бри. Вдруг бы у него хватило совести расстаться с ней по-человечески.
Но похоже Оливер в моей сестре не видел ничего кроме красивого личика и связей нашей мамочки. Я злилась, и от этого едва сдерживала себя в руках.
– Завтра вас не должно быть в городе, – безапелляционно сообщила я. – Или я опубликую статью.
– Нет, постойте! – статьи он все же боялся. Мужчина начал шарить по карманам пиджака, пока не извлек оттуда уже знакомую мне бархатную коробочку.
– Только не говорите мне, что собрались позвать меня замуж, – усмехнулась я, глядя, как мне в руки пытаются засунуть кольцо Бри.
– На такой как вы, никогда. Это моя плата за отсрочку статьи, – кольцо все же перекочевало ко мне. – Продадите, выручите немалую сумму, а взамен позволите мне несколько дней отсрочки.
Очень хотелось затолкать этому подонку кольцо в глотку. Даже не знаю, как сдержалась. Да, я убивала и не таких гадов, мне ничего не стоило свернуть Пикерту шею прямо сейчас.
Но что я получу взамен? Бри, которая замкнется в себе и оденет траурной платье, оплакивая кончину жениха? Вот уж нет, не хочу.
Кольцо я все же взяла. Черт с ним, продам. Глупо отказываться от подобного, тем более в ситуации, в которой находилась моя семья. Слишком много счетов, которые нужно было оплачивать.
— У вас время до завтрашнего вечера, – сквозь зубы процедила я. – И еще кое-что. Перед отъездом вы должны “подчистить за собой”?
— Дела с бизнесом, я улажу.
— Вы должны разорвать помолвку. Тем более, что сейчас вам будет явно не до нее. Напишите письмо, придумайте что-нибудь, чтобы причинить бедняжке наименьший вред.
Пикерт нахмурился, на его лице мелькнула тень сомнения:
– Какое вам дело до дочери баронессы?
– Это не должно вас волновать, просто делайте, что приказано, – рыкнула я.
— Значит все дело в этой дряни! – в своей голове Пикерт явно связал Бри с мифическим заказчиком. – И зачем я вообще связался с этой проклятой семейкой.
— Держитесь от них подальше! Помните, что неугодных убирают. — заявила я, вставая с кресла. — Всего доброго, мистер Пикерт, и прощайте!
Выйдя на улицу, я бросила взгляд на окна тайной квартиры Пикерта и его любовничков. Он стоял и не сводил с меня глаз, наверное, мечтая о том, что из-за угла выйдет парочка отморозков и безжалостно расправиться со мной прямо здесь, под окнами, на глазах у него. Безусловно, мерзавец получил бы наслаждение от увиденного, ведь в данном случае он был бы не причастен к моей смерти, а следовательно, расправа ему не грозила. Но готова поспорить, этот трус все равно бы покинул город, потому как по сценарию весь компромат находился у тайного заказчика. Он купился на мою историю, а значит, и без моих угроз Оливеру было чего бояться. Рыльце Пикерта уже давно пряталось не в пушку, а в полноценной недельной щетине. Но мне уже было все равно, копать под него дальше не хотелось. Он не убийца, а его вишневый запах оказался всего лишь ароматом порочных связей с семейной парочкой.
Решив доиграть эту роль до конца, послала ему воздушный поцелуй — награду за беспрекословное послушание. Не сомневаюсь, Пикерт сделает так, как я сказала, а значит, завтра Бриттани станет свободной девушкой. Не скажу, что этот факт радовал меня, но это гораздо лучше, чем обнаружить “скелеты” Оливера уже после свадьбы с сестрой. Я дала себе обещание, постараться помочь сестре пережить это предательство, ведь Бриттани еще никогда не приходилось сталкиваться с подобным.
В скором времени шаг пришлось ускорить. Рассвет близок, а значит, и мое новое личико с острыми скулами, точеным миленьким носиком и чувственными губами должно исчезнуть. Но больше всего мне было жалко невероятно рыжие волосы, напоминающие языки пламени. Благодаря им я действительно почувствовала себя той, за кого себя выдавала. Хитрой хищной лисой-журналисткой.
Зайдя в ближайший проулок, решила на всякий случай сменить внешность на совсем неприметную, значительно добавив себе возраст. Даже если меня кто-то и увидит, то подумает, что старушка попросту страдает бессонницей и ищет одну из своих очередных кошек. Кто поймет этих пожилых дамочек с их непостижимыми нравами!
Домой, впрочем, как и всегда, я успела вовремя. На улице не было ни души, все беззаботно спали в своих кроватях, им не было никакого дела до моей ночной жизни. Да это было и к лучшему. Чем крепче были их сны, тем спокойнее протекали мои дни.
Обессиленно я рухнула на кровать и уплыла в царствие беззаботных снов.
***
Проснулась из-за солнечного зайчика, настойчиво скачущего по моему лицу. Негоднику хотелось, чтобы я поскорее открыла глаза и увидела его, такого шального и неугомонного. Этой ночью мне все же ничего не приснилось. Я просто провалилась в сон, позабыв о вчерашних проблемах в лице мистера Оливера Пикерта.
Встав с кровати, я приняла ванну, привела себя в порядок, и спустилась вниз.
В доме царила тишина, словно все вымерли.
Пришлось искать куда запропастились мои родственники.
Матушка обнаружилась в саду. Она ухаживала за своими новыми розами, привезенными из путешествия какой-то подругой, Эмили вдохновленно пыталась изобразить что-то на мольберте, а Бри читала роман новой модной писательницы, о трудах которой гудел весь Высший Свет.
— О чем пишет? — спросила я, пытаясь завязать с ней разговор.
— О любви, чувствах, — произнесла сестра, не отрываясь от книги. — История просто удивительная, не могу оторваться.
— Бри, какая же ты романтичная!
— Разве это плохо?
— Порой, это очень больно.
— Что именно больно? — не поняла она. — Влюбляться?
— Склеивать кусочки растерзанного сердца.
— Роззи...
— Ты помнишь, что сегодня мы должны посетить выставку Мишеля? — вовремя перебила я. — Он наверняка ждет и будет рад нас видеть. Мы так давно никуда не выходили вдвоем. Мамочка ведь останется вместе с Эмили дома, с надеждой, что Мишель не отпустит нас с пустыми руками и передаст ей одну из своих картин.
— Как ты думаешь, наш художник уже догадался о коварстве матушки? — намеренно громко произнесла Бри, следя за тем, как отреагирует на это родительница, обрезающая секатором колючие кусты.
— Девочки, я все прекрасно слышу, — ответила она, демонстративно чикнув острыми лезвиями в воздухе. — Разве можно отказать человеку, желающему преподнести мне подарок? Разумеется, нет. Ведь своим неосторожным отказом я могу нанести тонкой душевной организации мальчика непоправимый вред.
Даже Эмили рассмеялась. Ее звонкий голосок, словно тысячи мелодичных колокольчиков разлетелся по саду.
– Ну-ну, мамочка, – прокомментировала она. – Эти благодарности, скоро будет некуда вешать.
– Что б ты понимала, Эми, – баронесса вернулась к своим розам. – Мишель талантлив, как бог. Это сегодня он выбивает залы, не соответствующие его таланту, и рисует портреты на заказ, порой за сущие пустяки. Но через двадцать лет его работы будут стоит миллионы. Вот увидите.
– Откуда такая уверенность? – я заломила бровь и уставилась на родительницу.
– Месяц назад я отправила картину Мишеля в подарок герцогу Бранду. В столице оценили талант нашего мальчика. Бранд хвастался этим подарком многочисленным гостям, и неудивительно, что пейзаж произвел фурор. Аристократы столицы уже мечтают заполучить работы Мишеля в свои коллекции, тем более, что пока они стоят не так дорого по меркам Высшего Света.
– То бишь ты передала подарок от Мишеля какому-то герцогу? – не совсем одобрительно отозвалась на действия матери Бри. – Это невежливо.
– Это благодарно, – не согласилась баронесса. – Я помогла мальчику и обеспечила его заказами. Протекции в наше время весьма важны.
– Никто и не спорит, – загадочно отозвалась я, про себя же слово “протекция" проклинала.
Не жаждал бы Пикерт их от моей матери, на сестру бы и не взглянул. Я вспомнила про вчерашнее кольцо, которое он мне с такой легкостью отдал, и меня передернуло.
Не ценил Оливер чувств Бри, иначе не расстался бы с драгоценностью.
В этот момент из глубины дома раздался звон, кто-то подошел ко входной двери и настойчиво трезвонил в колокольчик. Мы же, находясь в саду со стороны внутреннего двора, этот перезвон едва слышали.
– Кажется, кто-то пришёл, – подскочила Эми. – Я открою.
Она отложила кисти и едва ли не вприпрыжку ускакала в дом. Отпускать ее одну мне не хотелось, все же она еще крошка в моем понимании. Пришлось пойти за ней.
Я опасалась, что за дверью окажется Пикерт, мало ли что взбредет ему в голову напоследок, но на пороге был посыльный. Скользнув взглядом по Эмили, он передал запечатанный конверт мне.
Сестра насупилась, за что удостоилась от меня укоризненно шепота:
– Вот вырастешь, и тебе будут важную корреспонденцию отдавать.
Закрыв двери, я вчиталась в адресат письма.
Как я и думала.
“Баронессе Бриттани Клейтон”
Стало быть от кого, мне тоже ясно. Моя рука немного дрогнула, ведь придется самолично вручить конверт с дурными вестями Бри. Наверное, это была моя расплата за содеянное, но я не раскаивалась. Так будет лучше для всех.
В саду все так же пели птицы, хотя мне показалось, что некоторые из них сменили свой восторженный гомон на более минорный тон.
– Бри, это тебе, – сохраняя как можно более спокойное лицо, протянула я конверт.
Девушка с интересом вскинула голову и с недоумением отложила книгу.
– От кого? – спросила она, беря письмо, и тут же сама ответила. – Странно, обратного адреса нет.
Сестра задумчиво развернула конверт и вытащила сложенный вчетверо листок. Я быстро юркнула ей за плечи, чтобы прочесть послание вместе с ней. Бри моему своенравию не возражала.
“Дорогая Бриттани!
Дни, проведенные с Вами, были для меня подарком судьбы. Я благодарил Бога за нашу встречу и буду благодарить, ведь именно Вы стали моей путеводной звездой к счастью. Вчера вечером я получил приглашение от родственника, проживающего в Индии. Старик уже давно страдает от неизлечимой болезни и срочно нуждается в приемнике, готовом принять его дела и продолжить бизнес.
Моя дорогая, я не имею права предлагать Вам поехать со мной, старик закоренелый холостяк и не приемлет браки, как он говорит: “Они отвлекают от бизнеса. Человек, который хочет добиться многого, должен быть совершенно свободным от обязательств”.
Вы посчитаете меня циничным и продажным человеком, но я вынужден отказаться от своего предложения руки и сердца. Прошу простить меня и не держать зла. Прощайте! “
Руки Бри убито опустились, она сама, словно обмякла, и если б не я стоящая у нее за спиной, и вовсе рухнула бы на землю.
— Это письмо от мистера Пикерта! — произнесла она слабым голосом, едва я усадила ее на плетеный диванчик из ротанга, и сама присела рядом.
Ее взгляд был устремлен в пустоту, а весь вид выражал шок, недоверие и недоумение.
— Боже, какой он романтик, — обрадовалась матушка, неверно истолковав реакцию сестры и приняв ее за своеобразное проявление радости. — Пишет своей возлюбленной письма, изнывая от нетерпения узнать ответ.
— Он отказался от своего предложения, — почти прошептала Бри.
— ЧТО? — пожалуй, крик разъяренной матушки могла слышать вся округа. — Как он посмел? Да что этот молокосос о себе возомнил?
Бриттани протянула письмо, а мама, не снимая испачканных перчаток, начала читать.
— Немыслимо, — заключила она. — Бросить мою малышку… Что теперь с нами будет?
Поделиться книгой: