За чертой милосердия. Новый мир (СИ)

Прилегающий к дому ухоженный участок огораживал старенький, но крепкий забор, за которым можно было разглядеть грядки со всякой растительностью и загоны под живность. Подобными «усадьбами» была застроена вся улица, где мы располагались. Наш домик, куда нас поселили вчера, когда-то тоже был таким, но сейчас он представлял собой довольно запущенное зрелище. Впрочем, состояние для нас было вполне приемлемым.

Я сладко потянулся и набрал полную грудь воздуха.

— Отряд! Подъём! — гаркнул я на всю улицу.

Оба полицейских подпрыгнули на полметра из сидячих положений и принялись судорожно озираться по сторонам. Позади меня раздался приглушённый грохот и тихие казарменные выражения. Почти сразу после этого выскочил Дима в трусах, но с винтовкой наперевес и быстро осмотрелся по сторонам.

— Что за паника? — тихо спросил он, оглядывая окрестности.

— Пора вставать и радоваться новому дню, — усмехнулся я. — Командуй подъём и полный сбор нашим.

Дима поставил винтовку на пол и осмотрелся. Не найдя ничего примечательного, он хмуро пробормотал что-то про мои умственные способности, и, закинув за спину винтовку, удалился. Я ещё раз осмотрелся и направился внутрь, вслед за ним. К моему приходу бойцы уже успели одеться и начали экипировать сбрую.

— Значит так, — я оглядел всех. — Сейчас разминка, потом завтрак.

— А если наоборот? — спросил Вик.

— Завтрак ещё надо заработать. Одеваем полную сбрую и выходим перед домиком.

Бойцы с образцовой быстротой экипировались и гуськом выбрались на улицу. Конечно, я бы предпочёл пробежку без полной выкладки, но рисковать собственным снаряжением мне хотелось ещё меньше. Наблюдатели, немного придя в себя от нашей побудки, насторожились при виде нашей активной деятельности. Страж, сидящий на балконе, взял в руки свою винтовку — по виду крупнокалиберного успокоителя с оптическим прицелом странного вида, — а его напарник пересел за руль мотоцикла. Хорошая предосторожность, но удовольствия пострелять в нас доставлять мы ему не собирались. В противном случае они бы просто не успели среагировать.

Закрыв дом, я огляделся по сторонам и направился к полицейскому на мотоцикле, чтобы предупредить о наших планах. Можно, конечно, обойтись и без подобных формальностей, но лишний раз раздражать местных хранителей правопорядка не стоило. Тем более что пока мы, по сути, находимся под арестом, что бы там ни говорил нам староста.

Страж порядка встретил меня без особой доброжелательности.

— Утра доброго, — поприветствовал я его. — У нас сейчас намечается пробежка, а у вас, насколько мне известно, есть приказ за нами наблюдать.

— А без этого никак? — спросил он.

— Увы, — я развёл руками.

Водитель вздохнул и, мысленно прокляв каждого из нас особо изощрёнными проклятиями по двадцатое колено в каждую сторону, подал знак своему напарнику. Тот спустился вниз по наружной лестнице, тоже не скупясь на ругательства, судя по выражению его лица. Я их прекрасно понимаю, но их работа охранять нас от неприятностей, а работу надо выполнять.

— Сейчас у нас пробежка за город, — обратился я к своим. — Колонной по одному, бегом!

Я первым подал пример, припустив лёгкой рысью по улице. Следом за мной потянулся и весь отряд. Сзади послышалось чихание двигателя наших сопровождающих. Жаль, что на мотоцикле наших сопровождающих не было светомузыки, шоу было бы ещё то, пусть и без зрителей. Дорога была мощёной, из-за чего шума мы производили как небольшой табун лошадей.

Физические упражнения хорошо сказываются на активной работе мозга. Поэтому, пробегая мимо похожих друг на друга бревенчатых зданий, рядом с которыми располагались добротные клетки для птиц и массивные загоны для скота, я обращал внимание на детали, ускользнувшие от меня до этого. Каждый дом напоминал собой небольшую крепость, способную стать хорошим укрытием для жильцов во время боя. Это значило, что уличные столкновения здесь — явление если и не постоянное, то частое. Вот правда с кем жители воевали, это ещё вопрос. Вполне вероятно, что на них нападают какие-нибудь воинствующие представители преступного мира. Это также могло быть причиной прохладного отношения местных стражей порядка к нам, ибо нас просто могли принять за таких личностей. Кроме того, возможно, что фауна тут не самая дружелюбная, но эта самая фауна явно была представлена кем-то иным, нежели какая-то четвероногая мелкая живность. Загоны для скота, похожие на здешние, я видел на Майкоре. Эта планета являла собой древнюю Землю эпохи рептилий. Так вот, основными хищниками, что нападали там на фермеров, там были двухметровые ящеры. Если проводить аналогию, то и здесь хищники, скорее всего, похожие. Что-то крупное, не летающее, но умеющее быстро бегать и больно кусаться, лягаться или клеваться. В принципе теперь мне понятен смысл громоздких крупнокалиберных ружей у местных сил правопорядка. Подобное оружие обладает просто чудовищным останавливающим действием, которое и необходимо для отпугивания или отстреливания подобной живности. Да и против преступников оно тоже работает неплохо.

Выбежав за город, мы попали на своеобразную трассу, которая, видимо, являлась наземной транспортной артерией. В принципе ничего особенного: по две полосы в каждую сторону, асфальтовое покрытие дорожного полотна и аккуратная обочина. Заметных ям и выбоин дорога не имела. Похоже, что за дорогами тут следят очень даже хорошо. Отсюда вывод, что связь этого города с другими осуществляется преимущественно наземными перевозками. Кстати о перевозках. Пока мы бежали, нас обогнал караван в составе четырёх одиночных мотоциклов, пяти фурообразных автопоездов очень странного вида — сходу я и не возьмусь их описать, но в их основе явно был мотоцикл, как бы глупо это ни звучало — и одного подобия бронеавтомобиля. Похоже, что бандитствующие личности тут были распространены очень и очень широко, раз конвои ходят под такой защитой. Помимо этого конвоя, я заприметил несколько воздушных транспортных средств. Тройка лёгких поршневых истребителей пролетела над нашими головами в сторону городка, небольшой двухмоторный самолёт, тоже поршневой, зашёл на посадку куда-то на его окраину. На большой высоте с громким гулом пролетела какая-то многомоторная машина. Я не особо всматривался в творения местного авиапрома, но заметил, что они похожи на те, что летали в боях на БП: древние машины с пропеллерами и поршневыми двигателями, вот только выглядели они несколько иначе. Понятно, что на другой планете не стоит ожидать прямых аналогов, но при большой общей похожести были и различимые отличия. Впрочем, подробности рассказать я смогу только тогда, когда нанесу визит на местный аэродром и посмотрю на «птичек» вблизи.

К моменту, как мы неспешно приблизились примерно к пяти километрам, трасса начала оживать. Её заполнили разного рода мотоциклы и их производные, пародии на автомобили и фуроподобные монстры. Видовое разнообразие техники позволяло с уверенностью говорить о развитой промышленности, торговле и путях сообщения. А кроме того — и о развитой оружейной промышленности. Этот вывод следует из того, что у многих проезжающих мотоциклистов за спиной или в седельной кобуре была винтовка, дробовик или ещё какое длинномерное оружие. Разглядывать их в деталях не было возможности, но я заметил, что, как и у местных полицейских, они были рычажными или помповыми, а некоторые и со скользящим затвором. Оружия с отъёмными магазинами, вроде штурмовых или полуавтоматических винтовок, я не заметил, как и компактных пистолетов-пулемётов или сверхкоротких автоматов, которые идеально подходят для таких вот поездок. Судя по всему, эта планета по своему развитию пребывала в первых десятилетиях века двадцатого. Забавно, что нас занесло из искусственной реальности этих годов, коей являлась Бэттл Планет, в реальность настоящую, которая активно обдавала нас выхлопными газами и воздушными потоками от пролетающих мимо транспортных средств.

Когда наша пробежка завершилась, соседские птицы и звери орали уже во всю глотку. Местные жители были поглощены своими огородными делами, а поэтому не обращали на нас особого внимания. Зато детишки глазели на нас с нескрываемым интересом. Наши провожатые припарковались на прежнее место и принялись без особого интереса ждать дальнейшего развития событий. Во избавление их и нас от лишних нервов я снова подошёл к ним.

— Спасибо за сопровождение, парни, — служители закона без радости кивнули. — На ближайший час у нас ничего не планируется, а я хотел бы поговорить с лейтенантом Дейреном.

— Поговорите, как он появится, — недружелюбно ответил водитель и взглянул на часы. — Придётся подождать до девяти утра. Сейчас восемь.

— Что ж, и на этом спасибо.

Я отправился в дом. К моему появлению бойцы уже сняли оружие и вовсю занимались физзарядкой. Не теряя времени, я скинул экипировку и присоединился к ним. После усердной тренировки последовал холодный душ из колодезной воды и долгожданный перерыв.

— Командир, а как насчёт пожрать теперь? — спросил меня Дима, вытираясь полотенцем из нашего набора выживания.

— Идея хорошая, — ответил я. — Кто хочет быть шеф-поваром?

— Да не вопрос, — ответил Костя. — Дёрни кольцо и сварится яйцо.

— Тогда вопрос решён. Остальным почистить и проверить оружие. Дима и Саня, поскольку вы у меня лучшие аналитики, то вам придётся найти место, где местные держат набор прессы. Ваша задача: понять, в какую нас дыру занесло. Вик, тебе придётся превратиться в призрака и понаблюдать за нашими вертушками. Я местным ни разу не доверяю, так что посмотришь, что и как.

— Долго?

— До обеда, больше не стоит. Твоё исчезновение и без того переполошит местную братию.

— Что нам делать? — спросил Костя.

— До обеда приводим в порядок оружие и набираемся сил. После обеда мы сменим Диму и Саню в разведке. Вик, ты после обеда отдыхаешь.

— Как скажешь, босс, — отозвался Вик.

— Тогда на пока всё.

Костя потянулся и отправился на кухню, а остальные принялись за оружие. Я же предпочёл выбраться на улицу и понаблюдать за местным населением, пока готовится завтрак. Наблюдатели всё так же расслаблено сидели и бросали редкие взгляды на наш дом, но при моём появлении они сразу же подобрались.

Я же просто сел на крыльцо и опёрся на стену. Подставил лицо утреннему ветру и расслабился. Закрыл глаза и принялся наслаждаться утром: прислушался к воплям домашней живности, отдалённому рокоту моторов, доносящимся голосам, крикам детей. Давно забытой мирной картине, где нет места очередям, разрывам снарядов и вою перегруженных движков. Самое удивительное, что сейчас у нас был реальный шанс переломить свою жизнь. Начать с чистого листа, исправить всё, что только можно было. О мирной жизни можно и не думать, ибо каждый из нас способен только к войне, но зато здесь мы сами по себе, и это было чертовски приятно.

К сожалению, из радостных и радужных мыслей меня вырвал рёв двигателя и визг тормозов. Открыв глаза, я стал свидетелем попытки полёта неосторожного водителя, видимо переусердствовавшего с передним тормозом. Очевидных причин для подобного манёвра не было, но что-то его заставило это сделать, и теперь он очень красиво летел через руль в мою сторону. Полёт его был хоть и красивым, но очень кратковременным. Человек вообще не склонен к длительным горизонтальным перелётам, особенно без специальных приспособлений. Посадка же была очень жёсткой, поскольку приземлился он в ливневую придорожную канаву. Мотоцикл, оставшись без седока, вильнул, после чего упал и заглох. И если железный конь получил всего пару царапин на свои чёрные бока, то о наезднике такого не скажешь.

Едва тушка бедолаги полностью затормозила, я поспешил к нему. Полицейские отреагировали одновременно со мной, но мне бежать было меньше, а поэтому я и успел раньше. Пострадавший оказался девушкой, причём, как я машинально заметил, вполне симпатичной, но разглядывать её времени не было. Первым делом я проверил пульс, оказавшийся очень даже здоровым. После чего аккуратно пробежался по телу руками, на предмет каких-либо его повреждений. Чего-то серьёзного вроде бы не обнаружилось, поэтому я просто поднял девушку и отнёс её на крыльцо.

— Лёха! Аптечку! — крикнул я. — Рысью!

Лёха с аптечкой в руках появился почти сразу же. Я быстро вытащил инъектор и, вставив капсулу с обезболивающим, быстро всадил в шею. Дыхание пострадавшей выровнялось. Судя по всему, она хорошо приложилась грудью, не удивлюсь, что у неё рёбра треснули или сломались.

— Что вы сделали? — спросил подбежавший полицейский.

— Всего лишь ввёл ей обезболивающее. Кстати, я бы на вашем месте вызвал медицинскую помощь, ей не помешает госпитализация.

— Вальд, дуй к ближайшему посту и позвони оттуда в больницу, — приказал он своему напарнику. — Я останусь здесь и присмотрю за всем. Ответственность беру на себя. Выполняй!

Второй полицейский бегом рванул к мотоциклу и с пробуксовкой сорвался в направлении центра города.

— Нужно осмотреть её, — произнёс оставшийся с нами страж порядка. — Возможно, ей нужно оказать первую помощь…

— Всё уже сделано и без вас. Сейчас надо только ждать. Препарат всё сделает сам. Кроме обезболивающего, в капсуле содержатся нейростимуляторы, которые некоторое время продержат её без сознания. Ничего страшного, просто они помогут ей восстановиться. Лёх, позови Костю, и оттащите с дороги мотоцикл. Можете его поставить во дворе.

— Постойте, что это вы тут командуете? — вмешался полицейский. — Вообще-то представитель закона здесь я. Это место происшествия, а потому и распоряжаться здесь мне, а не вам.

— Ну так распоряжайся, — я не скрывал раздражения. — Я бы предпочёл, чтобы эта жестянка не валялась у меня перед домом. Вызывай эвакуатор, если необходимо, и тащи её к себе в участок, но пусть этот хлам не создаёт лишних помех.

— Господин наёмник, бросьте этот тон, — сурово произнёс страж закона. — Я буду поступать так, как посчитаю нужным.

Прежде чем я успел хоть что-то сказать, появился Костя с двумя чашками чая и поставил их рядом с нами.

— Командир, господин полицейский, чай? — спросил он.

— Чай будете? — кивнул я на чашки. — Чашку можете выбрать сами.

Страж закона не стал отказываться, но чай попробовал только после того, как я сделал глоток.

— Не доверяете? — спросил я, делая ещё один глоток. — Правильно. Я бы тоже не доверял такому типу, как я.

Полицейский буркнул что-то утвердительное, но по его виду было понятно, что ему понравилось.

— У вашего чая странный вкус, — произнёс он.

— Помимо заварки там ещё целый комплекс витаминов и уймы тонизирующих веществ. Штука жутко полезная.

Страж порядка хмыкнул с едва заметным тоном удивления. Допив чай, он поставил чашку на пол.

— Ладно, спасибо вам за чай, а мне пора работать. Сейчас мой напарник вернётся.

Он и правда не заставил себя долго ждать, а почти сразу после него появилась повозка скорой помощи: мотоцикл с крытой тентом коляской, в которой размещались носилки. Полицейские начали между собой о чём-то спорить, периодически что-то записывая. Медики же, не дожидаясь от них команд, шустро погрузили девушку на носилки и отбыли восвояси, даже ничего не спросив. Ладно, дело это не моё. Хотя, кажется, теперь уже моё, поскольку один из полисменов направился ко мне.

— Теперь можете закатить мотоцикл к себе во двор. Если к моменту вашего выезда его не заберут, то тогда и эвакуируем, — сообщил он нам и пошёл обратно к напарнику.

Я пожал плечами и направился к мотоциклу. Теперь можно было поближе познакомиться с местной техникой.

Итак, мотоцикл был классической дорожной компоновки, чёрного цвета, с одноцилиндровым двигателем, задними жёсткими кофрами и явно задранными задними амортизаторами. По внешнему виду он был явно не первой и даже не второй свежести. Это была очень давно и много используемая рабочая лошадка. По весу он оказался не таким и тяжёлым, как раз под стать седоку. Я закатил мотоцикл во двор и поставил его на подножку.

— Лёха, Саня, для вас есть подарок, — произнёс я в окно.

Оба технаря почти сразу же выбрались на крыльцо.

— Интересный образец, — произнёс Саня, внимательно изучая мотоцикл. — Кажется, это дорожный эндуро. Марка «Ульвер», модель «Горец», движок одноцилиндровый на пять сотен кубиков, если верить шильдикам и надписям на его тушке. В использовании уже очень даже давно, перелатан уже не один десяток раз.

— Шеф, позволишь в нём покопаться? — спросил Лёха. — Обещаем его собрать как было.

— Подождём лейтенанта и тогда разберёмся, — принял я компромиссное решение. — Он как раз должен объявиться где-то в ближайшее время.

Глава 4

К моменту появления лейтенанта со следующей сменой, мы успели позавтракать и частично разбрестись по своим делам. Вик уже испарился с моего поля зрения и был где-то на пути к вертушкам. Связь работала хорошо, и при необходимости я мог с ним связаться в любой момент. Дима готовился к прогулке по городу. Технари облизывались на мотоцикл и пожирали его глазами, ожидая от меня разрешения на его полный разбор.

Лейтенант явно не выспался, о чём свидетельствовали мешки под глазами, но при этом был гладко выбрит и в отутюженной форме. Судя по его взгляду, то причиной его недосыпа были мы, и он был намерен поквитаться за причинённые неудобства.

— Доброе утро, лейтенант, — радушно поприветствовал я его. — Смотрю у вас неважный сон.

— Господин Горин, вы бы не ёрничали, — устало ответил он. — У вас и без того куча проблем.

— Ну так это мои проблемы. Проверяете, не сбежали ли мы?

— С вас станется. Что у вас тут с утра произошло? — спросил лейтенант.

— Да ничего особенного, — я пожал плечами. — Мы утром только пробежались. В здоровом теле — здоровый дух. Вроде бы домашнего ареста формально у нас нет? К тому же ваши люди любезно нас сопроводили.

— А вы всё паясничаете. Это что, для вас шутки? — ядовито спросил лейтенант.

— Лейтенант, что вы дёргаетесь? Мы здесь? Здесь. Какие ещё у тебя проблемы? Если ты хочешь спровоцировать меня или моих людей, то тут я тебя разочарую. Если тебе интересны наши передвижения на сегодня, то лично я со своим заместителем собираемся погулять. Можем взять тебя с собой, а если будешь себя хорошо вести, то ещё и леденец подарим.

Лейтенант побелел от негодования и, прошипев что-то нечленораздельное, потянулся в кобуру за револьвером.

— Стрелять не рекомендую. Ещё капитан осерчает, — я уставился ему прямо в глаза.

Наш поединок в гляделки затянулся почти на минуту. Лейтенант всё-таки его проиграл, хотя и с минимальным отрывом. Кажется, этот парень хоть и молод, но характером он явно вышел, да и учился он просто на лету.

— Лейтенант, давай будем мыслить конструктивно. Лично меня не радует перспектива сидеть здесь под присмотром твоих людей. Тебя эта ситуация с наблюдением за нами радует ещё меньше. Из всего вышесказанного предлагаю заключить шаткое и хлипкое перемирие, — я протянул руку.

Лейтенант несколько секунд колебался, но потом всё же пожал её.

— Если вы хотите мир, то будет вам мир. Но в таком случае я советую вам воздержаться от провоцирования законников.

— А мы разве провоцировали? — я улыбнулся во все тридцать два. — У вас тут что, запрещены утренние пробежки?

— Вы понимаете, о чём я, — лейтенант устало вздохнул. — Вы, конечно, молодец, что оказали своевременную помощь пострадавшей. Но вам лучше запомнить, что законники не терпят, когда ими командуют какие-то чужаки.

— И я их понимаю. Только если они будут так же щёлкать клювами, то я ничего не обещаю.

— С огнём играете, господин Горин.

— Лейтенант, лучше просто Влад.

— Я сам прекрасно знаю, как мне лучше. Честно говоря, я бы вообще не стал с вами церемониться, — Ким усмехнулся. — Вот только капитану Кириямо вы почему-то приглянулись, а его слово для меня — закон. Но если вы играете с нами в игры, то берегитесь. Преступников здесь не жалуют. И если вы окажетесь из их числа… — лейтенант хищно улыбнулся и недвусмысленно погладил кобуру.

— Ну если сможешь, — я ответил ему не менее хищной улыбкой. — Вы говорили о проблемах, лейтенант.

— Проблем у вас достаточно. Ваше появление засекли в Авроре и теперь вам предъявляют официальные объявления в нарушении воздушного пространства острова. Вам светит очень приличный штраф.

— А что насчёт других обвинений? Кажется, капитан говорил что-то о сопротивлении аресту.

Лейтенант замялся.

— Капитан решил не давать этому ход. Не знаю, почему.

— Значит проблемы у нас не настолько большие. Лейтенант, у меня есть просьба. Мои технари хотели бы покопаться с мотоциклом, который перевернулся около нашего дома. Мало ли что с ним могло произойти.

— Вам это не у меня надо спрашивать, а у пострадавшей. Но я не думаю, что она вам откажет, после того, как вы ей помогли. Только верните его в нормальном состоянии. Если у неё будут к вам претензии, я спрошу с вас по всей строгости. Ещё что-нибудь ко мне есть?