Остров Веры

– Да ну? А разве не наоборот?

– Ты что? Издеваешься надо мной? – засмеялась Антонина.

– По-моему, это ты надо мной издеваешься! С чего вдруг он должен после этого потерять интерес? Тогда бы все браки распадались сразу после первой брачной ночи.

– А разве это не так?

– Не знаю. У моих родителей не так.

– Просто у тебя отец порядочный. Но таких мало.

– Да ну. Ерунду какую-то говоришь, – Светка нахмурилась и отвернулась.

Вскоре из леса вернулся поисковый отряд, так и не отыскав пропавшего бойца. Они притащили пару сухих брёвен, и развели костёр. В большую металлическую корзину, что валялась на окраине пляжа, добавили камней и развели огонь в специальной нише под камнями. Светлана начала готовить обед, а Антонина продолжала загорать, наблюдая за всеми сквозь полуопущенные ресницы.

Раздался звонок. Светка взглянула на экран телефона и удивлённо вскинула брови.

– Да, Вась? … Где? Да ты что?! – она заулыбалась и облегчённо вздохнула. – Спасибо. Сейчас что-нибудь придумаем. – Она отключила телефон. – Леший нашёлся. Он на Вере!

– Где? – все посмотрели на неё.

– Остров Веры. Это недалеко. Как же я сразу-то не догадалась?

– Где недалеко? – Слон с недоумением начал осматривать озеро.

– Отсюда не видно. Он возле самого берега, за мысом. Но если отплыть метров сто, сразу увидите. Здесь не больше километра.

– Ну, даёт! Что он там забыл? – заворчал Слон.

– Там сейчас археологические раскопки. Интересное место, кстати. Есть что посмотреть.

– Антонина! Поплывёшь с нами на остров? – спросил Призрак.

Она хотела отказаться, но вместо «нет, спасибо» с языка неожиданно сорвалось «да, конечно».

Остров

Причалив к песчаному пляжу, они увидели женщину, сидящую на складном стуле возле столика, заваленного каким-то, на первый взгляд, мусором: осколками, камешками, черепками. Она внимательно рассматривала свои сокровища и что-то записывала в тетрадь. Заметив гостей, откинулась на спинку стула, протёрла глаза и достала сигарету.

– Доброе утро! – сказал Призрак.

– Чем могу? – не очень приветливо отозвалась археологиня.

– Тут у вас где-то наш товарищ…

Феникс тем временем поспешно достал зажигалку и галантно предложил даме огня.

– Ммммм… – она кивнула и прикурила. – Экскурсия по острову сто рублей.

– Не вопрос! – Призрак достал из кармана пачку денег и отсчитал триста.

– А за этого вашего товарища кто платить будет? Васька с ним всё утро возится.

– Конечно, конечно! – согласился Призрак и положил ещё двести на всякий случай.

Она спрятала деньги в задний карман шорт, взяла сотовый и позвонила. Потом снова уткнулась в свои артефакты, потеряв к гостям интерес. Через минуту из леса вышли Алексей с проводником.

– Вася! – не оборачиваясь, крикнула начальница. – Давай без самодеятельности!

– Ну что ты, Анжелочка! Конечно! Ты ж меня знаешь! – ответил Вася и пригласил гостей за собой.

– Знаю, потому и говорю, – проворчала им вслед Анжелочка.

Алексей пытался делать вид, что Антонина интересует его меньше, чем доисторические каменные сооружения. Но она кожей чувствовала его внимание. В душе разгорался азарт. Она понимала, что сама тоже является жертвой, подобно тому, как игрок – жертва казино. Зная, что вероятность крайне мала, что страсть эта грешна и пагубна, тем не менее, пытаешься выиграть. И даже не столько выигрыш нужен – удовольствие доставляет сама игра. Поэтому Антонина тоже делала вид, что Алексей ей интересен не больше, чем экскурсовод. Она слушала с таким неподдельным… точнее, искусно подделанным вниманием, что Васька рассказывал заученный текст, буквально не сводя с неё глаз.

– А это каменоломня. Здесь добывались плиты для сооружений. – Он подвёл их к нагромождению гранитных глыб на берегу. – Обратите внимание на эти зарубки, – он показал следы какого-то инструмента. – Как вы думаете, чем они могли быть сделаны?

Мужчины с видами знатоков начали вспоминать, какой природный материал твёрже гранита. Антонина подошла к одному из камней чуть в стороне, и провела пальцем по такой же выбоине. И вдруг мгновенное озарение слегка вскружило голову, поселив в душе уверенность, которую ничем невозможно доказать. И всё-таки она рискнула:

– Мне кажется, это сделано совсем недавно. Обычная стальная стамеска.

Экскурсовод замер, глядя на неё уже не с восторгом, как раньше, а с удивлением.

– Верно. Только не стамеска, а зубило из легированной стали. Обычное тупится мгновенно. Это мы в прошлом году долбили.

– Зачем?

– Чтобы понять, чем они эти плиты откалывали. Вряд ли у них были стальные инструменты. Но вон те зарубки – он показал на ровную строчку в скале, – сделаны действительно в те времена, когда строились мегалиты. А вот, – он пнул лежащий рядом камень, – готовая плита, но почему-то не унесённая. Видите, на краю такие же сколы? А вот отсюда её откололи.

– Но как?! – удивилась Антонина.

– А вот так! – развёл руками Васька. – Выходит, у них были очень хорошие инструменты. Это была технологически развитая цивилизация.

– Да, брось! – усмехнулась Антонина. – Откуда пять тысяч лет назад стальные зубила? Да и зачем бы тогда им строить такой прими-ти-визм? – язык слегка заплетался, как у пьяной.

– Вот это действительно странно! – кивнул Васька. – Ну что? Идём дальше?

Когда шли через лес, Антонине казалось, что она всё это уже когда-то видела. Может, потому что лес везде одинаковый.

– А вот на этом месте был старообрядческий скит, – экскурсовод остановился перед очередной табличкой.

– Где?! – Призрак огляделся. – С чего вы это взяли?!

– Археологи так сказали, – развёл руками Васька. – У них глаз намётан. Видишь камни по периметру, почти квадратом. Это фундамент.

– Да ты что? Какой фундамент?! Что на нём можно положить?!

– Видишь сосна? Она выросла и сдвинула камень. А он, в свою очередь другие подвинул. Вот кладка и искривилась. А сколько с тех пор здесь деревьев выросло, умерло и упало? И каждое вносило свою лепту в разрушение. Двести лет и от скита даже следа не осталось. Пойдём дальше. Вон там…

Антонина слышала его голос словно издалека. Ей были совсем не интересны даты, эпохи, названия. Голова кружилась, как в детстве, когда ложишься спать, и начинает казаться, что летишь. Она отстала от группы и шла, наслаждаясь этим необычным ощущением.

Наконец вышли на большую поляну и остановились возле ограждающей ленты.

– Это сооружение датируют четырьмя-шестью тысячами лет до нашей эры, – продолжал экскурсовод. – Длина восемнадцать метров. Состоит из центрального зала и нескольких боковых камер, соединённых между собой коридором. Вход ориентирован точно на восток…

Антонина присела возле входа в храм и заглянула внутрь. Казалось, она помнит расположения комнат, и даже украшения стен.

– Там на стене голова быка! – сказала она, чтобы проверить очередное озарение.

Васька замолчал и посмотрел на неё.

– Да действительно. Ты была здесь раньше?

– Была, – соврала Антонина. Потом поднялась и обвела взглядом поляну. «О боги! Какая разруха! Где-то здесь неподалёку должна быть священная скала».

– Ты что-то ищешь? – услышала она голос Алексея. Его прикосновение ударило, словно током. Она отскочила и посмотрела на него гневно, начиная осознавать, что что-то с ней не то. А какая-то часть сознания продолжала искать, заставляя идти и оглядываться.

– Антонина? – Васька преградил ей путь и пристально заглянул в глаза.

И тут за его спиной она увидела вершину останца и крест. Сердце замерло, внутри всё похолодело, и через секунду наваждение исчезло.

– А что это за ужасный крест на вершине? – спросила она. – Нарушает гармонию. Кто его здесь установил?

– Не знаю, – пожал плечами Васька.

– Пора идти, – сказал Алексей, оттесняя Ваську от Антонины. – Нам сегодня ещё плиту со дна достать надо.

– Какую плиту? – насторожился тот.

– Вот достанем, тогда и посмотрим, какую, – усмехнулся Алексей.

Вечер

Вернувшись, они наскоро пообедали и начали снаряжаться для подводной экспедиции. Антонину оставили дежурить по лагерю.

До вечера она наслаждалась одиночеством. Загорала, купалась, присматривала за костром под «баней». Подкидывала дрова, рискуя испортить маникюр. С озера доносились визг Светки, ругань Слона, хохот Призрака.

Всё оказалось не так просто, как им сначала представлялось. То плита соскальзывала уже почти с самого борта, то ещё что-то случалось. Намучившись, уже хотели было бросить эту затею, и вдруг кому-то пришла гениальная в своей простоте мысль. Примотали к плите две палки, и Призрак с Фениксом, подняв её, как носилки, потащили на берег, шагая по дну.

Когда, наконец, находка оказалась на песке, Алексей присел на корточки и прочитал вслух: «Ты боже всемогущий! Ты боже милостивый!!! Тебе молюсь!! На тебя надеюсь! Здесь покоится прах Антонины Григорьевны Шеломовой».

– Ты издеваешься?! – возмутилась Антонина и заглянула ему через плечо.

– С ума сойти! – прошептала Светка.

– Ты что, тоже Григорьевна? – спросил Алексей.

– Я к тому же ещё и Шеломова! – простонала Антонина.

– Фигасе! Тройная тёзка.

– А дата рождения, случайно, не совпадает? – неуклюже пошутил Слон.

Все замолчали.

– Чего встали как на похоронах? – нарушил общее оцепенение Алексей. – Мало ли совпадений? Подумаешь! Фамилия распространённая, имя, отчество тоже.

– Может, это какая-то твоя древняя прабабка? – предположил Призрак.

– Какая прабабка? – возразил Феникс. – Ей двадцать три года всего было.

– И что? В те времена в этом возрасте уже можно было пятерых детей иметь. А то и семерых.

– Ладно, мужики. Давайте баню готовить! Прогреться надо! – скомандовал Алексей. – Да и пожрать не мешает.

Все ожили и начали заниматься делами земными. Светка отправилась накрывать на стол, а Антонина делать вид, что помогает ей. Но всё валилось из рук. Шутка ли, увидеть своё имя на надгробии? Внутри снова всё похолодело, точь-в-точь как вчера после погружения. Аппетита, понятно, не было, даже слегка подташнивало от вида еды.

Солнце покатилось к закату. С озера подул прохладный ветер. Антонина накинула пляжный халатик, но теплее не стало.

Мужчины установили баню. То есть, выгребли догорающие угли, облили костровище водой, чтобы не осталось тлеющих «шпионов», и натянули над камнями старую армейскую палатку. В ведре с горячей водой замочили берёзовые веники.

– Кто первый? – крикнул Слон.

– Можно я? – тихо пролепетала Антонина. Её уже бил озноб.

– Давай, мы с тобой чуть позже пойдём! – возмутилась Светка. – Ребята по дну шли, промёрзли. Им срочнее!

Антонина кивнула. А что ещё оставалось? Им действительно срочнее.

– А ты чего съёжилась? – спросил Алексей, сев рядом.

– Не знаю. Что-то прохладно.

– Да ты что? Жара!

– Кому жара, а кому холод могильный, – произнесла она и сама вздрогнула от звука своего голоса. Алексей тоже сначала слегка отшатнулся, но потом обнял её и прижал к себе.

– Опять тепловое донорство? – усмехнулась Антонина.

– А чего это вы надумали вместе в баню идти? – пропустив мимо ушей насмешку, спросил Алексей. – Кто ж вас парить будет?

– А чего там парить? – удивилась Светка. – Сиди да грейся.