Помоги проекту - поделись книгой:
Сегодня была живая музыка, и четыре музыканта в ковбойских шляпах и сапогах играли на старинных банджо, скрипке и гитаре, лихо отбивая такт ногами. Звуки губной гармошки украшали музыку, и посетители подбадривали музыкантов и танцовщиц громкими криками и аплодисментами.
– Похоже я не опоздал,– подумал Стивен и приободрился. Он стал медленно подходить к барной стойке, не спуская глаз с танцующих фигур, тело его стало непроизвольно совершать ритмичные танцевальные движения, на лице впервые за долгое время появилась улыбка.Забравшись на высокий табурет, он показал бармену два пальца и моргнул, многозначительно улыбаясь. Тот сразу всё понял, кивнул с улыбкой в ответ и присел вниз за стойкой, исполняя заказ. Посетители всех баров во все времена делились на две категории: одним нужно повеселиться, другим подавай собеседника. Как раз именно такая парочка расположилась прямо по центру барной стойки. Они так были заняты своей беседой, что не обращали внимания на красотку, танцующую совсем рядом с ними. Бармен исполнил заказ, и Стивен, выпив залпом, сразу попросил повторить.
– Трудный день?– спросил бармен участливо.
– Если занят не тем, чем хотелось бы, то каждый день трудный,– честно ответил ему Стивен и задрал голову, стараясь подробнее разглядеть ножки красотки. Заметив его внимание, она приблизилась и танцевала рядом с его стаканом на барной стойке. Фраза Стивена не затерялась в шуме заведения, двое у стойки её услышали и сразу оглянулись на него. Судя по их лицам, они пили то же, что и Стивен. Один из них неуверенным жестом поднял указательный палец вверх и веско произнес:
– Верно! Как тонко и изящно ты выразил свою мысль, приятель, мы как раз обсуждали причины для мотивации повиновения людей Коалиции. Эдди, – обратился второй, что пошире в плечах к бармену, – офицеру, говорящему разумные речи, налей-ка за мой счёт.
И обращаясь уже к Стивену, добавил: – Я Сэм, смотритель леса, а это – мой друг Питер, он разводит животных для леса, где я смотритель.
Эти двое новых знакомых Стивена были очень похожи друг на друга: простые открытые лица. Они одновременно посмотрели на капитана и также одновременно показали ладонями знак салюта, приветствия, затем оба улыбнулись.
– Парни, я сейчас досмотрю шоу, станет немного тише, и мы с вами пропустим ещё по двойному и поговорим, идёт? – он широко улыбнулся им обоим. Те согласно кивнули, и вся компания, довольная планом Стивена, уставилась на артистов. Электронная музыка давно достигла вершин своего прогресса, и каких только технологий она не использовала, но пришло время упадка этого вида создания звуков. Живая музыка, создаваемая на инструментах, вновь завоевала всеобщую популярность и признание. Новые технологии освободили для людей больше свободного времени, больше людей занималось творчеством, живая музыка стала очень популярной. Ведь ничем нельзя заменить эмоции и чувства человека, передаваемые через музыкальный инструмент!
Хозяин "Конского Хвоста" сам баловался гитарой, и в его заведение приглашались самые лучшие музыканты и танцоры со всей округи.
Вот и сейчас музыка завораживала, увлекая за собой, открывая самые отдаленные и запертые доселе уголки души. Посетители бара веселились и танцевали кто как умел и где придётся.
– Замечательная программа и девчонки, как на подбор!– сообщил Стивен новым знакомым. Те одобрительно закивали, соглашаясь.
– А ты приходи через пару дней сюда, будет группа с песнями и музыкой народа с затопленной части континента. Вся их страна уже под воду погрузилась, а музыка и песни остались. Они чудесно поют и играют, все в таких широких шляпах, как раньше носили. Приглашаем,– сказал один из лесников Стивену.
– Я на пару дней в город поеду развеяться и вернусь к тому времени, – ответил ему Стивен, решив для себя, что точно приедет глянуть программу. Ему всегда нравился этот бар в стиле салонов Дикого Запада древних времён.
Тем временем танцевальная часть программы завершилась, и зрители долго не хотели отпускать весёлых, симпатичных девиц, орали и аплодировали. В конце концов актерам удалось покинуть сцену, и их место занял блюзмен с потертой старинной гитарой, в темной ковбойской шляпе и кожаной жилетке. Его пальцы побежали по грифу гитары, и салон наполнился низким хрипловатым голосом.
"Блюз – это когда хорошему человеку плохо",– вспомнил Стивен старую поговорку. Он повернулся к Питеру и Сэму, торжественно объявив:
– Повторим-ка мы ещё по двойному виски, парни. Я угощаю!– От его плохого настроения не осталось и следа.
Лесник Сэм благожелательно посмотрел на Стивена, потом на Питера. Видно было, что он немного захмелел от выпитого, но всё ещё твердо владеет рассудком и памятью.
– Нить наших глубоких размышлений прервалась на теме, парни,– многозначительно произнёс он, запрокидывая очередной стакан,– какого чёрта людям повиноваться Коалиции с её вечным желанием управлять миром и ставить всех людей в свою зависимость.
Питер, кивнув головой, заплетающимся голосом сообщил на это:
– Вольный народ никто не принуждает ни к чему. У них даже "кредиток" давно нету! Почему всё больше людей стремятся жить на их землях? – сделав это заявление, лесник поднял указательный палец вверх и торжественным голосом изрек, глядя в глаза Стивену: – А всё потому, что они ценят жизнь каждого человека. Каждому дается шанс проявить свои таланты, реализоваться, и ещё потому, что у них правит Совет Учёных и Старейшин.
Вольный Народ упразднил государство и живёт единым социумом. Это когда нет судов и полиции, каждый член социума сознательно выполняет своё предназначение! А у нас до сих пор – финансисты и политики! – и он врезал кулаком по стойке бара, дабы подчеркнуть силу своих слов и глубокое отличие в национальной идее двух враждующих сторон.
Захмелевший Стивен проследил за движением его кулака и ударом по стойке и снова поднял взгляд на Питера:
– В точку! – согласился он. – И мне больше нечего добавить. – Эдди, дай нам ещё три двойных! – объявил он бармену решительным голосом. Хмель ещё не полностью завладел его разумом. И сегодня Стивен намеревался разложить в своей голове всё по своим полочкам.
– Парни, а мне не нравится эта война! Возможно, что я плохой боец, -откровенно сообщил он, всё больше хмелеющим лесникам, – но я хороший пилот и умею летать к далеким планетам, чёрт возьми! И что я делаю на этой войне – для меня большая загадка. Да я готов картошку с Марса возить, лишь бы не воевать на этой проклятой войне! – и он с силой ударил пустым стаканом об стол.
Выслушав его откровение, лесники одновременно отхлебнули и уставились на него с повышенным интересом. Сэм внимательно посмотрев в глаза Стивену и спросил проникновенным голосом:
– Стивен, у тебя неприятности по службе, да?
– Да, мой проницательный друг,– пьяно тряхнув головой, и уже заплетающимся языком ответил Стивен, – надрали мне задницу на орбите. И инженера моего я потерял в космосе. Улетел наш Хаган, кувыркаясь, в самую чёртову задницу! И я в этом виноват. Вот!
Лесники были открытыми и добрыми парнями. Они грустно понурились над своими стаканами после сообщения Стивена. Весть о том, что хороший парень, о котором они даже не знали, улетел в космос, явно огорчила их. Наверное, сейчас каждый из них представлял себя в скафандре среди звезд с пустеющим баллоном кислорода. Молчание прервал Сэм, по-пьяному, неловко он положил руку на плечо Стивена и пробормотал:
– Командор, у Вольного Народа куча спутников на орбите, станций, систем наблюдения и оружия всякого нового. Я слышал, они наблюдают за дальним космосом, отслеживают кометы, которые угрожают Земле, а затем легко разбивают их. Даже парни с "Умного Бублика" помогают им следить за космосом. Да у них там всё под контролем! Может они спасли твоего инженера?
Уже изрядно хмелеющий Стивен при этих словах неожиданно взбодрился и серьёзно посмотрел леснику в глаза:
– Точно! У Хагана сработал маяк! Не заметить его не могли! Вольный Народ жестокостью не славится! А ведь тогда это многое меняет, Сэм. По крайней мере для меня. Он часто заморгал, уставив глаза в потолок, что-то прикидывая в уме. – Надо будет спросить девочек из службы наблюдения. Хагана действительно могли найти по радиомаяку. Обрадовавшись этой мысли, он радостно сообщил лесникам:
–А вот как всё произошло, парни: они могли нас порезать ломтиками,– но нет! Ювелирно прожгли двигатели и дали нам уйти! Конечно, инженер остался цел! Его просто отбросило взрывом! Верно говоришь! Я верю, его точно спасли, это же Вольный Народ, они могут всё! Как же ты мне верно сказал, друг!
– Эдди! – обернулся он к бармену, – ещё три двойных! Я опять угощаю!
Питер, заулыбавшись, снова поднял палец и, кивая, изрёк:
– Я давно говорил, что в этом баре только разумные вещи приходят в голову! – он залпом опрокинул стакан и вежливо спросил Сэма: – Повторим?
Напряжение покинуло сердце Стивена, появилась надежда, и теперь ему казалось, что весь бар находится в космосе и, при этом, в медленной ротации летит черт знает куда. И над всем этим салоном и космосом господствует блюз, а музыкант в потертой жилетке сейчас самая главная фигура в мире. Будто вдалеке разносились слова его песни:
18 глава
"В будущем социальная интеграция мировых культур приведёт к образованию единого Мирового Сообщества с ответственностью за экологию Планеты.
Этика кибернетического мировоззрения требует, чтобы каждый из нас заботился о сохранении вида и экосистемы и о максимизации потенциала для следующих шагов эволюции и интеграции.
С другой стороны, будет продолжаться физическая интеграция человеческих индивидуумов с созданием человеческих существ, претендующих на бессмертие. Человечество перейдет в новое качество."
– Ома, ты собираешься написать книгу? И ты, как настоящий писатель, записываешь мысли? А вдруг нас размажет по орбите какой-нибудь дредноут Коалиции и сгорят все твои записи? – Раджу изучающе смотрел на неё, откинувшись в кресле. Боевую рубку крейсера заполняли звуки музыки Альфреда Шнитке "Сказка странствий."
Солнце готовилось показать первые лучи над горизонтом. Крейсер "Арес" стоял на орбите боевого дежурства, до смены протокола было несколько часов. Раджу явно хотелось поговорить, обменяться мыслями. Недавний контакт погрузил его в размышления, и теперь ему хотелось поделиться ими со своим единственным другом и понимающим собеседником. Шлёп приклеившись к стеклу рубки дремал или думал о чем-то своём и пока хранил молчание.
Услышав слова Раджу, изоформ завозился и уставился на командира, готовый поддержать любую тему разговора.
Плавным движением руки Ома смахнула в буфер памяти своего дневника только что написанный текст и развернулась в кресле лицом к капитану:
– "Рукописи не горят ", как сказал один продвинутый персонаж в древней книге,– торжественным голосом заявила она.
– Хорошо как он сказал,– протянул Раджу, задумчиво оглядывая горизонт. – Согласно учению о ноосфере, они становятся частью общего информационного поля Планеты. Жаль, что война остановила все исследования по этой гипотезе. Я уверен, что Планета – не просто шар, состоящий из металлов, минералов, воды и органических веществ. Она – разумное существо, часть великого вселенского сообщества.
Раджу был явно настроен порассуждать и находился в благодушном настроении. Шлёп внимательно выслушал фразу капитана и перевел вопросительный взгляд на Ому, всем своим видом показывая, что он тоже участвует в беседе.
– О нет, – мотнула она белой копной волос,– всё наверное иначе. Люди сильно колыхнули чаши весов. Сейчас Планете нужна помощь. Парням с Умного Бублика наверняка есть, что сказать по этой теме. Надо будет к ним наведаться. Кстати, Раджу, а неплохо бы расспросить нашего спасённого в шлюзе о контакте с иным разумом. Он ведь человек в уникальном биологическом теле. Может что новое скажет?
– Позвольте мне учинить ему допрос. Прямо сейчас, – Шлёп отклеился от стекла и медленно дрейфовал над приборной панелью.
– А ты не будешь его пытать?! – с деланной серьёзностью посмотрел на него Раджу, но Шлёп уловил иронию в его голосе.– Я, кстати, думал об этом, но сперва начну лаской, – ответил он официальным тоном и энергично двинулся из рубки по коридору, то и дело отталкиваясь от светлых стен корабля. Гравитация и специальный температурный режим на крейсере не включались, потому что кибер телам экипажа в этом не было нужды. Нужную температуру и кислородный состав специально подали для Хагана в шлюзовую камеру. Закрепиться на поверхности ему помогала магнитная система скафандра.
Шлёп внимательно оглядел спасённого пленника через стекло, и несколько раз включил-выключил свет в шлюзе, разбудив Хагана, затем подключился к переговорному устройству и важным голосом сообщил:
– Здравствуйте, офицер. Командование крейсера поручило мне провести допрос по всей строгости протокола военного времени. – Шлёп сам поразился важности этой фразы и для полноты эффекта, изменил окраску тела в цвет униформы офицера ВКС, изобразив нечто напоминающее мундирчик. Всё это, по его мнению, должно подчеркивать важность момента. Как сумел, изоформ сделал из своих круглых глазок узкие щелочки и в таком виде завис перед стеклом шлюза. Хаган, сидевший на полу, быстро открыл глаза, на его лице всё ещё светилась улыбка.
Тихим спокойным голосом он произнёс:
– Да, да. Пожалуйста, спрашивайте. Я весь в Вашем распоряжении.
К Шлёпу редко кто обращался на "Вы" и это сбило его с толку. Поводив глазами по сторонам, явно растерявшись, изоформ снова напустил на себя важный вид и произнёс строгим голосом:
– Командование интересует, были ли Вами замечены некоторые аномалии и какие у Вас соображения по этому поводу. Потом приблизил себя немного ближе к стеклу шлюза и сообщил более проникновенным и доверительным голосом:
– Мои коллеги считают, что я зря трачу с Вами время. – Фраза была явно взята из древнего популярного фильма со сценой допроса. Как проводят допрос пленного, Шлёп видел старых фильмах и в своих любимых аниме и сейчас явно подражал какому-то герою или нескольким сразу.
– Спешу сообщить: я очень нетерпелив!
Добрый изоформ мог бы и дальше упражняться в разнообразных речевых оборотах, но Хаган сейчас воспринимал только то, что больше всего занимало его разум, а именно, нечто важное и значимое в той области знаний, которой он всецело хотел посвятить себя, ведь сейчас он знал свое предназначение. Что может быть важнее?
– Как светло и прекрасно,– Хаган повернул голову и завороженно наблюдал за тем, как Солнце выплеснуло первый луч над горизонтом Голубой Планеты. Пелена облаков медленно сбрасывала тень ночи, превращаясь в ослепительно белые перья на фоне глубокой синевы Океанов.– То, что всегда ускользало от меня, оказалось совсем рядом, и всегда здесь было, понимаете? Ключи к этому открытию всегда лежали предо мной. Но разум был не готов их видеть. А сейчас я знаю. Энергия невообразимой силы! И она невероятно мощная и чистая! Люди шагнут за горизонт и обретут новое качество! И я знаю, как принести это новое людям. Теперь Вы понимаете какой дар я обрёл? – с этими словами инженер перевёл на Шлёпа мечтательный взор, светлая улыбка не сходила с его лица.
Несколько секунд изоформ внимательно созерцал лицо Хагана, анализируя информацию, после чего произнес первую фразу пришедшую ему на ум:
– И мы всё сделаем, чтобы Вы это осуществили.
С этими словами он сменил цвет на ослепительно белый и, как шаровая молния, поплыл по коридору, торопясь в рубку.
С появлением первых лучей рассвета, освещение рубки медленно погасло. Ома и Раджу молча любовались восходом Солнца над горизонтом. Эта грандиозная картина всегда их завораживала. Ведь это так прекрасно – наблюдать рассвет с орбиты. Белым шаром изоформ влетел в боевую рубку, развернулся и замер перед лобовым стеклом:
– Мне проще сбросить Вам запись разговора вот таким образом! – и он передал всё увиденное непосредственно в процессор мозга пилотов.
Ома, проанализировав полученную информацию, молча повернула голову к командиру с вопросительным взглядом. Раджу уже смотрел на неё с озадаченным выражением лица:
Поделиться книгой: