Няня лёгкого поведения

Глава 11

Мне снился стейк. Большой-пребольшой кусок сочного мяса, прожаренного до потрясающей золотистой корочки. Сводящий с ума аромат блаженно щекотал ноздри в то время, как зубы мечтали вцепиться в невероятно вкусное мясо и никогда больше не расставаться с ним. Измученный желудок, вынужденный сидеть на строгой диете гостеприимно распахнул жаркие объятия готовясь к незабываемой встрече. Давясь слюной, я в полной эйфории протянула руку к вожделенному лакомству… когда подскочила на постели от оглушительного грохота, раздавшегося где-то внизу и сотрясшего весь дом. Сон моментально испарился, оставляя после себя чувство пустоты, какой-то невосполнимой потери и ужаса.

В комнате было темно, из этого я заключила, что сейчас середина ночи. В груди тревожно забилось сердце.

Так, дайте подумать… В доме кроме меня и миссис Файнс никого не было. Садовник жил по соседству, малыш ночевал у друзей. Следовательно, предполагать оставалось только самое худшее – преступники вычислили наше с Уилли местоположение и сейчас вломились в дом, чтобы довести дело до конца и убрать лишних свидетелей.

Что же делать? Вот всегда, когда в действительности полиция бывает нужна, её никогда не оказывается поблизости. Нет, ну, что вы, вместо настоящих преступников копы предпочитают запихивать на полдня в обезьянник беспомощных девиц, которые виноваты лишь в том, что приносят несчастье в тот дом, в котором им предлагают переночевать.

Бедняга Вайнштейн приютил меня на ночь, и чуть не лишился жизни, теперь же преступники проникли в дом Уэйда. Боже, какое счастье, что малыш Дюки не в доме. Впрочем, сейчас было самое время позаботиться о собственной жизни и спасаться, но услышав истошный кошачий визг и следом за ним мужской голос, сыпавший проклятиями, я потеряла над собой контроль.

Представляя, как живодёры терзают несчастного Уилли в попытке сорвать с него ошейник, я плотнее закутавшись в простыню, так как бегать в одних трусиках, было неприлично, а переодеться в джинсы не хватало времени, схватила с туалетного столика первое, что попалось мне под руку, и понеслась вниз.

Знаете, сейчас, по прошествии некоторого времени, вновь мысленно возвращаясь в тот день, я готова подписаться под каждым мужским мнением относительно нелогичности женской логики, обострённой смертельным испугом и ещё не полностью выветрившимся сном. Правда сравнивать себя с обезьяной с гранатой я бы тоже не стала, но шуму умудрилась наделать немало.

– Проклятье! Я тебе кишки выпущу, мерзкая тварь! Чёрт да зажги ты свет, дура!

– Да, пошёл ты! Где он? Не видно же ни черта!

– Вот он, хватай уродца!..

Шум доносился из холла. Погруженный в темноту он скупо освещался лунным светом, струящимся из-за неплотно задернутых занавесей. Судя по голосам, проникших было двое – мужчина и женщина. Хотя нет, я ошиблась их было трое, потому что как раз в этот момент раздался визг Уилли, которого изловчившись в темноте, схватила одна из фигур.

Ну, зная этого сумасшедшего кота, я и ни минуты не сомневалась, что он немедленно выпустит когти. Так оно и случилось. Тишину прорезал мужской вопль, сопровождающийся нецензурной бранью и угрозами жесточайшей расправы, от которых меня бросило в ужас.

Несясь на всех парах вниз по лестнице с разлетающейся по сторонам простыней и зажатым в руке оружием, молясь, чтобы не опоздать, я заорала:

– Всё, готовьтесь к смерти, сволочи! Пощады не будет!

– Мама! Призрак! – женский вопль на миг меня оглушил, а затем так же резко оборвался, когда фигура, его издававшая растянулась на полу.

Следом раздался мужской голос, сорвавшийся на фальцет:

– Нэн?! Помогите!..

* * * * *

– Ну как вам с Уилли на новом месте? Всё в порядке? Надеюсь, мой племянник не проявил чрезмерной грубости узнав, что у него теперь есть няня?

– Всё отлично, не волнуйтесь, – я скосила глаза на притихшего в другом конце комнаты Дюка, который со скоростью света что-то строчил в своём смартфоне. Готова побиться об заклад, что при всём при этом уши его были настроены на мою частоту. – Мы с Дюки прекрасно поладили с первой же минуты знакомства. Не беспокойтесь, я не подведу вас. Обещаю, что стану самой лучшей няней для вашего малыша.

С другого конца комнаты до меня донеслось нецензурное восклицание, заставившее вспыхнуть от стыда и возмущения одновременно. Пообещав Уэйду перезвонить через пару дней, я аккуратно положила на столик трубку и повернулась к грубияну.

Гм… К моему великому удивлению малыш Дюки оказался гораздо старше того возраста, в котором в моём представлении бывает необходимость в няне. А учитывая все обстоятельства нашей первой встречи, то его поведение в некотором роде можно понять, хотя я по-прежнему считаю, что проявленное им хамство непростительно.

Внутренне приказывая себе успокоиться, я не спеша подошла к большому мягкому креслу, на котором вместе с обутыми в кроссовки ногами развалился мой воспитанник. Я изо всех сил пыталась быть серьёзной, но стоило мне только вспомнить выражение ужаса на его лице и беспомощный писк: "Помогите!" как не выдержала и прыснула со смеху, за что вновь была вознаграждена убийственным взглядом.

Бросаясь в чём мать родила на выручку коту я и не представляла себе, что, вместо смертельной встречи с головорезами, вспугну двух подвыпивших подростков, которые, решили приятно провести остаток ночи в одной из комнат наверху. "Малыш" оказался здоровым семнадцатилетним «лбом», который на следующий год собирался поступать в колледж. Его подружка, кстати, одноклассница всё ещё валялась без сознания на полу, когда миссис Файнс разбуженная учинённым нами грохотом щёлкнула выключателем. Яркий свет заливший холл на миг ослепил нас всех, включая Уилли, но грозный окрик домоправительницы очень быстро вернул зрение нашим глазам.

– Что здесь происходит? Мисс Эванс, что у вас за вид? Постыдились бы! Дюк, почему ты на полу? Кто это с тобой? Сара? Что она делает в нашем доме в столь поздний час?

Первой опомнилась я. Это Дюк?! Мама дорогая! Если верить собственному глазомеру увалень, лежавший в данный момент на полу, был на целую голову выше меня. Ох, и достанется же его дяде на орехи за то, что решил пошутить надо мной таким жестоким образом!

Замотавшись в простыню по самую шею, я повернулась к разгневанной женщине:

– Простите миссис Файнс. Представляю, как всё выглядит со стороны, но уверяю вас, что всё совсем не…

– Не так, вы хотели сказать? – с издевкой перебила меня она. – А что по-вашему я должна думать, застав вас здесь в подобном виде в компании двух несовершеннолетних детей? Вы знаете, что вам за это грозит?

Я не представляла, чем мне может это грозить, потому что в данный момент мои мысли были заняты совсем другим. Снова в памяти возникли голоса таким вот менторским тоном, диктующим маме свои правила.

Но, извините я не была такой как она! Слишком долго я подчинялась чужим правилам, чтобы понять их бесполезность. Думаю, сейчас самое время убедить в этом и окружающих.

Завернутая в простыню как в тогу, чувствующая себя этаким римским сенатором, толкающим речь перед честным народом, я с важным видом повернулась к обидчице:

– Как вы думаете миссис Файнс, а чем может грозить лично вам тот факт, что порученный вам… как вы сказали? Несовершеннолетний? Да, вот именно несовершеннолетний подросток шляется ночами невесть где? А вы чувствуете этот запах? – я намеренно потянула носом в сторону начинающих приходить в себя виновников происшествия и злорадно заметила, – это что, алкоголь? Интересно как отнесётся к этой новости мистер Дарквуд, когда узнает, что при вашем попустительстве Дюк напивается как свинья?

Выражение лица домоправительницы менялось буквально на глазах. Праведный гнев исчез вместо него в её расширенных глазах стоял ужас. До неё постепенно начинало доходить то, в какую ловушку она сама себя загнала.

Не желая давать ей времени опомниться, я решила нанести последний удар, чтобы раз и навсегда расставить все точки над "и". Сделав шаг в сторону приходящей в себя девушки, я грозно нависла над ней:

– Сколько тебе лет?

– С-семнадцать, – заикаясь ответила она, – мы с Дюком одноклассники.

– Вы слышали, миссис Файнс? – я торжествующе повернулась к оппонентке, – им обоим по семнадцать! Спрашивается, что делают два пьяных несовершеннолетних подростка в вверенном вам доме в столь поздний час? Ответ очевиден – они собирались заняться сексом! Выходит, вы плюс ко всем своим грехам ещё и сводня? Как вы думаете: сколько грозит за это вам? – подвела я итог.

Мне даже стало жаль миссис Файнс, когда, внезапно побледнев, несчастная схватилась за сердце и села прямо на пол.

Но расслабляться было нельзя. Это была всего лишь первая моя маленькая победа, теперь главное не потерять завоёванных позиций.

Глава 12

К сожалению, на том наш ночной "праздник жизни" не закончился. Привлечённые шумом и ярким светом из соседних домов стали появляться заспанные, но очень любопытные жители, которые сначала оккупировали все окна снаружи, а затем пользуясь суматохой, незаметно стали просачиваться в дом. И знаете, что я заметила? Никого не интересовали ни пьяные, пойманные с поличным подростки, ни находящаяся в предынфарктном состоянии миссис Файнс… Нет! Всех интересовала лишь моя закутанная в простыню персона, по-прежнему воинственно стоящая на лестнице и сжимающая в руке оружие, оказавшееся щёткой для волос.

– Нэн, что у вас происходит? Кто это? – прижав одну пухлую руку к необъятной груди, а другой тыча в мою сторону проверещала пожилая дама, затянутая в велюровый халат с яркими цветами. В тапочках с помпонами на босу ногу и папильотками на голове она сама, если уж на, то пошло, могла напугать кого угодно.

Но меня в первую очередь смутил не её вид, а голос, даже скорее интонация, которая показалась мне смутно знакомой. Как сквозь густой туман до меня донёсся крик: «Убирайтесь! Убирайтесь немедленно, пока вас обеих за волосы не выволокли отсюда вон!"

Нет сомнений – это была она! Одна из тех, кто испортил мне жизнь. Прошедшие годы мало изменили её, она была всё такой же мерзкой любопытной старой ведьмой!

Мама была слишком тихой интеллигентной женщиной, чтобы противостоять такой как она. С этой женщиной могла бы справиться только такая же скандалистка что и она сама. Кто-то типа Джессики… Минуточку… Джессика!

Впервые за эти месяцы я без неприязни вспомнила бывшую заклятую "подругу", её наглость, напористость и вызывающе хамское поведение с людьми. Маленькая победа над миссис Файнс придала мне сил, вдохновляя на новые подвиги и я, пользуясь тем, что мой внутренний запал ещё не прошёл, в присутствии свидетелей решила закрепить сегодняшний успех.

Подражая манере Джессики я, уперев левую руку в бок, угрожающе надвинулась на старуху, размахивая пушистой щёткой перед её носом и вынуждая отступить назад:

– Слышь, клумба, тебя сюда кто звал?

От громкого хохота затряслись стены. Это мой не в меру развеселившийся подопечный начал приходить в себя и теперь, усевшись на полу, внимательно прислушивался к разговору. В отличие от своей подружки, в эту самую минуту с расширенными от ужаса глазами взирающей на ходячий "цветник" он явно испытывал удовольствие от нашей перепалки.

– Меня зовут миссис Кларк, я требую…– подобно закипающему чайнику она краснела и бурлила прямо на глазах. Не дожидаясь пока она решит выпустить весь свой пар, я, представляя себя в ипостаси хабалки, отрезала:

– Я что, спрашивала, как вас зовут?

– Я.. я.., – не ожидавшая такого, женщина растерянно озиралась по сторонам в поисках союзников. – Нэн? – обратилась она к миссис Файнс, но та, отведя глаза в сторону, лишь беспомощно махнула рукой. Тогда взгляд её остановился на застывшей девчонке, – Сара, что ты делаешь в доме этого оболтуса? Тебе что, плевать на репутацию нашей семьи? – голос взвился до небывалых высот.

– Бабуля…– девчушка сникла. Низко опустив голову и не глядя по сторонам, она кое-как поднялась и на нетвёрдых ногах подошла к грозной родственнице.

Так вот откуда ветер дует! Кристально чистой репутации "святого" семейства грозило большое грязное пятно в виде Дюка Дарквуда. А его, между прочим, слова старухи сильно задели, это было заметно по тому быстрому, полному сожаления взгляду что он бросил на девушку. Сара была ему небезразлична и то, как её бабуля отозвалась о нём, ему совершенно не нравилось. Сердце сжалось от жалости к парнишке. В конце концов, дядя поручил его моим заботам, а значит, было самое время доказать, что не зря.

– Сара, – обратилась я к девчушке, – не волнуйся так, ты не единственная из вашей семьи, кто очернил себя присутствием в этом доме. Погляди, твоя бабуля тоже здесь и как видишь неплохо себя чувствует в дурной компании.

Приглушенный смешок, донесшийся со стороны открытой входной двери, дал понять, что я двигаюсь в верном направлении. Поднявшись на пару ступенек вверх так чтобы всем собравшимся было меня хорошо видно я, чеканя каждое слово произнесла:

– Для тех, кому это ещё не известно, меня зовут Рэйн Эванс. Мистер Дарквуд, который является владельцем этого дома, любезно предложил мне пожить здесь и присмотреть за Дюком. Теперь, это и мой дом тоже. Вопрос: какого чёрта вы потеряли в моём доме? Молчите? У вас есть две минуты, чтобы испариться с частной территории, прежде, чем я вызову шерифа и предъявлю вам всем обвинения в незаконном вторжении.

Народ ещё продолжал раздумывать о том, следует ли всерьёз воспринимать мои слова, как потеряв терпение я заорала:

– А ну, все вон! Живо!

Тем, кто находился ближе к выходу, повезло больше, они поспешили ретироваться раньше, чем сумасшедшая гостья Дарквудов успеет привести в исполнение угрозу вызвать шерифа. Остальные же, торопясь поскорее покинуть дом, всё ещё топтались у дверей, когда я окликнула выходящую последней, "клумбу":

– Эй, вас ведь, кажется, Мередит зовут, не так ли?

Удивлённо застыв, она медленно обернулась, гадая: откуда я могу знать имя, которым она не представлялась.

– Да, так меня зовут, но…

– Что? Интересно, откуда мне это известно? Помните вечер у Лайтвудов пятнадцать лет назад и маленькую девочку в розовом платьице, которую вместе с матерью вы и ваши товарки не постеснялись выставить за дверь? Я– Рэйн, дочь Хлои и Джонатана Эванс, та самая девочка, которую вы выжили из собственного дома.

По её округлившимся глазам без всяких слов можно было понять, что она прекрасно помнит тот проклятый день. Интересно она хоть раз задумывалась о судьбе тех, кому сломала жизнь? Не думаю. В её глазах не читалось ни капли раскаяния, лишь сильное удивление. Что ж, значит и мне жалеть никого не стоит.

– Запомните сами и передайте остальным: Не тешьте себя иллюзиями, что я снова сбегу. "Паршивая овца" дочь Эвансов вернулась домой!

Глава 13

Холл опустел. Заперев за последними незваными гостями дверь, миссис Файнс, избегая смотреть в мою сторону, тихо поплелась в свою комнату. Следом за ней, так же молча, за что я была ему безмерно благодарна, покинул помещение и Дюк, выразивший своё "фи" тем что, выходя щёлкнул выключателем оставив меня одну в темноте.

Я не была на него в обиде. Парню действительно было из-за чего возмущаться и, думаю завтра, когда он хорошенько проспится, мне придётся нелегко, объясняя без пяти минут взрослому мужику зачем его дядюшке понадобилось нанимать для него няню.

Я всё ещё стояла на лестнице, когда до меня постепенно стало доходить, что только что произошло.

"Что это было? Не может быть! Это не я! Нет! Я бы так никогда не смогла!"– адреналин, что с бешенной скоростью гнал кровь по моим венам, резко пошёл на убыль, и меня накрыло. Сначала нервно задрожал подбородок, затем дрожь больше напоминающая болезненный озноб перекинулась на руки. Не прошло и нескольких секунд как начало сотрясаться уже всё тело. Щётка выпала из рук и с шумом покатилась вниз.

Чувствуя себя совершенно без сил, я сползла по перилам и, усевшись прямо на ступеньках, в попытке успокоиться, крепко обхватила себя руками.

"Мама, мамочка, прости… Я плохая. Мне никогда не стать такой, как ты. Я не такая!"

Спазмы сжали горло, было трудно дышать, но глаза оставались сухими. Ни единой слезинки, как и всегда.

Внезапно почувствовав странную влагу на руке, я вздрогнула и посмотрела вниз. Два светящихся в темноте фонарика с мягким урчанием облизывали мне руку. Это Уилли, спокойно отсидевшийся где-то и счастливо избежавший общения с неприятными людьми, решил наконец вылезти и выказать мне свою дружескую поддержку.

– Мяу, – подобравшись ближе, он мягко потёрся о мой подбородок:"Рэйн, расслабься, перестань винить себя за то, что не позволила себя запугать. Чего ты в жизни добилась своей мягкостью? Ничего! Даже Майк бросил тебя и ушёл к стервозной Джессике. А мама? Что мягкость и деликатность дали ей? Нет, ты всё сделала правильно! Не нужно винить себя за то, что не позволила вытереть о себя ноги. Они давно это заслужили. Ату их, теперь!"

Напряжение стало спадать. Погладив свою "совесть" за мягким ушком, я прошептала:

– Ты прав, котик, иначе с ними нельзя. И, знаешь, что? Раз уж мы с тобой всё равно для всех плохие, то думаю, что нашей репутации не повредит, если мы с тобой сейчас совершим набег на холодильник и наконец-то сможем поесть.

– Мяу! – Уилли не нужно было приглашать дважды. Соскочив на пол он, прекрасно ориентируясь в темноте, потрусил в сторону кухни.

Я улыбнулась, представляя себе возмущённую нашим своеволием физиономию миссис Файнс.

– Да катитесь вы все к чёрту! – вслух произнесла я, обращаясь сразу ко всем, и последовала за котом.

Да! Наесться до отвала конечно отличная идея, но только есть после этого одна малюсенькая, но очень досадная проблема – сон как рукой сняло. В отличие от довольного жизнью кота, мирно дрыхнувшего на моей постели, уснуть мне никак не удавалось. Так кое-как проворочавшись до самого рассвета без сна, я решила сделать то, без чего раньше не представляла своей жизни, а именно выполнить утреннюю пробежку.

Надеясь на то что жители городка ещё спят, я переоделась в старенький спортивный костюм с капюшоном, натянула кроссовки и, вставив в уши наушники от плеера, вышла из дома.

В этот рассветный час, чувствуя невероятный подъём от того что занимаюсь любимым делом, я не спеша вдыхая полной грудью свежайший, не отравленный выхлопами воздух, неслась вперёд.

Эти улицы… По ним когда-то ходили мои родители…

Полузабытые воспоминания, словно отрывки из немого кино, вновь промелькнули перед глазами: вон возле того дома я упала и разбила коленку, и мама всю дорогу несла меня на руках… а вот за тем домом должен быть маленький магазинчик хозтоваров… Точно! Он до сих пор тут. А вот…