Под знаменами Аквилы (СИ)

Взгляды, которыми вся группа, за исключением ксеноса, наградила молодого юношу в серой робе, говорили о том, что труизмов они уже наслушались от эльдара.

— Я не могу назвать их причин, но если бы они хотели нам зла, то я бы это почувствовал, так что можете расслабиться. К тому же, будь впереди что-то действительно скверное…. Он многозначительно кивнул головой в сторону спокойно сидящего эльдара. — Мы бы об этом уже знали.

Напряжение, царившее до этого на погрузочном челноке, начало медленно спадать. Неподвижно сидящий эльдар изогнул тонкие губы в насмешке. И в холодном неярком свете искусственного освещения его улыбка превратилась в оскал.

— Я лишь сказал, что мы не умрем до завтрашнего утра.

Негромко выругался Салливан. Подобные ответы его ничуть не устраивали. Они могли означать как и успех без лишних проблем, так и полную страданий жизнь. Их группа, в которой когда-то было 10 человек, сейчас сократилась до 6.

Даже несмотря на предсказания эльдара. Идиотом он не был и тенденцию замечал. И потому на всякий случай он еще раз начал перепроверять свое оружие, с которым не расставался даже во сне.

Но подобное волнение, кажется, затронуло только его. Для остальных ответа, подарившего им день жизни, было вполне достаточно.

Инквизитор еще раз оглядел свой отряд.

За все время перелета лишь один пария Клэф Бредли просидел, не проронив ни звука. И сейчас он мрачной горой возвышался над остальными, закованный в свой силовой доспех. Словно почувствовав взгляд инквизитора, он посмотрел в кресло, где сидел их господин, словно желая убедиться, что ничего не успело измениться за последние минуты разговора. И так же быстро отвернулся, продолжив изучать тот материал по стигийским механикусам, что был доступен в его планшете.

* * *

Неожиданно вернувшаяся гравитация возвестила об окончании их короткого пути. Первое, что они увидели, выйдя из челнока был… Ангар. Но различие между кораблями механикусов и кораблями имперского флота сразу же бросалось в глаза.

Во- первых — воздух. Воздух имперских кораблей был пропитан запахами тысяч людей и машинного масла. Сейчас же в ноздри ударил запах, что до этого он ощущал только в стерильных помещениях морга. Система рециркуляции работала здесь даже слишком хорошо. Да и сам ангар ничем не напоминал собой вечно захламленные и потертые временем посадочные площадки для космических барж. Новизна оборудования не просто удивляла, она буквально пугала. Возникало неприятное чувство, словно этому кораблю не десять тысячелетий, а он только вчера был спущен с священный марсианских верфей. Настоящий корабль призрак, как тогда метко высказался Фродо.

Но обо всем этом он будет думать позже.

— Ну, не будем заставлять их ждать.

Сейчас, когда он наконец то ступил на корабль эксплораторов, его первый помощник Салливан заметно поубавил нахальства в своем голосе. Как и вся группа. Они больше не были хозяевами положения. И осознание того, что теперь их жизнь находится в чужих руках, изрядно действовало на нервы. Атмосфера накалена, экипаж еще не привык, что отныне их действие уже не зависят от имперского командования. Немного уверенности им вернула еще одна подлетевшая баржа с гвардейцами, что остались верны инквизитору.

Но, несмотря на торжественный момент: привычного официоза, в виде парада гвардейцев, не было. Часы тикали. Магос жестко очертил время и теперь их ждало сухое приветствие и быстрый уход в открытый космос, прежде чем капитан его старого корабля заподозрит неладное и пошлет астропатическое сообщение о незапланированном контакте с кораблем стигийцев.

Наконец, из отсека возле массивной двери, что вела внутрь корабля, вылетел сервочереп, быстро просканировав людей взглядом своих зеленых визоров. Из динамика, что уродливой надстройкой расположился справа, раздался вкрадчивый голос, который мог бы принадлежать космическому торговцу, а не древнему Магосу: «Приятно наконец-то увидеть вас вживую, господин Инквизитор. Прошу, чувствуйте себя как дома. Следуйте, пожалуйста, за моим провожатым».

— За кем? За этим черепом что-ли?

Закончить свою фразу Салливану не дал звук медленно открывающейся двери ко входу в ангар.

— О, этот череп всего лишь устройство для связи. Прошу, следуйте за мной.

Оглянувшись на звук голоса Фродо восхищенно присвистнул. В раскрытых дверях, что до этого отделяли ангар от внутренних покоев корабля, стояла целая делегация. Не менее двадцати людей. Именно людей, а не железных человечков.

С минимум аугментики (или она просто была хорошо замаскирована?), одетых в привычные для солдат мундиры, в которых лишь символы культа механикус выдавали служителей Омниссии. И во главе делегации стояла весьма эффектная женщина, что сейчас сияла обезоруживающей улыбкой.

— Боюсь, мы не были представлены. Дипломат Колетт де Моро к вашим услугам.

* * *

Церемониальный зал впечатлял. Он был огромен. Настолько, что задрав голову вверх Никита не увидел потолка, но списал это все на умело поставленное освещение. И та роскошь, с которой он был обставлен, невольно заставляла проникнуться уважением к его хозяевам.

Он даже невольно улыбнулся. Большинство гвардейцев не были привычны к такому и сейчас вели себя так, словно случайно попали в храм астартес. А именно боялись ко всему прикоснуться и смотрели на все широко раскрытыми глазами. Хотя, он не сильно от них отличался. Из всей их группы, наверно только сам Вебер и Брэн, вели себя непринужденно, спокойно обсуждая деловые вопросы и иногда интересуясь чем-то у Мисс Колетт.

«Черт, это настоящее дерево!»

Салливан восхищенно потрогал стол, за который их усадили. — Ты хоть представляешь сколько может стоит такое в дальнем космосе?!

— Да тут наверно весь зал стоит дороже, чем какая-нибудь захолустная планета, — Фродо все еще отходил от первоначального шока, — может вы и не обратили внимание, но под ногами у нас паркет.

Салливан едва сдержал возглас удивления.

Может это ребяческое поведение его друзей подействовало отрезвляюще, но.

Никита сделал несколько глубоких вздохов, на минуту закрыв глаза. Уроки Эльдарского видящего не прошли даром. Он почувствовал, как внутреннее волнение понемногу уходит, оставляя лишь холодный разум.

Когда он вновь открыл глаза, то даже удивился тому, как много было в начале упущено от его глаз. Зал был роскошен, конечно. Массивные деревянные столы, деревянный паркет, покрытый коврами ручной работы. Инкрустированные золотом стены, где талантливый мастер запечатлел святые символы Империума и механикусов.

И-Святой Император! Картины масляными красками! Они запечатляли славные победы Империума. Даже те механикусы, которых им пока удалось увидеть, больше походили на дворцовую стражу богатого планетарного губернатора, нежели штатный экипаж корабля. Дорогие, расшитые золотом костюмы, искусная и немногочисленная аугментика, что больше была похожа на украшения. На их фоне даже бравые гвардейцы инквизиции выглядели уличными проходимцами.

Но так и должно быть. Наличие дипломатического корпуса требовало и соответствующих апартаментов для приема гостей. И сейчас он в полной роли выполнял свою задачу — ошеломил неподготовленных людей, дав им понять, кто здесь хозяин. Кажется, даже сам «Видящий» был немного впечатлен, хотя и не подавал виду.

Что же, все идет как по маслу. Сейчас, когда публика будет достаточно подготовлена, можно будет ожидать появления и самого хозяина вечеринки. А вот тогда и нужно будет слушать и запоминать. Случайных слов на приемах такого уровня не бывает. Каждый жест, каждая интонация и каждый взгляд порой могут сказать больше, чем сотни слов, что льются на гостей.

Никита с благодарностью взял бокал красного, как кровь, вина с подноса подъехавшего сервитора. Лишь маленький глоток, чтобы не потерять ясность разума, но и не казаться белой овцой, вызывая ненужные подозрения.

От внутренних мыслей его отвлекло шипение открывающейся двери. И увидев, кто является капитаном этого корабля, он обреченно вздохнул. С эмоциями тут не поиграешь.

В зал медленно вошел Магос, напоминающий огромного паука. Метра 4 ростом. Большая часть его тела была сокрыта под кроваво-красной робой и лишь его инкрустированная золотом маска, в углу которой поблескивал странный символ из примитивных сельскохозяйственных орудий, да восемь адамантиевых ног, что иногда показывались из-под его одеяния, давали смутное представление о его истинном облике.

С противоположного конца стола раздался чарующий голос Колетт де Моро: «Поприветствуем капитана! Молотов фон Майер! Лорд-Магос Стигии 8!».

Лорд-Магос.

Необычный титул.

Никита попытался вспомнить запутанную иерархию механикусов, но бросил это безнадежное занятие. Сейчас его взгляд был сосредоточен на механическом чудище, что с постамента возвышалось над ними подобно мрачным жрецам Эликзархии.

— Дорогие Друзья! Братья и сестры! — да, даже начало одинаковое.

Никита еще раз оглядел зал, отмечая, что хоть гвардейцы и не упустили случая набить себе животы едой и вином, сам Инквизитор так и не притронулся к кубку, впрочем как и Салливан. Один лишь Фродо, да Клиф Брэдли сидели с покрасневшими лицами и смотрели на Магоса с откровенно скучающим выражением лица. На мгновение он почувствовал укол раздражения, что они позволили себе такой дипломатический выпад, но понимание ситуации пришло быстро.

Вся эта пирушка имела под собой конкретную цель. Чувства Магоса были расширены, и в то время, как люди наблюдали за ним, он наблюдал за ними, оценивая каждую реакцию. Обойти его датчики для нетренированного человека было просто невозможно. Он чувствовал испуг, гнев или ложь, читая человека как раскрытую книгу. На лету анализируя сердцебиение, теплоту тела, расширение зрачка. И если Салливан и Вэбер были достаточно натренированы, чтобы скрыть все внешние проявления, не говоря уже об эльдарской хитрости Эйлада, то Фродо и Клиф этим навыком не обладали и потому не скрывали ничего, решив сразу показать все карты и не плодить ненужных подозрений, благо что и скрывать им было нечего.

Магос продолжал: «Приветствую вас сыны императора и оберегаемые агнцы Омниссии! Сегодня судьба свела нас для великих свершений… наше дело примет любые жертвы, ибо оно велико и не терпит отлагательств…

«Никита вдруг почувствовал себя неуютно. Возникло пренеприятное чувство, будто за ним наблюдают. С неприязнью он понял, что источником психических эманаций является сам Магос.»

— Этот год, этот месяц, этот день, этот час, эта минута, эта секунда и эта микросекунда, станет знаменательной во всей истории культа Омниссии и… Человечества…

Максимилиан молча слушал и иногда кивал, пытаясь понять истинную цель их приёма. Меж тем Магос возвел руки вверх, и в неровном свете ламп, что имитировали огонь святых кузен, его фигура словно стала больше, заполонив собой все свободное помещение.

— Не побоюсь сказать, что конечная цель нашей миссии может привести к концу мрачной тьме и начать новую эпоху светлого будущего.

При этих словах Вебер внутренне напрягся. Слишком часто ему приходилось слышать подобное от культистов, в борьбе с которыми он провел большую часть своей жизни. Правая рука привычно потянулась к болт-пистолету. Заметив это, Салливан медленно снял с предохранителя свой лазган.

Магос удостоил их лишь мимолетным взглядом: «Это не обязательно».

Обстановка в зале, до этого весьма дружелюбная, вдруг резко изменилась. Большинство из свиты механикусов уже потянулось к оружию, когда Магос небрежным жестом руки остановил зарождающийся конфликт. «Наши гости всего лишь неправильно поняли нас»-ответил Магос спокойным, нейтральным голосом.

Вебер оценивающе посмотрел на него и вдруг громко засмеялся: «Прошу вас простить мне мои профессиональные привычки».

Накаленность обстановки сошла на нет, и Никита легко вздохнул, поняв, что сегодня предотвратилась очередная потасовка между людьми. Пир продолжился.

Большинство гвардейцев даже не заметили каких-то перемен. А остальные лишь ухмыльнулись, приняв его за очередное дипломатический казус.

Юный псайкер все никак не мог понять, как такое вообще может происходить?!

Почему сыны императора даже смеют думать о борьбе с друг другом? Ведь в наш тяжелый век, человечество как никогда раньше, должно объединиться против общего врага! — «глупы люди…» подумал он, когда Саливан нехотя, но все же положил винтовку на стол — «как такое вообще возможно…? Император защити!

Мы же так и без сил хаоса перебьем друг-друга!».

Слева раздался негромкий голос Эйлада: «Вот так, из-за случайных слов и взаимного страха, и погибла когда-то Первая Людская Империя».

* * *

Банкет продолжился куда как больше одного часа. Может сами механикусы были и не самыми лучшими дипломатами, но их дипломатический корпус оказался весьма занятным. А еда была на уровне праздничного стола какого-нибудь планетарного губернатора из преуспевающих миров. Салливан еще раз вспомнил о той роскошной женщине — их лидере. Интересно, у нее есть любовник на этом корабле? Конечно, представить себе ее с кем-то из техножрецов было странно, хотя он слышал и о таких случаях.

От подобного рода мыслей его отвлек Вебер, что мерно шел рядом с ним.

— Ты им доверяешь?

— Им? — казалось, что Салливан с трудом подавил смешок. — Кто им вообще может доверять? Только механикусы наверно. Да и то через раз.

— Мудрые слова, но если мы хотим выжить, то нужно учиться работать вместе. Просто помни, что мы можем поселиться на этом корабле на долгие десятилетия. И если мы вдруг дадим им повод для подозрений…

Салливан мгновенно стал серьезным: «Если будет нужно, то я встану с ними в одном строю, в бою доверю им прикрывать свою спину. Но никогда не доверюсь им в выборе дороги, по которой я иду в этой жизни». Он еще немного помолчал и неуверенно добавил:» Ты знаешь, после того инцидента с посланником Карамазова, по кораблю ходили слухи. Самые разные. Что мы впали в ересь, связались с демонами. Был момент, когда я боялся выходить из своей каюты без брони и без заряженного лазгана».

— Да, я знаю.

— Я так и думал. Я много беседовал с нашим эльдаром. Пытался найти ответы, понять, что мне делать. Святая Терра, это звучит странно, но в те минуты я смотрел на него как на духовника. Наверно из-за того, что он мог знать наверняка. И знаешь, что он сказал?

На мгновение взгляд инквизитора стал туманным: «Он сказал, что они наши друзья, но не сказал, что равноправные».

— Именно. Пусть мы и в одном корыте, но доверять я им буду не больше, чем солдат генералу. Никогда не знаешь, когда тобой решат пожертвовать ради большего блага.

Они остановились возле ряда стальных дверей. Каюты, что им выделили, были маленькими, намного меньше, чем они привыкли на своем корабле и, после роскошного зала для приема гостей, контраст смотрелся особенно заметно.

— Убого, — в голосе Салливана появилось разочарование.

— Терпи аколит, инквизитором будешь.

Теперь, когда формальное рукопожатие закончилось, можно было спокойно сесть и подумать над будущим. Их ситуация все также продолжала быть аховой.

Сейчас они были лишними ртами, преступниками, которые зачем-то понадобились полубезумному Магосу. А ведь еще с ними был псайкер уровня альфа, чьё обучение еще не подошло к концу.

Гидравлические двери, ведущие в комнату, раскрылись с небольшим шипением, обнажив внутренний интерьер, что просто дышал аскетизмом: стол, стул, тумбочка и кровать. Ничего лишнего. Наручные часы показали, что с момента их отправки прошло уже шесть часов. С учетом тишины, можно предположить, что все прошло без проблем. Старый дом- крейсер «Готика» должен быть уже за 2 световые секунды от них. Вебер устало рухнул на кровать. Быть может, сегодня он наконец-то сможет спокойно выспаться.

* * *

Молотов был обеспокоен. Минуту назад к ним поступил сигнал «SOS». Отчаянный крик о помощи. А после — гнетущая тишина. Их недолгий попутчик, корабль «Готика», только что был атакован превосходящими силами противника. Но, что самое противное, они сами так и не смогли уйти из этого сектора космоса, выйдя за пределы систем наблюдения корабля инквизиции. В своём крике агонии глупцы с «Готики» раскрыли их местоположение, подобно утопающему, что погибая, тянет за собой на дно того, кто еще мог спастись.

— Есть шанс уйти из этой системы незамеченным?

Старый механикус, занимающийся расчетами, отрицательно покачал головой: «Мой Лорд, боюсь, никаких, их сигнал был отправлен сразу после выхода вражеских кораблей из варпа. Если бы не «Готика», то они были бы здесь уже через несколько минут, а батареи для варп прыжка не будут функционировать, по крайней мере, еще 30 минут и 27 секунд святой Терры». Доложив всю информацию, он в нерешительности замер, ожидая новых указаний.

Будь Магос хоть чем-то похожим на человека, то сейчас бы на головы стоящей рядом прислуги полился бы поток отборных ругательств. Но он был Магос и лишь негромко гудел от злости. Как генератор.

По иронии судьбы, стареющий командор «Готики», плохо разбирающийся во всем, что не касалось маневров кораблей, устроил им поистине гениальную ловушку. Они не могли промолчать, спрятавшись в тишине космоса — сигнал был направленным и хаос уже знали, где они находятся, остаться на месте означало лишь молча дожидаться своей смерти. Они не могли уйти в открытый космос — СПО уже наверняка получили сигнал, с указанием того, что с ними был корабль «Viva Omnissia» и имперские псы потом бы пустили за ним немало кораблей, готовых прославится «Уничтожением дезертиров и предателей».

Выбор, стоящий перед ним, был прост: остаться здесь и погибнуть, попытаться уйти и погибнуть, или, помочь, пытаясь продержаться, до прихода кораблей флота, которым этот сектор космоса просто напичкан.

— Колетт, дорогая, передай капитану «Готики», что помощь скоро прибудет.

Остальным — готовиться к бою.

Магос вернулся к инфопанели, следя за показаниями взглядом своих немигающих визоров. Итак, фактор внезапности был утрачен, но все еще можно было исправить. Главное сейчас- продержаться до прихода сил СПО, после чего сделать вид, что они лишь выполнили свой долг и договориться о том, чтобы упоминания корабля Магоса, как можно реже всплывало в отчете планетарного губернатора.

Корабль стал медленно разворачиваться вокруг своей оси, беря курс на место битвы Империума с предательским отродьем.

Небольшой прыжок и уже через несколько минут пред ними предстала картина развернувшейся битвы. Готика стояла одна против трех кораблей отступников. Один из кораблей поддержки флота ренегатов в суицидальной атаке протаранил «Готику», уничтожив двигатель и не позволив им уйти из районов, близлежащих у ока ужаса. Затрещал прибор, ведущий слежку за варпом. По ту сторону прорывался один большой и 4 маленьких объекта. Материя будто треснула и из разломов вырвались изуродованные варпом корабли. Обшивки маленьких кораблей обрамляли острые концы, демонические лица из адамантия и покрывала демоническая плоть в виде наростов, когтей и глаз. Флагманский грандкрейсер весь порос гнилым мясом зеленого оттенка.

Складывалось впечатление, будто он огромное, живое чудовище. Вместе с ними из разлома показались объекты еще меньше, в которых приборы корабля определили демонов варпа.

Стоящий на мостике Молотов мог бы довольно улыбнуться, не будь его лицо маской из монолитного адамантия. Хаос может иногда получать преимущества, но пользоваться им он не умеет. Первый же залп релятивистских ракет уничтожил один из трех оставшихся кораблей. Оставшиеся два не представляли из себя какой-либо серьезной угрозы для корабля их класса. Немного времени они выиграли.

Сзади подошел Брэн в окружении кастелянов. Магос даже не удостоил его взглядом, отлично понимая его немой вопрос:» Возьми взвод кастелянов и гарантируй сохранность Никиты. Колетт — обеспечь сохранность Амелии, возьми лучших солдат, если посчитаешь нужным и самое главное — проследи чтобы ни один из имперских чужаков не заходил в четвертый сектор».

— Будет исполнено, владыка.

Молотов вернулся к созерцанию голопанели. На тактическом экране поползли строчки безликих чисел, что были для него красочнее лучших картин, сотворенных человеком. Данные о выявление нарушение — разлом в варпе с точным расчетом всех курсов, уже давно мигали в оповещенной рамке на углу голограмного экрана.

Ближе, чем хотелось бы. Если просто стоять в стороне, то с кораблем «Готика» будет покончено очень быстро, а затем настанет и их черед. Он дал команду на запуск маневровых двигателей и приказал орудийным сервиторам привести макроорудия к боевой готовности. Сегодня враги познают гнев послушников Омниссии.

На экране вспыхнули новые строчки. Обнаружение маневра вражеского корыта. Курс на сближение. Глупцы решились взять их на абордаж.

Магос довольно покачнул головой — если они выживут, то после всей этой битвы его лаборатории будут заполнены подопытными.

Корабль заполнился гулом сирен боевой тревоги. Пришло время и экипажу взяться за пушки, отрабатывая их гостеприимство.

* * *