Советский тяжелый танк Т-35

13. Т-35 № 74464, № 19695, 33075 (номер ошибочный, вероятно № 339-75 — Прим. автора) — находились в среднем ремонте в г. Городок. Приведены в негодность, вооружение снято. Свид. ком. роты Шапин и ком. маш. Тараненко.

14. Т-35 № 1967 (номер ошибочный, вероятно № 0197-6. — Прим. автора) — сожжен гл. фрикцион, разряж. аккумуляторы в р-не Дзердзуев 9.7.41. Машина сожжена, вооружение снято. Свид ком. роты Саклаков и ком. роты Тараненко.

Танк Т-35 № 234-35, опрокинувшийся в реку у села Иванковцы 30 июня 1941 года. Хорошо видно, что машина имеет укороченный экран (АСКМ).

15. Т-35 № 1431 (номер ошибочный, вероятно № 197-1. — Прим. автора) — лопнул цилиндр, сожжен гл. фрикцион 25.6.41. Машина приведена в негодность, вооружение снято. Свид. ком. роты Саклаков… (далее с пункта 16 по 63 прочие боевые и транспортные машины полка, в данной работе не приводятся. — Прим. автора).

Председатель комиссии в/инженер 2 р. /Зыков/

Члены:

в/техник 1 р. /Кононенко/

в/техник 2 р. /Уманец/».

Кроме указанных фамилий, в других документах есть упоминания командиров следующих Т-35: № 28843 — Иванов, № 18317 — Петров, № 23442 — Яковлев.

Сохранилось также несколько сводок по потерям матчасти, которые ежедневно составляли технические службы полков, когда в июле дивизия была выведена на отдых в район Казатина. В них не указывались серийные номера машин, однако они позволяют уточнить некоторые моменты. Например, в сводках значатся оставленными на зимних квартирах в Судовой Вишне шесть машин 68-го танкового полка, причем три из них находились в ремонте, а три завязли в реке, что, в общем, соответствует данным акта о потерях танков 68-го танкового полка.

Немецкие солдаты на днище перевернувшегося танка Т-35 № 234-35 (АСКМ).

Перевернувшийся у села Иванковцы танк № 234-35. Хорошо видно, что машина имела конические башни, прямую подбашенную коробку и оснащалась поручневой антенной на башне (фото из архива Френки Пулхама, Великобритания).

Акт на списание танка Т-35 № 234-35, опрокинувшегося в реку у села Иванковцы 30 июня 1941 года (ЦАМО).

Немецкие солдаты на танке Т-35 № 744-66, оставленном из-за поломки в районе села Лопушное (в акте записано Бложино) 9 июля 1941 года. К этому моменту машина прошла более 500 километров. Фото «привязал» к месту Сергей Лотарев (АСКМ).

Танк Т-35 № 196-96, оставленный в предместье Тернополя (АСКМ).

Как видно из приведенных документов, большую часть Т-35 оставили в ходе маршей по тем или иным причинам. Однако четыре машины были потеряны в бою в районе населенных пунктов Вербы и Птиче. Здесь заняли оборону тылы 34-й танковой дивизии, которая к этому времени атаковала Дубно. Видимо к этим тыловым подразделениям и «прибились» четыре Т-35, двигавшиеся на Дубно. Согласно документам 16-й танковой дивизии вермахта, бои здесь носили ожесточенный характер. Так, вечером 29 июля 1941 года боевая группа Зикениуса (2-й танковый полк, батальон мотострелков и батарея 88-мм зенитных орудий) 16-й танковой дивизии попыталась пробиться через Птиче к Дубно. В донесении соединения за 209 июня 1941 года говорилось:

«Примерно в 21.30 2-й танковый полк подвергся русской контратаке силами танков и пехоты. Русские сражались крайне жестко, многократно группами запрыгивали на боевые машины, стреляя в экипажи. Далее, они прикрепляли к остановившимся боевым машинам заряды взрывчатки. В результате танковый полк около 23.00 отведен в район южнее Вербы, 10 боевых машин было потеряно».

Более эмоционально этот бой описан в истории 16-й танковой дивизии:

«Бойцы пытались развернуть орудия, танки, дав задний ход, старались уйти от обстрела. Приказов, казалось, уже никто не слышал, началась беспорядочная стрельба вокруг. Отступление частично перешло в панику. Лишь на короткое время удалось еще раз остановить напор танков и пехоты. Вербу пришлось оставить».

Захваченный немцами в ходе боев за Харьков (район Новая Бавария) один из танков Т-35 (фото из архива С. Лотарева).

Как видно, немецкие части отступили, причем даже в панике. В этом бою принимали участие и танки Т-35, которые в истории 16-й танковой дивизии ошибочно названы «Клим Ворошилов» — видимо их по какой-то причине спутали с КВ:

«Русские бравировали своими 52-тонными танками „Клим Ворошилов“, однако зенитная и полевая артиллерия уверенно справлялась с этими неповоротливыми увальнями с пятью вращающимися башнями».

Понятно, что против 88-мм зенитки, которая справлялась и с КВ, «тридцать пятые» оказались бессильными. Вместе с тем, есть вероятность того, что Т-35, участвовавшие в бою у Вербы и Птиче 29 июня 1941 года уничтожили несколько танков противника — на фото рядом с разбитыми Т-35 видны два подбитых Pz.III и один Pz.II 16-й танковой дивизии. Таким образом, пятибашенные гиганты дорого продали свои стальные жизни.

Кстати сказать, то, что танки Т-35 34-й дивизии отстали на марше, вовсе не исключает их участия в бою. Во всяком случае, на фотографиях нескольких таких машин видны боевые повреждения и снарядные отметины.

Что касается машин, находившихся в Харькове на ремонте, удалось найти следующие документы. 3 августа 1941 года находившийся на заводе № 183 начальник 1-го отдела ГАБТУ КА подполковник Панов направил начальнику БТУ КА военинженеру 1-го ранга Коробкову следующее письмо:

«При заводе № 183 имеются 5 танков Т-35, прибывшие на завод в разное время для ремонта. Завод этот ремонт частично проводит, отнимая рабочую силу и часть станков для обработки деталей к этим машинам. Из имеющихся 5 танков:

Одна капитально отремонтирована и передана военному представителю (№ 988-18).

Танки № 148-30, 537-90 и 220-28 после мелкого ремонта могут быть на ходу.

Танк № 0197-2 полностью разобран.

Дабы не загружать завод ненужными работами, и за счет этого усилить ремонт танков Т-34 и КВ с одной стороны, а с другой избежать их уничтожения при налете авиации противника, прошу Вашего распоряжения указанные танки капитально не ремонтировать, провести только мелкие ремонты, чтобы танки могли совершать в пределах 100 км самостоятельное движение, Установить положенное на них оружие и срочно с завода отгрузить. Использовать эти танки как постоянные огневые точки на ответственных участках по обороне городов Ленинграда или Москвы».

Танк Т-35, уничтоженный у школы, в которой осенью 1941 года находился штаб обороны города Харькова (фото из архива С. Лотарева).

Немецкие солдаты из 101-й легкопехотной дивизии осматривают уничтоженный у здания школы Т-35, изображенный на предыдущем фото. Снимок сделан сразу после окончания боев за Харьков в октябре 1941 года (АСКМ).

Танк Т-35, стоявший у школы, использовался в качестве заграждения в полосе противотанковых ежей. Снимок сделан немцами во время второго взятия Харькова в марте 1943 года (АСКМ).

На этом документе есть две резолюции:

«т. Коробкову. Считаю заключение т. Панова правильным. Указанные танки необходимо использовать для обороны. 7.8.41 г. Полковник /Алымов/».

«т. Чиркову. Тов. Алымов приказал заготовить распоряжение за подписью т. Федоренко. 11.08.41 г. Афонин».

Танк Т-35, оставленный на восточной окраине Харькова около опытной сельхозстанции, машина двигалась на восток. Верхнее фото сделано осенью 1941-го, а нижний снимок — 1942 году, к этому времени машина была частично разобрана (АСКМ).

Бойцы московского ополчения отрабатывают взаимодействие с танками. В качестве учебной машины используется Т-35 из полка академии механизации и моторизации имени И. Сталина. Октябрь 1941 года (АКСМ).

Танк Т-35 из состава полка академии механизации и моторизации в Москве, у Хамовнических казарм в районе Комсомольского проспекта. Конец октября или ноябрь 1941 года. На переднем плане — построение моряков, прибывших на защиту Москвы (АСКМ).

Телеграмма за подписью начальника ГАБТУ КА Федоренко ушла районному инженеру завода № 183 21 августа 1941 года. В ней говорилось:

«Находящимся на заводе № 183 4 танкам Т-35 №№ 148-30, 537-90, 220-28 и 0197-2 провести мелкий ремонт, дающий возможность танкам самостоятельное передвижение, установить положенное вооружение и срочно отгрузить с завода по разнарядке ГАБТУ КА. О готовности донесите».

Как видно из документа, один Т-35 летом 1941 года отремонтировали и отправили на место службы. Скорее всего, это был танк из состава войск Приволжского военного округа.

Что касается четырех упоминаемых в телеграмме машин, то их ремонт так и не успели закончить. При приближении немцев к Харькову все четыре машины вошли в состав так называемого бронетанкового отряда, в котором помимо «тридцать пятых» имелось пять танков Т-26, 25 танкеток Т-27, 13 бронированных тракторов ХТЗ-16 и три бронемашины. Отряд находился в подчинении командующего обороной Харькова генерал-майора И.И. Маршалкова. Вот что удалось найти о действиях этого отряда при обороне города харьковскому историку Александру Подопригоре.

22 октября 1941 года часть танков поддерживала контратаку своей пехоты против подошедших к западной окраине Харькова частей 55-го армейского корпуса вермахта. В «Отчете о взятии Харькова», подписанном командиром 57-й пехотной дивизии, штурмовавшей город, говорится об участии в атаке четырех легких и двух тяжелых танков. Пять из них, согласно отчету, были подбиты, а один отступил. Если немцы не ошиблись, назвав два танка тяжелыми, то это были Т-35 — других тяжелых (да и средних) танков в городе просто не было.

Танк Т-35 из состава полка академии механизации и моторизации в Москве, в районе Комсомольского проспекта. Конец октября или ноябрь года (АСКМ).

Танк Т-35 из состава Казанских КУКС отрабатывает взаимодействие с пехотой. Зима 1941–1942 годов (ЦМВС).

Танк Т-35, доставленный для испытаний в Германию, на полигон в Кумерсдорфе. Осень 1941 года (БА).

Уже через несколько дней после взятия Харькова, в «Донесении о деятельности штаба LV АК вермахта при исполнении им обязанностей городской комендатуры в Харькове» указывается, что 3 ноября 1941 года в районе Новая Бавария был захвачен 45-тонный танк с одной 76-мм, двумя 45-мм пушками и 5 пулеметами. Здесь без сомнений речь идет о Т-35, так как Новая Бавария — район на юго-западе Харькова — являлся исходным рубежом для советской атаки 22 октября. Видимо этот упомянутый в документе Т-35 участвовал в этом бою.

Кроме того, по многочисленным немецким фотографиям известны еще два «тридцать пятых» в Харькове. Судя по тому, что они находились в восточной части города, их экипажи пытались выйти из Харькова.

Один из этих танков был подорван саперами 229-го пехотного полка 101-й легкопехотной дивизии у здания школы, в которой размещался штаб обороны города. Второй Т-35 стоял на Чугуевском шоссе около опытной сельскохозяйственной станции на восточной окраине Харькова. Этот танк также был подорван, возможно, своим экипажем.

15 сентября 1941 года ГАБТУ КА утвердило список из 40 машин «отечественных и иностранных марок музейного хранения НИ полигона ГАБТУ КА, подлежащих отправке на казанские КУКС». Среди них был и танк Т-35. Машины убыли из Кубинки 29 сентября 1941 года, а уже 4 октября заместитель начальника ГАБТУ КА генерал-майор Лебедев направил начальнику казанских курсов письмо, в котором сообщал следующее:

«Из числа машин музейного хранения, отправленных научно-испытательным полигоном ГАБТУ КА в Ваш адрес, передайте нижепоименованные машины управлению оборонного строительства ГВИУ для дальнейшего их использования в УР (далее шел список из 12 танков, но Т-35 среди них не значится)».

А 10 октября 1941 года Лебедев направил начальнику НИБТ полигона полковнику Романову следующий документ:

«Оставшийся от музейного хранения танк Т-35 передайте управлению оборонного строительства для использования в укрепрайонах. Передаче подлежат башни с вооружением, поворотными механизмами и подбашенными листами.

Все, что может быть использовано в дальнейшем как запасные части отберите и храните на складе, корпус и все негодное к дальнейшему использованию передайте в металлолом, оформив передачу соответствующими актами».

Танк Т-35, доставленный для испытаний в Германию, на полигон в Кумерсдорфе. Осень 1941 года. Машина выпуска 1938 года с дополнительной бронировкой шаровых установок пулеметных башен (БА).

Исходя из этого, можно предположить, что «тридцать пятый» из Кубинки в Казань не отправили, хотя в накладной полигона № 2909 от 29 сентября о передаче танков казанским курсам эта машина значится. Что стало с этим танком, автору неизвестно.

Единственный Т-35, имевшийся в составе учебного танкового полка военной академии механизации и моторизации имени И.В. Сталина в Москве осенью 1941 года «засветился» на нескольких фотоснимках, сделанных в районе Комсомольского проспекта. Однако документально установлено, что полк академии на фронт не отправлялся, поэтому вероятнее всего этот «тридцать пятый» использовался в качестве учебной машины.

Летом 1941 года один трофейный Т-35 был отправлен немцами в Германию. Танк доставили на немецкий полигон в Куммерсдорфе, где были проведены его испытания. Какое-то время машина находилась на хранении в боксе, среди других образцов бронетехники полигона. Впоследствии ее вместе с другими трофейными танками «тридцать пятый» передали на учебный центр Вюнсдорф, недалеко от Цоссена. В ряде источников есть упоминание о том, что в 1945 году немцы использовали в боях под Берлином (как раз в районе Цоссена) трофейный пятибашенный танк. Видимо впервые эта информация была опубликована в книге «Combat History of Schwere Panzeijager Abteilung 653». Однако никаких подтверждений этому найти не удалось. Более того, среди фотографий командира 22-й гвардейской мотострелковой бригады (6-й гвардейский танковый корпус 3-й гвардейской танковой армии) Героя Советского Союза Богданова Хамзи Салимовича, хранящихся в его семье, есть снимок с танком Т-35, сделанный в районе Цоссена. Изображенная на фотографии машина явно уже давно не на ходу — отсутствуют гусеницы и элементы ходовой части, а также вооружение. В таком виде танк явно не мог использоваться в боях. Таким образом, информацию о применении Т-35 немцами в боях за Берлин следует считать не соответствующей действительности.

Танк Т-35, доставленный для испытаний в Германию, на полигон в Кумерсдорфе, вид спереди сверху. Осень 1941 года. Хорошо виден двухстворчатый открывающийся в одну сторону люк механика-водителя (БА).

Танк Т-35, доставленный для испытаний в Германию, вид сзади сверху. Осень 1941 года. На машине полностью отсутствует ЗИП. На листах корпуса и башни немцами проставлены толщины брони (БА).

До наших дней сохранился один экземпляр тяжелого танка Т-35: это машина с заводским номером 0197-7 выпуска 1938 года. В настоящее время она находится в Военно-историческом музее бронетанкового вооружения и техники, который является филиалом Военно-патриотического парка культуры и отдыха Вооруженных сил РФ «Патриот». Скорее всего, этот Т-35 в годы войны числился в составе 2-го Саратовского танкового училища.

Оценка машины

Без преувеличения можно утверждать, что танк Т-35 — единственный в мире пятибашенный танк серийной постройки — является уникальной боевой машиной!

Состав и размещение его вооружения оптимальны для многобашенного танка. Пять башен, расположенных в два яруса, позволяли сосредоточить массированный огонь из 76-мм, одной 45-мм и трех пулеметов вперед, назад или на любой борт. Однако столь большая огневая мощь потребовала увеличения числа членов экипажа и усложнения конструкции танка. Двухъярусное расположение башен обусловило значительную высоту машины, что повышало уязвимость танка на поле боя. Без малого 10-метровая длина привела к резкому снижению маневренных характеристик — отношение длины танка к его ширине составляло 3,03.

Кроме того, Т-35 имел большое количество недостатков, особенно касающихся двигателя и трансмиссии. К сожалению, до конца их так и не удалось устранить. Самое слабое место, пожалуй — это бортовые передачи и система охлаждения двигателя. Справедливости ради следует сказать, что подвеска Т-35 при всей ее громоздкости в целом зарекомендовала себя хорошо.

Хотелось бы поделиться с читателями некоторыми впечатлениями от непосредственного знакомства с машиной.

Прежде всего, поражает высота расположения надгусеничных полок — без малого два метра! Так что взобраться на танк стоит большого труда, а если нет специальных лесенок — без посторонней помощи практически невозможно. Учитывая, что в танкисты предпочитали брать людей невысокого роста (примерно 160 см), можно себе представить, каково было «экипажу машины боевой» занимать по тревоге свои места.

Внешне Т-35 ошеломляет своими размерами, но, очутившись в танке, поражаешься его тесноте. И это, учитывая, что находящаяся в Кубинке разукомплектована — отсутствует ряд деталей внутреннего оборудования, некоторые перегородки, радиостанция, нет боекомплекта и, само собой разумеется, экипажа. Боевые отделения не сообщаются между собой, так что проникнуть из одного в другое без выхода их танка невозможно. Обзорность из Т-35 крайне низкая, особенно с места механика-водителя. Можно предположить, что в боевых условиях ему приходилось вести машину чуть ли не в слепую: смотровые щели позволяли видеть местность только слева и впереди, да и то в весьма ограниченных секторах.

Танк Т-35, доставленный немцами для испытаний в Куммерсдорф, захваченный частями Красной Армии в районе Цоссена, под Берлином, в апреле 1945 года. Хорошо видно, что машина уже частично разобрана и не имеет вооружения (фото из семейного архива командира 22-й гвардейской мотострелковой бригады Героя Советского Союза Х.С. Богданова).