Помоги проекту - поделись книгой:
Полькины лопоухие уши горели. Она вся почти исчезла под партой, только хвостик и торчал. Так хотела, чтобы её заметили, и вот, пожалуйста, сбылось! Только разве она просила стать посмешищем для всего класса? Финти-пинти и квадринти, безобразие какое… Но больше всего её мучило не это. Больше всего Польку раздосадовало, что теперь она так и не узнает, чем закончился комикс!! Ирма Викторовна узнает, счастливица, а она, Полька, нет. Капитан Икар летит сейчас в звёздной бесконечности на своих серебристых крыльях, быть может, навстречу гибели, а Польки рядом нет… Нет рядом Польки!
Когда уроки закончились, Ирма Викторовна, конечно, забыла вернуть журнал. Она заперлась с ним в учительской и тихонечко хихикала, чтобы никто не увидел, что строгая англичанка так увлеклась детским комиксом. Но этот мальчишка в серебристом скафандре — такой красавчик!
Полчаса потратила Кнопка в очереди у газетного киоска, дожидаясь, пока бесконечные дедушки разберут свои бесконечные газеты, тётушки обзаведутся телепрограммами, бабули запасутся справочниками огородника, а малыши с мамами — прыгунами и капитошками. Пёстрая толпа топала сквозь неё, будто эта Полька с хвостиком была совершенно прозрачной девочкой. Не успевала она открыть рот, как кто-нибудь уже оттеснял её и просил японские кроссворды. Наконец, все разбежались.
— Мне «Галактические лабиринты», пожалуйста! Девятый выпуск! — сердито пропищала Кнопка под окошком. И для верности постучала ногой. — Мне, пожалуйста, «Галактические лабиринты»! Тётенька! Ну где вы там?
Чтобы разглядеть требовательного покупателя, старушке-продавщице пришлось высунуться из окошка по пояс.
— Ох! Опять ты. Ты же с утра уже один покупала.
— Ну и что, — надулась Кнопка. — Это моё личное дело.
— Вот родителям разорение! — посетовала старушка и вытащила из пачки журнальчик. Крылатый Марсик подмигнул Польке с обложки хитрым сиреневым глазом. Счастье было так близко, но…
— Ой. Пяти рублей не хватает, — девочка растерянно перебирала монеты на ладони. А потом принялась шарить взглядом по земле — не обронил ли кто-нибудь нужную сумму. Увы!
— На нет и суда нет! — буркнула старушка, запихивая журнал обратно. — И, кстати, у меня обед!
— Ну можно хотя бы конец посмотреть?
— Тут тебе не библиотека!
Окошко захлопнулось. Марсик упорхнул в небеса. Где-то сейчас красавец капитан… Где-то он парит на серебристых крыльях… В любом случае, он там, где сплошные приключения, а она — здесь, где сплошные огорчения! Настроение было безвозвратно испорчено. Началось с противной щётки в волосах, а закончилось позором. Если завалиться сейчас домой, папа, конечно же, начнёт её жалеть и накормит тёплым обедом, но от такого только больше расплачешься…
Когда всё бывало хуже некуда, Полька знала, к кому ей идти. Когда дела шли наперекосяк, Полька шла к Лильке! А когда это у неё дела шли хорошо? Поэтому Полька у Лильки пропадала целыми днями.
Глава 3
Лилька Бигфут
Если Польке в чём-то в жизни и повезло, то это в том, что она жила в одном подъезде с Лилькой Скороход, всего одним этажом выше. Лет с шести она дружила с этой странной девчонкой и с тех самых пор бесконечно ей завидовала. У подруги было всё, чего не было у Польки. И глупая Лилька этого вовсе не ценила!
Во-первых, высокий рост и прекрасные огромные ноги. Правда, Полька ещё ни разу не видела эти ноги одетыми в одинаковые носки — если на правой ноге красовался розовый с зайчиком, то на левой непременно полосатый. Лилька говорила, что носки у них с мамой исчезают ещё до того, как их вынимают из пакета с покупками. Во-вторых, полная и невероятная свобода — мама у Лильки была такая современная, что перевела её на домашнее обучение. И не просто современная, а молодая, яркая, стремительная, как вихрь, так не похожая на Полькину, пропахшую лекарствами и картофельным пирогом.
Целыми днями мама дылды Лильки, шелестя юбками и бренча бусами, витала на каких-то фестивалях и ярмарках, а по ночам шила театральные костюмы, один чуднее другого. Если костюмы не продавались, Лильке разрешалось их носить, и никогда нельзя было угадать, в чём она встретит гостей — в шляпе с пером или в старинном кринолине. Однажды она так даже в супермаркет ходила. Но чаще ходила в драных, много раз перекроенных джинсах с разноцветными заплатками.
Папы у Лильки, правда, поблизости не было, зато были поэты и актёры. Поэты и актёры гостили у них дома, ели блинчики, которые Лилька выучилась печь сама, и никому не мешали — если только не читали громко стихи и драматические монологи. Лильку, вообще, ровным счетом ничего не выводило из равновесия! Даже когда их с Полькой дразнили на улице знакомые мальчишки:
— Вот идут Лилипут и Бигфут! Лилипут и Бигфут! Гном и Снежный человек!
Нет, этим её было не выбить из седла.
У Лильки была своя беда…
— Скажи, ведь правда, Марсик — такой очаровашка, такой пусечка?! Мне бы такого! — вскрикивала длинная Лилька необычайно тоненьким голоском, когда они вместе листали «Капитана Икара». Сам отважный астронавт не волновал её так, как этот хорошенький маленький «пусечка». Впрочем, то же самое она вскрикивала при виде каждого котёнка, каждого щеночка или крыски, перебежавшей дорогу, и каждой бабочки…
— Какая хорошенькая! Ну почему, почему мне нельзя животных?!
Да. У Лилькиной красавицы мамы была аллергия на шерсть. А аллергия, как и маленький рост, плохо поддаются лечению. Но девчонки изо всех сил верили, что вместе они найдут чудо-средство от обеих напастей. И не просто верили, они искали! Правда, попытка приобрести для Лилькиной мамы неаллергичную тайваньскую жабу завершилась полным провалом и диким визгом. Жабу пришлось вернуть в магазин. Там товар обратно брать не хотели, так что в итоге девочкам пришлось даже приплатить за возврат жабы, растормошив свои копилки.
— Приветище! — Кнопка сделала три секретных звонка, один длинный и два коротких, и Лилька широко распахнула дверь. Дверь была щедро исписана романтическими посланиями в стихах для Лильки ной мамы.
— У тебя девятый номер «Икара» есть?! — это, конечно же, было первое, о чём спросила Кнопка.
— He-а. Все карманные денежки вышли, — Лилька пожала плечами. — А у тебя?
— У меня его конфисковали…
— И что тогда? Продолжаем операцию «Вырастай-ка»? Омлет будешь?
Не успела Полька втащить сумку через порог, как Лилька уже заявила:
— Не будешь. Омлет прилип к сковородке. Надо же, как обидно. — Она потрясла сковородку вверх дном и для порядка стукнула об стол. — А последний блинчик со сгущёнкой съел поэт Лихой.
— Какой поэт? — переспросила Полька, уныло взбираясь на табуретку.
— Лихой. Фамилия такая.
— А он тут? — испуганно оглянулась Полька. В этой забитой хламом квартире поэт Лихой мог прятаться в любом углу. Например, дрыхнуть вон за тем манекеном, обернутым алой материей. Или выскочить из ванной с воплем: «Я нашёл такую строку!!». Полька, у которой дома по вечерам стояла полная тишина, не считая папиного похрапывания, всё ещё не привыкла к Лилькиным поэтам и актёрам.
— Нет, все на выставке! — Лилька дрыгнула ногой в розовом носке. — Полная свобода. Значит, будешь салат из морковки. Витамин А — витамин роста! Я в интернете прочитала. Если сделать салат с маслом и сметаной, там куча этого витамина! Каждый день по тазику, и к концу года ты у нас — фотомодель!
Полька сглотнула. Каждый день по тазику — это к концу года она колобок! Невероятно не хотелось переходить на витаминное питание, но Лилька уже решительно распахнула холодильник:
— А морковочка у нас… Закончилась!
Польке мигом полегчало.
— Зато есть творожок. А потом пойдёшь висеть на перекладине. Ровно пятнадцать минут, не меньше.
Да, Лилька решительно взялась за Кнопкин тяжёлый случай. Она считала, что нужно не вздыхать, а действовать. И там, где бессилен доктор Великанов, лучшая подруга просто не может сплоховать! Каждый раз в гостях у Лильки Полька взбиралась на стул, чтобы в своих огромных кроссовках (чем тяжелее, тем лучше) повиснуть на турнике. И так болтаться в дверном проёме пятнадцать минут, пока пальцы не начнёт жечь.
— Не могу я больше, не могу! — всхлипывала Полька. — Я спрыгну!
— Ты вырасти хочешь или нет? — сердилась Лилька. — Каждый день по пятнадцать минут, и к концу года мы вытянем тебя на целый сантиметр!
— Хочу вырасти! А висеть не хочу! — злилась Кнопка. — Вот просто взять и вырасти, так нельзя, да?!
Лилька задумчиво улеглась на диван, закинув руки за голову. Везучая, ей-то висеть не нужно. Некоторое время она разглядывала разноцветные носки, а потом загадочно произнесла:
— Ладно, спрыгивай. Можно и просто. Да только опасно это.
Потирая уставшие руки, Полька фыркнула и слезла со стула.
— Что-то ты химичишь! Если опасно, то это уже непросто! А если просто, то неопасно!
— Просто это уже… вроде как… ну почти колдовство.
— Ого!! — Кнопка навострила лопоухие уши и с ногами забралась на диван. — И какое же это колдовство вы на домашнем обучении проходите?
Лилька подняла вверх палец и торжественно провозгласила:
— Гномик!
Глава 4
Финти-пинти и квадринти
— Издеваешься, да? — Кнопка пихнула Лильку в бок. — Ладно, другие… Но ты-то! Какой я тебе гномик!
— Ты не поняла, — Лилька замахала руками. — Чего кидаешься, как собачонка. Я про другого гномика! Не слыхала разве, как гномиков вызывают?
Но Кнопка уже надулась и разглядывала кружевной веер на стене. Противная Лилька, она же не называет её Бигфутом и Останкинской башней!
— Есть разные гномики, — зашептала Лилька. — Есть денежный гномик. Есть жвачный гномик. А есть гномик желаний!
— А, припоминаю, — фыркнула Кнопка. — Из детского садика. И ты, такая здоровенная, в это веришь! Типа надо под подушку хлеб с маслом положить и записку написать. Только ерунда это, проверяли, не работает.
— Ха! — Лилька расхохоталась. — А вы как проверяли? Небось, под подушку не клали, чтоб не измазать! А клали рядом. Вот и не работает. А у меня сработало — на утро на столе новый телефон! Сбылось!
Кнопка пожала плечами — и как эта Лилька может быть такой наивной. Большая, а ума нет.
— Да тебе мама подыграла! Отчего же ты не попросишь гномика её от аллергии вылечить? Не работает?
Лилька приуныла:
— Не работает. Но ведь это не её заветное желание, а моё. Её заветное желание — победить в конкурсе на лучший театральный костюм. А в записке надо писать своё желание и самое-самое заветное! Тогда сбудется.
Она задумчиво засунула в рот кончик косички:
— Кто знает, может, он только один раз приходит… А я уже по дурости попросила этот телефон. Я его всё равно потом разбила.
— Не буду я подушку маслом мазать, — замотала головой Полька.
— А я другой способ знаю, проще! Надо убрать из комнаты всё-всё белое…
— Всё-всё? — ахнула Кнопка. — Да уж! Проще!
— Потом взять верёвочку, намочить её какими-нибудь приятными духами и привязать через каждые три сантиметра по вкусной конфете. Верёвочку натянуть между стульев. На стул положить записку. Гномик придёт, понюхает, съест конфеты, а желание исполнит! Наутро, как проснёшься…
Кнопка сердито натягивала куртку в прихожей. Натянула до половины и только тут поняла, что это не куртка, а какой-то кафтан девятнадцатого века. Ох, ну и неразбериха в этой квартире! Она бросила кафтан и сорвала с крючка свою одёжку.
— Чепуха всё это! — буркнула она на прощание. — Даже и не буду пробовать!
— Будешь, будешь! — расхохоталась Лилька, дрыгая на диване ногами в разных носках. — Все пробуют! Любопытно же, съест он конфеты или нет! Ложись сегодня пораньше! Кстати, дети растут во сне, больше спишь — больше растёшь! Расскажешь потом про гномика?
— И не буду! И не лягу! И не расскажу! — бубнила Кнопка уже из лифта. Ехать всего один этаж, но не тащить же сумку по лестнице.
Дома было, как всегда, чисто, тихо и спокойно. Пахло лекарствами. И никаких поэтов по углам. Мама ещё не вернулась из аптеки. Папа в кресле дремал над инженерными расчётами, сдвинув очки на кончик носа. Но при появлении Кнопки он сразу встрепенулся:
— Тебе котлетку разогреть? Чайку? Как сегодня всё прошло?
Полька помотала головой и решительно прошагала к буфету. Пришлось влезть на стул, чтобы добраться до полки.
— Не надо ничего. Я только конфеты возьму.
Папа удивился:
— Конфеты? А обед? Там такая котлетка, я тебе скажу…
— А мне нужны конфеты! — насупилась Полька, и папа отступил. Спорить с пороховым бочонком себе дороже. Детям в школе несладко, пусть едят конфеты. А маме можно и не говорить. Конечно, про духи, которые Кнопка вынесла из ванной, смолчать будет сложнее… И зачем, интересно, дочь достала из ящика связку шнурков, а теперь выкидывает из комнаты недавно постиранное бельё? Стоит ли вникать в тайную операцию или лучше вернуться к своим цифрам… Папа предпочёл цифры.
А Полька тем временем, бормоча под нос бесконечное «финти-пинти и квадринти, финти-пинти и квадринти…», отправила в изгнание белые туфельки и лампу с белым абажуром. Как не испробовать последний шанс. Если гномье колдовство не подействует, придётся есть морковку и висеть на турнике. Да, так она и сделает, честное слово. А Лильке можно и не признаваться, что она купилась, как первоклашка. Белая чашка, белая расчёска… А вот с белоснежным плакатом, на котором, расправив серебристые крылья, возвышался прекрасный, как ангел, красавец Икар, расстаться будет сложнее.
Кнопка отколола плакат со стены, расстелила на коленках и посмотрела прямо в небесные глаза капитана звездолёта «Ариадна». Девочки, большие и маленькие, частенько верят в маленькие и большие чудеса. Девочки ждут звездолёта, фрегата, парохода или, на худой конец, лифта или автобуса — такая у них старинная привычка. Иногда ждут до самой старости, хотя давно сами умеют рулить любым звездолётом. И если однажды на пороге возникнет знакомый силуэт… Откинет прядь со лба, улыбнётся и скажет:
— Кнопка! Я искал тебя миллионы световых лет! Во всей спиральной галактике, да и в остальных, нет такой классной девчонки, как ты! На самом деле ты вовсе никакая не Кнопка! А принцесса с далёкой планеты Миниминдер! Дай мне руку, и вместе полетим исследовать далёкие миры! Уроки на завтра можешь не делать. И на послезавтра тоже. И про посуду забудь, больше ты никогда не будешь мыть посуду! К чему это всё, когда есть верный бластер-бомбастер и банка консервированных трюмбелей про запас?
Ах, если бы это произошло… Не раздумывая, Кнопка вложила бы крошечную ручонку в ладонь капитана. Променять скучную жизнь в этой квартирке на космические просторы — да легко! Впрочем, что это она размечталась… Звёздный красавец и глядеть бы не стал в сторону принцессы-лилипутки. Ему, наверняка, нравятся такие, как эта зелёноволосая красотка Сирена из третьего выпуска журнала, у которой руки и ноги покрыты рыбьей чешуёй! На секунду Кнопка почувствовала, как хвостик на макушке встаёт дыбом от нешуточной обиды. Что за чепуха… Ревновать нарисованного мальчишку к нарисованной девчонке. Вот ведь замечталась. Капитана Икара не существует — он просто выдумка. Отпечаток на бумаге. Но до чего классная выдумка!
Скатав плакат в рулончик, Полька убрала его в шкаф в прихожей, туда, где папа хранил инструменты. А сама стала привязывать конфеты. Круглые конфеты привязываться не хотели. Пришлось прокалывать их толстой иголкой и пропихивать верёвочку в дырки. Перемазав пальцы, она крепко-накрепко завязала концы длинного шнурка на ножках стульев, которые поставила напротив кровати.
— Финти-пинти и квадринти! — пыхтела она. — Глупые правила! Почему гномику нельзя просто позвонить или отправить мейл!
Осталось самое сложное — записка… Досадно получится, если раньше гномика её обнаружит мама. Поэтому сперва Полька написала на большом листе красной цветной бумаги объявление для родителей: «Дети растут во сне! Уже сплю! До утра не входить!» и нацепила его на ручку двери с обратной стороны.
А на жёлтом листе…
На жёлтом листе она хотела нацарапать карандашом
Поделиться книгой: